Продуктовый бунд

* * *

      Сколько уже прошло времени со того момента, как она попала в это адское место? Недели? Наверное, уже несколько месяцев? Полгода? Или уже год? Время тянулось за решёткой крайне медленно и монотонно, что только больше убивало в ней душу. В один момент она начала ловить себя на некоторых странных особенностях, которыми и без того убитая выгоранием и многолетней депрессией психика пыталась себя обезопасить. Появилась какая-то аппатия и безразличие. Если бы не присутствие Кристы, Найтшейд уже попыталась бы залезть в петлю...       Девушка даже уже присмотрела удобную перекладину между жилой частью камеры и санузлом. Единственным проблеском, возвращавшим хоть какое-то подобие жизни в мозг Нори, был появлявшийся время от времени маленький неожиданный друг. Скибидист-паучок по имени Оливер, который за сухарики и остатки той непонятной шняги, которую иногда давали заключённым как еду, доставал для Нори разные вещи... и иногда, собственно, ту же еду, но человеческую. Правда, потом пришлось от этого отказаться, ибо противный зомбоящик и другие агенты стали подозрительно относиться к тому, что люди выглядят более... здоровыми, чем им положено быть на тюремной баланде. Но зато другие мелочи, которые легко помещались в руку или щель между стеной и койкой, очень помогали хоть немного скрасить убогий быт неликвидных граждан. Нори давно могла бы сбежать, но были некоторые проблемы.       Во-первых, куда и как ей потом податься, если весь мир - в загребущих лапках капризной тиранической машинки? Во-вторых, как это отразится на всех тех, кто так или иначе с ней связан и что будет с родителями, которые к своим пятидесяти с лишним так и не смогли достигнуть заветных ста баллов в рейтинге? В третьих, даже если она, в теории, досидит срок и останется в живых, у неë больше нет будущего. Не будет возможности получить достойное образование и поступить на хорошую работу. Про личную жизнь тоже придётся забыть - вряд ли кто-то захочет связать свою жизнь с "неликвидом". К тому же, совесть Нори не позволяла ей бежать одной - она не могла бросить всех тех бедолаг, которые оказались в такой же ситуации. Особенно Кристу. Всех спасти и всем помочь она не могла, но ей под силу было хотя бы дать шанс... Поэтому, отдав все свои запасы, Найтшейд уговорила Оливера помочь ей подготовить массовый побег заключенных. И, пока с той стороны высокого бетонного забора шла подготовка, Нори и Криста пытались по мере возможностей сохранить себя.       - Тц-ц, какие-то вы сегодня блëклые, - хмыкнул Спикер-в-Красном, держа ножи у горла девушек. - Скучно с вами.       Он прекрасно слышал, как бьются их напуганные сердца. Руки у него не дрожали и девушки могли точно сказать, что их не прирежут случайно. Нори и Криста не шелохнулись, когда острые грани лезвий немного, на грани допустимого надавили на кожу.       - Нечего сказать? - мигнул подсветкой на динамике Темный Спикермен и, выждав минуту, убрал ножи.       Но, только девушки вздохнули, как им на плечи легли его большие ладони и он сдави их так, будто собирался сломать кости, и прорычал:       - Мне интересно, кого из вас в следующей партии отправят в забойный цех? Слишком вы, люди, в последнее время барагозить много стали. Да и многовато вас что-то здесь скопилось, надо место для новых гостей освободить.              "Чтоб ты, сука, заржавел", - мысленно огрызнулась Нори, когда колонкоголовый синт ушёл.

* * *

      Как агенты ни старались пресечь общение между зэками, те всё же маломальски поддерживали контакты, передавая те немногие крохи информации, которые удавалось раздобыть. Например, так стало известно, что на воле у Альянса проблемы - якобы кто-то взламывает их менее осознанных юнитов. Или маленький слушок о том, что в нескольких не самых густонаселëнных районах орудует целая преступная группировка, из-за которой гражданское общество начинает потихоньку роптать. Но самая досадная попоболь для Альянса была в том, что всё больше и больше поднадзорных в обход бдительного ока машин повадились пользоваться сервисами, так или иначе связанными со скрытыми скибиди-общинами. Конечно, Нори была причастна к этому, как одна из немногих, кто обладал доступом к телефону. Всякий раз, когда гаджет оказывался в еë руках, она тряслась от тревоги, что вот сейчас нагрянет охрана и устроит шмон. Она боялась его обнаружения, перепрятывая его везде, где могла. Было сложно противиться желанию таскать его везде и заглядывать каждый час, но страх и здравый смысл были сильнее привычки. К тому же Оливер предупредил, что прошивка и начинка у телефона была почти полностью заменена и приходилось осторожно, заново учиться обращаться с вещью, которая спасала мозг от метафорического распада не только у неë, но и у Кристы.       - Разойтись, - прорычал низкий голос одного из камероголовых охранников.       Да, Альянс старался изо всех сил, но иногда творческая жилка проступала даже у заключённых, лишенных практически всего. Достаточно было просто примера одного человека, закинувшего идею на благодатную, жаждущую почву. И если женская половина спокойно развлекала себя детскими играми типа классиков, скакалок и салок, то мужская успешно освоила производство из подручных материалов карт, шашек, "костей" и прочих азартных мелочи. Кстати, изготовленные из кусков картона самодельные карты, которые сейчас держала в руках одна из девушек, были как раз такими. Отобрав игрушку и разогнав партию игроков, камерамэн удалился.       - Мудилы, - едва различимым шепотом пробормотала девушка, чьи карты забрал охранник.       Нори с Кристой в этот момент играли в крестики-нолики. Иногда они играли в слова. Вот так относительно спокойно прошел "выпас" сегодня.

