Глава 12.3

      «Не стоило принцессе рассказывать обо всем, что происходит», — поделился своим мнением Зульфагар, пока я уже известным мне путем шла к потайной комнате.       «Не знаю, правильно это или нет. Но на фоне всяких странностей с королевами, о которых несчастных невест не предупреждают, лишним не будет. Все слишком запутанно», — ответила я.       «Веришь в подобные проклятия? — В его голосе явно чувствовалась насмешка. — Думал, ты умнее».       «Проклятье это или нет, но с династией Араншасских нужно быть настороже. Все сводится к ним, и в обоих случаях имя принца Эршаза играет не последнюю роль».       Я скользнула тенью в знакомый коридор с картиной и прислушалась. Вокруг было тихо и, кажется, безопасно. Лишь белый форхар дремал на постаменте напротив картины, свернувшись клубком вокруг тонкой изящной вазы. Он приоткрыл один глаз, лениво смерив подошедшую меня взглядом.       «Тот самый Шарши?» — промелькнула в голове мысль, но я тут же забыла о нем, стоило перевести взгляд на картину.       По спине пробежали мурашки, когда взгляд наткнулся на нарисованную фигуру Зульфагара в огне. Вновь волной нахлынули чувства обиды и злости, но как только я отвела глаза, все внутри сразу улеглось.       Уверенно шагнув в картину, я оказалась в той самой галерее. Узкая, хорошо освещенная и такая... Живая. Портреты все также молчаливо провожали меня взглядами, от чего было не по себе.       Стараясь передвигаться бесшумно, я подошла к двери. Из-за нее не доносилось ни звука. Приоткрыв ее, заглянула внутрь.       Никого.       Уже знакомая, но пустая комната. Ни печати, ни Ильтара там не было. Я осторожно юркнула в помещение, стараясь держаться сумрака у стен. Книжные шкафы были завалены разного рода литературой. Старой и ветхой, преимущественно на неизвестном мне языке. Многое перевести не получилось.       «Хаттонский и древнеэрвудский языки, — подсказал Зульфагар. — Скорее всего, это записи разных магических опытов».       «По призыву тебя?»       «В том числе. Если нужные книги были украдены, то орден пытался справиться своими силами. Тут еще есть наработки первых темных заклинаний. Мне они незнакомы, значит, создавались после моей смерти», — в его голосе звучал неприкрытый интерес.       «Но зачем белым магам заклинания по темной?»       Я задумчиво перебирала книги, оттягивая на себя за корешки. Некоторые, привлекшие внимание, даже открывала.       «Заклинание призыва — темная стезя. Думаю, искали способы совместить это с белой магией», — отозвался Зульфагар.       На единственном столе в комнате по-прежнему был бардак. Куча свитков, комков бумаги, листы с печатями, письменные принадлежности — все лежало в беспорядке. Те же самые непонятные каракули и рисунки.       «Стой, — остановил маг, когда я хотела отложить очередной лист с печатью в сторону. — Дай посмотреть».       «Что здесь написано?» — спросила я.       Этот рисунок был проработан детальнее остальных. Четко изображен каждый символ, каждый изгиб, ровные и уверенные линии, идеальный круг в основе...       «Печать призыва, — хмуро ответил он, — но не моя».       «Собираются призвать еще кого-то?» — Я удивленно вскинула брови.       «Видимо. Слишком размытые формулировки, не могу понять, кого именно. Возьми с собой».       Тут за дверью послышались приближающиеся шаги, и мое сердце ушло в пятки. Прятаться здесь особо было негде. Поспешно сунув сложенный лист с печатью в карман, я нырнула в узкую щель между шкафами — самое темное место в комнате.       «Все равно ведь заметят!» — билась отчаянная мысль в моей голове.       Неужели опять использовать перемещение, теряя шанс добыть больше информации? Или остаться, встретившись с врагом лицом к лицу?       «Дай своей крови», — повелительно приказал Зульфагар.       Я, не раздумывая, послушалась. Клинок тихо выскочил из ножен, оголяя лезвие, и я скользнула по нему ладонью. Кожу обожгла резкая боль. На пол упали первые алые капли.       «Не шевелись, иначе заметят», — скомандовал маг.       Сжав кровоточащую руку в кулак и замерев, я наблюдала за тем, как вокруг меня сгущается сумрак. Раз стать невидимой не могла, оставалось лишь раствориться во тьме.       Зульфагар решил помочь мне очень вовремя. Буквально через мгновение дверь распахнулась и в комнату вошел герцог Саррийский. Он был один, но спокойнее от этого не стало.       Мужчина скользнул медленным задумчивым взглядом по обстановке, не заметив меня, и подошел к противоположной от двери стене. Там висело большое зеркало, внимание на которое я обратила лишь сейчас. Высокое и простое, без каких-либо украшений и позолоты. В нем не было ничего примечательного, кроме одного: отражение герцога на поверхности так и не появилось.       