Глава 4. Сказка о побеге

      Ладони вспотели. Сердце колотилось, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. В комнате царил полумрак. Она не видела своего клиента, он сидел отвернутый к окну. Его скрывала тень. На столе стояла подтаявшая свеча, которая давала совсем немного света. Рядом стоял графин и бокалы. Нужно налить вино. Так ей сказали. А дальше…дальше она разберется. Она не застрянет здесь. Она обязана жить ради своих родителей. Обязана выбраться на свободу. Все получится. Возможно, что ей помогут. А если нет, то она готова…к определенным последствиям. Это не самое страшное, что может произойти. Рей сглотнула, руки сами потянулись к графину. Она разлила вино в два бокала. Эти демоны могут издеваться над её телом, но волю они не сломают. Она поставила графин на стол с громким стуком. Выпрямилась. — Сэр, могу ли я предложить вам вино? — голос немного хрипел. Это вообще ее голос? Казалось, что все происходит сейчас не с ней. С кем-то другим. Что она просто сторонний наблюдатель и не более. Ее клиент двинулся в кресле. В комнате витал запах благовоний, но её что-то смутило. Знакомый запах, который заставлял все её внутренности сжиматься. Это бред. У нее галлюцинации. Здесь не могло пахнуть им. Она закрыла глаза. Нужно было успокоиться. Раздались шаги, клиент обошел её сзади. Она не видела его лица, но была готова прямо сейчас разбежаться и выпрыгнуть в окно. Или убить его прямо сейчас. Боже. Что она делает? Руки сжали кусок ткань на ней. Рей выдохнула через рот. Спокойно. Все будет хорошо. Главное не терять настрой, не падать духом. Она вытерпит эту пытку, уж точно. На её голые плечи опустились мужские ладони. Кажется, началось. Кожа покрылась мурашками, изо рта вырвался судорожный вздох. Ладони были крепкими и холодными. — Этого ты хотела? Нет. Этого не может быть. Ей показалось. Это не мог быть он. Только не он. Она не могла оказаться здесь с этим монстром. Она распахнула глаза, но повернуться ей не дали. Крепче сжали плечи, заставляя остаться в таком же положении. — Ты… Лишь шепот. Все что получилось выдавить из себя. Горький и жалкий шепот. Она не сбежала. Её палач здесь. Вероятно, он заплатил за нее. Зачем? Для чего? Глаза застилала пелена. Только не слезы. Она не может позволить этого себе, точно не сейчас. Точно не при нем. — Я, — шепот в ответ. Он просто издевался над ней. В этом вся его демонская суть. Испытывать судьбу не хотелось, но внезапное осознание или, скорее, ощущение того, что она ему не интересна, проскользнуло в голову. Он не воспользуется её телом. Она ведь не привлекает его. В его взгляде никогда не было хоть толики заинтересованности. Он может сколько угодно пытать её, но не насиловать. И сейчас у него были связаны руки. — Зачем ты пришел? — так тихо. Внезапно мужские руки пропали с её плеч, Леви обошел её и сел в глубокое кресло, не сводя равнодушных глаз с её лица. Рей хотелось плакать, хотелось рвать и метать, но все, что она делала — это просто стояла и смотрела на него. — Раздевайся. За двое суток до событий. Прошел месяц. Рей расположилась на подоконнике, наблюдая за закатом. С нее сняли наручники. На тренировочном поле почти никого не было. Неудивительно. Сейчас практически время ужина. Она с грустью посмотрела на прочитанные ею книги. Что ж, они многое объясняли. И все же, это написали демоны с острова Парадиз. Глупо им верить и верить всему написанному. Её предупреждали о том, что этот остров опасен. Всю её жизнь она слышала о том, что творится на этом острове. Демоны могли превращаться в титанов. Демоны были похотливыми, жестокими и алчными. Они не знали добра, в них это просто не заложено. Они не умеют сострадать, не умеют любить. Они опасны. И сейчас Рей была их пленницей. В голове постепенно складывался пазл, однако червячок сомнения все же закрадывался к ней в голову. Ханджи не была похожа на монстра. Другие солдаты тоже не были жестоки с ней. Скорее, они были смущены или нервозны, а в большинстве случаев им было все равно. Никто