* * *

      TV/A-403, он же начальник тюрьмы, был недоволен. Причём причину этого недовольства он сам не мог определить. Вроде бы всё было тихо и спокойно, насколько это вообще возможно в данном режимном заведении. В последние дни даже не приходилось никого отправлять на Кухню, что тоже расстраивало, но уже несколько по другой причине.       - Чем там заняты мясные? - отправил он запрос охране, тайно надеясь, что там будет... что-то, что даст повод...       Но нет. Кроме их мелкой человеческой возни они ничем не занимались. ТВ-мэн раздраженно фыркнул, побарабанив пальцами по столу. Наверное, вот в чем дело - люди, поддавшись заразительному примеру этой... Картофелины, начали проявлять мозговую активность и самодеятельность. Они больше не были послушными и серыми "брëвнами", оживились, стали снова похожи на... разумных людей. Стоило одному найти лазейку, как все начинали этим пользоваться! По сути, правила они не нарушали и наказать их было не за что.       "Сначала экран, потом чертовы игры... Игры, блядь!", - внутренне кипел начальник тюрьмы.       Примитивные человеческие развлечения, которыми они будто показывали неповиновение! Но при этом все правила соблюдались. Они были покладистыми, из расписания не выбивались, вставали и ложились по звонку, на выгуле ходили гуськом. Вот как так-то?! TV/A-403 чуял, что где-то подвох, что где-то его обманывали и где-то против режима тюрьмы бунтовали, но он не мог понять: где именно?! Стоило им запретить активные игры - они нашли способ сделать шашки из сухарей! Запретили это - они стали играть в "морской бой"! Запретили собираться даже по двое - так они начали через решётки играть в "слова"... и причиной всему были заключённые из камеры "707". И если до этого госпожа Адлер была образцовой тихоней, зашуганной, как все, то с появлением Картохи всюду раскручивалась сплошная суета! Нори Найтшейд будто бросала вызов Альянсу одним своим существованием! Либо она была самым хитрым в мире стратегом, либо самой невезучей в мире депрессивной дурой. И ладно бы было в ней что-то такое... харизматичное... так нет же! В ней для человека было стандартно всё! Лицо из толпы, которое забывается через пять минут! IQ средний, стандартный! Однако при этом со странной манией проявлять находчивость там, где не надо. И... как же это бесило!              - Чем заняты мясные?! - снова отправил он запрос надзирателям.       - Да ничем особенным, - несколько устало ответил один из камерамэнов, которого один и тот же вопрос начал немного утомлять, особенно заданный уже несколько раз за полчаса. - В шарады играют на женской половине, а на мужской в шахматы.       Начальник раздраженно фыркнул вентсистемой. Вот как на это ему реагировать?!       - Как там заключенные из семьсот седьмой камеры? - буркнул ТВ-мэн. - Выведите изображение на экран.       Перед взором начальника тюрьмы всплыло изображение двух девушек. Он рассматривал их очень долго и тщательно.       - Что-то они выглядят слишком оживлëнными, - сварливо заметил телевизионный робот. - И слишком... здоровыми. Их ведь точно никто из жалости не подкармливает?       - Никак нет, сэр, - шевельнул нижней челюстью один из камерамэнов. - Никто из наших зэков не приваживает.       - Тогда почему они такие... такие... Почему они в порядке?!       - Не знаю сэр.       - А кто будет знать?! Они проявляют инициативу, они думают, находят решения. Знаете, что это значит? Они могут в какой-то момент попытаться поднять бунт!       - Так, может, запретить им проявлять инициативу, сэр? - совсем "зелëный" спикер подал голос.       ТВ-мэн задумался. Может, действительно запретить им думать? Запретить проявлять мозговую деятельность? Неплохая идея в теории... Нет, это совсем уж бред: что бы ни делали мясные объекты, они всё равно будут проявлять мозговую активность.       - Чëрт, - рыкнул начальник тюрьмы. - DSk/y-56, ты сегодня к ним заходил? Внушение делал?       - Ну, делал, - Тëмный Спикер поковырялся кончиком ножа в зубах. - Они тряслись, глазками на меня мыргали, но молчали.       - Тогда почему они после тебя такие бодрые, а?!       Тёмный Спикермэн пожал плечами:       - Ты уж извини, шеф, но это не моя специализация... в мозг к ним залазить.       ТВ-мэн напыжился, поняв подколку коллеги.       - И, кажется, я говорил тебе обрабатывать всë крыло инфразвуком. Тебя хватало только на несколько часов, - упрекнул он спикера.       - Ну, знаешь! У меня, конечно, батарея мощная, но жечь еë я не намерен, ясно? И ты сам знаешь, что воздействия инфразвуком хватает максимум на сутки, - огрызнулся агент-оратор. - Кстати, почему бы тебе не облучать их двадцать четыре часа подряд, хм-м?       - Я знаю, что это ты тогда еë укусил, - проворчал ТВ-мэн.       - А ты мне не запрещал, - пожал плечом спикер.

