Часть 11

Проходит полтора года. Эвридей спалит к Луне, чтобы умчать из столицы. У неё было немного денег, и украшений, но этого хватит только на время. Сейчас ей нужно было бежать. — Эва, что с тобой? — Реймсс, где Луна? — Луна. Луна сейчас здесь. — Отлично, собери вот, а я её пока забрегу. — Эва, что случилось? — Верховный Эпистат возращается. — Я знаю, ты же… Его полюбила. Эва остановилась, но взяла в себя в руки и пошла к Луне. Она не хотела знать его, как он не выполнил её обещание. А он обещал, что он так больше не сделает — Неужели, это из-за… — Да, Реймсс. Ты правильно понял. Я не хочу с ним быть. Он обещал, что так делать не будет. — Это глупо. — Глупо, это издевается над ними перед смертью. Он приехал с головой твоего брата, и ты спокоен? — Эва, послушай. Он Верховный Эпистат. И он будет убивать черномагов. Как он захочет. — А если ты окажешься на месте брата? Тоже мне с этим спокойно жить? Зная, что мой будущий муж может за это перекрытия меня убить? Реймсс молчал. Они за эти полгода смогли подружиться. Реймсс познакомил её со старшим братом Реммао. А как узнала, что они черномаги. Всё просто, Рейссс слишком не аккуратен. — Эва, не уезжай. Тебе вернут, но с позором. — Лучше смерть, чем окровавленные руки. — А о Госпоже Нану подумала. Она скучает по тебе. — Я надеюсь, она меня простит, как я не надолго уеду. — Твой отец не отменит свадьбу. И ты это прекрасно понимаешь. — Бежим со мной Реймсс. — Нет. — Почему? Ты хочешь, повторить судьбу брата? — Эва, я не хочу лишаться места, но и отказываться от чёрной магии я не хочу. Эва ничего не сказала, а лишь забралась на лошадь. И посмотрела на Реймсса, надеясь, что он все-таки одумается, но он не смотрит, и Эва уезжает. Сейчас в их дом приезжали торговцы. Они вновь привезли дорогие ткани, и она смогла выбраться из дома. — Госпожа, Госпожа стойте. — Быстрее Луна. Быстрее. Эва обернулась и увидела Верховного Эпистата, который восседал на своём коне и серьёзным лицом на неё смотрел. " Как ты не вовремя. " Эва ожидала, что Амен пойдёт к ней, и тогда у неё будет время убежать, но он погонится за ней. Она ждала, но Эпистат не двигался, и Эва поехала назад. Верховный Эпистат не поскакал за ней. И Эве стала по настоящему страшно. Неужели он даёт ей фору? Почему? Ведь в письмах он писал, как желает к ней вернуться и поскорее отпраздновать свадьбу. Эва заезжает на рынок, где было много людей. Она едва могла проехать. И Эва пыталась, но Луну взяли за поводья. — Это дочь советника. Посмотрите на её платье. Народ начал трогать её ткань, и они продолжали держать поводья. Эва как бы не пыталась вырваться, у неё не получилась. Но резко народ начал отступать, а после она услышала хлыст, и Луна стала на дыбы. Эва падает на землю, и слышат крики людей, удары хлыстов и стук копыт. Эва посмотрела на Амена. И увидела, как его лошадь и нога были в каплях крови. Он не оставил её и помог ей. Она не знала, что случилось бы. — Давай руку. — Эва смотрела на кровь. — Руку, Неферут. Эва протягивает и он сажает её на колени. И уезжает с этого места, а его люди разгоняют людей. Как только они приехали, то Эва смотрит на отца со страхом. Эва не поднимала глаза, а лишь слезла с лошади и поклонилась отцу. — Эва, идти в комнату. Я с тобой поговорю позже. — Отец, я… — Я с тобой поговорю вечером. Идти немедленно в покои. Верховный Эпистат идёт за Эвтидой. И как они оказываются в её покоях, то Амен берёт за предплечья и сажает на стул. — Ты хотела увидеть свободу? Ты её увидела. Понравилось? Теперь ты понимаешь, почему отец тебя не выпускал, чтобы ты была в безопасности. — Зачем? Почему ты меня спал? — Эва, не глупи так больше. А если я бы не успел. Ты понимаешь, что могло с тобой случится. — Я не хочу за тебя замуж, и не выйду. Амен не мог в это поверить. Ведь в письмах она говорила, что будет рада этой дружбе, что он не будет держать её взаперти. — Я не знаю, что мне от тебя ждать? А вдруг тебе прикажут меня убить? Амен ничего не сказал, а лишь вышел из комнаты. И ему впервые стало жаль Эвтиду. Он знал, что её поставят в известность о последней казни. И он знал, что Эва испугается и попытается сбежать. Теперь ему придётся многое исправить.