Часть 8

Проходит 3 недели Эвтида одета зелёное платье. Ложбинку груди была открыта, на обке были вырезы до самого бедра и внизу были плотные шорты. Волосы её были распущены, а в ушах были серьги из изумрудов. Сейчас она рисовала цветы, которые прислал Верховный Эпистат. Настроение и так было испорчено, как Исман со своей женой так и не смогли приехать. А ведь они не виделись уже несколько месяцев. Как Эвтиде хотелось с ним увидится. Да они писали друг другу письма, но это не то. Живое общение с братом было куда лучше, чем переписка. С Герсой она уже не так хорошо общалась, ведь у неё теперь были другие хлопоты. И общаться с ней становилась только тягостно. Но зато за эти месяцы она смогла подружиться с Ливием Пеллийским. И теперь вместо доброго, опытного и старого учителя, был хороший, и с юмором учитель, да и не только. Ливий ей нравился, как друг. — Милая Госпожа, вновь грустит. — Ливий. Эва обняла друга, и тот ответил на эти объятия. Они виделись несколько недель, но и этого хватило, чтобы соскучиться. — Как я рада тебя видеть. — Что Госпожа желает учиться? — Да, и мне интересно, где ты пропадал? — Я по приказу Фараона ездил в Гермополь. — Случилось что? — Вспышка хвори, там. Но мы смогли её погасить. — Как? — Заболевшие были на окраине города и мы их вывезли, больше заболевших не было. — Фараон, наверное доволен? — В том то и дело, что нет. Эва взяла его за руку и они сели за стол. Она внимательно его слушала. Фараон хочет, чтобы Ливий отправился в Фивы, где спышка хвори, и чтобы разобрался с ней, но жена Фараона на сносях и не хочет рожать без Пеллийского. — И что ты делать будешь? — Я дождусь, пока Госпожа родит наследника, а после поеду в Фивы. — Возьми меня с собой. — Не могу, Госпожа. Тебя отец и Эпистат не отпустят. — Мне надоела им подчиняться. Может я смогу, чем то вам помочь. — Эвтида, как? Я сам не знаю, как лечить хворь. Подумаешь в Гермополе вывезли людей, но они умерли вскоре. — Неужели нету никого средства? — Конечно, есть. Но мы должны удвоить поиски, чтобы его найти. — А для этого нужны люди, так возьми меня собой. — Нет, Неферут это опасно. Эва надула губы и сложила руки на груди. И отвернулась от Ливия, как ей хотелось принести пользу. — Уж лучше бы я родилась мужчиной, чем женщиной. — Думаешь, отец бы тебя выпускал бы? — Исмана он всегда брал собой и дал заниматься, чем он хочет. — Эвтида, не знаешь о чём говоришь, не говори. — Разве это не правда? — Твой отец сначала, чтобы Исман был охотником, и занял место Верховного Эпистата Яхмоса. — Ты врешь. — Нет, Эвтида. Твой отец для всех играет добрую, великодушного человека, а сам готов сломать ради выгоды. Если бы Исман не смог занять место придворного лекаря при Фараоне, то бы непонятно, что с ним случился бы. Но повезло в одном, и то не всем его детям. — Я знаю, что ты хочешь сказать. — Знаешь, женщины Египта может лечить, но если она из простого народа, а если из богатого, то только выходить замуж и заниматься хозяйством. Эва знала эту правду всегда. Но она никогда не хотела это принимать. Ей всегда была интересно, почему Герса так спокойно реагирует, неужели ей нужна была тогда власть? — Мне страшно, Ливий. — Чего боишься? — Я боюсь, что Верховный Эпистат будет меня насиловать и не сдержит обещания. — Обещание? Какое он обещание тебе дал? — Не могу сказать. Это не честно будет, и я подставлю человека. — Что же раз, то не говори. Но если он предложил тебе, что-то хорошее, то наверное так и будет. — Я не знаю, стоит ли ему верить? — Решать тебе, Неферут и только тебе. Ливий взял её рисунок и посмотрел на цветы на столе. — Часто подарки присылает? — Каждый день, либо через день. Я уже не могу. — Говорил тебе гадости, а то есть такие. — Нет, наоборот о своей жизни рассказал. — Понравилось? … Ладно, но если он так поступает, то возможно он не врёт и станет хорошии мужем — Думаешь? — Не знаю, я просто предположил. — Чтобы я без тебя бы делала, Ливий. — Сестре бы жаловалась. — Мы уже давно с ней не в ладах. — Почему? — Мне не нравится, что она постоянно говорит о Тизиане. Ливий улыбнулся, а после рассмеялся. Эва немного напряглась, и начала бить его по плечу — Что смешного? — Даже когда ты в гневе или обиделся, ты остаёшься милой. — Ливий, а если серьёзно? — Попробуй с ней поговорить, и если не поможет, то жди, пока она сама не поймёт. — Решил дать совет, моей мамы? — Нет, но тебе решать, Эвтида..... Что же, а теперь давай приступим к занятиям — Давай.