* * *

      Как и всегда, остальное время вне выгулов тянулось очень долго и мутно, будто ты с головой попадал в густой кисель, из которого было невозможно выбраться по причине того, что ты рано или поздно натыкался на гладкие, покатые, стеклянные стенки стакана реальности. Вдоль койки Элинор вся стена была исцарапана черточками, отсчитывающими дни.       - Знаешь, кажется, я понимаю тех персонажей, которые начинали есть крыс, белок и лягушек, - пробормотала Элинор, когда им в очередной раз дали что-то водянистое, похожее на суп с чечевицей и какими-то рыбными волокнами. По крайней мере, пахло оно рыбой... а если покрошить туда сухарь, можно даже почувствовать вкус.       - Я слышала, что лягушачьи лапки похожи на курицу, - вздохнула Криста, водя в супе ложкой.       Конечно, их маленький связной иногда приносил им гостинцы из открытого мира, но это было нечасто и, к тому же... часть этих безусловно желанных сейчас бонусов обе девушки отдавали обратно в счет уплаты за будущий побег. Ну, а сегодня к супу подали овощи - и, внезапно, свежие. Вообще, растительное андроиды давали заключённым вполне охотно... чтобы потом шутить над тем, что одни овощи употребляют другие овощи. Такое вынужденное веганство вообще никому не нравилось, особенно когда даже соли толком не давали.       Следующий день прошел в состоянии сомнамбулического морока... потому что накануне ночью охрана решила устроить у заключённых шмон, а заодно начальник тюрьмы решил воспользоваться возможностью и сообщить новость. Впервые их всех собрали в одном месте - и мужчин, и женщин. Найтшейд с оторопью поймала себя на мысли, что видеть мужчин так близко, после почти полной изоляции, для неё было как-то... непривычно. И, видимо. не только она имела такие же ощущения, потому что все люди смотрели друг на друга немного растерянно и напряженно, будто только сейчас поняли, что, оказывается, другие люди существуют. Общий дискомфорт усиливали ещё и выстроившиеся по всему периметру вооруженные охранники. Лардж-агенты возвышались над толпой заключенных угрюмыми скалами, отбрасывая длинные тени. Невольно хотелось съежиться и сбиться в плотную кучу, как... животные пред лицом угрозы, поддавшись рефлекторной панике и чему-то более примитивному - соберитесь в стадо и волку труднее будет выбрать, кого из вас сожрать первым. Гнетущую атмосферу усугубляло то, что агенты Альянса смотрели на органиков своими немигающими оптиками. Камерамэны молчали, обманчиво неподвижные, словно статуи, но улавливали каждое, даже малейшее движение. Спикеры также стояли истуканами, но при этом издавали один и тот же монотонный низкий гул. На одной низкой частоте. Беспрерывно. От этого волосы вставали на затылке и хотелось выть.       Всë прекратилось, когда на сцену, которой служил помост над площадкой, где их собрали, вышел ТВ-мэн. Начальник тюрьмы осмотрел собравшуюся внизу толпу, медленно поворачивая голову и задерживая взгляд на том месте, где стояли Нори и Криста. Так продолжалось где-то с минуту... и подленький червячок неповиновения подначивал Найтшейд показать ему средний палец.       - Вот бы под ним мостки проломились, - едва слышно пробормотала Элинор.       - Было бы здорово, но эти телеублюдки умеют телепортироваться, - ответила ей Криста.       Выждав какое-то время, начальник тюрьмы заговорил и его голос, многократно усиленный спикерами, заставил всех людей покрыться мурашками:       - Приветствую вас, мои маленькие неблагонадёжные друзья! - засиял экран ТВ-мэна лиловым гипнотическим светом. При этом он внутренне зарычал от раздражения, когда заключенные, как по команде, опустили глаза вниз, чтобы не встречаться с излучением. - Мы все сегодня собрались здесь по весьма экстраординарному поводу. Как вы все знаете, Альянс справедлив и щедр к тем, кто вносит честный и достаточный вклад в наше гармоничное, совершенное, дружное совместное существование - и вам предоставляется возможность внести его в многократном размере! Здесь, на дне нашей милой продуктовой корзины, стало слишком... душно. Хотелось бы простора, не так ли? В то же время, наш научный комитет испытывает острый недостаток добровольцев и энтузиастов. Мы предлагаем вам - овощам, растениям, грибочкам и цветочкам - перейти на более высокий эволюционный уровень и поработать крысками! Принять участие в испытаниях наших передовых разработок на благо Альянса и общества, - робот замолк и оценил понурый вид собранных в одном месте толпы органиков. - О, не стоит так очковать! Крыса - животное полезное и умное, а вы ведь хотите, чтобы мы признали вашу... мозговую деятельность? Это ваш шанс! Крыски, пережившие эксперименты, будут награждены свободой и двадцатью баллами бонусов! Этого достаточно, чтобы, кхм, устроиться дворником и начать жизнь с чистого, так сказать, листа. Ну же! Я не вижу леса рук!       Люди молчали, погрузившись в тягостные раздумья. Элинор чувствовала, как сам воздух становится густым от напряжения. Криста рядом с ней поджала губы в бессильной злости. Надежда, конечно, прекрасное чувство, помогающее выжить, но сейчас оно становилось ядовитой приманкой. Все знали или хотя бы слышали, что каста Учëных в Альянсе состояла из тех ещё фашистов-вивисекторов и вряд-ли кто-то из них будет заботиться о благополучии человеческих подопытных. Но, опять же, даже если каким-то божьим провидением испытуемые выживут и даже попадут на свободу, какая жизнь их ждет после?.. Всë это крутилось в голове Нори, пока она украдкой смотрела на других. Кто-нибудь точно хотел бы выйти вперëд. Кто-нибудь обязательно подумал бы, что лучше рискнуть и стать калекой, чем находиться здесь в постоянном страхе. Она увидела, как Криста начинает поднимать руку, поддавшись порыву...       Но если Адлер согласится, весь их план пройдут на смарку! Элинор много раз слышала от неë - да и в Сети ходили слухи - что из испытуемых Альянса выживают единицы, и те люди уже становятся кем-то... или чем-то иным.       Найтшейд не думала. Она просто поддалась накатившему странному наитию и - пробормотала, схватив Кристу за руку:       - Скибиди!..       Она думала, что это было негромко, что кроме Кристы её никто не услышит, но... вся толпа зэков вздрогнула в один момент, как лужа, в которую бросили камешек!       - Кто сказал "скибиди"?! - громоподобно проревел ТВ-мэн. - Охрана! Запереть весь этот... зверинец по норам и провести шмон в каждой камере! В каждом углу! В каждом...       - ...сортире, - пробормотала Элинор и только постфактум поняла, что сказала это вслух, чтобы разбавить хотя бы для подруги атмосферу.       Повисла гробовая тишина, а перед еë взором заклубился черный туман, из которого вырисовалась широкоформатная фигура мгновенно телепортнувшегося к ней начальника тюрьмы.       - С вашей камеры, картофельная твоя головушка, мы и начëм, - как-то очень нехорошо, притворно-ласково протянул ТВ-мэн. - И, раз уж ты сама вызвалась, крыска, то завтра тебя ждëт увлекательное путешествие на наш исследовательский полигон, где ты, я надеюсь, наконец-то принесëшь хоть какую-то пользу нашему обществу!