не хотел вредить ей, никто её не трогал. Возможно в этом был их план. Пряником пытались выманить информацию. И все же…внутри будто что-то ломалось. Какая-то мысль, которая была на поверхности, но за нее было сложно уцепиться. Как странно. Другое дело Леви Аккерман. Её палач, настоящий демон с острова Парадиз. Тот с первых дней показал свою истинную натуру. Он избивал беспомощную девушку в цепях, вероятно, получая удовольствие от этого. Мерзкий тип. Рей была рада, что они не сталкивались. Он пугал её, по-настоящему. Было в нем что-то нечеловеческое. Этот монстр мог убить её, а потом сожрать останки. Просто ради развлечения. Рядом с ним Рей отчетливо ощущала свою беспомощность. Все его движения говорили об одном: он хозяин положения. Не было смысла пытаться нападать на зверя, ведь он был намного сильнее её. Он уже показал ей свою силу. Раны до сих пор заживали. Она ненавидит своего палача. Ненавидит всеми фибрами души, желает ему смерти. Она поклялась себе, что Леви умрет. С коридора послышался звон посуды на подносе. Рей взглянула в зеркало. Перед ней стояла молодая девушка, с белыми волосами до плеч, большими зелеными глазами и чуть вздернутым носиком. Скулы ярко выделялись на лице, подчеркивая красоту губ. Еле еле проглядывались небольшие веснушки. Она уже забыла, что такое проводить время под солнцем. Времени оставалось мало. Сейчас или никогда. Рей легла на пол, разбрасывая волосы и усмиряя дыхание. Так проще. Все должно пройти гладко. Все получится. Она сделает это ради своей семьи, ради близких и родных. Ради её родителей. Ради Зика. Все должно получиться. Дверь открылась. Послышался звук падающего подноса. — Эй, что с тобой? — до ее лица дотронулись чьи-то руки. Солдат выглядел напуганным, пытаясь всмотреться в её глаза. Легонько ударил по щеке. Рей чуть приоткрыла веки, внезапно застонав. — Мне больно, — шепот. Солдат растерялся на долю секунды. — Я отнесу тебя к Ханджи, — она почувствовала как он пытается приподнять её. Сейчас или никогда. Схватившись за его голову, она ударила его коленом в висок. Парень взвыл. Она захватила его сзади, сдавливая горло. Придавливая локтем настолько, насколько хватало силы. Парень обмяк. На всякий случай она разбила тарелку об его голову. Кровь медленно вытекала из разбитой головы. Рей в испуге начала отходить. Она не убила его, в этом она была уверена. Просто ранила. Оставалось последнее — снять с него зеленый плащ. Закончив с этим, она проверила его на наличие оружия. Нашла небольшой нож и это уже казалось победой. Забрала ключи, выходя, закрыла дверь на замок. Ключи полетели в открытое окно. Отлично. В коридоре было тихо, кажется, никто не услышал их маленькую бойню. Она старалась идти тихо. Накинув капюшон, Рей на свою удачу осталась незамеченной. Первая её цель — конюшня. Навыки верховой езды у нее хромали, но она молилась, чтобы все прошло гладко. Она обязана сбежать. На улице было темно и свежо. Кажется, она вечность не дышала свежим воздухом. Конюшню она почувствовала ещё перед тем, как нашла её. Этот запах ни с чем не спутаешь. Лошади стояли спокойно, почти не обращая на нее внимания. На улице было слишком тихо. Рей не покидало ощущение, что она что-то упустила, но времени не было. Нужно было бежать как можно скорее. Лошадь нашлась быстро, однако, Рей не могла вспомнить как правильно надевать уздечку. Черт. Она теряет слишком много времени. Надеть её все же получилось, она не была уверена, что правильно. С седлом разбираться времени не осталось. Она оседлала лошадь, запрыгивая со стойла. Они двинулись. Главные ворота охранялись, но, кажется никому не было до нее дела. Она спокойно выехала за пределы корпуса. Оставалось узнать дорогу, а ещё узнать, как можно оказаться за стеной. Город спал. Выглядело это мрачно. Старые, видевшие лучшие времена, дома, грязные дороги, бедняки в лохмотьях. Пару раз она видела крыс. Из какого-то закоулка доносился пьяный мужской смех, больше похожий на хрипы умирающего человека. Кожа покрылась