Нарташ, словно почувствовав мой пристальный взгляд, снова обернулся. Я поспешно опустила глаза. Герцог же, не найдя ничего подозрительного, расслабил плечи и шагнул прямо в зеркало. Темная бездна послушно его поглотила.       «Опять портал? — вздохнула я. — Серьезно? Ну и развлечения у них».       Зульфагар на мои слова лишь весело усмехнулся.       Выждав для приличия пару минут и убедившись, что никто ни с какой стороны не выпрыгивает, я вылезла из своего укрытия и подошла к зеркалу.       Оно действительно не пропускало свет и ничего не отражало.       «Держись темноты. Только так смогу прикрыть», — посоветовал мне Зульфагар.       Я кивнула и сделала шаг в портал.       Тьма облепила со всех сторон, но всего лишь на мгновение. Я оказалась перед ступеньками какого-то древнего храма, спрятанного в пещере.       Красивые, но местами потрескавшиеся колонны, изящная полуразрушенная лепнина и осыпавшиеся от времени фрески, смысл которых не разобрать — все это украшало вход в храм. Перед ним пара ступенек и узкая площадка, на которой я ютилась. За спиной — черная дыра портала и неприметная тропинка, уходящая куда-то вверх, к виднеющемуся кусочку неба.       «Тебе знакомо это место? — на всякий случай решила уточнить я у мага. — Очень древняя постройка».       «С моей смерти прошло больше девяти сотен лет. Все, что происходило позже, тоже относится к древнему», — мрачно отозвался он.       Внутри храм был таким же обветшалым, как и снаружи. За входной дверью оказался небольшой и пустой зал. Единственным источником света оказались горящие факелы, висящие на редких сохранившихся колоннах. Были ли они вечными или загорались только с приходом человека — неизвестно.       Кругом валялись огромные глыбы, когда-то бывшие колоннами. На стенах мелькали разрозненные куски мозаики, с каким-то сюжетом. Грязно, темно и пыльно. Под ногами то и дело неприятно хрустела каменная крошка.       Больше здесь не было ничего. Только неприметная дверь впереди.       Все это очень настораживало.       Я сглотнула застрявший в горле ком. Никогда не считала себя трусихой, но подобные места щекотали нервы. Вспоминались самые мрачные народные легенды, в которых любопытные умирали раньше, чем успевали это осознать.       Дверь под моим напором послушно открылась. Я заглянула внутрь и обомлела. Перед глазами возникла просторная пещера, свод которой терялся где-то высоко в темноте. В самом центре виднелась большая и идеально круглая площадка с колоннадой по краям. Вся белая и чистая. Она словно светилась изнутри. Казалась такой ослепляюще яркой на фоне непроглядной со всех сторон темноты. Туда, под небольшим уклоном вниз, вела широкая тропа.       Впереди темным пятном мелькнула спина герцога, ступившего на белый пол. Он вскинул руки, и тонкие молнии вспыхнули в арках колоннады.       «Семь, — посчитала я количество проемов. — Какое знакомое число».       После молний пустóты в колоннаде стали заполняться туманом, из которого постепенно проявлялись чьи-то фигуры.       «Похоже на совет», — подал голос Зульфагар.       Я, стараясь не шуметь и прячась за валунами на обочине тропы, подобралась ближе. Лица большинства людей, появившихся в арках, мне не были знакомы. Исключением стали двое: маркиз Сатрахийский и тот, кого я видела в компании, принца и герцога на балу.       — Приветствую, кхарши, — подал голос Нарташ, когда все проемы оказались заполнены. — Сегодня в столицу прибыли последние из Знающих. Подготовка закончена. Вас могут призвать в любой момент.       — Сколько мы еще будем ждать, герцог? — недовольно отозвался полный мужчина в возрасте из третьей слева арки. — Почему присутствие Знающих в Кахраше обязательно?       — Таковы условия.       — Граф, — подал голос Исташ, — будьте терпеливы. Мы не можем ошибиться. История наших дедов весьма показательный пример, что может произойти.       — Я все понимаю, но это же невыносимо! — басисто гаркнул граф. — Дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки. Зульфагар призван. Давайте уже покончим с этим и избавимся от эха прошлого.       — «Призван» не значит «пойман», — вступил в разговор самый крайний справа. Он, как мне показалось, был чуть старше Исташа. — Насколько мне известно, этим занимается маркиз Сатрахийский. Зульфагар находится где-то в столице, но до сих пор на свободе. Маркиз, это поручение вам не по силам?       — Ваша Светлость, — губы Исташа растянулись в ядовитой улыбке, — хотите взять на себя такую ответственность? Легко рассуждать о чем-то, сидя далеко на севере страны и появляясь здесь изредка в виде проекции.       — Кхарши, — в прозвучавшем голосе герцога чувствовалось плохо скрываемое раздражение, — обойдемся без перехода на личности. Его Высочество сам назначил маркиза Сатрахийского ответственным за поимку. Многие детали дела вам действительно неизвестны. Наберитесь терпения. Я понимаю, что все устали и хотят поскорее покончить со всем этим. Но если совершим ошибку — умрем.       