день рождения 2

Ещё один панорамный ресторан высокой кухни порадовал компанию просторной террасой прямо на крыше здания. Он немного отличался от того, что был в их отеле — отдельная зона с их столиком придавала атмосферы, поэтому у всех создалось впечатление, что они одни. Серхио был рад этому — он бы не хотел, что кто-то из зевак, пусть даже способных оплатить счёт в этом ресторане, сделал фото семьи Хесуса Маркина. Чем меньше глаз видели его и Ракель до признания её родителям, тем было лучше. Чего он не заметил — так это пакеты с подарками, стоящие за диваном, где расположились его родители. Налив вина Ракель, он не переставал думать о боди, которое случайно увидел на девушке, когда проходил мимо ванной. Та старательно подтягивала лямки и разглаживала кружево, глядя на себя в зеркало, поэтому, когда она вышла одетая в новое платье, он сделал вид, что никогда не видел того, что было сюрпризом для него на эту ночь. В одном он не сомневался — его ждёт одна из лучших ночей, где никто из двоих не станет сдерживать громкие стоны и крики наслаждения. Придвинув её за талию ближе к себе, он что-то прошептал на ухо блондинке. Она моментально залилась краской и подавила смешок, скрещивая ноги под столом. — Что такое Мишлен? — невинно спросила Алисия, увидев наклейку на стекле. — Национальный гороховый суп. — пошутил Андрес, уверенный, что девушка ему поверит. — Звезда Мишлен — это самая престижная награда в мире гастрономии. Она даётся либо ресторанам, либо шеф-поварам. — ответила Ракель, закатывая глаза. — В переводе на нормальный язык-супер круто. — Извините… — поникла Алисия, чувствуя себя неловко. — Не волнуйся, Али, для меня супер-круто — это твой бутерброд с арахисовым маслом. — хихикнул Андрес. — Дам ему звезду Мишлен и станешь ты знаменитой. Откроешь свою бутербродную. — Очень смешно. — натянуто улыбнулась Сьерра. — А уже потом — издательство. Сколотишь состояние, выкупишь свой Старбакс и уволишь управляющего. — Выкупи мой Старбакс и уволь управляющего. — продолжала язвить рыжая. — Договорились. — Андрес пожал ей руку и вернулся к своему бокалу вина, пока остальные посмеивались над этой перепалкой. Пока все ожидали еду, Ракель решила, что лучшего момента, чтобы порадовать именинника не будет. Поставив на колени небольшой пакет, она улыбнулась ему. — С днём рождения! — в очередной раз за сегодня воскликнула блондинка, смотря на его смятение. — Я так и знал! — у него тут же загорелись глаза, и, как бы он не старался не рассмеяться, у него это не получилось. За быстрым поцелуем последовали широко раскрытые глаза и рот Маркина, когда он достал содержимое. Коллекционное, старое издание «Дон Кихота», за которым девушка начала охоту ещё в Бакейра-Берет, книга об истории испанской музыки и новые наушники. — Я так и не отдала тебе тот наушник, что когда-то забрала на уроке. И так даже лучше, я наговорила в него кучу гадостей, когда мы делали вид, что ненавидим друг друга. — скромно улыбнулась Мурильо. — Ракель… — рассматривая подарки, он наклонил голову и провёл рукой по ветхой обложке книги. Она знала, что «Дон Кихота» он оценит больше всего, поэтому была рада, что старалась не зря. — Спасибо тебе, моя любовь. — Это к галстуку. — Андрес протянул ему небольшой, картонный пакет с названием бренда. — «Брейтлинг»? Серьёзно? — вскинул бровями Серхио, рассматривая такой дорогой подарок. — Что такое «Брейтлинг»? — прошептала Сьерра, наклоняясь к Ракель. — Часы. — таким же шёпотом ответила она. — Брат, это…вау. Спасибо! — подойдя к Андресу, Серхио крепко обнял его. — Все девчонки теперь будут твоими! — довольно произнёс старший брат, но тут же осёкся, увидев грозный взгляд Ракель. — Всмысле, твоя одноклассница Ракель теперь точно будет по тебе сохнуть! — С днём рождения! — пожала плечами Алисия, передавая парню плоскую коробку, упакованную в красную подарочную бумагу. — Я знаю, ты любитель классики, но это кажется удобным. — Ого! — улыбка не сходила с лица Маркина. — Это очень крутая электронная книга, я читал о ней! Спасибо, Али, это неожиданно и очень приятно! — раскрыв коробку, он заметил ещё кое-что, что было похоже на письмо. — «Сертификат на бесконечное