Градус повышается

Папайрус снова оказался наедине в комнате с Фриск. Моменты недавних событий заставляли все еще чувствовать вину перед ней, поэтому парень скромно сидел на своей кровати и лишь иногда поглядывал этот изящный образ перед ним. Фриск читала книжку, которую читал он. - А ты знал, я на самом деле сама о некоторых вещах не знаю. - Сказала Фриск. - Книга конечно очень хорошая, но не обязательно понимать все, чтобы понимать тело. - О вот как, ну хорошо... Но мне в целом интересно про все это читать, люди мне всегда были интересны. Фриск закрыла книгу, Папайрус напрягся. Она села рядом с ним, ее взгляд был необычным, озорные огоньки горели в ее медовых глазах. - И ты полностью разобрался? - Она положила свои пальчики ему на сильную грудь. - Я... я считаю что да. - Ответил Папайрус, чувствуя как возрос градус напряжения. Ее рука не давала ему покоя. - Папайрус, ты стал не просто обычным человеком. Понимаешь, мало людей кто бы мог так хорошо выглядеть. - О... п-правда? - Его щеки воспылали. - Да, ты не только прекрасен, ты высокий и полон здоровья. Позволь мне послушать твое сердце, как оно бьется. - Фриск примкнула ухом к груди. - Бьется... невероятно... настоящее сердце - Ньехехе... я же... Великий Папайрус... наверное. - Пробормотал смущенно парень. Им уже стала овладевать легкая приятная дрожь. - Только жалко, что тебе пришлось пережить неприятность. Тебе ведь было не привычно переживать боль, правда? - Ага... было тяжело, но я справился. - Но ведь человеческое тело, это не только боль, верно? - Ее рука легла на внутреннюю поверхность бедра. - Ньех..? - Папайрус напряженно глянул на руку и снова на Фриск. Его и вправду обдала будоражащая энергия. - Папайрус, знал бы ты как мне хочется каждый раз прикоснуться до тебя, когда вижу тебя. - Голос Фриск стал слаще. Папайрус снова переживал то самое оцепенение, когда увидел Фриск полунагой. Девушка приятно водила рукой по его бедру, постепенно поднимаясь ближе к промежности и чем ближе, тем чувствительнее было. Его сердце билось сладко и часто, утяжелилось дыхание. Он смотрел в ее манящие глаза и казалось был прикован. - После того что случилось, Папайрус, ты мой герой. - Шептала она. - Хотя, ты всегда был им. - Ф-фриск... ч-что ты делаешь... - Все таки смог произнести Папайрус. - Тшш, расслабься. - Она примкнула носом к его шеи. Папайрус почувствовал как ее дыхание опускалась на кожу, и кажется чувствовал пушистое прикосновение ее ресниц. Он не мог сопротивляться столь сладкому чувству, ему становилось все приятней с каждой секундой. Фриск коснулась самой его промежности. - Нет, Папайрус, ты невероятно прекрасен. Папайрус нервно сглотнул слюну, он просто позволял ей делать то, что хотела. Девушка уже расстегнула его бриджи и ее губы были готовы жарко примкнуть к его губам, как тут вдруг постучали в дверь. Санс не знал что брат был дома, поэтому хотел проверить. - Папайрус? Ты дома? Санс открыл дверь и увидел как Папайрус сидел на кровати, запрокинув ногу на ногу, а Фриск стояла у окна. - Да, Санс... я дома. - Ответил Папайрус, стараясь сделать более естественный вид. - О, у тебя Фриск в гостях, извините не знал. - Привет, Санс, как дела? - Спросила Фриск как ни в чем не бывало, будто до этого она всегда стояла у этого окна. - Да ничего, пойдет, ну ладно не буду вам мешать. Санс закрыл дверь. Папайрус посмотрел на Фриск, девушка игриво посмотрела на него в ответ. Папайрус лежал на кровати и думал о тех новых чувствах, что пережил. Фриск явно обладала страшной притягательной магией. В тот момент он просто застыл и ничего не мог поделать с собой. Стоило ей слегка коснуться его, как тут же все внутри его будто пролизовало. Папайрус фантазировал дальше, а что было бы если Санс не появился? Фриск бы наверняка поцеловала его, он видел, она почти сделала это. А потом что? Напряжение возрастало бы дальше, ее рука продолжила