Часть 10

Уже третий стакан коктейля был опустошён. Венера сидела перед баром и чувствовала лёгкую эйфорию от алкоголя, которое ощущалось как приятное тепло, растущее внутри. Её настроение приподнятое, и мир вокруг неё кажется ярче, звуки и цвета — насыщеннее. Лёха с Алиской где-то подевались. Хотя кажется, Алиска подошла к ней где-то полчаса назад и предупредила, что они с Кузнецовым уйдут по домам, и её оставляют на Пчёлкина, зная, что с ним она в безопасности. На это она с недовольством закатила глаза, при этом пробубнив себе под нос про предателей и что они больше ей не друзья. Пчёлкин сидел рядом с ней и устало смотрел на неё, не понимая её мотивов так напиться. — Может, хватит? — спросил Пчёлкин, тяжело вздохнув. Венера медленно повернулась к нему лицом, внимательно посмотрела на него. Уставилась на его губы, которые так манили её, так хотелось коснуться их, что… Нет! Соберись! Она помотала головой, чтобы хоть как-то прийти в себя. — Да, не хочу этого признавать… но ты прав. — Да ты что? — притворно удивился Виктор. — Давай, хватит сидеть, — встала со стула. — Вставай! — стала тянуть его за руку. Витя послушно встал, кинул перед барменом пару купюр и стал идти за ней, так как та его тянула на выход.

***

Выйдя на улицу и найдя на парковке машину Пчёлкина, Венера уставилась на него. — Ты же выпил. — И что? — не понял он. — Ты не сможешь водить. — Я тебя умоляю… и не в таком состоянии справлялся! — Нет, я не поеду с тобой! Витя раздражённо цокнул языком. — И что ты предлагаешь? Венера уставилась на него, как на придурка. — Пешком пройтись. Теперь пришло время Пчёлкину смотреть на неё как на придурочную. — Ты серьёзно? Холмогорова уверенно кивнула. — А машина? — последний аргумент. — Ну не знаю… оставь здесь или… позови своих бугаев, пусть до дома довезут, — пожала плечами. — Может, и мы с ними поедем? — умоляюще посмотрел на неё. — Нет, Пчёлкин, — направилась в сторону дороги. — Пешком значит, пешком.

