Часть 21

Стрелки часов показывали полдень. Капитан Леви наблюдал за бледным солнцем, которое настойчиво продиралось в его кабинет через окно. Из важных дел ему предстояли общее совещание и помощь Ханджи с её научной ерундой. И конечно же, очередная встреча или свидание с Джейн. Он сам не определился, какое название подойдёт. Капитан много чего не знал, но одно было ясно наверняка. Он сделал эти свидания смыслом своей жизни, даже ещё когда эти свидания не произошли. Ни с первой встречи и ни с первого взгляда, но желанные образы родились в его голове и намертво впились в мозг. Хотел он того или нет, его мысли вели к ней. Когда эта хрупкая, искалеченная ещё до войны, девчонка рвалась в бой и возвращалась оттуда, лишь с новыми шрамами, он так хотел выгнать её, чтобы только не видеть, как она будет испускать свой последний вдох. Однако со временем осознал, что это невозможно. Он не мог добровольно лишить себя того, чего и так не было. Оставалось только тешить свою голову, мысленно истязая себя. Именно ей он давал самые жестокие уроки, особо грубо избивая на тренировках, но она никогда не считала его монстром и не хранила в сердце ненависть к нему, каждый удар и каждое падение она переносила, как солдат. Когда она сидела в его кабинете и помогала разбирать бумажки, он украдкой посматривал на неё. Как она шмыгала носом, постоянно облизывала и поджимала губы, как её волосы, которые отдалённо пахли чем-то травяным падали на её плечи и спину. Всё это заставляло капитана трепетать и он сам не понимал почему. Он не влюблялся в неё и, уж тем более, не любил. Но те уют и спокойствие, которые он ощущал в её молчании и тишине были намного приятней любви. Как-то в его голове промелькнула мысль, что, возможно, это просто физическое влечение, которое испарится, как только это произойдёт. Может, она олицетворяла собой его фетиш, о котором он и не подозревал или он просто выдумал это всё. Все догадки рассыпались, когда он ощутил вкус её губ, когда почувствовал её тепло, когда понял, какого это быть внутри неё. Контрольный выстрел прозвучал, когда, даже, после оргазма он не хотел отпускать её и не хотел уходить сам. Его злило осознание, что он испытал огорчения, когда утром проснулся в пустой постели. Он умолял время идти быстрее. Сладкое предвкушение ныло в районе груди, он уже хотел снова обнимать её, касаться её кожи, чувствовать её запах, слышать её нелепый смех. Капитан отдёрнул себя из мучительных мыслей и решил не портить предстоящий вечер чрезмерным обдумыванием деталей. — Жан, ты не видел... — резко вошедший в комнату Эрен, замолчал, как только увидел лежащую на его кровати Джейн, которая лениво протирала глаза — Оу, прошу прощения, я не знал, — он прикрыл дверь и прошёл к шкафу, стараясь не смотреть на девушку. — Это ты извини, — хриплым голосом произнесла Джейн, за ночь язык успел немного распухнуть, — Надеюсь, ты не против, что я заняла твою кровать? Он усмехнулся, — Можем, вообще, поменяться комнатами в таком случае. — Мимо, — хмыкнул Жан, скидывая одеяло, — Это не то, о чём ты подумал. — Ну, когда это будет то, о чём я подумал, вы скажите, — он взял из шкафа свежее полотенце, — Чего только не сделаешь ради счастья лучшего друга, — Эрен хлопнул Жана по плечу и скрылся за дверью. — Не обращай внимания, — небрежно произнёс Жан, — У него иногда случаются приступы дурости. Джейн не могла сдержать смех, — Его можно понять, — она перевела взгляд на парня, — Очевидно, он счастлив с Микасой и желает тебе, своему другу, встретить такого же человека и испытать такое же счастье. Глаза Жана опустились вниз, — Ну да, — он свесил ноги с кровати и, налив полный стакан воды из графин, выпил его залпом. Джейн наблюдала любопытный диалог Жана со своей совестью, его взгляд настойчиво искал остатки человечности в собственной душе. — Ладно, — Джейн поднялась с кровати, — Я, пожалуй, пойду, спасибо, что приютил. Жан задумчиво улыбнулся, — Да без проблем, обращайся в любое время. Капитан спускался по лестнице и, проходя мимо второго этажа, решил украдкой взглянуть, надеясь увидеть Джейн, получить от неё неоднозначный взгляд и загадочную ухмылку. И он увидел. Увидел сонную взъерошенную Джейн, выходящую из комнаты Кирштейна. Она постоянно трогала свои губы и, будто, прикусывала свой язык. На ней явно была вчерашняя одежда, она устало прошлась ладонью по лицу и, не уловив пристального взгляда капитана на себе, развернулась и пошла в сторону своей комнаты. Конечно, она могла спать во вчерашней одежде и в своей кровати и зачем-то прийти к Кирштейну только пару минут назад, но почему-то