мурашками. Она находится в месте рождения демонов. Нужно было узнать дорогу и как назло никто не попадался ей на пути. Завидев спереди себя большое здание, которое ещё было освещено, Рей направилась прямиком туда. Оттуда доносились пьяные голоса, возле дверей стояла охрана и компания из четырех демонов. Они увидели друг друга одновременно. Чуть подъехав к ним, но не приближаясь слишком близко, Рей остановилась. Мужчины смотрели на нее подозрительно, она заметила как они рассматривают её плащ. Вид у нее был взболмошенный. — Здравствуйте, не подскажите как мне добраться до стены Мария? Голос не дрогнул. Она мысленно похвалила себя за это. Мужчины переглянулись. Один из них, невысокого роста и с лысиной на голове, вышел вперед, мерзко оскалившись. — А зачем такой милашке стена? Его голос был прокуренным, глаза казались почти черными и налитыми кровью. Сам он был крепким, скорее даже толстоватым. От него исходил подвох и скрытая угроза. Мразь. Демонское отродье. Он оценивающе прошелся по её, скрытой плащом, фигуре. Грязно скривил губы, блуждая по её лицу. Хотелось натереть тело мочалкой до красноты, лишь бы смыть с себя эти сальные взгляды. — Я солдат развед корпуса, — голос дрогнул, — Если вы не можете мне помочь, тогда я не буду тратить на вас свое время, — она развернула коня. Нужно уезжать. И быстро. — Ну почему же? Помочь то, поможем, слезай с коня. Они остались втроем. Лысый, громила и она. Охрана не обращала на них внимания. Двое мужчин куда-то скрылись. Она чувствовала себя загнанной в ловушку. Секунда, две. Ноги пришпорили коня, когда сзади послышался топот копыт. Пальцы намертво вцепились в гриву, бедра сжали туловище животного в попытках не свалиться. Конь бежал быстро, кажется, легко ориентируясь в местности. За ней скакали две лошади. Погоня. Боже. Неужели так быстро прознали о ее побеге? Только не это! Только не в клетку, только не обратно к дьяволу. Лучше умереть свободной, чем жить в неволе. Они неслись по каменным дорогам, Рей не разбирала пути. Было темно, тело грел адреналин. Она не могла думать больше ни о чем, кроме того, как бы не свалиться. Внезапный человек спереди все решил. Он появился ниоткуда, черной тенью, его конь заржал. Гнедой под Рей резко развернулся в сторону. Она не удержалась. Какое-то мгновенье. Послышался глухой удар, она с силой впечаталась в каменную стену. Испуганное животное рвануло дальше. Приземление на каменный пол было твердым. Рей поднялась на трясущихся руках, сплевывая кровь. Сзади доносился звук копыт. В голове одно слово: Беги! Невзирая на боль во всем теле, она рванула вперед за гнедым. От быстрых лошадей позади было не скрыться, она слышала смех мерзких тварей позади себя. Воздух рассекла плеть. Рей закричала. Монстр ударил её по щиколотке. Она упала на камни, проезжая вперед и сдирая кожу в кровь. Вокруг нее кружили два громоздких мужчины на лошадях. У одного в руках была плеть. Лошади ржали, мужчины что-то говорили. В ушах стоял гул. Плеть рассекла воздух. Удар. Спину пронзила боль. Кричать сил не было, только сжаться в комок. Удар, затем ещё один. Рей вздрагивала, чувствуя, как её тело полосуют. — Прекрати, Корк будет недоволен. Ты портишь товар, — послышался неприятный баритон. Товар? Что это значит? — Сучка получила по заслугам. Прикидывается солдатом, пытается удрать. Может она шпионила за нами? Тогда одной плетью эта срань не отделается. Урод спрыгнул с лошади, начал приближаться. Рей зажмурилась. Голову пронзила резкая боль, руки резко расслабились. В глазах потемнело. Она умирает? Когда Рей в следующий раз открыла глаза, голова пульсировала. Вокруг нее было много людей и разговоров. Послышался стон. Кажется, её стон. — Очнулась, малявка? — женский голос. Но это не Ханджи. Наконец, рассмотрев окружение, она поняла, что находится среди каких-то женщин и девушек, лежа на обычной койке. Таких здесь было полно и они имели два этажа. Взгляды, обращенные на нее, были не враждебными. Скорее, любопытными. — Где я? Последнее, что она