Глава 98 "Экзамены на Чуунина ч. 25"

Дайки ​уже ​прекрасно ​понимал ​цель ​пришедшей ​Анко. ​ ​Но ​это ​не ​означало, ​что ​он ​не ​мог ​слегка ​поглумиться ​над ​ней ​ ​– ​Разговоры ​не ​входят ​в ​мой ​перечень ​желаемого ​с ​тобой, ​– ​усмехнулся ​он, ​глядя ​на ​женщину ​с ​фиолетовыми ​волосами. ​ ​Анко ​закатила ​глаза ​и ​с ​силой ​толкнула ​его ​в ​комнату, ​на ​что ​Дайки ​пожал ​плечами, ​оттолкнулся ​от ​дверной ​рамы ​и ​закрыл ​за ​собой ​дверь. ​ ​Она ​оглядела ​комнату ​с ​подозрением, ​будто ​выискивая ​что-то ​необычное. ​ ​Дайки ​пришлось ​сдержать ​желание ​усмехнуться. ​Она ​серьезно ​думала, ​что ​он ​засунул ​её ​бывшего ​наставника ​под ​одну ​из ​кроватей ​или ​в ​один ​из ​крошечных ​шкафов? ​Может, ​Орочимару ​в ​ванной, ​намыливается ​и ​играет ​с ​уточками ​в ​ванне ​с ​теплой ​и ​расслабляющей ​пеной? ​ ​– ​Итак, ​ты ​хотела ​поговорить? ​– ​спросил ​Дайки, ​скрестив ​руки: ​– ​Или ​мы ​можем ​пропустить ​это ​и ​сразу ​перейти ​к ​раздеванию, ​я ​не ​против. ​ ​– ​Смешная ​шутка, ​– ​насмешливо ​сказала ​Анко ​и ​обернулась, ​глядя ​на ​него, ​– ​Ты ​должен ​быть ​мертв, ​– ​обронила ​она, ​прямо ​в ​точку ​и ​без ​предисловий. ​ ​– ​Вполне ​уверен, ​что ​нет, ​– ​пожал ​он ​плечами ​в ​ответ. ​Не ​было ​необходимости ​драматизировать ​ситуацию. ​Хотя ​и ​правда, ​что ​Проклятая ​Печать ​имела ​огромный ​процент ​смертности, ​а ​шанс ​выжить ​составлял ​всего ​десять ​процентов, ​но ​это ​не ​сводилось ​только ​к ​телу. ​ ​Многое ​зависело ​от ​силы ​воли ​и ​выносливости, ​как ​у ​Саске, ​который ​прошел ​через ​кучу ​галлюцинаций ​и ​прочего ​в ​оригинальной ​временной ​линии ​и, ​возможно, ​проходил ​через ​них ​прямо ​сейчас. ​Конечно, ​это ​было ​мучительно ​больно, ​Дайки ​мог ​это ​подтвердить, ​однако ​это ​не ​было ​тем, ​перед ​чем ​Дайки ​мог ​бы ​пасть ​духом, ​сдаться ​и ​умереть. ​ ​Это ​была ​мысль ​неудачника. ​Полная ​противоположность ​менталитету, ​необходимому ​для ​того, ​чтобы ​бросить ​себя ​в ​великий ​бой. ​А ​боль ​- ​это ​просто ​слабость, ​покидающая ​тело. ​ ​– ​Я ​знаю, ​что ​на ​тебе ​Проклятая ​Печать, ​мой ​бывший ​учитель ​с ​удовольствием ​хвастался ​этим. ​Тот ​Учиха, ​вероятно, ​сейчас ​корчится ​в ​агонии ​и ​находится ​в ​шаге ​от ​смерти, ​но ​я ​не ​понимаю, ​почему ​ты ​не ​такой, ​это ​очень ​подозрительно. ​ ​Он ​понимал, ​к ​чему ​она ​клонит, ​ведь ​он ​получил ​Проклятую ​Печать, ​но ​не ​прошел ​через ​те ​же ​мучительные ​часы, ​когда ​жизнь ​висела ​на ​волоске, ​сражаясь ​и ​вцепившись ​когтями ​за ​выживание, ​а ​значит, ​ему ​было ​дано ​что-то ​другое, ​или, ​может, ​оно ​было ​у ​него ​с ​самого ​начала, ​а ​Орочимару ​рассказал ​об ​этом ​лишь ​для ​отвода ​глаз, ​чтобы ​дать ​ему ​возможность ​свободно ​ей ​пользоваться. ​ ​К ​сожалению ​для ​нее, ​он ​был ​выше ​таких ​пустяков. ​ ​– ​Орочимару ​действительно ​поставил ​засос ​мне ​на ​шее, ​– ​пожал ​плечами ​Дайки, ​– ​Жаль ​только, ​что ​он ​совсем ​не ​умеет ​обращаться ​с ​печатями, ​а ​я ​совершенно ​невосприимчив ​к ​его ​маленьким ​трюкам ​с ​использованием ​тела. ​ ​– ​Резкие ​высказывания ​для ​маленького ​Генина, ​– ​приподняла ​бровь ​Анко, ​но ​он ​заметил, ​что ​она ​немного ​успокоилась ​при ​упоминании ​о ​похищении ​тела, ​– ​Признайся, ​ты ​сейчас ​подозрителен. ​Ты ​завершил ​экзамен ​клоном, ​в ​то ​время ​как ​твое ​настоящее ​"я" ​всё ​еще ​находилось ​в ​лесу, ​а ​вскоре, ​менее ​чем ​через ​полчаса, ​по ​нашим ​подсчетам, ​ты ​столкнулся ​с ​Орочимару? ​ ​– ​К ​чему ​ты ​клонишь? ​– ​Дайки ​скрестил ​руки, ​– ​Если ​ты ​ещё ​не ​поняла, ​я ​поставил ​свою ​жизнь ​на ​кон ​и ​сражался ​с ​одним ​из ​трех ​легендарных ​Саннинов ​ради ​защиты ​своих ​товарищей, ​видела ​то ​здоровенное ​черное ​торнадо? ​Это ​всё ​я, ​я ​взял ​его ​маленькую ​печать, ​усилил ​себя ​ею ​и ​разнес ​его ​к ​чертовой ​матери. ​ ​– ​И ​если ​бы ​дело ​было ​только ​в ​этом, ​всё ​было ​бы ​в ​порядке, ​за ​исключением ​одного ​маленького ​момента, ​– ​Анко ​сузила ​глаза, ​– ​Проблема ​в ​том, ​что ​ты ​сейчас ​в ​полном ​порядке, ​в ​то ​время ​как ​все ​остальные, ​отмеченные ​Проклятой ​Печатью, ​корчились ​в ​агонии ​по ​меньшей ​мере ​десять ​часов, ​и ​лишь ​немногие ​пережили ​её. ​ ​Ему ​было ​интересно, ​как ​она ​отреагирует ​на ​тот ​факт, ​что ​у ​Орочимару ​есть ​базы, ​полные ​похищенных ​людей, ​которые ​пережили ​её? ​И ​у ​него ​были ​буквально ​сотни ​людей, ​которые ​могли ​получить ​доступ ​к ​Проклятой ​Печати ​второго ​уровня. ​ ​– ​А ​ты ​приняла ​во ​внимание ​факт ​того, ​что ​я ​не ​маленький ​щенок, ​в ​отличие ​от ​остальных? ​– ​выстрелил ​Дайки, ​вызывающе ​приподняв ​бровь: ​– ​Может, ​все ​остальные ​были ​слишком ​слабы, ​чтобы ​сдерживать ​её, ​как ​я. ​ ​Одна ​рука ​женщины ​сжалась ​в ​кулак ​так ​сильно, ​что ​он ​услышал, ​как ​хрустнули ​костяшки ​пальцев. ​– ​Ты ​слишком ​много ​болтаешь, ​малыш, ​– ​прорычала ​она, ​– ​Хорошие ​шиноби ​и ​куноичи ​из ​этой ​деревни ​умерли ​в ​муках ​от ​этой ​печати, ​я ​сама ​едва ​выжила ​от ​более ​слабой ​её ​версии, ​и ​она ​была ​проклятием ​для ​меня ​в ​течение ​десяти ​лет. ​ ​– ​Это ​не ​меняет ​моей ​точки ​зрения, ​им ​и ​тебе ​плохо, ​и ​я ​сочувствую, ​но ​когда ​дело ​доходит ​до ​меня, ​ты ​уже ​не ​имеешь ​дело ​с ​обычным ​шиноби, ​– ​ответил ​Дайки, ​– ​Я ​уже ​говорил ​тебе, ​он ​полный ​профан, ​когда ​дело ​доходит ​до ​печатей, ​а ​я ​полностью ​невосприимчив ​к ​истинной ​природе ​Проклятой ​Печати. ​ ​– ​И ​я ​должна ​просто ​поверить ​тебе ​на ​слово? ​– ​оскалилась ​Анко: ​– ​Хвастался ​ты ​много, ​но, ​нравится ​тебе ​это ​или ​нет, ​мой ​бывший ​учитель ​- ​один ​из ​величайших ​гениев, ​когда-либо ​происходивших ​из ​этой ​деревни, ​легенда ​S-класса, ​которую ​только ​Хокаге ​может ​победить ​в ​поединке, ​а ​ты, ​какой-то ​случайный ​Генин, ​пусть ​и ​талантливый, ​смеешь ​утверждать, ​что ​ты ​абсолютно ​невосприимчив ​к ​Проклятой ​Печати, ​которая ​сразила ​даже ​опытных ​и ​сильных ​Джонинов? ​Где ​доказательства? ​ ​– ​Слушай, ​я ​понимаю, ​что ​для ​тебя ​это ​важная ​тема, ​и ​она ​стала ​для ​тебя ​как ​проклятие, ​не ​хочу ​нагрубить, ​но ​ты ​не ​такая ​сексуальная, ​будучи ​такой ​настырной, ​– ​Дайки ​закатил ​глаза, ​– ​Ты ​уже ​рассказала ​об ​этом ​старику, ​верно? ​И ​что ​же ​он ​ответил? ​– ​слегка ​сменил ​он ​тему. ​ ​– ​Ничего, ​он ​был ​немногословен ​и ​сказал, ​чтобы ​я ​не ​беспокоилась ​об ​этом, ​просто ​сделал ​задумчивое ​выражение ​лица, ​сказал ​что-то ​вроде ​"вот ​как" ​и ​отпустил ​меня, ​– ​ответила ​Анко, ​глаза ​еще ​уже ​сузились ​при ​упоминании ​Хокаге, ​– ​Сказал, ​чтобы ​я ​поговорила ​с ​тобой ​об ​этом ​и ​получила ​ответы. ​ ​Хм. ​ ​Значит ​ли ​это, ​что ​Третий ​догадался, ​как ​именно ​он ​смог ​заставить ​Проклятую ​Печать ​служить ​ему? ​Благодаря ​Исобу? ​ ​"Это ​не ​такой ​уж ​и ​логический ​переворот, ​если ​знать ​о ​твоем ​статусе ​Джинчуурики." ​– ​ответил ​Исобу, ​– ​"На ​самом ​деле, ​я ​считаю, ​что ​в ​другой ​временной ​линии ​этот ​Орочимару ​использовал ​того ​мальчика ​Юкимару[1], ​чакра ​которого ​могла ​подавлять ​мою, ​в ​надежде ​сделать ​его ​моим ​Джинчуурики, ​а ​затем ​занять ​его ​тело, ​в ​то ​время ​как ​я ​ничего ​не ​смогу ​поделать ​из-за ​подавления." ​ ​Хм, ​логика ​в ​этом ​была. ​Ему ​всегда ​было ​интересно, ​что ​именно ​Орочимару ​задумал ​в ​тот ​момент, ​и ​зачем ​он ​это ​сделал. ​Но, ​как ​выяснилось ​позже, ​одной ​из ​его ​главных ​проблем ​было ​слишком ​слабое ​тело ​для ​использования ​Сендзюцу. ​ ​Будучи ​совершенным ​Джинчуурики, ​он ​не ​испытывал ​никаких ​проблем. ​Тем ​не ​менее, ​ему ​было ​интересно, ​откуда ​взялся ​этот ​Юкимару ​и ​почему ​его ​чакра ​так ​влияла ​на ​Исобу. ​ ​"Он ​сын ​Ягуры, ​это ​мутация, ​полученная ​в ​результате ​воздействия ​моей ​чакры ​при ​зачатии." ​– ​объяснил ​Исобу, ​– ​"Странно, ​но ​Юкимару ​из ​твоих ​воспоминаний ​был ​подростком ​примерно ​твоего ​возраста, ​а ​тот, ​о ​котором ​я ​знаю, ​сейчас ​едва ​ли ​старше ​своего ​младенческого ​возраста". ​ ​...Это ​было ​действительно ​странно. ​Но ​и ​многое ​объясняло. ​Замечательно. ​ ​Впрочем, ​это ​уже ​не ​имело ​значения, ​ведь ​теперь ​он ​был ​Джинчуурики ​Исобу ​и ​не ​собирался ​расставаться ​с ​ним. ​ ​Он ​был ​великим ​повелителем ​Санби ​Джинчуурики-сама! ​ ​Так ​или ​иначе, ​казалось, ​что ​Сандайме ​предоставил ​ему ​возможность ​самому ​все ​раскрыть. ​Он ​мог ​рассказать ​Анко ​о ​своем ​статусе ​Джинчуурики ​и ​о ​том, ​как ​подавил ​Проклятую ​Печать ​и ​сделал ​её ​своей ​собственной, ​и ​покончить ​с ​этой ​суетой ​здесь ​и ​сейчас. ​ ​Правда, ​если ​бы ​кто-то ​ещё ​знал ​о ​его ​статусе ​Джинчуурики, ​это ​было ​бы ​проблематично, ​но ​Анко ​была ​не ​из ​тех, ​кто ​открыто ​разглашает ​эту ​информацию, ​и, ​скорее ​всего, ​даже ​под ​пытками ​унесла ​бы ​ее ​с ​собой ​в ​могилу. ​ ​И, ​без ​сомнения, ​старик, ​как ​минимум, ​рассказал ​часть ​своим ​советникам, ​поскольку ​доверял ​им. ​А ​эти ​два ​старых ​пердуна, ​скорее ​всего, ​рассказали ​уже ​Данзо. ​ ​Это ​раздражало, ​и ​они ​не ​спускали ​с ​него ​глаз, ​но ​с ​ними ​легко ​справиться, ​а ​с ​Данзо ​он ​уже ​планировал ​разобраться ​в ​какой-то ​момент. ​ ​Да ​пошло ​оно ​всё!