Часть 7. Конец всего

      Чейз не мог поверить своим глазам; то, что он увидел, привело его в состояние шока. Он не мог осознать, что его друзья осмелились так поступить с Маршалом.       — Нет, они не могли так поступить с Маршалом! — Сердце сжалось от боли, и слеза медленно скатилась по его щеке, упав на землю рядом с павшим другом.       Он обернулся к тем, кого считал верными друзьями, и ощутил всплеск ярости, переполняющей его.       — Как вы могли такое сделать?! — пронзительно выкрикнул он, его голос дрожал от гнева и горечи. — Маршал был нашим другом, нашей семьёй! Почему, скажите мне, почему вы так жестоко с ним обошлись? Что с вами не так?       Зума посмотрел на его злобное лицо и сам стал немного раздражённым, но попытался оправдаться:       — Ты серьёзно? Нашим другом? Нашей семьёй?! Чейз, открой наконец глаза! Рядом с тобой был тот, кто убил нашего друга — Рокки!       — Он бы никогда так не поступил! — кричал Чейз, пытаясь достучаться до них, но они твердили одно и то же.       — Нет! Он убийца, и мы от него избавились! Справедливо? Справедливо! — воскликнул Крепыш.       — Нет! Это несправедливо! Вы убили того, кто был мне очень дорог! — продолжал кричать Чейз.       — Хочешь верь, хочешь нет, но Маршал при наших глазах избил Рокки, — сказал Зума.       — Ну так докажите, что именно Маршал это сделал! — воскликнул Чейз, требуя доказательств.       — Откуда мы их возьмём? Мы говорим то, что видели, нам незачем врать! — ответил Крепыш.       — Так я вам и поверил! Либо вы предоставляете мне доказательства, либо… — крикнул Чейз, доставая револьвер и прицеливаясь в Зуму. — Ты понимаешь, что с тобой будет!       — Чейз, может, решим этот вопрос мирным путём? — спросил Зума.       — Никаких мирных разговоров! Только так я смогу докопаться до истины! — крикнул Чейз.       — Нам нет смысла тебе врать, мы говорим только правду. Прошу тебя, отпусти пушку, и давай всё мирно обсудим, — спокойно сказал Зума и подошёл к Чейзу.       — Не подходи ко мне! Ещё один шаг, и тебе не поздоровится! — кричал Чейз, продолжая целиться то в Зуму, то в Крепыша.       — Если даже Маршал смог так поступить, это значит, что у него был нервный срыв! Он никогда никому не желал зла, даже если ему желали зло! — добавил Чейз.       Он был готов выстрелить в них, но совесть не позволяла этого сделать, хотя ему было очень больно, когда они сбросили Маршала с высокой скалы.       — Я… Я не могу этого сделать, меня совесть изнутри грызёт! — заплакал Чейз, закрыв лицо лапами.       Зума и Крепыш подбежали, чтобы обнять его и успокоить:       — Не подходите ко мне! Я больше не хочу с вами разговаривать, не говоря уже о дружбе! — с слезами на глазах воскликнул Чейз и медленно ушёл в сторону своей будки.       — Чейз! Прошу, мы… — пытался объясниться Крепыш, но Чейз обернулся и крикнул:       — Что вы! Что вы?! Вы убили моего лучшего друга! Просто за одно убийство! И я вам сказал, что я с вами дружить не намерен!       Чейз медленно подошёл к своей будке, запрыгнул на крышу и сел на водительское место. Затем его будка превратилась в полицейскую машину. Овчар, с помощью своих лап, нажал на педаль газа, колёса немного забуксовали, и машина рывком тронулась, оставляя за собой облака пыли.       Зума и Крепыш смотрели, как Чейз уезжал на своей машине. Чем дальше он отъезжал от их базы, тем меньше становился его силуэт. Два щенка остались одни на базе — без друзей, без лидера и без еды. Как им теперь жить, они себе не могли представить, но знали, что всё будет очень плохо.       — Что же мы творим, и что же мы наделали? — заплакал Зума, и прислонился к Крепышу, который ласково его обнял.       — Всё будет хорошо, я тебе обещаю, — сказал Крепыш, хотя тоже знал, что ничего хорошего у них, уж точно, не будет.       Тем временем овчар был ещё в пути и не думал ни о ком, кроме Маршала. На его лобовом стекле была приклеена фотография, где он вместе с ним обнимался. Он с улыбкой на лице вспоминал этот момент.

