-9-

Ники зашел в палату к сестре, которая до сих пор спала, пусть на часах было уже пол десятого. Рядом с койкой сидела мама, опустив голову. Она тоже спала. Всю ночь работала и первым же делом пришла к дочери. Отец, который всю ночь провел в больнице, сейчас работал. А сам Ники решил пропустить сегодняшнюю учебу. Он тихо подошёл ближе и слегка тронул мать, чтобы разбудить. — Сынок? — удивилась женщина. — Ты чего в такое время не в школе? — Не хочу, — Ники присел рядом с ней на корточки. — Мам, иди домой. Отдохни по-человечески, а я тут побуду. — Но твоя учеба, Ники. Так ведь нельзя. — Я все равно уже целый урок прогулял. Так что приходить посреди дня я не собираюсь. Моя сестра мне куда важнее, чем школа и все остальное. — Но это в последний раз. Учиться тоже нужно, — женщина погладила сына по голове и поцеловала его в лоб. — Тебе же еще поступать скоро. — Я не буду никуда поступать, ты же знаешь, — сказал Ники и женщина нахмурилась. — А что ты будешь делать? — Работать. Что же еще? Мы должны платить и за жилье, и за еду, и за больницу. Когда я закончу школу, у меня будет больше времени и я смогу работать на полноценной работе и получать больше денег. — Не ты должен об этом заботиться, сынок. Ты должен веселиться с друзьями, капризничать, показывать свой характер, пробовать пить, курить. Что еще в этом возрасте делают, я не знаю. Но точно не об этом думать. — Сола тоже не должна тут лежать, мам, — вздохнул Ники, а вместе с ним и мама. — Иди отдохни. — Если что, сразу звони, понял? — Конечно, не переживай. — Ну тогда я пошла. Мы еще обязательно вернемся к этому разговору, — она снова поцеловала Ники в лоб, а затем аккуратно, чтобы не разбудить малышку, поцеловала и дочь. Когда мама ушла, Ники сел поближе к девочке и нежно погладил ее по голове. Невольно по его щеке скатилась слеза. Он так любит свою сестренку и видеть ее в таком состоянии просто невыносимо. Пока ее ровесники бегают, играют, катаются на велосипедах, она лежит в четырех стенах с трубками на лице, с капельницей и еще с какими-то штуками по всему телу. Не таким детство должно быть. Именно поэтому в любую свободную, а иногда и несвободную, минуту Ники пытается радовать сестру детскими развлечениями и вкусняшками. Конечно, все проходит под контролем и с разрешением врача. Но хотя бы так Сола имеет небольшое представление о том, каким должно быть ее детство. — Ники? — малышка открыла глаза. Ники быстро вытер слезу. — Солнышко наконец проснулось? — улыбнулся Ники, щелкнув сестру по носу. — Как себя чувствуешь? — Ну… — задумалась девочка. — Голова немного болит и все. — А вот и завтрак, — в палату вошла медсестра с подносом. — Приятного аппетита, Сола! — Спасибо, — улыбнулась девочка, радуясь сегодняшнему завтраку. Вместо привычной непонятной каши и безвкусного чая, у нее были горячие блины и какао. Это Ники постарался, но девочке не стал об этом говорить. Он уговаривал врача почти целый месяц и он наконец дал разрешение, но все же велел соблюдать нормы сахара и других важных элементов вроде жиров, белков и углеводов. — Ники, мне сегодня как раз снился сон, что я так вкусно кушала! — делилась девочка, расширяя глаза с каждым словом. — Правда?! Вот твой сон и сбылся, — Ники не переставал улыбаться, смотря на то, как сестра радуется таким маленьким вещам. Но он все же понимал, что для сестры это не маленькие вещи. — А в твоем сне конфет не было? — Конфет? — задумалась Сола. — Я не помню. — Ну не расстраивайся, — Ники погладил ее по голове. — У меня есть одна очень вкусная конфета, которую я отдам тебе, когда ты покушаешь и выпьешь таблетки. Хорошо? — Ты