помнила, это то, то ее нагнали в какой-то подворотне. Она слетела с лошади. А потом все стихло. Только мрак и ничего больше. — Ты у мистера Корка, в его гнезде. Тебя привезли ночью, ты была не в себе. Все металась и повторяла «демоны». Тебя подлечили, тут был врач. Ты хорошенькая. И быстро уйдешь, я уверена. Женщина, говорившая с ней, была обычной внешности. Темные волосы, глаза, тонкие губы и чуть длинноватый нос. На вид ей было около тридцати. Рей оглянулась. На нее смотрели такие же женщины и девушки абсолютно разных возрастов. Смотря на некоторых из них, создавалось чувство, будто они еще несовершеннолетние. — Кто такой мистер Корк? И куда я должна уйти? Голова кипела, переваривая информацию. Это какой-то женский корпус? Куда она попала? Неужели они поняли, что она не представляет ценности и решили просто сбагрить кому-то? Это бы объяснило то, что она так легко покинула развед корпус. Путь к свободе открыт? — Ты что, не местная? Мистера Корка и его бордели знают здесь все. Кто-то работает у него, кого-то он продает. Везет не всем. Если попадается хороший хозяин, то ты служишь ему до конца жизни, удовлетворяешь и рожаешь детишек, если надо. А вот если не вез… — Я в борделе?! Рей вскочила на ноги и тут же пожалела об этом. Голова закружилась, она схватилась за ближайшую стойку, чтобы не потерять равновесие. Сдавленно зарычала. Какой ещё, к чертовой матери, бордель? Какое рабство? Они что, в средневековье? Этого не может быть. В голове не укладывалось. Она свободный гражданин. Они не могут. Не могут держать её здесь как рабыню. Не могут, не имеют права держать её в плену. Пытать. Но что-то подсказывало, что они могут. Она ведь сама приплыла на этот чертов остров. Зная, что здесь за нечисть, зная о демонах. Она сама, гонимая благородными мыслями, оказалась здесь. Состояние подходило к истерике. Она задыхалась. Хотелось кричать. Звать на помощь. Пожалуйста, хоть кто-нибудь. Помогите. — Я понимаю тебя. Не все здесь оказались по своей воле, как и ты. Главное успокойся, слезами здесь не поможешь. Мы не так уж и плохо живем, как может показаться. Откуда ты? Рей задыхалась. — Тиша, не видишь, ей плохо. Давай лучше отведем её к врачу, как нам и сказали. Не дави на девочку. Этот голос принадлежал девушке помладше. Рей схватилась за голову. Это все казалось нереальным. Кто-то легонько дотронулся до ее плеча. — Тише, тебя не обидят, — все тот же молодой голос. Ее провели к врачу. По дороге она ловила сочувствующие взгляды рабынь. На душе было гадко, но разбираться не было сил. В кабинете врача пахло стерильностью. Ей связал руки какой-то мужчина и тут же вышел. Она осталась наедине с врачом. Это был мужчина в возрасте, с мягкими чертами лица и добрыми глазами. Это все обман. Он работает здесь, зная что тут рабыни. Зная, что с ними делают. Зная, что тут бордель. Этот демон не может быть добрым. Однако, его взгляд не был враждебным. — Как тебя зовут? В горле пересохло. — Рей. Отпустите меня, я важный человек для развед корпуса. Вы обязаны отпустить меня, — она буквально прорычала эти слова. Доктор лишь улыбнулся. — Конечно, Рей. Ты девственница? Её щеки тут же зардели. Да что он себе позволяет? Мужчина, кажется, не боялся её. Он сидел за своим столом, заполняя какую-то бумагу. — Да как вы смеете?! Мужчина поднял голову. Улыбнулся. А затем зашли ещё двое мужчин, которые крепко держали её, не позволяя вырваться. Они усадили её в какое-то кресло. — Нет, прошу, не надо, — по щекам текли слезы. Они снимали с нее штаны, а она ничего не могла сделать. Ноги зафиксировали ремнями, последний элемент одежды был отложен в сторону. Рей закрыла глаза, чтобы не видеть этого ужаса. Было стыдно, странно и мерзко. Она сидела с раздвинутыми ногами перед доктором, слыша похотливые смешки сверху от тех, кто держал её. Все что она могла — это сдавленно рыдать и молить о том, чтобы все закончилось. Она чувствовала прикосновения к своему телу, чужие руки на её гениталиях. Было отвратительно. Никто не смел трогать её