***

      ТВ-мэн TV/A-403 в который раз был готов придушить этих двух надоедливых самок! Хотя нет, госпожа Адлер была пугливой овцой и шла туда, куда еë ведут, за любым, у кого было направление, а вот вторая... Элинор Найтшейд... совсем иной фрукт, то ест овощ! От одной мысли об этой Картошке хотелось отгрызть башку данной глючной особи человека. Может, так и сделать? Может, это уберëт из обозримого пространства вечный патоген Хаоса и неопределëнности, который следовал за этой девкой, как хвост за каметой? Нет, уже поздновато, он уже распорядился отправить еë на опыты. Ну хоть это успокаивало его электронную душу. Хотя где-то в самом дальнем углу разума, подобно маленькой бусинке бисера, промелькнуло желание оставить этот сосуд несчастий при себе, чтобы... наблюдать и контролировать?       И ведь ночь в карцере ей уже не дашь. Бесит! А ещё больше его бесило смотреть на стоявшую у стены тощую, серую, с бегающими глазками девку и на её отросшие патлы, затянутые какой-то ниткой в хвост и делавшие её похожей на мышь. Он знал, чувствовал, как в этом дёрганном разуме крутятся какие-то мысли - наверняка она даже смеялась над ним!       - Уходим, - прорычал начальник тюрьмы.       - А в очке смотреть не будете? - пискнула Нори, когда охрана и ТВ-мэн уже были на пороге.       Рык телевизора сотряс стены.       - Я лично завтра утром тебя в транспортник запихаю, - пообещал он и с такой силой захлопнул дверь, что, казалось, заскрежетал металл.       Когда шаги стихли, Нори осела на пол и схватилась за голову.