Повисла напряженная тишина. Спорить с Нарташем никто не собирался, и потому он продолжил:       — Я позвал вас, чтобы предупредить. Будьте готовы в любой момент и держите ум ясным. Призыв требует много сил, помните об этом. На этом все.       Мужчина чуть поклонился, прощаясь, а потом развернулся и зашагал к тропе. Я забилась в пространство между каким-то камнем и неровной скалой, затаив дыхание. Попадаться на глаза герцогу совершенно не хотелось.       Он прошел мимо, ни разу не обернувшись. Тяжелые шаги эхом раздавались по пещере до тех пор, пока его идеально прямая спина не скрылась за дверью храма. Я выждала еще немного для собственного спокойствия и осторожно выглянула из-за камня. Площадка все так же светилась, но колоннада была пуста.       «Ты нужен для призыва кого-то помогущественнее, — обратилась я к Зульфагару, выбираясь из своего укрытия и шагая в сторону единственной здесь двери. — Необходимое звено в чем-то более серьезном».       «Я озадачен не меньше тебя», — отозвался тихо Зульфагар.       «Нарташ говорил про Знающих. С учетом всего мне известного могу предположить, что это верхушка ордена. Из древних хаонских семей только трое появились после твоей смерти. А всего их десять. — Я осторожно заглянула в комнату храма, которая, к моему облегчению, оказалась пустой. — Королевскую династию в расчет не берем. Значит, при тебе уже существовали семь остальных».       «Ведешь к тому, что вместе с короной они создали орден?»       Я кивнула и, преодолев помещение, повторила трюк с дверью. На площадке перед входом в храм никого не было.       Можно было возвращаться обратно, но мое внимание привлекла тропа, ведущая наверх. Взыграло любопытство. Если узнать местонахождение храма, будет проще привести сюда остальных.       «Ты рассказывал, что Юнисса пыталась тебя возродить, но не вышло. Она передала знания последователям и выпила яд. Что было дальше, ты не знаешь. Так? — Не дожидаясь ответа, я продолжила. — Эти семьи и корона могли сами создать орден, получив наработки твой жены».       «А какова цель? У Юны она хотя бы была», — скептически заметил он.       «А вот это нам предстоит узнать. Что пока нам еще известно?»       Я нелепо запнулась о неприметный камень и едва не вписалась лбом в выступ на стене, но успела выставить руки вперед. Зульфагар на это весело усмехнулся, но вслух ничего не сказал.       «У них были книги с моей кровью, которые украли около пятисот лет назад», — вместо издевки ответил маг на мой вопрос.       «Верно. Книги где-то потерялись. Орден пользовался неточными копиями. Это может объяснять появление разных душ в Междумирье, в котором застрял ты».       Я, наконец, добралась до дыры в скале и выглянула наружу.       Море. Темное и спокойное, распростертое на сотни километров вокруг. Куда ни глянь — везде одна вода. Плотные тучи на небе гнал сильный ветер, но здесь, внизу, его почти нет. Под ногами — мягкая трава и мох, облепивший холодные камни.       Небольшой кусок скалы посреди воды. И нет даже намека на большую землю.       — Неожиданно красиво, — пораженно шепнула я, оказавшись в самой высокой точке. — И пугающе. Как их только сюда занесло?       «Еще один вопрос без ответа», — отозвался Зульфагар.       Я немного помедлила, а потом улеглась прямо на траву. Лица коснулся легкий свежий ветерок. После пыльной и душной пещеры он был приятен. Перед глазами проплывали темные облака причудливых форм, а между ними мелькало красивое звездное небо.       Тихо и спокойно.       «И долго ты собралась лежать?» — не выдержал и пяти минут мой внутренний собеседник.       «Ты разве не боишься? — вместо ответа спросила его я. — Тебя ведь используют так же, как и меня».       «Это твои домыслы. Правды мы пока не знаем».       «Когда узнаем, будет поздно. Орден в столице. Сбежать нам не дадут».       «А ты планировала? — Зульфагар с издевкой усмехнулся, но потом продолжил вполне серьезно. — Если это добавит определенности, то я не против. Быть постоянно «между» утомляет».       И я почему-то поняла, о чем он говорит. Междумирье, между жизнью и смертью, между любовью и ненавистью, между темным и светлым, между... Его существование полно этих «между».       Больше он не сказал ни слова, да и я не лезла с вопросами.       На сердце было тоскливо и тревожно. То ли из-за Зульфагара, моего несостоявшегося убийцы, то ли из-за нависшей, но непонятной угрозы. Угрозы, которая может смести не только меня, но и тех, кто мне дорог.       Хотелось всех защитить. Но это вряд ли было возможным.       Я глубоко вздохнула и поднялась на ноги. Пора было возвращаться к остальным. Надеюсь, моего отсутствия никто не заметил.       Два раза щелкнув пальцами, я переместилась обратно.