количество напитков в Старбакс на Тивертон-Эйв, Лос Анджелес, Калифорния. Пока я здесь работаю. P.S. Не бери фраппучино, шоколадный сироп просрочен.» — прочитал вслух Серхио. — Ты недавно советовала мне фраппучино! — возмутился Андрес, разворачиваясь к девушке. — Прекрасный выбор! — выдала она в ответ дежурную, для бариста, фразу. — У меня была диарея! — не унимался де Фонойоса. — Извините, следующий фраппучино за наш счёт! — Ему сертификат на бесконечное количество напитков, а мне грубая бариста и «оплата по карте», потому что «пошёл я со своей наличкой»? — И 500 извинительных бонусов! — улыбнулась Алисия, пока остальные смеялись над ними. Родители хитро переглянулись, понимая, что настал их черёд. Они точно знали — он будет ужасно смущён и спросит «зачем», но для них это было слишком очевидно. У их сына должно было быть то, что они приготовили в качестве подарка. Протянув ему третью коробочку, они улыбнулись и надеялись, что он будет рад. Поджатые губы и красные щёки моментально выдали смятение парня. Ключи. — Мам, пап… — начала мотать головой парень. — Центр, Саламанка. — спокойно ответил отец. — Две комнаты. — Я даже не знаю, что сказать… Спасибо. Я не ожидал. — Маркина мгновенно притих. Конечно, он знал, что родители, наверняка, купят ему собственное жильё, как это было и с Андресом. Но он совсем не ожидал, что это произойдёт так скоро, особенно, когда он ещё не окончил школу и не выбрал университет. — С днём рождения, сынок. Главное — будь здоров, об остальном позаботятся близкие люди. Мы очень любим тебя. — смахнула слезу Мария и встала из-за стола, чтобы поцеловать сына. — И я вас. Спасибо… — всё ещё смущённый, пробормотал Серхио и крепко обнял родителей. Вернувшись на место, он притянул за плечи Ракель и поцеловал её в висок. — Уверена, что нам нужна Америка? — прошептал он, кивая на ключи. — Саламанка. — С тобой — хоть под мостом. — усмехнулась Мурильо, чмокнув его в губы. *** Замечая на себе, а точнее, на своей тарелке, косые взгляды Алисии, Андрес обновил её бокал вина и начал демонстративно пялиться в ответ. Заметив это, девушка тут же отвела взгляд, однако де Фонойоса сразу раскусил её. — Да, оно сырое. И съедобное. — усмехнулся он, кивая на свой тар-тар. — Давай. — открыв рот, Алисия смущённо съела сырое мясо с его вилки. Улыбнувшись, она закивала головой и уже принимала вторую порцию. Показав пальцем на своё ризотто с трюфелем и лисичками, она дождалась положительного ответа и направила уже свою вилку ко рту Андреса. Оба были будто в своём пузыре, постоянно перешёптываясь и не замечая на себе взгляды Ракель и Марии. Те подмигнули друг другу и вернулись к своей еде. — О, он ужасно раздражал меня! — рассмеялась сеньора на вопрос Алисии об их знакомстве с Хесусом. — Все девочки только о нём и шептались, а он наслаждался этим. Был ещё тем высокомерным мудаком! — Я хотя бы не воротил нос и не отказывался от сорока трёх свиданий! — защищался мужчина, который с нежностью смотрел на жену. — Все девчонки постоянно срывали его тренировки по баскетболу — они усаживались на трибуны и визжали каждый раз, когда он бросал мяч в кольцо! — Кого-то мне это напоминает… — прошептала Алисия, переводя взгляд на Андреса. — Но однажды она согласилась пойти со мной на свидание, в надежде, что я отстану. И…оно было просто ужасным. — с усмешкой кивнул Хесус. — Слух об этом очень быстро разлетелся по университету, девочки ополчились против меня, а я доказывала, что между нами ничего нет! — Мария не переставала смеяться, поглядывая на этого заносчивого парня, который теперь, спустя много лет, был её любящим и заботливым мужем. — Кого-то мне это напоминает… — повторила слова Алисии Ракель. — Но в итоге, она поспорила на то, что поцелует меня. — Кого-то мне это напоминает. — прошептал Серхио, за что получил пальцем в бок от Мурильо. — И я хотела поцеловать его! Я была уверена, что он меня оттолкнёт и так я смогу доказать, что между нами ничего нет! — Не вышло — я поцеловал первым, прямо в коридоре, на глазах у всех. И вот мы здесь. — подытожил Хесус, прижимаясь губами к руке Марии. — Как чудесно… — улыбнулась Алисия, пока Андрес многозначительно смотрел на неё. — А…Мои