***

      Элинор даже не выла, а просто скулила некоторое время, раскачиваясь вперëд-назад. Криста опустилась с ней рядом и обняла за плечи. Они молчали, понимая, что слова будут излишними. Найтшейд чувствовала, как кончик дамоклова меча уже касается её шеи. Ужас и отчаянье сменились потом несвойственной пустотой - и ни одной мысли, никаких чувств более не осталось. Хотелось просто лечь и лежать.       - Нори, мне жаль, - пробормотала Криста, понимая, что машины просто не выпустят никого из своих лап живым. - Если бы я не поддалась... мы бы дождались момента. Мне правда жаль. Прости.       Голос Адлер дрогнул и надломился, она начала глотать слëзы, чувствуя смертельную тоску и вину за то, что подвела другого человека, по сути, под казнь.       - Я одно не понимаю, - едва слышно пробормотала Нори, когда перестала беззвучно хлюздить. - Почему они не нашли телефон? Они же тут буквально каждую дырку просканировали, кроме...       Найтшейд резко встала и подошла к закутку, где было очко в полу.       - Ты ведь там, Оливер? - прошептала она.       Послышался быстрый перестук паучьих лапок и в потёмках очка вспыхнули умные глазки скибидиста. Только сейчас Элинор поняла, что он носил очки. Высунулась клешня и положила на край чаши телефон в вакуумной упаковке с застежкой и несколько других мелочей.       - Скибиди доп? - поинтересовался маленький скибидист.       Нори вздохнула и... поймала себя на крошечном проблеске надежды:       - Оливер, я понимаю, что на подготовку нужно время, но... можно ли сделать так, что побег будет сегодня ночью?       Криста наблюдала за этим со стороны. Ей всегда казалось немного странным то, как Нори относится к скибидистам так... спокойно? Сама Адлер, конечно, тоже не испытывала к этим несуразным созданиям неприязни, но предпочитала держаться подальше - так, на всякий случай. Ведь факт их причастности к катастрофе, которая потрясла мир, был всë же неоспорим. Кстати, она сама немного понимала их речь, если удавалось внимательно прислушаться - словно воспринимала некий двухканальный шифр, в котором за бедной акустической артикуляцией, состоявшей всего из нескольких слов, скрывалась полноценная передача информации, закодированной магически в доступные мыслеобразы. Наконец, переговоры подошли к концу и Элинор вернулась к подруге по несчастью.       - Мы уходим через три часа, - с какой-то мрачной решимостью и напряжением в голосе пробормотала Нори.       Она дрожала и поджимала губы.       - Стой, в смысле?! Но мы же не можем... - начала было Криста, но замолчала.       Да, собственно, чего уже ждать?       - Всех накопленных сухарей и прочей той хрени, которой нас пытались пичкать, хватило только на нормальный уход нас двоих. У остальных, к сожалению, будут только свои силы и шанс побега, когда Оливер и компания наведут здесь небольшой дестрой. Но... это лучше, чем ничего, - стараясь сдержать дрожь в голосе, поведала Нори.       Она была напугана, чувствовала себя натянутой струной, которая вот-вот порвётся. Её съедал стыд по отношению к другим людям, которые оказались в той же ситуации, что и она, но помочь им Найтшейд могла сейчас только так. Главное - выбраться живыми из этой клетки, а там... там что-нибудь само придумается. На данный момент у Нори просто не было сил думать наперёд, так что нужно было реализовывать имевшийся план действий.