эта версия не удовлетворяла капитана. Он же не может нагло ворваться в комнату и требовать от солдата объяснений и он не мог больше стоять в проходе, пялясь в пустоту. Теперь он ждал вечера ещё сильнее, он заставит паршивку вспомнить, что такое доверие. — Неважно выглядишь, — шутливо подметила Микаса, встречая девушку. Джейн зевнула, прикрывая рот рукой, — Не выспалась. У парней в комнате воняет, как в душной раздевалке. Микаса слегка рассмеялась, — Кому ты рассказываешь, — она взглядом проводила Джейн до её кровати, — Так, ночь прошла удачно? — Вы сговорились? — Микаса, казалось, не услышала её, — Жан просто помог мне с моим языком, да и спать снова в госпитале мне не хотелось, Эрен же был здесь, — улыбка Микасы давно стёрлась, она тяжело дышала, прикрыв рот ладонью, — Ты меня слушаешь? — Извини, — Микаса подорвалась с места и скользнула в ванную комнату. Спустя несколько секунд оттуда начали доноситься звуки её выворачивающегося желудка. Она пыталась скрыть это журчанием воды из крана, но Джейн всё равно слышала, каждый её позыв. — Наверно, вчера с вином переборщила, — Микаса вернулась в комнату, её лицо было покрыто прозрачными капельками воды. Она медленно присела на край кровати, держась за живот, — Уже третий раз бегаю. Взгляд Джейн сузился на соседке, — Не припомню ни одного случая, чтобы тебя полоскало после попойки, — Микаса продолжала тяжёло дышать, — Ты всегда была самой крепкой в этом плане. — Но и мой организм не железный, видимо, — она напряглась, зажимая рот, — Это должно было когда-нибудь случится. — Сходи к медсестре, у них там есть хорошие таблетки от тошноты. — Надо бы, — быстро произнесла Микаса и рывком кинулась в ванную. Комната снова заполнилась выворачивающимися звуками. Джейн старалась не вслушиваться, но в глухой тишине она слышала всё. — Пойду, пожалуй, — поникшим голосом объявила Микаса. — Удачи. Джейн осталась одна, времени у неё оставалось предостаточно. Она сходила в душ, тщательно вымыла свои тело и волосы. Намазала кожу плотным слоев лосьона, чтобы немного смягчить её после воздействия холода. Замотала волосы в полотенце и вернулась на свою кровать. Новый день не принёс с собой ответов, Джейн теперь в лицо знала того, кто причастен к её способности, она видела его, она говорила с ним. Оказалось, он был не таким уж и незнакомцем. Но верить ли его словам или нет, она не понимала. Тот эпизод из детства Джейн помнила до мелочей, каждую секунду той ночи она держала в голове, но образ мальчика, его лицо и его имя она никогда не знала. Когда отец притащил его, он был весь в крови и практически без сознания. Отец не подпускал Джейн близко, да и она сама не горела желанием в подробностях смотреть на окровавленное полуживое тело ребёнка. Мальчика быстро унесли, когда пришла полиция, с тех пор она никогда не видела его и не стремилась даже узнать, как протекает его жизнь. Он выжил, благодарю её отцу, а большее её не интересовало. Этот момент стал поворотным в жизни Джейн, отца упекли в лечебницу и перед ней встал вопрос, как теперь жить. В городе творилась разруха, самое начало войны и судьба девушки мало кого интересовала. Из родственников никого больше не было, а жить в приюте, где до неё тоже никому не было дела, не хотелось. Она оказалась одна и вынуждена была сама принимать решение. Выбор почти сразу упал на разведотряд. Он мог стать не только пристанищем для жизни, но и местом, где она с большой вероятностью могла встретить свою смерть. Пусть она и смиренно принимала это, но в сердце таилась надежда попробовать жить по-другому, без больного отца и без его больного воздействия. Но надежда сразу рассыпалась, ударяя Джейн прямо в лицо. Её прошлое шло впереди неё и с первого дня стало основным показателем её личности. Если она и хотела забыть, то другие предпочли иное. Все прекрасно знали, кто она и не упускали не единой возможности ткнуть её в это носом. Джейн пришлось вернуться к старой роли отброса и изгоя, к большому разочарованию, отец оказался прав. Люди не несли ничего кроме страха, опасности и враждебности. Она ненавидела людей и ненавидела себя, потому что тоже была человеком. И это было взаимно, для ненависти, как оказалось, много причин не надо. Джейн высушила волосы и аккуратно расчесала их, оставляя прямыми. Сейчас прошлое, как никогда, громко и решительно ворвалось в её жизнь. Она бы предпочла никогда не встречать его и никогда больше не вспомнить о нём. Но, так уж получилось, что на нём завязано её настоящее и будущее. То ли это превратности судьбы, то ли абсолютная случайность, то ли чей-то коварный план.