***

—Виииитя, — капризно вытянула его имя девушка, — ну Вить! Топнула ногой, как ребёнок, и уставилась на него. Пчёлкин пробурчал что-то себе под нос и недовольно повернулся к ней лицом. — Что? — Я устала! — надула щёки Венера. — Холмогорова, не беси меня, — вскипел Виктор, —мы даже сто метров не прошли, а ты устала? —Да, я устала! — приподняла руку, — я хочу пойти домой, — загнула мизинец, — хочу снять это дурацкое платье, — загнула безымянный палец, —принять душ, —средний палец, — и поспать, — указательный палец, —и всё будет во! — показала ему жест большой палец вверх, который получился у неё после предыдущих загибаний. Она так улыбалась, как ребёнок, честное слово, что Пчёлкин не сдержался и засмеялся громко. —Ах, ты горе моё луковое! — подошёл к ней ближе, — и что же мне с тобой делать? —Отнеси домой, — посмотрела на него из-под ресниц, —на ручках! Виктор прыснул со смеху. —Ты чё, дитё малое?! —Ну, Витя! — снова топнула ногой. Значит, алкоголь может и так на неё действовать. Хотя лучше так, чем она на него кричала. Витя медленно приближается к девушке, его взгляд полон нежности и любви. Он наклоняется, одной рукой придерживая её под коленками, а другой поддерживая её спину. Как только он поднимает её, Венера мгновенно обнимает его за шею, улыбка освещает её лицо, а глаза светятся радостью и удивлением. Пчёлкин с лёгкостью держит её на руках, словно это естественно, и шагает вперёд, чувствуя, как их сердца бьются в унисон. Холмогорова смотрит на него с восхищением, а ветер нежно треплет её волосы, придавая моменту ещё больше волшебства. Момент словно замедляется, окружающий мир исчезает, остаются только они вдвоём в этом волшебном мгновении. Венера наклоняет свою голову к его груди и слышит биение его сердца, этот звук успокаивает её. —Вить. —Мм? —Я не хочу домой… я хочу… к тебе… — тихо бормочет, что Витя еле понимает смысл её слов. —А как же Космос и твой отец? —Я позвоню и скажу, что у Алисы. —Ну раз хочешь, то ладно. Да и мой дом ближе, чем ваш. Венера улыбнулась и носом потёрлась в изгиб его шеи, на что у Пчёлкина пошли мурашки по спине. Девушка чувствовала, как её клонит ко сну, и закрыла глаза, поудобнее устраивая свою голову на груди Виктора. —Знаешь, Алиска с Лёхой думают, что я тебя разлюбила и хотела просто этим всем показать, кого ты потерял. — Витя молча слушал, боялся, что если скажет что-то, то она замолчит. — Но неееет, я просто хотела, чтобы ты… —тыкнула его пальцем в нос, — ревновал! —Поздравляю, у тебя получилось, — не удержался всё-таки. —А знаешь, на самом деле Лёшка бабник! — Венера зевнула, прикрывая рот, — и он не влюблён в меня. Виктор бы поспорил с этим, была бы она в трезвом уме. Ведь успел многое заметить за этот день в поведении Кузнецова. —Вить… —Что? —Как же я люблю тебя… им не понять… Секунда. Осознание. И внутри Виктора происходит настоящий эмоциональный шторм. Он тупо замирает с Венерой на руках посреди тротуара и не понимает, что ему сказать или делать. Он так долго ждал этого признания, и теперь это произошло, и он просто стоит и уставился на макушку Венеры. —Венера, ты не представляешь… как же я боюсь тебя потерять… я… я так сожалею, что тогда так поступил, как последний идиот и… и… Виктор резко замолкает, потому что слышит её сопение. Стоп, она что? Призналась и заснула? Вот же! Садистка! Ей Богу! —Даа… кажется, матрица не хочет нас замечать, —грустно потянул Пчёлкин, почти добираясь до своей квартиры. Но Виктор был не прав, вовсе Венера не спала, она просто сделала вид, и на данный момент ей просто хотелось закричать, тихо-тихо закричать.

***

Виктор аккуратно открывает дверь в свою квартиру, стараясь не издавать ни звука. Проходит внутрь, направляется в свою спальню. Осторожно укладывает Венеру на мягкие простыни, следя за тем, чтобы она не проснулась. Выпрямляется рядом с кроватью и задумчиво смотрит на неё. И что же ему с ней делать? Тяжело вздохнув, наклонился к её ногам и стал снимать её туфли, скинув их на пол, посмотрел на платье. Пчёлкин был почему-то уверен, что ей с этим платьем было максимально неудобно, и нужно его снять, чтобы Венера смогла спокойно поспать. Но тут созревал вопрос… Как снять его? Или кто должен снять его? Если он разбудит Венеру, не факт, что она спокойно отнесётся к этому или вообще не психанёт, как тогда в кабинете. А снимать его сам он не решался, они же не в отношениях, это будет неправильно по отношению к ней. Витя почесал свой затылок. Что же делать? Немножко подумав, для начала решил найти, чем поменять платье. Подошёл к гардеробу, открыл дверцу и, немного подумав, достал свою домашнюю свободную футболку. Она будет Венере как ночнушка, самое то, что надо. Удовлетворённый своей находкой, подошёл к кровати и сел на корточки рядом, аккуратно коснувшись её лица, убирая пряди волос, и тихо прошептал: —Венера… Венер. —Ммм? — недовольно нахмурила брови во сне. Виктор улыбнулся, умиляясь этой картине. —Переоденься, вот тебе футболка, я выйду, позвоню твоему отцу, чтобы не волновался. Витя, как и сказал, вышел из комнаты и направился к телефону, нашёл номер квартиры Холмогоров и позвонил. —Квартира Холмогоров, слушаю. —Юрий Ростиславович, здравствуйте, это Витя Пчёлкин. —О, Витенька! Здравствуй! — тон профессора стал бодрее, — как ты? Как дела? —Всё нормально… —Пчёлкин чувствовал лёгкое волнение, ведь впервые звонит и спрашивает у отца, чтобы его дочь осталась на ночь у него, — Юрий Ростиславович… тут такое дело… Венера, она у меня… и если вы не против, может, сегодня переночевать тут? Ответа не последовало полминуты, за это время Витя накрутил себя настолько, что уже думал, как довезёт Венеру до дома, если его машина осталась у клуба. —Так она у тебя! — подал голос наконец Юрий, — ну и слава Богу! А я-то думал, где она, не похоже на неё, пришёл с работы, а её нет, разволновался я. —Так вы не против? —Нет, конечно. — Сказать, что Виктор был в шоке, — это не сказать ничего, — ведь я доверяю тебе, так же как и Космосу. Я с детства знаю тебя, да и ты мне как сын. Витя молчал, не зная, что сказать. Не ожидал он таких слов услышать. Он-то думал, что Юрий Ростиславович возненавидит его за то, как он поступил с его дочерью. —Вить, — подал голос Юрий, — только не глупи там на этот раз, мм? —Постараюсь. — улыбнулся он, — Спасибо большое! Спокойной ночи! —Спокойной, Вить, спокойной. Повесив трубку на своё законное место, вздохнув, он вернулся в комнату. Зайдя, он увидел, как Венера, уже переодевшись, спит, а её платье валяется где-то на полу. Подошёл к ней, укрыл одеялом, присел на корточки перед ней, ласково провёл пальцами по лицу, немного подумав, поцеловал её в щёчку и ушёл, по дороге подбирая платье, чтобы скинуть в стирку.

