Глава 53 "Укрытие в безрассудстве ч. 4"
12 ноября 2025, 07:20– Хокаге-сама? – голос Куренай прервал его мысли.
Хирузен кашлянул: – Извините, вы свободны, я слегка задумался, – улыбнулся он Джонину и её команде: – Знаете, старые умы вроде моего склонны к блужданию.
Она коротко улыбнулась ему в ответ, затем склонила голову и выпроводила свою команду.
Хирузен, не теряя времени, вышел из кабинета и направился обратно в свой офис.
Он размышлял над последней частью сообщения, отправленного ему Джирайей.
"То, как он установил печать, невероятно рискованно, Санби может уйти в любой момент. Честно говоря, он должен был уйти сразу после оказания ему помощи, не может же он быть настолько благодарным, верно? Честно говоря, я никогда не разговаривал ни с одним из Биджуу, мой максимум знаний исходит из рассказов Кушины о Кьюби. Но... ребенок с радостью объяснил, в чем причина. Сам Санби чувствует себя в безопасности внутри него. Он готов работать с ним, и это имеет для него большое значение, особенно с учетом того, что сам Санби утверждает о своей готовности предоставить ему всю свою силу, если он попросит об этом. Его бывший сосуд, предыдущий Мизукаге, был под контролем шиноби с Шаринганом, который утверждал, что он Мадара Учиха. Конечно, это чушь, он давно мертв, но у нас появился самовольный Учиха, не Итачи Учиха, поскольку он напал на бывшего Мизукаге в какой-то момент, и этот таинственный Учиха способен контролировать Каге одними лишь глазами"
Хирузен помрачнел.
Мадара Учиха. Тот, кто выдавал себя за него, обладая способностью управлять Каге, не был достоин легкомысленного отношения. Хирузен не был знаком с настоящим Мадарой, он встречался с ним всего несколько раз в детстве, но он знал, что это за человек, и все, кто встречались с ним, тоже.
Его жена, покойная Бивако, познакомилась с ним еще ребенком, и даже просто улыбка этого человека наводила на нее ужас.
"Возможно, прямой потомок?" – подумал он про себя. Мадара провел много времени за пределами деревни, прежде чем стал изгоем и вступил в решающую схватку с Хаширамой-сама.
Отвращение этого человека к своему собственному клану впоследствии также было хорошо известно, так что вряд ли у него были потомки в деревне до резни Учиха.
"Что-то тревожно мне", – Хирузен вошел в свой кабинет, рухнул на кресло и потер лоб.
Напряженность в отношениях с Песком росла с каждым днем, и Оноки постоянно наблюдал и ждал, сидя на своем заборе и готовый нанести удар при первой же возможности.
И он никогда не мог предугадать, каким путем пойдет Кумо, но он уже знал, что они хорошо подготовились к новой войне.
...Тем не менее, казалось, что в махинациях этого таинственного Учихи есть и положительная сторона.
"У Дайки-куна за плечами вся мощь Биджуу", – размышлял Хирузен. Это... это была великолепная новость, особенно подтвержденная Джирайей. Ситуация по-прежнему требует пристального внимания, но...
Хирузен перевел взгляд на нижнюю часть свитка, где Джирайя описывал примерный план по захвату Санби и удержанию его в повиновении.
...У Дайки было и оборудование, и Доудзюцу, которые теперь использовались, так что если Санби начнет буйствовать, он вполне и сам способен на его подчинение, особенно учитывая тот факт, что он уже достаточно хорошо освоил печать, которую он скопировал с Джинчуурики Нанаби.
Такой потрясающий талант к искусству запечатывания. Старик перевел взгляд на одну из картин, висевших на стене его кабинета, на которой был изображен красивый мужчина с желтыми волосами: "Возможно, пройдет пару лет, и он сможет соперничать с тобой?" – размышлял он.
Дайки вышел за рамки своих полномочий. И, по словам Джирайи, мальчик был готов лишиться своей жизни, лишь бы попытаться остановить их планы в отношении Деревни Листа. К счастью, мальчик был умен и хорошо подобрал время, когда его противники были слабее всего, используя безжалостную способность, о которой сообщал Какаши после миссии в Деревне Водопада.
Его Воля Огня горела ярким пламенем.
"Ах, Генма-кун, если бы ты только взглянул чуточку глубже", – Хирузен покачал головой. Увы, Генма хотел иметь собственную команду, а не одного ученика, поэтому, как бы юный Дайки ни впечатлил его своим талантом во время теста, именно его товарищи по команде стали слишком тяжелым грузом, который он не мог унести в одиночку.
Он вспомнил отчет академии о мальчике. Ирука лично написал его личное дело, отметив, что мальчик был выше среднего во всех аспектах шиноби, но слишком распылялся, ему не хватало основного направления как шиноби, и что если бы он сосредоточился на одном или двух аспектах, а не на всех, он стал бы претендентом на звание сильнейшего в своем классе, и даже тогда, если бы он продолжал расти в том же темпе, что и сейчас, во всех дисциплинах, он, скорее всего, стал бы всенаправленным Джонином к двадцати годам, что само по себе было очень впечатляюще.
"Или же он станет трудиться еще усерднее", – размышлял Хирузен. После неприятной стычки с шиноби Ива на своей первой миссии С-ранга, когда он едва избежал смерти, мальчик бросился в тренировки так, что даже Гай был бы ошеломлен.
Расходуя свою чакру до последней капли, пока не наступило истощение чакры, физически тренируясь до онемения тела, пока его мышцы не взмолились об отдыхе. Каждый день, и только потом, когда он получил в свои руки дзюцу Мистической Ладони и использовал его ради увеличения скорости прогресса в физической подготовке.
Если смотреть на мальчика объективно, то он был самым выдающимся из своего поколения, даже по сравнению с Саске Учиха и Неджи Хьюга. Он был сильным для своего возраста, послушным на тренировках, даже сверхпослушным, без колебаний расправлялся с врагами на постоянной основе, обладал интеллектом, позволяющим здраво действовать в большинстве ситуаций, не боялся противостоять более сильным противникам, был смелым, решительным, хитрым и заботился о своих товарищах.
Хирузен был впечатлен его тренировочной этикой во время своих наблюдений за ним. А Какаши, пусть и постоянно дразнил мальчика, не мог сказать о нем ничего, кроме хорошего, и даже Джирайя, казалось, расхваливал мальчика.
"Быть может, когда-нибудь он сменит меня?" - с усмешкой подумал Хирузен.
Пройдет несколько лет, и он сможет достичь уровня Какаши, а возможно, и превзойти его. А с полной силой Биджуу за спиной...
Что ж, мальчик не испытывал недостатка в силе, необходимой для этой роли. И у него было желание поставить свою жизнь на кон ради защиты деревни. Всё, что осталось увидеть, так это его способность к руководству над другими людьми, и он мог бы получить этот опыт в ранге Чуунина.
...Да, а это неплохая идея. "Все же я не становлюсь моложе", – усмехнулся Хирузен.
Сейчас на пост Годайме претендовали только Какаши и Джирайя, причем Джирайя никогда не согласится на эту должность.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!