* * *

      Сидеть, что называется, на чемоданах, вздрагивая от каждого шороха, было невероятно жутко и напряжно, но кроме обречённой готовности сделать этот прыжок веры у двух девушек ничего не осталось. Только отсчитывать заветные минуты. Основной задачей было выбраться отсюда и выжить, а там потом, на свободе, они разберутся.       И вот началось...       Сначала это был тихий, протяжный свист, который с каждой секундой нарастал, перекрывая вой сирен службы безопасности. За этим последовал хлопок - и всë обозримое пространство содрогнулось, мигул свет и... вся тюрьма встала на уши! Всю территорию заволокло густым дымом так, что его можно было потрогать. Все агенты, как потревоженные шершни, издавая злобный и воинственный гул серво, стекались к определенным точкам. Уже слышались одиночные выстрелы. Раздалось ещë пара взрывов в разных местах - а потом все двери камер одновременно раскрылись. Коридоры внутренних помещений были затянуты густым белëсым туманом, исходившим, как это ни банально, из туалетных очок. Найтшейд задрожала, сжимая руку Кристы, когда из отхожей дырки в их камере показался... Оливер. Пожалуй, это был первый раз, когда Элинор увидела его полностью. Оказывается, скибидисты бывают еще и... детёнышами? Потому что Оливер слишком очевидно был ребенком. Конопатое пухлое лицо, густой рыжий чуб и очки... как у типичного мальчика-"ботана" лет двенадцати.       Белый унитазик, имевший все черты краба и маленького гуманоида, перебирая лапками, подобрался к Нори.       - Скибиди скиб? - кивнул Оливер в сторону двери.       - Да, веди, - кивнула Найтшейд.       Осторожно, стараясь не шуметь и следуя за маленьким скибидистом, две девушки покинули камеру. А в это время беспорядок и суета, прикрытые дымом, туманом и шумом на территории спец-тюрьмы, усиливались. Внешний периметр теперь зиял дырами, как сыр маасдам. Дыры так же теперь были и вместо окон, и вместо внешних дверей... и в этом густом мареве плавали силуэты фигур и голоса. Агенты, люди и скибидисты будто смешались в густом и мутном супе. Поняв, что это их шанс, люди высыпали наружу и прыснули в разные стороны как тараканы, так, что охране приходилось изрядно стараться, чтобы одновременно отбивать нападение извне, пытаться вернуть контроль над территорией и ловить беглецов. Всë усложнилось для машин тогда, когда некоторые зэки, видимо, преобретя веру в свои силы, совершили попытки нападения на охрану. Агенты сильнее людей - это да, но всë же они не неуязвимы и у некоторых заключенных таки появилось оружие... что ещë больше добавило сумятицы и неразберихи.       - А в планах было восстание? - на ухо пробормотала Криста, пока они шли за Оливером по маршруту, ведомому только ему одному.       - Вряд ли, но теперь роботам точно не до нас двоих, - так же тихо отозвалась Элинор, когда они прокрались в какой-то боковой коридор.

***

      TV/A-403 был не просто зол. Он был в ярости! Он чувствовал, как по линиям связи с общей нейросетью Альянса в его сторону направляется недовольство всех трёх фракций. Он допустил, недоглядел! И так в последнее время поднадзорные из числа привилегированных "соток" начали исподволь просить себе всякие вольности, а теперь ещё и неликвиды подложили ему вот такую свинью! Как они вообще могли связаться с дерьмоголовыми выродками?! Не было ни одного способа связаться с кем-то снаружи... Или был? Начальник тюрьмы на мгновение замер, перестав облучать клубы тумана вокруг себя, что дало возможность группе зэков вырваться из-под влияния телевизора, но они тут же угодили в лапы лардж-камераменов. Мысль-догадка по кривой гаусса взлетела из самых глубин электронного сознания: не могла же эта мышь тупая, моль бледная... Да у этого клубенька бы мозгов на такое не хватило! Или все-таки хватило?       - Где заключенные из семьсот седьмой?! - прорычал он по внутренней связи и, не дожидаясь ответа, телепортировался сам к нужной точке.       Ну, конечно, их не было! Да, теперь TV/A-403 цепким взором сканера заметил следы и характерные мелочи, которых в этой тюрьме не должно было быть! Но только потому что беглянки уже ничего не прятали, смотавшись куда глаза глядят...       - Убью нахуй! - прошипел ТВ-мэн.       Его разъяренный рёв потонул в общей какофонии диверсии и бунта.       Как и где теперь этих двоих искать?! Цвет экрана начальника тюрьмы лихорадочно менялся с жёлтого и красного до сиреневого, пока не сменился характерной полосатой заставкой. Нет, он не мог допустить, чтобы первопричина этого беспорядка, этот патоген хаоса выбрался от сюда! Пора превратить пару овощей в чипсы в самом что ни на есть буквальном смысле! Экран ТВ-мэна погас, но потом ожил, подернутый белым шумом. Послышался тихий звук выпускаемого воздуха, на дисплее появилась неровная щель, похожая на кривую, острую, зигзагообразную линию... и среди черноты по ту сторону экрана мелькнули акульи зубы. Длинный, сегментарный язык мелькнул на несколько секунд и спрятался в пасти. После чего, гулко стуча каблуками туфель по полу, TV/A-403 начал погоню за беглецами и, несмотря на свою плотную фигуру, мог передвигаться очень быстро.