***

Утро Венеры начинается с тяжёлого чувства в голове и сухости во рту. Она медленно открывает глаза, пытаясь вспомнить, что произошло ночью. Холмогорова потягивается, ощущая, как болят мышцы и голова. Вдруг приходит осознание, что она находится в неизвестном месте, что и заставляет её резко сесть в постели и осматриваться. В глаза падает утренний свет, проникающий сквозь занавески, на что она хмурится и осторожно встаёт, пытаясь не шуметь. Проходя рядом с зеркалом, присматривается к своему внешнему виду, который был максимально растрёпанным и усталым. В глаза попадается чужая мужская футболка на ней. И от этого она моментально бледнеет. Ведь последнее, что она помнит, это как она выпивала, а Пчёлкин сидел рядом, а после этого всё расплывается перед глазами. Страх расплывается внутри: неужели она с Витей, или, не дай Бог, с другим… Нет! Не может быть! Она испуганно отстраняется от зеркала и выходит из комнаты, оказываясь в гостиной. Первое, что попадается ей в глаза, это диван, на котором кто-то спит. Видны только ноги, закинутые на подголовник. Венера, задержав дыхание, медленно обошла диван, чтобы увидеть, кто же это. Секунда, и она видит блондинистую шевелюру Пчёлкина, и облегчённо выдыхает. — Слава Богу. — И тебе доброе утро, — вдруг открыл глаза и улыбнулся он. От неожиданности Венера отпрыгнула назад и, схватившись за сердце, обратилась к Пчёлкину, который смеялся от её реакции. — Ты совсем больной?! Кто так пугает?! — Прости, прости. — смеясь, встал с дивана и поднял руки вверх в примирительном жесте. — Откуда мне знать, что ты такая пугливая? Венера передразнила его, скорчив лицо. — Где у тебя тут ванная комната? — Иди за мной, — скомандовал Пчёлкин и направился в неизвестном направлении. — Хоть бы в человеческий вид себя привести… — пробурчала себе под нос, следуя за ним.