бы массировать его промежность, он бы не смог противостоять этому. Он был готов сам запустить руки ей под маечку. Папайрус думал о том, как повалил бы ее на кровать, начал раздевать и жарко целовать. Папайрус также вместе с тем ощутил как снова вернулось напряжение в его теле, он повернулся со спину на живот и уткнулся лицом в подушку. Господи, о чем он думает? Он мечтает о голой Фриск, лежащей под ним, получающая ласку от него. И он много думал о таком. Через несколько дней Папайрус взял телефон и позвонил Альфис. - Алло, Альфис, можно к тебе? - О да, разумеется! Что то случилось? - Ничего серьезного, я по ментальной части. - С удовольствием помогу тебе! Папайрус все таки был немного взволнован. Не болен ли он? Вдруг в его теле что то поломалось от таких нервных потрясений? Да, скелетом он конечно же думал о милой Фриск, но не в таком количестве, не так подробно и его не одолевало столь сильнее напряжение в тазу. Парень лег на черную кушетку с приподнятым изголовьем. Альфис села рядом на стул. - Так-так, мой милый, говори, что тебя беспокоит. - Сказала Альфис. - Меня беспокоят мысли. - Сказал Папайрус. - То есть ты хочешь сказать, что мысли в человеческом образе отличаются от того как ты мыслил, когда был монстром? - Именно. - А! Стой-стой, не говори пока. Это жутко интересно! Так, я все взяла, ну, я тебя готова выслушать! - Предупреждаю, это очень интимно. - Это только между нами, Папайрус, и у меня искренне ученный интерес, будь открыт со мной. - С чего бы начать... - Думал Папайрус. - Ну, наверное ты не знаешь, но все таки начну с того, что мне кое кто нравится. - А конкретней? - Фриск. Альфис удивленно посмотрела на него. - Что? Так тебе Фриск нравится! Ого, Папайрус, а я и не знала! И т-ты молчал?! И как давно? - Когда еще был скелетом. - Так-так, моего объекта исследования беспокоит половая сфера, ага, записала. - Понимаешь, проблема не в том, что она мне нравится, а в другом. Я много и часто думаю о ней, и с последнего ее визита ко мне, я больше ни о чем другом не думаю. Нет, я всегда думал о ней, мне нравится о ней думать. Но сейчас я думаю о ней особенно много, ну прям очень. Когда просыпаюсь, когда тренируюсь, когда готовлю, когда просто смотрю телевизор, когда гуляю, когда убираюсь, когда ложусь спать, все это время мои мысли заняты ею. И все эти мысли сопровождаются тем, что у меня начинает быстро биться сердце, и знаешь не просто быстро, а приятно быстро. Часто еще думаю о том, ну как бы выразиться... более интимно, все не могу оторваться от тех мыслей, где она отдается мне, полностью обнаженная и трепещущая в моих объятиях. Я снова и снова представляю, как осыпаю ее поцелуями, как обнимает меня своими руками, заигрывает со мной, то она наоборот покрывает меня поцелуями, мы шепчем друг другу приятные слова о любви, и купаемся в ласке друг друга. И это все так трепещуще... И вот сейчас, рассказываю все это, у меня снова забилось сердце. И вот это все, когда она чуть ли не поцеловала меня, после того как дотронулась до моей промежности. Альфис? Ты меня слушаешь? - Папайрус посмотрел на Альфис. Она что то мечтательно, но быстро чиркала ручкой. Альфис на скорую руку рисовала Папайруса и Фриск вместе, на что ей хватало вооброжения. - К-конечно слушаю! - Очнулась Альфис, покраснела и спрятала блокнот. - Ну так что скажешь по поводу этого? - Ну, я могу сказать, что это абсолютно нормально. - Ответила Альфис, и поправила очки, ее шипперское сердце более чем было довольно. - Ты просто любишь ее, в такие моменты о подобном думать абсолютно нормально, была бы проблема наоборот, если бы будучи влюблен, тебя это все не волновало. Уверена, Фриск думает о том же самом. - О, правда? - Ага, так что можешь не волноваться. Это пройдет, а вообще я бы тебе посоветовала увидеться с Фриск и обоим хорошо провести время. - Альфис подмигнула. Папайрус задумался. Хорошо провести время?