Единственная часть

      Ран лежит на спине, пока Мия сладко спит на нём, прижавшись щекой к его груди. Когда она ещё не заснула, Хайтани пошутил, что его сердцебиение для неё как колыбельная, и сейчас он считает, что так и есть.       Он был бы тоже рад заснуть, всё-таки после разборок хочется отдохнуть, но задница одной особы не давала это сделать вот уже сколько времени — то она начнёт елозить, выбирая удобную позу для сна на парне, то она сползёт вниз и вернётся обратно. Ран уже стал придерживать её, чтоб та успокоилась и это, вроде как, помогло. Вот только не помогло его стояку, который ныл и требовал внимания.       Ран успел проклясть Мию с её задницей, которая мало того, что приносила проблем своей хозяйке и двум братьям, что решали эти самые проблемы, так теперь принесла неудобства Рану, который, всё также придерживая девичьи ягодицы, потянулся одной рукой к резинке штанов.       Дрочить, когда на тебе спит подруга — а чего добились вы? Лучше бы эта подруга сейчас разрешила бы эту ситуацию, вместо того, чтобы дремать на нём.       Хайтани активно водил рукой по длине, размазав предэякулят, хмурясь от того, что ему было не совсем удобно в данной позе. Скинуть бы Мию рядом, но кровать односпальная, если скинет то на пол, а тогда помимо стояка будет ещё разгневанная девушка.       Мия пробормотала во сне что-то, повернула голову, чтоб лежать на другой щеке и завиляла бёдрами, задевая руку Рана, обхватившую член.       — Блять, Мия, — выругался парень.       Будто бы в ответ ему она вновь пошевелилась, и Рану в голову пришла идея. Раз она это устроила, то пускай отработает.       Как же он любил, когда подруга надевала ночнушки, вместо пижам с шортами или штанами, ибо сейчас было бы не кстати. Спасибо, что прогноз предвещал очень жаркие недели, поэтому девушка спала в пеньюаре.       Ран задирает ткань почти до лопаток, проводит рукой от ягодиц и вниз, по бёдрам, потом обратно. Ткань трусов отодвигается в сторону и к половым губам подставляется возбужденная плоть. Он водит головкой по губам, чуть раздвигая их, но не проникает. Девушка мычит, не просыпаясь.       Ран запускает руку между их телами, находит клитор и начинает всячески тереть его, вслушиваясь в тихие звуки со стороны Мии. Указательный и средний палец проникают внутрь — влаги стало значительно больше. Девушка постанывает и неосознанно трется о член, будто бы прося большего. И Ран даст ей это большее.       Головка плавно входит, мягкие стеночки сразу обволакивают её. Хайтани довольно громко охает в долгожданном наслаждении. Промежность Мии принимает его полностью, впрочем, как и всегда. Ран делает неторопливые мелкие толчки, хотя уже хочет бешено вбиваться в девичье тело.       Мия то ли хнычет, то ли стонет, но ей явно хорошо, как и парню. Его руки придерживают ягодицы, задавая темп.       Движения становятся более несдержанными, Ран уже не может контролировать себя. На всю комнату раздаются хлюпающие звуки. Длинноволосый приглушённо стонет, совершенно не замечая, что Мия подняла голову и шокирующим взглядом смотрит на него.       — Доброе утро, солнышко, — ухмыляется он, пускаясь во все тяжкие, раз девушка уже не спит.       — Хайтани, сейчас ночь, — Мия сбивается, когда Ран останавливается, но лишь для того, чтоб принять сидячее положение, поднимая девушку вместе с собой.       — Тем более, ночь нужна именно для таких дел.       Толчки возобновляются под другим углом — головка теперь давит в определённую точку, от чего у Мии глаза закатываются от наслаждения. Ран фактически заставляет её скакать на нём, в то время как сама девушка, которая всё ещё не проснулась до конца, медлит и в итоге ей вновь управляют.       Чувствуя скорую разрядку, Ран сжимает в ладонях кожу так, что потом наверняка останутся синяки, движения становятся очень грубыми, а Мия уже почти что плачет, ожидая оргазма.       Она чувствует, как он кончает внутрь неё и расстраивается. А как же она? Ей конца достичь не нужно?       Мия обижено смотрит на Хайтани, что облокотился спиной на стену позади и приводил дыхание в порядок. Заметив это возмущение в девичьих очах, он пустил смешок.       — Сама, дорогая.       Мия почти что подавилась от такой наглости. То есть он разбудил её, начав потрахивать, а оргазм получай сама. Надувшись, она начала немного двигаться, что давалось с трудом — всё-таки, когда ей задавал движение парень, было намного легче, да и сперма, которая всё ещё присутствовала в ней, тоже чуть затрудняла.       Так или иначе, но она продолжила подпрыгивать, одной рукой сминая грудь, а другой потянулась к клитору.       Расслабленный Ран наблюдал за этим зрелищам, особенно уделив внимание тому, как его член вновь и вновь погружается в промежность с соответствующими звуками от общей смазки и его семени.       Мия скулит и понимает, что устала делать всё сама. Хочется быстрей получить желаемое. Она продолжает хаотично двигаться, теребя пальчиками клитор. На бёдра ложатся ладони Рана и резко приподымают её так, что внутри остаётся только головка, а потом также резко опускают, от чего девушка стонет так, как не может сымитировать никакая порноактриса. Мия краснеет из-за своего чересчур пошлого стона, а Ран возобновляет те же махинации, шепнув, чтоб не прекращала ласкать себя пальцами. Впрочем, ей это уже не нужно, она достигает пика после второго такого толчка.       Девушка тяжело дышит, в то время как Ран снимает её со своего члена.       — Пойдём искупаемся.       — Хайтани, сейчас всё ещё ночь, — огрызается она, но все же свешивает ноги с кровати, собираясь встать. — Нормальные люди спят.       — Ты тоже сладко спала, — лениво протянул он, — благодари свою задницу за то, что сделала твой сон ярче.       Ран выходит из комнаты, крикнув, чтоб прихватила полотенца. Мия же, стоя на дрожащих ногах и держась за поверхность комода, клянётся, что устроит ему ответку.