***

Кухня Пчёлкина окутана напряжённой тишиной. Венера сидит за столом, всё ещё одетая в футболку Вити, и взглядом сверлит свою чашку чая, погружённая в свои мысли. Виктор сидит напротив, чашка в его руках кажется тяжёлой. Он краем глаза смотрит на неё, стараясь уловить её мысли, но между ними царит молчание, которое давит на атмосферу. Каждый из них чувствует напряжение, не зная, как его разрядить, и с чего начать разговор. — Если тебя волнует, между нами ничего не было, — не выдержав тишину, высказался Витя. — Я знаю, — пожала плечами. — Ты бы не поступил так. — С чего такая уверенность? — хмыкнул Виктор. Венера молча пожала плечами. — Тогда почему такая мрачная? — задал себе интересующий вопрос. — Просто хочу вспомнить, что вчера было, — посмотрела на него с надеждой. — Я же не сделала или сказала… чего-то лишнего? Пчёлкин задумался: может, сказать ей, как она призналась ему в любви и заснула? Нет. Если скажет, она будет избегать его. Знаем, проходили. — Нуу… как тебе сказать… — интригующе протянул Витя, — обозвала своих друзей предателями, потому что они оставили тебя со мной. — Так им и надо, — пробурчала себе под нос. — Заставила меня оставить машину у клуба, так как тебе захотелось прогуляться пешком. — Не ври! Ты был пьян! — вспылила она сразу. — Ну, допустим, был, но это сути не меняет, — усмехнулся. — Да и вишенка на торте… ты, не пройдя и сто метров, заставила меня носить тебя на руках до дома, пешком. — сложил руки на груди. Щёки Венеры моментально покраснели. Она смущённо опустила голову и прошептала: — Прости. Виктор расплылся в улыбке. — Да, ничего, мне понравилось. Холмогорова зло с красными щёчками посмотрела на него, из-за чего его улыбка стала ещё шире. — А… а дальше что? — Ну, дома я уложил тебя, пока говорил с твоим отцом, ты переоделась, и всё. — Ты и с папой говорил? — Конечно, хорошо, что позвонил, он волновался. — И он так спокойно согласился, чтобы я осталась у тебя на ночь? — недоумела Венера. — Да, а что в этом такого? Венера не ответила, лишь встала и отнесла свою чашку к умывальнику. И спросила: — А где моё платье? — На вешалке. — Я пойду переоденусь и пойду домой. — Я не смогу тебя подвести, моя машина до сих пор у клуба. — Да и не надо, я сама доберусь. — Сказав, вышла из кухни, но вслед ей прилетело: — Я щас Косу позвоню, и тебя довезём, и мою тачку возьмём. Венера обречённо вздохнула и направилась за платьем.

***

—Ну ты даёшь, Венерон! — просвистел Космос за рулём, когда Пчёлкин закончил свой рассказ, а Венера сгорела со стыда на задних сиденьях. —Может, хватит? — подала голос она. —Нет, не хватит, — сказал Космос, смотря на неё через зеркало заднего вида, —Пусть тебе это будет уроком, чтобы больше не шлялась по клубам и не выпивала, как алкоголичка. —Кто бы говорил! — фыркнула Венера. —Ну я хотя бы не заставляю Пчёлу меня до дома на руках нести! — засмеялся Космос, Виктор подхватил его смех, только Венере не было до смеха. Линкольн плавно остановился перед их подъездом. —Вот, мы и дома! Венера хотела было уже выйти, как вспомнила, что хотела спросить кое-что у брата. —Космик, а как твоя свиданка прошла? — Холмогоров моментально помрачнел. — Кос, что-то случилось? —Да, поругались! — ударил по рулю, — Предложил встречаться, а она сказала, что не может встречаться со своим начальником! —Чё? — не понял Пчёлкин. —Что люди подумают?! Что через постель всего добилась! — стал писклявым голосом повторять слова Людмилы. —Космос! — зло позвала брата Венера. — Пойми её, ей нужно время, чтобы принять это. —Сколько?! — взбесился он, —Я и так уже полгода за ней бегаю как собачка! Надоело! Хватит с меня! —Как собачка?! —вскипела Венера, — Ты с ней играешься, то хочешь, то не хочешь! То горячо, то холодно! — активно жестикулировала Венера, — То проявляешь внимание, то зависаешь с другими девушками! Она тоже человек, у неё тоже есть чувства! Знаешь, почему она тебе отказала?! Да потому что не уверена в тебе! Она думает, что ты поиграешься с ней и бросишь, как остальных своих пассий! Она боится тебе доверять! — вышла из машины, и с психу резко и сильно закрыла дверь, и зашла в подъезд. Мужчины сидели молча, Космос пытался переварить тираду сестры, а Виктор в её словах пытался найти факторы, которые касались и его.