там. — Она чистая. Сколько тебе лет, Рей? Она зарычала, захлебываясь в слезах. Как только ремни были сняты с ног, она сдвинула колени. От стыда хотелось сгореть заживо. — Она выглядит молодо, думаю, ей не больше девятнадцати. Так и запишу. Затем все закончилось. Сил сопротивляться не было. Она будто через призму смотрела на то, как её моют. Какое унижение. Рабыни мыли её бережно, поливая вкусными маслами, касаясь всего тела. Также они убирали все лишние волосы. Точнее сказать, волосы остались только на голове. Рей готова была умереть со стыда, но молча стояла и терпела. Она ничего не могла сделать сейчас. Ничего. Когда с банными процедурами было закончено, её отвели в какую-то темную комнатушку. Здесь были и другие рабыни, они прихорашивались и наряжались. — Тебе повезло, сегодня у тебя будет первый клиент. Если он тебя выкупит, то ты уедешь с ним, — это бормотала ей на ухо одна из рабынь, которая мыла её. Первый. Клиент. Рей посадили перед зеркалом, она чувствовала себя слишком истощенно. На спине были видны легкие царапины, оставшиеся после плети. Щиколотка ныла. Все-таки плащ и свитер её спасли. Лицо выглядело осунувшимся, кости выпирали. Сидеть было некомфортно. — Какая же ты худенькая. Очередное бормотание. Кости ломило. Удар об стену был слишком сильным, к тому же она повредила голову. Удивительно, что ничего не сломано. Хотя по ощущениям — все её кости были пропущены через мясорубку. Её лицо красили. На тело надели какое-то прозрачное белье. Ткань была легкой и невесомой. Волосы оставили распущеными, заколов некоторые пряди. Надели слишком короткое платье, которое держалось на её плечах и доставало до середины бедра. Казалось, будто оно сделано из полупрозрачных штор. Рей была похожа на куклу. — Зайдешь и сразу предложи налить вино. Затем делай все, что он скажет, поняла? Без сюрпризов, иначе ты никогда отсюда не выберешься. Будь умницей. Все то же бормотание. Её вели через главный зал. Глаза округлились. Здесь стояли столы и диваны, на которых восседали самые разные мужчины. За ними было много дверей и стоял большой бар. Мужчины выпивали и громко хохотали, в то время как вокруг них вились девушки. Кто-то сидел на коленях, кто-то гладил интимные места через одежду. Девушки улыбались и подливали алкоголь, за это получая шлепки по заднице и сальные взгляды. И тут пришло осознание. Она выберется отсюда. Она разобьет голову своему клиенту, выскочит, убежит. Лучше умрет, чем останется здесь. Она никогда не будет так вести себя, никогда не будет улыбаться демонам. Никогда. Рей сжала кулаки, чувствуя накатившую ярость. Шаг, второй. По ступеням они поднимались наверх. Остановились возле одной из дверей. Затем её пустили внутрь. Настоящее время. В комнате повисло молчание. Ей не послышалось? Руки сжались в кулаки. Ублюдок смотрел на нее со своего кресла, все также могильно равнодушно. Глаза застилала холодная ярость. Хочет поиграть? Они поиграют. — Как прикажете, сэр. Кажется, что его бровь дрогнула. Не ожидал? Рей прошла к столу, беря бокал с вином. Сделала глоток. Какая же мерзость. Губы на секунду скривились. Она взяла второй бокал и сделала шаг к дьяволу, что восседал в кресле. Тот не шелохнулся, лишь поднял бровь. — Я думаю, что лучше смотреть на представление с бокалом вина в руке, — она протянула ему напиток. Леви смотрел на нее равнодушно, но было заметно, что он усердно думает. Думает над её следующим шагом. В его голове велись мыслительные процессы и это было ей на руку. Он начал поднимать руку, собираясь взять бокал из её рук. Все произошло слишком быстро. Секунда и она бросает бокалы в дьявола, обливая его лицо вином и вырывается в сторону двери. Секунда и её со всей силы впечатывают лицом в стену. Рей сдавленно стонет от боли, пока ублюдок прижимает её к стене. Ее рука тянется к двери, но достать не получается. В носу слишком мокро и щекотно, на стене образуется кровавый след. Ублюдок разбил ей нос. Её руки жестко прижали к стене, не позволяя двигаться. Она чувствовала, как