* * *

      Подождав, пока мимо прогромыхают двое вооруженных лардж-камер, две девушки и маленький скибидист покинули своë укрытие и прокрались к запасному выходу. Пара минут манипуляций лапок Оливера - и дверь открылась. Снаружи царила суматоха и прекращаться не собиралась, но Криста и Элинор непрерывно следовали за белым унитазиком к заветной дыре в заборе.       - Далеко собрались, овощные мои? - шеи обеих девушек оказались в локтевых захватах телевизора. - Ай-яй-яй, мисс Адлер, я был о вас лучшего мнения. У вас были все шансы досидеть до конца срока, но... теперь? Боюсь, вас ждëт уже далеко не карцер, - красный экран перекрыл поле зрения беглянок и TV/A-403 усилил удушающий захват на двух тощих человеческих шейках. - А ты, дорогая моя картофелинка, у меня всегда была в особом списке. Я одновременно рад и разочарован. Рад тому, что я оказался прав - ты колоборационистка и якшаешься с нашими врагами, а разочарован тем, что придется нарушить обещание нашей Учёной касте не портить образцы заранее, но они меня поймут... А что касается тебя, мелкий паразит, - ТВ-мэн обратился к скибидисту и, к сожалению, не обнаружил оного поблизости. - Сбежал? Ну... ожидаемо. Так что, Картошечка, даже своим подельникам ты не нужна! Ты расходник. Просто никчёмный кусок плоти, пригодный только как субстрат для спец-топлива.       С минуту ТВ-мэн наблюдал за слабыми попытками Нори и Кристы освободиться, но куда их трепыхания против него? Даже не будь они такими истощëнными, силёнок девичьих тушек не хватило, чтобы что-то сделать синтетическому существу, созданному изначально для войны.       - За бунт, сговор с врагом и попытку побега предусмотрен расстрел, но не тратить же на вас патроны, - на мгновение он ослабил хватку и отпустил девушек, но, стоило им сделать свободный вздох, как ТВ-мэн атаковал, ударив Кристу со спины снизу вверх...       Лезвие, спрятанное в запястье, слишком легко прошило ткань робы и человеческую кожу вдоль позвоночника, от чего в воздухе сразу почувствовался запах железа и сырого мяса... Криста даже не закричала, ошеломлённо раскрыв глаза и упав на колени. Она открывала рот, как выброшенная на берег рыба. Ткань робы мгновенно окрасилась в богряные пятна, казавшиеся сейчас чернильными. Нори только успела повернуться и открыть рот, как две мощные лапы в перчатках сжались на еë шее, уколов сквозь плотную кожу кончиками когтей. Чуть приподняв Найтшейд над землëй и приблизив к пышащему жаром и гневом красному экрану, ТВ-мэн выдал улыбающийся смайлик.       - Последние слова будут, Катошечка? - как-то чересчур весело спросил робот, продолжая сжимать горло Нори с такой силой, что лицо девушки в момент стало не просто бледным, а сизым.       Перед глазами Найтшейд поплыли круги и светящиеся мошки, в ушах зазвенело и сердце было готово взорваться. Она царапала руки ТВ-мэна, пытаясь заставить его разжать пальцы, чтобы сделать спасительный вдох, наполнить скукоженные страхом и удушьем лёгкие воздухом. Она чувствовала, как проминается кадык, как когти телевизионщика впиваются в кожу. Он не просто душил. TV/A-403 намеревался разодрать ей глотку. Боль и ужас плескались в глазах и тело слабело, становясь невероятно лёгким...       - Скибиди дип!       Тускнеющее сознание уловило какое-то движение и... вдруг послышалось смачное "крэк"! ТВ-мэн разжал пальцы - и Нори задышала быстро, хрипло и часто, чувствуя во рту горечь и железо и повалившись на задницу. Сверху на неë сыпался сноп искр и падали какие-то густые капли, вонявшие чем-то техническим и химозным. Подняв глаза, Нори поняла, что Оливер не бросил их, а разумно сбегал и позвал на помощь большого скибидиста с гуманоидным телом! И именно его девушка увидела за спиной ТВ-мэна. Сам теликоголовый очень картинно словил топором по башке, который располовинил его по условному центру экрана до самой груди. TV/A-403 стоял и немного пошатывался, будто не мог поверить в случившееся, и грузно рухнул только тогда, когда скибиди-гибрид вынул из него топор вместе с частью "начинки". Фонтан искр и техжидкостей захлестал из него интенсивнее - а потом экран погас полностью.       В немом шоке Элинор и Криста смотрели на широко лыбящуюся физиономию гибрида.       - А... это... спасибо, - прохрипела наконец Нори, потирая шею, где уже наливались свинцовые синяки.       Криста только молча кивнула. Она дрожала, бледная как снег от боли и потери крови - обширный порез на спине не давал ей нормально двигаться.       Оливер, сидевший на плече гибрида, что-то быстро затораторил ему на ухо, от чего большой скибидист важно кивнул и, без лишних рассшаркиваний подхватив двоих девушек в охапки, скрылся в проломе внешнего периметра спец-тюрьмы. Из своего положения у него в подмышке Найтшейд будто бы во сне пронаблюдала, как территория спецтюрьмы отдаляется от них, а потом и вовсе исчезает за сплошной стеной высоких елей и сосен. В нос ударил запах свободы: он был полон предрассветной свежести, терпкой хвои... и ноток хлорки.

