Часть 18

Проходит несколько лет. Эвтида ходит по реке Нилу. Уже несколько лет она живёт вдали от Мемфиса. А всё из-за любви Хаторут к Саамону. Некоторое время спустя От лица Неферут. Я очнулась неизвестной мне комнате. Мои окна были открыты, и дверь тоже. Я направилась в поиски выхода, но нашла Хаторут и Хемсета. — Дочка, иди сюда. Поешь с нами. — Эва покачала головой. — Твоя мама велела сесть. — Ты не мой отец. И я не буду сидеть с тобой за одним столом. Хемсет кивнул своим людям. Меня взяли за плечи и повели прочь. Хаторут пыталась своей дочери помочь, но Хемсет усадил её за стол. Как только меня привели в нужную комнату, то отпустили, а после взяли таз и начали делать какую-то жидкость. — Это будет для тебя уроком. — Что я не так сказала. Разве это не правда. — Ты моя дочь… Моя дочь и я буду решать твою судьбу, а не он. — Ты убил собственного брата, и отца, который вырастил меня, хоть и держал взаперти, но он мой отец. — Надеюсь, что после этого наказания, твоё мнение по этому поменяется. И ты больше не будешь так говорить. — А после повернулся к своим людям. — Только колени … Меня сразу взяли по други, и посадили на колени в эту жидкость. Мне очень стало больно. И я кричала, очень сильно, а после, как Хемсет сказал: » Довольно», то меня отпустили. — Ты получила свой урок. Эти шрамы, которые останутся на твоих ногах, будут напоминать тебя об этом до конца твоей жизни. — Я всё равно не буду называть тебя отцом. — Неферут, ты уже моя. Я тебя увёз. Думаешь, не смогу забрать твоих брата и сестру, то ты тогда очень ошибаешься. У меня есть влияние в Совете и я могу делать, всё что я захочу. — Амен, не позволит этому случиться. — Ты забудешь о его имени, и о том, что он твой будущий муж. — Никогда… — Закрыть её в комнате и не давать ни еды и воды, без моего разрешения. Как только все ушли, то я осталась одна. Я дала вроде слезы, а после посмотрела на свои ноги. Кожа была в ожогах и до сих пор болела. Я порвала платье и завела ожоги. Но боли от этого меньше не стало. Сейчас. Хемсет не смог привезти Герсу и Исмана и Эва была этому рада. Пусть Неферут не могла теперь говорить открыто, но девушка не оставляла надежду, что может сбежать, хоть попытки у неё были, но они никогда хорошо не заканчивались. Когда Неферут сбежала в первый раз, то её вновь закрыли, только уже тогда Эва не могла ходить. Она была на цепях 4 дня и ей давали только воды. Во второй раз Хемсет её самолично выпарал. Хаторут было жаль дочь очень сильно, но она не пыталась её защитить. Неферут знала, что за ней наблюдает. Она знала, что столица была не далеко, и ей бы не удалось сбежать. — Госпожа, пора возращаться. Скоро ужин. — Неужели моя жизнь теперь будет проходить так до конца моих дней. — Госпожа, пойдёмте на ужин. Не заставляйте меня, вас тащить. — Тащи, лучше Еран, как я не хочу идти, с тем кто предал Верховного Эпистата. Ерану это надоела и взял её за руку и потащил к дому. Дом был очень большой, даже больше Верховного Эпистата. У Эвтиды были самые лучшие покои, но её охраняли, как Зеница ока. — Эва, где ты была? Еран отпусти её. Оставьте меня с моей дочерью. — Я не твоя дочь. — Эвтида смирись. — Никогда. Ты связался с ним и убила нашего отца, и мне позволила быть счастливой. — Эва, помнишь, что я тебе говорила, ты должна помнить всегда, что я делаю всё только для твоего будущего. — Нет, ты это делаешь, только ради своего блага. Думаешь, я не вижу, как ты смотрить на него? — Эвтида, он твой отец. — Мой отец умер из-за него. — Твоя сестра счастлива думаешь с Тизианом? Ребёночка хочет, да только у неё от него будет. И ты бы захотела, но Верховный Эпистат не захочет познать этой любви. — Откуда тебе знать? — А я это знаю. Думаешь, я не знаю, что ты через Реймсса пытаешься сбежать? Неферут не могла в это поверить. Как она только узнала об этом? Ведь письма передавала ей ткачиха, которая дружила с Реймссом. — Неферут, смирись. Ты уже не будешь с Верховным Эпистатом. — Мама, но я ведь его люблю. Прошу тебя передумай. — Нет, Эва. Ты дочь Хемсета. А значит его враг, и я не дам тебя отправить на смерть. — Это не правда. — Это правда, Эва. Твой отец уже на меня внимания не обращал. Когда я родила твою сестру, а не