самый лучший брат в мире, Ники! — Сола обвила его шею своими маленькими ручками. — Как будто ты других знаешь, — прошептал парень, хотя улыбка не сходила с его лица. После завтрака, приема таблеток и обязательных ежедневных процедур Ники повел сестру на прогулку. Так как последние пару дней состояние Солы вполне нормальное, по сравнению с ее обычным состоянием, врач разрешил небольшую прогулку в парке на территории больницы. Ники усадил сестру в кресло, повесил капельницу на специальный крючок сверху, подключил нужные приборы и повез Солу в парк. Шел он медленно, чтобы Сола могла по-настоящему наслаждаться свежим воздухом. Погода была солнечной и достаточно теплой, учитывая что сейчас был уже октябрь. Парк был настоящей картинкой. Разноцветные деревья, листья, медленно опадающие с них, такой же разноцветный ковер под ногами. Все это придавало каких-то особенных сил. Сил, которые можно получить только осенью. Это чувство, пожалуй, можно сравнить с чувством во время цветения деревьев сакуры весной, снегопадом и морозом зимой и бабочками в жаркое лето. Эти чувства, естественно, разные, но их объединяет их уникальность. Сола очень любила осень еще с самого маленького возраста. Она всегда собирала листья, сушила их и создавала из них гербарий или какие-то подделки. Ей много для счастья не нужно было и, кажется, до сих пор не нужно. Она так радостно рассматривала листья, которые просила поднять Ники или те, которые падали прямо ей на руки. — Ники, мне надо собрать листья клена и дуба. Я буду делать из них картину, — делилась Сола, намекая брату, что он должен искать ей подходящие листья. Если бы не ее состояние, она бы с радостью сама поковырялась в огромных кучах листьев. — Такой подходит? — Ники протянул лист. — Это же лист каштана, Ники. Ты не знаешь, как выглядят листья дуба и клена? — серьезно посмотрела девочка. — Не знаю, — Ники отрицательно покачал головой. Конечно же, он прекрасно знал как выглядят листья, но он очень хотел чтобы Сола ему все объяснила. Ведь старшие братья всегда так поступают. Верно? — У клена острые концы. А у дуба волнистые и сами листья не очень большие. Сейчас, — она стала рыться в своей коллекции, а потом достала нужные листья. — Вот это дуб. Видишь? А это клен. У него тут вот остро. — Аа, понял. Спасибо, что объяснила, — закивал Ники и приступил к поиску, на этот раз, правильных листьев. Прошло около получаса прежде, чем Сола была удовлетворена количеством и качеством своих листьев. Ники также собрал для нее небольшой пакетик желудей и каштанов. Сейчас они подъехали к небольшому пруду, огороженному красивым металлическим забором. Недалеко стояли скамейки, поэтому Ники решил посидеть там, пока Сола рассматривает уток. Он закрепил кресло, чтобы оно никуда не покатилось и достал из рюкзака плед, которым укрыл сестру. Пусть на улице тепло, у воды все же было прохладно. Пока они сидели и общались на темы, интересующие малышку, перед ними проходили люди, время от времени скользящие на листьях. Вчера была дождливая погода и пусть лужи в своем большинстве исчезли, местами было достаточно скользко. Ники всегда был добрым, нежным и заботливым, поэтому он переживал, что люди упадут. И вот в этот раз девушка, спешившая куда-то, поскользнулась. И она бы точно упала, ударившись головой о землю и пачкая свое пальто кремового цвета, если бы не Ники, вовремя успевший ее поймать. Девушка, была готовая упасть, поэтому не сразу поняла, что падения не произошло и сейчас ее кто-то держит. Она просто зажмурила глаза. — Можно открывать глаза, — сказал Ники, не дождавшись того, что девушка сделает это