* * *

      Над кромкой леса периодически мелькал либо камера-дрон, либо спикерная вертушка, так что гибрид ускорял шаг. Как оказалось, он вполне мог разговаривать и вполне человеческим языком. Не без особенностей, но вполне разборчиво. Гибрид представился как Кент, а в условленном месте их встретил приземистый, раскрашенный в камуфляжные цвета скибидист на мощных тракторных колесах.       - А теперь нам куда? - спросила Нори, когда Кент поставил еë и Кристу на землю.       - Следуй за малым, - махнул гибрид, указывая на Оливера, который добрался до скибидиста в камуфляже и махал своими маленькими клешнями, забравшись на огромное колесо. А вот Кристу двуногий придержал: - Не-а, пупс, тебя мы в больничку сначала отправим.       Элинор не успела даже возразить: еë просто зубами схватили за шиворот робы и затянули в толчок! В секунду перед нею промелькнули небо, ободок толчка и, собственно, очко. А потом Найтшейд окунулась в воду. Она чувствовала, как еë мотает из стороны в сторону и кружит, будто угодивший в водоворот лист... хотя почему "как"? Она и в самом деле угодила в водоворот, который тащил еë неведомо куда. Она ощущала себя в огромной толще движущейся воды, которая почему-то была невероятно чистой и морской, а не... той, что можно ожидать от толчка. В какой-то миг она и вовсе перестала ощущать себя человеком, будто превратившись в воду и растворившись в жидкости. Правда, в следующий же миг ощущение того, что у неë есть тело, вернулось. Она почувствовала, что еë будто вытягивают и пытаются пропихнуть через какой-то узкий проход. Секундная пауза - и еë буквально выплюнуло, как пробку из бутылки, на холодный кафельный пол под бульканье унитаза.       Ошеломленная, мокрая и лишённая сил Нори лежала на полу ванной комнаты, пытаясь прийти в себя и переварить то, что сейчас произошло. Она услышала ещë один всплеск и рядом с еë головой нарисовался Оливер:       - Скибиди?       - Ага... Да, я живая, - пробормотала девушка, обведя взглядом ванную... и обомлела.       Это была еë ванная! В смысле... ванная комната в той квартире, которую она снимала до всей этой катавасии с крестом! Она была дома?! Далеко от агентов, на свободе. Живая! Тело Элинор задрожало, она свернулась в комочек и без зазрения совести расплакалась.       - Вы знаете, - внезапно заговорил Оливер по-человечески, когда первые слëзы Нори поутихли, - вы первый человек, воспользовавшийся нашей туалетопортацией. Мы ещë еë не презентовали её людям, но я рад, что она сработала и теперь еë можно внедрять в пользование! За работу естествоиспытателя скибиди-община дарит вам безвозмездное и безлимитное пользование нашими скибиди-сервисами и мы очень надеемся на дальнейшее сотрудничество... Может, уже встанете с пола, скибиди? Мне как-то неловко смотреть на взрослую тетю с такого ракурса.

* * *

      ТВ-вумен склонилась над разбитым корпусом собрата:       - TV/A-403, ты провалил миссию. Как будешь это исправлять?       Хотя... исправлять уже и не нужно было, спецобъект снова перешёл под контроль Альянса. Зачем бы ни приходили скибидисты - получив это, они ушли так же быстро, как и появились. Люди, кто поумнее и поудачливее, сейчас бегали по лесам, а остальных успешно скрутили и... успокоили очень надолго. Исполнявший обязанности начальника тюрьмы ТВ-мэн не подавал признаков функционирования, но был жив и немного заперт в своем же теле. Его личность страдала от унижения и осознания смерти корпуса, пребывая в общей памяти кластера фракции ТВ.       - Тебе повезло, - продолжала ТВ-вумен, дав знак инженерам подобрать останки собрата.       - Мы даëм тебе шанс исправиться, TV/A-403. С этого момента ты освобождаешься от должности начальника тюрьмы! Твоя занятость будет перенаправлена в другую сферу. Ты понял?       TV/A-403 всё понял и принял, получая поток данных для новых задач, пока инженеры грузили его неподвижную тушу на ремонтную платформу. Да, всë не так плохо... Он загладит вину за свой провал, за то, что недооценил, недоглядел, опозорил гордое звание агента и ТВ-мэна. При воспоминании о случившемся по всей многомерной сложной нейросети Альянса, составляющую целую экосистему, в ноосфере прокатился импульс, яркий и жгучий, как сверхновая. Это было презрение, лютая злоба, ярость и ненависть... к картошке.