вино стекает с демона, попадая на её кожу. Прижалась лбом к стене, пытаясь дышать. Слезы застилали глаза. Какая же она слабая. — Я думаю, может оставить тебя здесь? Одна его рука резко схватила её за волосы, оттягивая назад, шея неприятно хрустнула. Рей схватила его руку, но толку в этом не было. Его глаза горели леденящей душу яростью. Он смотрел на нее, пожирая своим взглядом. Так смотрят перед тем, как убить. Рей почти лежала у него на плече, настолько сильно он оттягивал её волосы. Она дрожала. Ей было страшно как никогда. Кровь заливала рот, мешая нормально дышать. — Может тебе нравится, когда из тебя выбивают дурь? Может на твое тело сможет кто-то позариться? Тебя будут рвать на части, будешь ли ты получать удовольствие от этого? Слезы покатились из глаз. Палач еле шевелил губами, произнося все эти ужасающие душу слова. — Пошел…к черту. — К тебе относились как к принцессе, что же тебе не понравилось? Может нужно делать это так, — рука ещё сильнее сжала ее волосы, — чтобы ты была послушной? Она смотрела на него, чувствуя как от ненависти сводит скулы. Его хватка немного ослабла и Рей выдохнула в стену. Палач все еще не отходил. — Я никогда не буду послушной, — она тяжело дышала, — Вы должны были понимать это. Она почувствовала, как внезапно стало свободнее. Палач отошел от нее. Она повернула голову, рассматривая его. Он был весь в черном и по его лицу и шее стекала красная жидкость. — Поверь, мы знали это. Думаешь, почему тебе так легко удалось удрать? Она замерла. — Мне было интересно куда ты направишься. Может встретиться с соучастниками? Но потом я увидел, как ты неслась на украденной лошади от людей Корка. И решил, что не могу не позволить тебе это маленькое приключение. Тот всадник на вороной лошади. — Так это был ты? Он усмехнулся, еле заметно для ее глаз. — Я, — согласился так просто, — Считай, что меня это позабавило. Я даю тебе право на выбор: уехать со мной или остаться здесь. Внутренности свело. Он выглядел слишком серьезно для шутника. Рей чувствовала, как её поглощает паника. Как бы это странно не звучало, но сейчас она готова была согласиться на то, чтобы уехать с ним. Сейчас её клетка обозначала для нее безопасность. И за это хотелось пустить себе пулю в лоб. — Я уеду с тобой. Он не выглядел удивленным. Затем были разборки и мистер Корк приносил свои извинения за то, что они ее схватили. Леви вернули деньги. Они ехали молча. Рей сидела спереди, держа платок у носа, её палач сзади. Вороной шел уверенно, держа на себе двух всадников. У Рей взрывалась голова. За этот месяц они почти не трогали ее, она редко видела своего палача, стала кушать. Иногда проводила время с Ханджи, но чувствовала, что что-то изменилось. У них будто бы пропала надобность в информации. Значит, они где-то ее взяли, только где? В их разведкорпусе прибавилось новых лиц и солдат, все выглядели безумно занятыми. Рей давали книги, обходились с ней хорошо. Но она начинала сходить с ума от одиночества и отчаяния. Она была одна почти все время, занималась тем, что перечитывала одни и те же книги, вечно варилась в собственных мыслях. От Ханджи она узнала только то, что было безопасным узнать. Она знала теперь, где находится, примерно знала расписание, но до этого она догадалась сама, по своим наблюдениям. Знала какие-то формальности, но этого было мало, катастрофически мало для той, кто планировал побег. И это её убивало. Внезапно Рей почувствовала тепло, исходящее от монстра, сзади нее. Он прижимался к ней торсом, уверенно сидя в седле. На секунду она расслабилась, погружаясь в мысли о том, что её греет монстр. На секунду она представила, что она не одна. Но затем все исчезло. Она начала корить себя за глупость, за побег и неудачу. Но затем решила, что попытаться стоило. Однако, её действия все равно были предсказуемы. Ее раскусили сразу же. И это заставляло щеки гореть от стыда. Нос ныл, напоминая о себе. Ублюдок совсем не рассчитывает свою силу. Рей стало слишком тоскливо для молодой