Часть 1

Разве есть что-то лучше того, чтобы жить мирной жизнью со своей семьёй? Нет. Такой ответ даст Кейл Хенитьюз на этот вопрос, если его задать парню. Главнокомандующий наслаждается небольшим перерывом между битаами, пока Белая Звезда набирается сил для новой атаки. Но даже на отдыхе у Кейла есть проблемы. Три месяца назад убили его фигуру отца, и совсем недавно Кейл забрал из другого мира детей Уильяма. Трое очаровашек, которые тут же всем понравились, стоило аловолосому познакомить их со своей второй семьёй. И вот сейчас, когда Клопе передал ему, что завтра будет битва, Кейл идет по тёмным коридорам своей виллы в сторону картины, которая всегда висела в самой тёмной части постройки и укрытая тонким чёрным брезентом, перед которым равномерно горела одинокая свеча. Тихие шаги, заглушенные толстыми коврами, устилающими мраморный пол, не были слышны для остальных обитателей, но те, словно почувствовав, что их командир не спит, тоже не спали и тихо следили за тем, куда идет главнокомандующий. В руках у Кейла был букет с незабудками, а на голове был такой же венок. Дойдя до картины, он бережно, одной рукой придерживая букет, а другой снимает брезент. Под ним виден портрет ещё совесть молодого мужчины, которому на вид можно дать двадцать лет, но Уильяма было 43, когда он умер, но все равно выглядел на двадцать. Бледные худые руки бережно ставят букет в вазу перед картиной, а после Кейл преклонение колено, повергая смотрящих за ним в шок. Простояв так пять минут, Хенитьюз поднимается. - Доброй ночи, папа. Видишь, я сдержал обещание и опять пришёл к тебе. У нас все хорошо. Твоих детей моя вторая семья приняла очень даже хорошо, так что тебе не стоит переживать за них. Да, война ещё идет, и вроде пока не собирается заканчиваться, но я приложу все силы, чтобы это поскорее прекратилось. Завтра будет бой, после большого перерыва, и я чувствую, что он будет тяжёлым для обеих сторон. Рука осторожно проводит по поверхности картинв, в то время, как красно-карие глаза с плохо скрытой точкой смотрят в нежно-голыюе глаза портрета и на его нежную, но немного грустную улыбку. Каштановые волосы, на конце переходящие в фиолетовый спадают почти до поясницы. Так непривычно видеть его таким, но именно Уильям настоял на том, чтобы его так запечатлели. - Если я не выживу, то мы скоро встретимся. В случае своей смерти, я попросил Эрухабена-нима присмотреть за всеми, в том числе и за твоими. Но если выживу, то приведу сюда твоих детей. Они уже знают, где ты похоронен, осталось показать им твой портрет. Знаешь, пап, они сторонятся немного Эрухабена-нима, потому что он и правда чем-то на тебя похож. Тот же взгляд, улыбка. Черт.. Даже прическа почти такая же как и у тебя, но думаю, что они скоро привыкнуть к нему. Кейл перевёл взгляд стену. - Я пойду, пап. Хочу поспать перед тем, как идти на битву. Приятных снов. После этого картину снова накрывают, и Кейл уходит. Только в коридоре остаётся одиноко гореть свеча, освещая чёрные брезент и букет незабудок в вузе перед ним