сына. Так что он формально тебя признал, а так он знал чья ты. И я ему за это благодарна, что он тебя не убил. Эва качала головой в знак отрицания. Она не могла в это поверить. Да и не хотела в это верить. — Хаторут… И ты Эва, здесь. Это даже хорошо. К нам едет Верховный Эпистат. — Зачем? — Учитывая, что он возвращается из Александрии, то скорее всего хочет погостить и отдохнуть, до столицы отсюда не далеко и он должен выглядеть неприступным. Вы с Эвой уедете на время, пока он будет. Будете в доме прислуги, но не переживайте за вами будет точно такой же обращения. — А после повернулся к Эве. — А что насчёт тебя. Будь разумной. И не смей попадаться на глаза Эпистата. Поняла? — Поняла. Несколько дней спустя. Неферут наблюдала с угла дома на Амена. Он остался точно таким же, только шрамы прибавились. Она хотела выйти к нему, но поняла не время. Эвтида уже придумала, как ей вновь воссоединиться Эпистатом. Вечер. Эва сидела в заперти в комнате и не знала, что делать. Её поймали в доме и мать заперла её. Эва могла с лёгкостью выпрыгнуь в окно, но в доме прислуги они были за решёткой. " Что же мне делать? Отмычка даже не работает, да и сил не хватит. " Эва услышала звук ключей, а после открылась дверь и там была Нейт. Эва обняла её. — Торопись, Эва. — Где он? Ты в её заменила? — Да, но там Реймсс. — Я поняла тебе. Спасибо, Нейт. — Беги скорее. Удача повернулась к Эве. Она не столкнулась с охраной и к побежали Нилу. Эвтида видела Реймсса, который прятался в кустах, которые расли у Нила. Верховный Эпистат держал в руках хопеш, в любую минуту он мог его найти. Неферут смогла легко отвлечь Амена. И Реймсс благополучно сбежал, а они не могли на друг-друга насмотреться. — Здравствуй, Амен. Он лишь её закружил в объятиях, а после поцеловал в губы. Эва была настолько счастлива, что не хотела от него отрываться. — Я так соскучилась. — Никто, не верил, а я знал, что ты жива. — Амен, мне нужно уже идти. — Идти? Куда? Теперь ты ни куда не уйдёшь. — Я сама этого не хочу. Но Хемсет меня держат здесь. — Так он тебя с матерью украл. — Мама была с ним заодно. Если бы я успела за тебя замуж выйти, то я бы не была здесь. — Неферут… — Так это он Имран друг Фараона давний. — Тебе нужно сейчас уйти. — А по сюда идёт. — Нет, Амен ты сам понимаешь, что так не должно случиться. Пожалуйста, уходи и сделай, как нужно. — Неферут… — Я иду. — Я обещаю тебя, я вернусь за тобой. — Буду ждать и тогда у нас будет много времени, чтобы я всё рассказала. Амен поцеловал ее в губы, а Эва направилась на голос Хемсета. Она знала, что ей прилетит, но надеялась, что скоро Верховный Эпистат её освободит. — Где ты была? Почему убежала вновь? — Я гуляла по Нилу. — Я ясно, сказал, чтобы ты не выходила из покоев. — Я… Эва не успела ничего сказать, как оказалась на полу, а к лицу прижимала руку. Он ей дал пощёчину. Хемсет множество раз давал ей пощёчину, но такую сильную никогда. — Как ты смеешь своему родн… Но резко забежали охотники, с ним был Верховный Эпистат Амен, который смотрел красными глазами на Хемсета. Хаторут сильно испугалась и прижалась к Хемсету. — Господин Эпистат. — Вы украли девушку, мою невесту. И её мать вам помогла… Я ведь прав, Хемсет. Хемсет попытался убить Верховного Эпистата. Он кинул в него кинжал, но он не долетел до него, Амен во время отвернулся от кинжала и он попал в стену. — Вы за всё ответите, Хемсет и Хаторут тоже. — Господин. — Молчать, вы не только предали мужа своего, но и убили. И тем самым предали Фараона. Схватить их. Тизиан, который появился из-за спины. Подошёл к Неферут, помог стать и убрал кровь с её лица. — Тизиан, отвези её ко мне домой. — Давай, я её отвезу в штаб. — Делай, как я сказал. Тизиан ничего не посмел сказать, а вот Эва уже по-настоящему напугалась. Ведь Хемсет мог сказать, что Эвтида является его дочерью, и тогда Амен её пощадит, но она останется без него. Врядли Хаторут будет покрывать в этом Хемсета. — Эва, не переживай всё будет хорошо. — Я должна, кое-что рассказать. — Всё потом. Ты должна сейчас поехать ко мне домой. — Но это важно. — Не сейчас. Как я их до прошу, то я приеду сразу. — Прошу послушай меня. — Ничего не бойся. Теперь никто тебя у меня не отнимет. Никогда.