девушки. Сегодня её могли изнасиловать или что похуже…однако, она здесь, спасена своим же палачом, как бы глупо это не звучало. Она неосознанно двинулась корпусом назад, прижимаясь ближе. Так тепло. — Отодвинься, у нас не романтическая прогулка. Ну конечно. Рей отодвинулась, хмуро смотря вперед. Запретные мысли проскользнули червячком в голову. А у палача есть семья? Или женщина? Все время, что они были вместе, она видела его одного. Да и на нее он чаще всего смотрел с какой-то брезгливостью. Она его не привлекала. В чем же дело? Спросить она не решилась. Был какой-то внутренний страх перед ним, будто стоило ей сказать хоть слово и он её уничтожит. Хотя может так оно и будет по приезде. Её опять закуют в наручники и бросят в подвал. Руки задрожали. Ветер обдувал конечности, заставляя тело покрываться мурашками. Холодало. По идее, сейчас должна быть осень. Но у них здесь более теплый климат, так что днем бывает жарко, она это замечала по одежде солдат. Какая глупость. Ее план побега неудался, а она думает о какой-то погоде. Может сейчас получится? Может притвориться, что она теряет сознание, чтобы Леви попытался привести её в чувства и она смогла дать отпор? Ага. Подзатыльником он приведет ее в чувства, если не чем похуже. Да и силы неравномерные. Захотелось заплакать и засмеяться одновременно. Возможно, она и вправду сошла с ума. Но что-то ещё не давало покоя, что-то внутри нее, маленькое и едва уловимое, то что начинает расти и крепнуть. Желание близости. Желание хоть какой-нибудь близости, тепла, улыбки. Любви. Она чувствовала себя слишком несчастной и покинутой, слишком в отчаянии. Она слишком долго здесь находится, в месте, где всем плевать на нее. Она постепенно сходит с ума в маленьком пространстве, пока её пожирает отчаяние. Как бы ей хотелось сейчас, чтобы хоть кто-нибудь был рядом. Хоть на секунду появился. Мама, папа, Зик. Сказал, что все хорошо, утешил. Рей прикрыла глаза. Какой же бред. Придвинулась ближе, теперь уже специально, соприкасаясь телом со своим палачом. Спина тут же покрылась мурашками. Она просто на секунду может представить, что это не он. Что это её близкий человек. Что она в безопасности и все хорошо. Просто представить. Мужские руки внезапно прижали её ближе к себе. Она вздрогнула. Его руки снова вернулись к поводьям и холке лошади, опять создавая вокруг девушки купол. Стало спокойнее. Его подбородок коснулся её макушки, случайным, секундным движением. Рей закусила губу, ощущая в себе непонятные смешанные чувства. Почему она придает этому важность? Для чего? Рей ещё раз продвинулась, садясь поудобнее. — Прекращай тереться от меня. У Рей в глазах заплясали чертики от его интонации. Не нужно выводить его, она уже знала, каким жестоким он может быть. Она будто сейчас ходила по тонкому лезвию, в ожидании того, что будет. А что могло быть? Она знала, что он мог запросто избить её или оскорбить. Но какое-то извращенное садомахистическое чувство говорило ей продолжать. Выводить его. — Я просто пытаюсь сесть поудобнее. Она опять задвигалась, ощущая, как его тело напрягалось. — Сейчас пойдешь пешком. Она закатила глаза. Что ещё можно было ожидать от такого бесчувственного и холодного человека, как он? Что он поймёт её и согреет? Конечно. Скорее привяжет к коню и поскачет, смотря на то, как её тело волочиться по дороге. — Мне холодно. Ну это было правдой, помимо уродливого короткого платья и зеленого плаща разведкорпуса, на ней ничего не было. Грех не окоченеть. Он тяжело вздохнул. Прошло пару минут, прежде чем она почувствовала, что он сгреб её под свой плащ, крепко прижимая к себе. С силой, будто бы показывая, что если она ещё раз шелохнется — то точно побежит за конем. Рей прижалась, не доверяя собственным ощущениям. Потому что впервые за долгое время ей было тепло. Его теплый свитер грел ее спину, а еще она чувствовала его пресс. Его подбородок покоился на её макушке, тоже даря тепло. Они искала хоть каплю теплоты в своем враге, потому что по-настоящему оголодала.