*Два месяца назад*

      Уже вечерело, и птички перестали петь свои дневные песни, так как и им требовался отдых, как и всем остальным живым существам. Чейз лежал в своей будке и страдал от мучительной боли в сердце, словно оно нуждалось в поддержке. Он хотел всем об этом рассказать, но у него сил совсем не было, и встать было очень сложно, порой даже казалось невозможным.       Внезапно в его будку кто-то постучался. Овчар еле-еле смог дотянуться до кнопки, которая открывает металлические двери. Когда они открылись, Чейз увидел взволнованное лицо Маршала.       — Чейз? С тобой всё хорошо? — тревожно спросил Маршал, наблюдая, как Чейз страдает.       — Всё нормально, просто сердце прихватило, видишь ли, — с лёгкой фальшивой улыбкой ответил Чейз, хотя ему в данный момент было не до улыбок.       — Чейз, не надо мне лгать, я вижу, что твоему сердцу очень плохо, и не по пустой причине. Говори, что у тебя случилось? — взволнованно настаивал Маршал.       — «Я не могу это терпеть». Мне просто одиноко, и мне сейчас нужна поддержка! — с горечью признался Чейз.       — Ох, я тебе сильно сочувствую, и кажется, я знаю один медицинский способ, который поможет тебе на все сто процентов, — уверенно сказал Маршал и и медленно подходил к Чейзу.       — Надеюсь, это не уколы? — усмехнулся Чейз.       — Нет, это куда приятнее, — ответил Маршал и крепко обнял Чейза.       Овчар очень сильно покраснел и стал немного нагреваться от такого. Его сердце больше не болело, и он не страдал от безумной боли. Когда Маршал отпустил Чейза и спросил:       — Ну как ты? Теперь ты чувствуешь себя лучше?       — Г-гораздо, л-лучше… — заикнулся Чейз.       — Я очень рад, что тебе моя медицина помогла. Кстати, я смогу обучить этим приёмам и Скай, если хочешь, — с лёгкой улыбкой произнёс Маршал.       — Д-да, б-было б-бы, н-не, п-плохо, — Чейз также продолжал заикаться.       — Хорошо, я её обязательно этому научу. — Сказал Маршал и ушёл обратно на базу.

***

      Наконец, Чейз прибыл туда, куда ему надо, а если точнее, в Город Приключений. Овчарь был словно привязан к этому городу, несмотря на то, что у него остались неприятные воспоминания. Однако это не мешало ему вновь вернуться обратно. Остаётся лишь один вопрос: куда ему ехать? Есть, конечно, вариант в их новую базу, но доступ в него имеет только Райдер. Так что придётся как-то обживаться у кого-то дома. Он подъехал к первому дому, постучался в него, и вышел накаченный мужчина с шрамом на глазе. Он был одет в тёмную одежду, а квартира имела темноватые оттенки.       — Ну что тебе надо? Блохастый? Еды? — Прозвучал хулиганский голос.       — М-мне б-бы, п-прожить у вас, о-остаток, с-своей жизни. — С трепетом в голосе ответил Чейз.       — Ха-ха! Ну ты даёшь, дружок, я не завожу домашних животных! — С рычанием откликнулся мужчина, закрыв за собой дверь.       — Надо будет держаться подальше от таких домов, — подумал Чейз, и решил поехать дальше.       Он подъехал к небольшому домику, выглядевшему совсем новым. Подойдя к двери, он постучал. Когда дверь открылась, перед ним стоял простой мужчина в синей футболке и жёлтых шортах.       — Дорогая, тут кажется к нам гость прибыл! — Мужчина позвал свою жену.       — Одну минуту, дорогой! — Послышался приятный женский голос.       Когда она подошла и увидела Чейза, она не могла отвести от него взгляд.       — Боже! Какой он милый! — Восхищенно произнесла она. Однако, когда она приблизилась, чтобы его погладить, почувствовала странный запах.       — Хотя… нет, он не милый! — Внезапно резко сказала она и закрыла дверь.       — Да что со всеми не так? — Спрашивал себя Чейз, но ответа не последовало.       Овчар просился в каждый дом, но его везде отвергали, словно он был угрозой. Он слышал очень неприятные фразы от людей:       — Пошёл вон отсюда!       — Не хочу видеть тебя здесь!       — Ты кто такой? Уходи!       Чейзу стало очень обидно от таких слов. Он потерял надежду на приют и спрятался в тёмный уголок, где его никто не найдет. Спрятав свою машину и укрылся в картонной коробке от телевизора.       — Вот и всё, здесь и закончится моя жизнь, — подумал Чейз, и опять заплакал.

*Три дня спустя*

      Чейз лежал в своей картонной коробке, сильно страдая от голода, его тело дрожало от холода. Слёзы продолжали стекать по его мордочке, оставляя мокрые следы на шерсти. Глаза медленно закрывались, словно его душа покидала неподвижное тело. Он разрешил Смерти забрать его неугомонную душу с собой. Смерть мгновенно откликнулась на его призыв, и с помощью своей косы забрала душу Чейза, направляя ее на небеса.       И лишь само тело Чейза, осталась в этом тёмном переулке до тех пор, пока он не превратится в скелет. Конец.