сама. — Ой, — девушка быстро встала ровно на ноги. — Спасибо большое. — Ты же Ынче, да? — спросил Ники, когда смог разглядеть лицо девушки. До этого, волосы закрывали все лицо кроме глаз. — О! — Ынче тут же осознала кто перед ней стоит. — Фанат Чэвон?! — Собственной персоной, — Ники посмеялся. — Спасибо, что поймал. И за тот раз тоже. — Всегда пожалуйста, — Ники на секунду замер, смотря в большие глаза девушки напротив. Эти карие глаза были какого-то необычного оттенка, что заставляло смотреть на них, не отрываясь. — У меня что-то на лице? — запереживала Ынче и тут же достала зеркальце из сумки, чтобы посмотреть что с ней не так. Но все было в норме. — Прости. Просто никогда не видел, чтобы у людей были такие большие глаза. Еще раз прости, — Ники почему-то засмущался. — Буду считать это комплиментом, — Ынче тоже слегка засмущалась, но все же не так сильно как Ники, щеки которого приобрели розоватый оттенок. — А вы знакомы? — спросила вдруг Сола. — Мы учимся в одной школе, — пояснил Ники, а потом решил представить сестру. — Ынче, это моя младшая сестра Сола. Сола, это Ынче. — Очень приятно, Сола, — Ынче присела перед девочкой на корточки и протянула руку. — Мне тоже, Ынче, — девочка радостно пожала руку. — А ты его подруга? — Подруга? — Ынче посмотрела сначала на Ники, а потом снова на Солу. — Можно и так считать. Он недавно мне помог. Защитил от плохого мальчика. — Мой Ники всегда такой, — Сола, одобряюще закивала головой. — Добрый и помогает всем. А из-за того что я тут, он даже не может собираться со своими друзьями. — Не говори так, — сказал Ники, присаживаясь рядом. — И поэтому я за него волнуюсь. Что если у него не будет друзей никогда? — Я… — Ники хотел что-то сказать, но в этот раз его перебила Ынче. — Глупости. У него есть друзья. Ты знаешь Джейка? — спросила Ынче и девочка кивнула. Ынче взяла ее за руку и стала загибать ей пальцы, перечисляя имена. — Есть еще я, Зуха, Ккура, Банчан и Чэвон, в которую он, кажется, влюбился. — Влюбился? — переспросила девочка, а Ники стал красным как помидор. — Не влюбился, а просто… — он почесал затылок. — Она мне просто нравится как будто айдол или актриса. В таком ключе. Вроде бы. — Да, — закивала Ынче. — Видишь сколько у него друзей. И это только, которых я знаю. Он очень популярный в школе. — Правда? — девочка с подозрением смотрела то на новую знакомую, то на брата. — Правда. Можешь мне доверять. — Тогда приходите ко мне с Ники. Хорошо? — Детка, это не… — Ники хотел возразить, ведь понимал, что никаких друзей у него и правда нет, но Ынче положила руку на его коленку, тем самым заставляя его замолчать. — Мы придем. Обязательно придем. — Точно? Обещаешь? — девочка протянула мизинец. — Обещаю, — Ынче ответила на этот жест. — А сейчас мне нужно идти. До встречи! — она щелкнула девочку по носу, а потом обратилась к Ники. — У тебя очень милая сестра, Ники. — Спасибо, Ынче. За все. — Не стоит благодарить. Я обязательно выполню свое обещание. Будь готов, — она подняла руку и помахала, а потом снова пошла по своим делам. — Я не знаю кто такая Чэвон, но я хочу чтобы ты любил Ынче, — сказала Сола, когда Ынче ушла на достаточное расстояние. — Почему это? — спросил Ники, не веря своим ушам. Он не думал, что его сестра скажет такие слова. — Она красивая и добрая. — Чэвон тоже. — Когда ты говоришь про Чэвон твое лицо обычное, а когда тут была Ынче ты был красный, как помидор. — Не правда, — Ники положил руки к своим щекам. Они горели, словно при болезни, когда повышается температура. Он снова посмотрел вслед Ынче, силуэт которой удалялся все дальше и дальше, пока совсем не скрылся.

