.

- Элти? - М? - Гоуст приоткрывает один глаз, смотря на сидящего у костра сержанта. - Тебе хорошие сны снятся? Лейтенант устало закрывает глаза, резко выдохнув. - Да, единороги. Дай поспать и следи за периметром. Соуп задумчиво кивает. Саймон думает, что проблемы со сном они обсудят в другой раз - где-нибудь на базе, когда лейтенант не будет так измотан. -Спи спокойно, Саймон. *** - Спи спокойно, Джонни. Этой фразы вообще не должно существовать. Этой ситуации не должно существовать, Соупа и лужи крови под его головой никогда не должно было существовать, но... Но в руке лейтенанта - прохладный металл урны с прахом. Они стоят на обрыве молча. Все слова - сожаление, обещания отомстить, обещания помнить - уже были сказаны. Но Гоусту до сих пор тошно, что он не успел. Гоуст переворачивает урну, серый пепел с золотыми искрами кружится в воздухе - в эту же секунду Саймон чувствует, что что-то не так. - Стоп, что... - Блять! Это что-то - резкий порыв ветра в их сторону. Газ начинает неистово чихать, Прайс отходит в сторону, Гоуст остается на месте - и все трое трут глаза, громко ругаясь и смаргивая слезы. Выглядят они комично. Джонни бы сейчас ржал как конь. От этой мысли Саймон усмехается, а затем и вовсе хрипло смеется. Газ и Прайс поворачиваются к нему, у обоих на лицах беспокойство и недоумение. - Видел бы это сейчас Джонни. - Гоуст закатывает балаклаву, поворачивая голову к усмехнувшемуся Кайлу и устало вздохнувшему Прайсу. - Он бы долго угарал. - Газ и Саймон одновременно тянутся за сигаретами, а Прайс переводит взгляд на закатное солнце. - Он сказал бы что-то вроде "Бросаюсь в глаза, а не на шею". - капитан с усмешкой качает головой. - Точно. Это в его стиле. - Гоуст смахивает золотистые и серые искорки с толстовки, выдыхая горький дым. Теплый ветерок обдувает их троих, унося пепел в сторону моря. Словно последнее объятие от Джонни.