родители просто работали вместе. Тогда мама была уже врачом, а папа только приехал в Мадрид из Кадиса и стал медбратом. Они всегда шутили над тем, что он был её подчинённым. — Ого… Врачи? — удивился Хесус. — Да-да… — пробормотала Сьерра. — А твои родители, Ракель? Как познакомились они? — Честно говоря… — протянула блондинка после неловкого молчания. — Я не знаю. Но я уверена, что в этом не было ничего романтичного. Вероятно, мать моего отца вмешалась в дело. — Не спрашивай, они у неё монстры. — шепнул Андрес на ухо Алисии. — Твой отец. — взглянул на Ракель сеньор Маркина, показывая свой телефон. Раскрыв рот, девушка тут же побледнела и почувствовала, как всё её тело охватывает паника. Её отец никогда не звонил лично тем, с кем не имел общих проектов. Его ничего не связывало с семьёй Маркина — Луис Мурильо был холоден и откровенно недолюбливал Хесуса. Он точно не стал бы звонить ему лично, даже если это было рабочим моментом — для этого у Мурильо всегда были менеджеры и секретари. Извинившись, сеньор вышел из-за стола, намереваясь ответить на звонок, а Ракель поняла, что единственное, за чем её отец мог обратиться лично — было связано с его репутацией или планами, которые, по его мнению, в два счёта могла разрушить Ракель своими отношениями. Сидя на одном месте и мотая головой, Ракель едва услышала, как её зовёт Серхио. — Ракель, прошу тебя… Успокойся, слышишь? — тараторил Маркина. — Он может звонить за чем угодно, даже если это связано с тобой, отец ничего не скажет, он знает, что мы всё сделаем сами. — Спасибо тебе. — прошептала Мурильо. — Это были лучшие месяцы рядом с тобой. Мария, вы замечательная… — слёзы тут же начали жечь её горло. — Али, мы могли бы стать подругами. — Ракель! — повысил голос Серхио. — Пожалуйста, сделай глубокий вдох, затем выдох и просто дождись моего отца. — Милая, что бы ни произошло, мы никуда не денемся. — жалостливо смотрела на неё Мария. — Ракель, можешь жить в моей квартире. В комнате Серхио тебя, наверное, найдут. — нахмурился Андрес. — Он не мог позвонить ему лично. Все его дела решают секретари, менеджеры, начальники отделов, любой офисный подсосник, что попадётся под руку. — у побледневшей Мурильо начиналась истерика. Она упала головой на плечо Серхио и нервно закрыла глаза, поджав губы. — Это может быть всё, что угодно. — повторял Маркина. — Ты слышала маму. В любом случае, я никуда не денусь. Услышав звонок своего телефона, Ракель лихорадочно открыла сумочку и кивнула головой, увидев звонящего. Альберто Викунья. — Это конец. — улыбнулась она, поворачивая телефон к Серхио, лицо которого тут же стало красным от злобы. Парень выхватил её телефон, нажал на красную трубку на экране и выключил его. Крепко сжав её в своих руках, он старался скрыть собственный мандраж. Одно колено девушки продолжало трястись, поэтому Маркина накрыл его своей рукой, ощущая горячую кожу. Спустя пять минут сумасшествия, за стол вернулся озадаченный Хесус. Мужчина молчал, пока присутствующие пыталась разглядеть хоть какую-нибудь эмоцию на его лице. Тяжело вздохнув, он перевёл взгляд на Ракель и улыбнулся. — По работе. — блондинка шумно выдохнула и сделала большой глоток вина из своего бокала. — По работе? — нахмурилась Мария. — С каких пор Мурильо лично звонит тебе по работе? — Он открывает новую клинику на «Банке Испании». Хотел лично договориться на счёт установки рекламного баннера напротив нашего офиса. Территория через дорогу по документам наша, поэтому договор нужно заключать с компанией. — Новая клиника? — воскликнул Андрес. — Ракель, видимо, скоро у тебя тоже будет квартира! — Ага, видимо, скоро Лаура полетит на Маврикий, как и хотела. — фыркнула блондинка, утыкаясь в грудь Серхио. — Слава Богу. — Вот видишь. — прошептал он, поглаживая её щеку. — Судя по всеобщей панике, Луис не в курсе, что ты здесь? — спросил сеньор Маркина. — Мы расскажем обо всём, как только вернёмся. Обещаем. *** Через час, родители Серхио наказали ребятам не напиваться до беспамятства и удалились. Однако, их старший сын планировал именно это — выпитая за отдельный счёт бутылка Моёt заставила компанию выйти на улицу в поисках бара с коктейлями. Ракель