***

— Мам, я дома, — Ынче прошла в квартиру. — Все получила. Лекарства тоже купила, которые доктор посоветовал. — Спасибо, малышка, — женщина улыбнулась настолько, насколько позволяло ее состояние. Она сильно простудилась и сейчас лежала в постели. — Давай сначала накормим тебя, — Ынче быстро приготовила горячий бульон. Кушать какую-то другую еду, ее маме было тяжело. У нее ужасно болело горло, был сильный кашель. — Прости, что из-за меня ты пропускаешь школу, — заботливо сказала мама, когда Ынче пришла к ней в комнату с подносом и бульоном. — Любой школьник пропускает школу с радостью, мам. Так что я тоже рада, что могу быть сегодня не там. Хотя, конечно, лучше бы это были более приятные обстоятельства, — говорила Ынче, помогая женщине принять сидячее положение. — В кого ты такая добрая, Ынче? Вот смотрю и не могу поверить, что такой человек действительно существует. — Я пошла в тебя мам. И красотой, и характером. Хотя… — она задумалась на пару секунд. — Нет. Характер у меня пожестче, чем твой. Но все остальное в тебя. — Ты же… — Так. Хватит разговоров. Давай открывай рот для еды, — перебила ее Ынче, зная что собирается сказать ее мать. Ким Сохён вышла замуж за Хон Сонуна, когда Ынче было 4 года. Родная мать девочки умерла во время родов. Сохён сразу смогла заслужить любовь Ынче и сама безумно ее полюбила. Ынче до сих пор помнила и их первую встречу, и как впервые назвала ее мамой. Она действительно считает ее своей настоящей, родной матерью и любит ее сильнее всех. И если бы в какой-то период жизни ее родители решили бы развестись, Ынче бы просила суд оставить ее с матерью. И дело даже не в том, какой злой и страшный ее отец. Раньше он был совсем не таким. Но чувства к Сохён были теплее и сильнее, чем к отцу. Были, есть и будут. — Спасибо, солнце, — проговорила Сохён, после еды. — Не за что, мам. Теперь выпей таблетки и поспи. Во сне быстрее выздоравливают, — Ынче протянула несколько таблеток и стакан с водой. — Что бы я без тебя делала, Ынче? — женщина снова улыбнулась, а затем выпила таблетки. — Это что бы я без тебя делала? — задала такой же вопрос Ынче, не ожидая никакого ответа. Она помогла маме лечь, а потом подоткнула одеяло, поцеловала маму в лоб и покинула спальню. Ынче приступила к уборке. У нее полно свободного времени до вечера, когда к ней придут Сакура и Казуха, чтобы вместе сделать уроки, и заодно поделиться с Ынче записями, сделанными за этот день. Обычно, когда она убирается, то слушает музыку в наушниках, но сегодня ее мыслей было достаточно. Почему-то вся голова была заполнена Ники и его сестрой. Образ Ники в школе никак не совпадал с образом, который она увидела сегодня. В школе он либо полу спящий, либо чересчур активный и в какой-то степени дерзкий. Он не носит форму должным образом, его волосы иногда бывают светлого цвета, хотя в основном он все же придерживается черного цвета. С учебой у него туго. Его имя обычно оказывается либо где-то в середине, либо ближе к концу списков. На это влияют его вечные прогулы. Но вот со спортом все на высоте. Да и на переменах он часто веселится от всей души: включает громко музыку на колонке и устраивает танцевальные баттлы со своим другом Джейком, а иногда и другие ученики присоединяются, играет в настольный теннис и в другие игры, установленные на этажах. В драки он обычно не влезает, но и не стоит в стороне, если есть какая-то несправедливость. Ынче, да и остальные девочки, прекрасно знают все и про всех. Многие думают, что раз они общаются только своей маленькой группой, значит остальные ученики для них незаметны. Но это далеко не так. Информация про каждого постоянно окружает их, и хотят они этого или нет, понемногу узнают других. Общаться с ними девочки желанием не горят, но и сказать, что они совсем про них ничего не знают тоже нельзя. Так что и про Ники Ынче что-то да знала. К тому же, они в параллельных классах, а это значит, что в любом случае хоть раз, но пересекались. А учитывая что он ярый фанат лучшей подруги Ынче, узнать про него не составляло никакого труда. В парке же Ники предстал совсем другим человеком. Он был спокойным и таким заботливым по отношению к своей сестре. Это тронуло Ынче почти до слез. Она всегда мечтала о старшем брате, который бы также заботился о ней. Так что она в какой-то степени даже позавидовала Соле. А еще Ынче была удивлена, что сестра Ники в таком состоянии. Ненужно быть экспертом или врачом, чтобы понять, что Сола сильно болеет. Ынче даже представить не может как же трудно приходится их семье.

***

Казуха и Сакура сидели в классе и обсуждали книгу, которую задавали читать на уроке литературы. Была перемена, так что в классе было не так много учеников. А вот в коридоре слышались крики и разговоры, как это обычно случается. — Сколько можно кричать? — пробурчала Сакура, потирая виски. — Последний урок остался. Потерпи, Ккура, — Казуха погладила подругу по плечу. — Казуха, — кто-то обратился к девушке и та бы с радостью проигнорировала, если бы не испуганное состояние Вонён, которая и позвала девушку. — Что? — вздохнула Казуха. — Там… — она показала на дверь. — Что там? — Казуха скрестила руки на груди. — Там… — Ты либо говори, либо уходи. Не трать мое время. — В общем, — Вонён собралась с силами. — Рюджин расписала твой шкафчик плохими словами, а твой шкафчик, Сакура, и вовсе как-то взломала и вытащила оттуда все, облила водой. А сейчас она стоит там и ждет вас. Кажется, она хочет драться, — на одном дыхании выпалила девушка. Пусть с ней это было никак не связано, она почему-то боялась. — Хочет драться? Значит будем драться, — Казуха встала с места и собрала вещи в рюкзак. — Кажется, литературы у нас все-таки не будет, Ккура. Уйдем пораньше. — Как скажешь, — ответила Сакура, так же собирая вещи. — Передай своей подруге, что пока нет Чэвон, она может не приносить нам кофе, — напоследок сказала Казуха, перед тем как выйти из класса. — Спасибо, — прошептала Вонён, а затем вышла следом, чтобы посмотреть что же будет. Казуха и Сакура шли в нужноe место, а ученики, которые уже успели прослышать про намечавшуюся драку, шли за ними. Никто и никогда не объявлял так открыто о войне с Казухой. По выражению лица Казухи было ясно, что сдаваться просто так она не будет и намерена выйти из сражения победительницей. А еще все прекрасно знали о чувствах Казухи к подругам. Так что компания Рюджин сильно пострадает, раз они посмели задеть Сакуру. Сама Сакура тоже была настроена серьезно. Драться она умела и очень даже хорошо. После того, как она была изгоем и испытала на себе множество ударов руками и не только, она стала посещать курсы самообороны. В свободное время Банчан тоже учил и учит девушку драться, чтобы уметь защищаться в случае чего. Из всех людей в школе, из всех тех, кто когда-то издевался над ней, девушка ненавидит только одну особу. Шин Рюджин. Именно она стала той, кто сделал из Сакуры изгоя и именно она нанесла больший вред. — Сильно не напрягайся, Зуха. Она не стоит того, чтобы из-за нее терять свою репутацию и работу, — говорила Сакура, когда они были почти на месте. Рюджин и ее компания была уже в поле их зрения. — Не переживай. Попробуем сначала словами, а если они первые полезут кулаками, то так тому и быть. Двое против пяти не очень честно, но честность и Рюджин не совместимы. Просто постарайся не пораниться. — Если Чэвон про это узнает, нам конец. — Я знаю. Но уж лучше пусть она злится на победителей. Верно? — Верно, — кивнула Сакура. Еще пару метров и они оказались прямо перед Рюджин. Она держала руки на груди и злобно улыбалась, смотря на соперниц. Остальные девочки быстро окружили Казуху и Сакуру. Свидетели стали снимать. — Сейчас что-то начнется, — прошептал кто-то. А затем и правда что-то случилось.