никогда не видела пьяным своего парня, и, хотя их рассудок всё ещё оставался ясным, она уже замечала, как он постоянно улыбался и прикасался к ней больше обычного. Он поглаживал её талию, целовал в щёку и обнимал за плечи, пока они направлялись в бар. Стиль 30-х годов двадцатого века ненадолго отвлёк его от Ракель, он тут же принялся рассматривать интерьер, пока Андрес заказывал стопки текилы. Неожиданно для всех, подключилась и Алисия, которая ранее не позволяла себе напиваться. Выпив на брудершафт с де Фонойоса, она принялась рассказывать об их приключениях в Америке, дёргая парня за руку, когда он перебивал и добавлял детали. Оказалось, что Сьерра была не самым примерным студентом — не сосчитать сколько раз она приезжала на пары с похмелья или не выполняла домашние задание в сроки. Во всём она винила своего друга — тот вечно подстрекал её на развлечения и имел талант убеждать в том, что это не обернётся ничем фатальным. Выпив ещё одну порцию наравне со всеми, она чувствовала себя свободнее, чем раньше. Родители Андреса были замечательными людьми, которые радушно приняли её, однако, в ней всё равно сидело смущение и желание предстать перед ними примерной девушкой, хорошо влияющей на их сына. Сейчас, оставшись в компании только ребят, она решила дать себе волю, и, действительно, отдохнуть от всего, что ждало её в Америке. Работа с несносным боссом и завалы учёбы могли подождать, пока она, наконец-то, спустя четыре года вернулась в Европу. Впереди была родная Испания, которая, в любом случае, предвещала боль, поэтому закрыв глаза, она уже тянулась к третьей текиле, желая не думать ни о чём. — Однажды в Германии, пока Серхио лежал в больнице, я напился с незнакомцем в баре, в который зашёл за бутылкой пива для своего американского одноклассника. — рассмеялся Андрес. — Зная, что родители не пустят меня обратно в квартиру, которую они снимали, мне пришлось лезть на второй этаж в палату к моему бедному брату, который от испуга чуть не описался прямо на кровать. — Бедный ты! — вытянув губы, Ракель чмокнула Маркина в щёку, пока тот с усмешкой качал головой. — Это было ужасно, на всю палату стоял запах твоей внезапной вечеринки. Мне было одиннадцать! — Ты просто монстр! — подтвердила Алисия. — Конечно, моему вранью, что это запах больницы, никто не поверил. В качестве наказания, я три раза в день выводил гулять этого гнома и катал по территории в инвалидной коляске. — Прости, Серхио…как ты себя чувствуешь сейчас? — наклонилась к нему Сьерра с жалостливым видом. — Судя по вину и шампанскому из ресторана, четырём рюмкам, я в полном порядке. — усмехнулся парень. — На самом деле, важен настрой. Раньше я был охвачен мыслью, что в любой момент могу умереть, и, несмотря на то, что почти ничего не изменилось, во мне намного больше желания цепляться за жизнь, чем раньше. — он говорил об этом спокойно и Ракель пришлось подавить больной ком в горле, чтобы не расстраивать его своими эмоциями. Они договорились, что она примет его положение и перестанет относиться к этому, как к приближающемуся концу. — Я ещё не был в Бразилии, не видел слонов, не побывал на концерте Coldplay и не заделал ни одного ребёнка этой красотке! — Уберите подальше от него текилу! — глаза Ракель расширились, пока остальные смеялись над этим. — Ну, а ты? Заделал хоть одного ребёнка какой-нибудь красотке? — повернулась к Андресу Алисия. — Слава Богу, нет. — покачал головой Андрес, отправляя в рот кусочек сыра. — Я жду, пока созреешь ты, чтобы смеяться над нашими рыжими детьми! — Они были бы брюнетами, как ты, гены отца всегда сильнее материнских во внешности детей! — Ну, тогда бы я растил из них моделей, прям как я! — чокнувшись с девушкой, он отправил в рот ещё одну стопку. — В моём роду были близнецы, так что советую подумать над своими желаниями! — высунула язык Али, посмеиваясь. — Подожди, правда? — загорелись глаза де Фонойоса. — Обалдеть, как же круто! Мои клоны во главе со мной продолжали бы сводить тебя с ума. — Я бы очень быстро ушла от вас и стал бы ты отцом-одиночкой со своими моделями! Компания рассмеялась и только остатки трезвости Ракель, улыбнулись при виде мечтательного лица Андреса.