Наконец-то я дома

      Генезис широко улыбался, заключая младшего Клауда в объятья. Сефирот подумал, что плечо Генезиса, наверное, уже зажило, и что они беспокоились попусту. - Как ты справился? О, не говори мне! Ты прошел? – спросил Генезис, ероша волосы Клауда. - Я не узнаю до следующего месяца! – сказал Клауд, весело глядя на Генезиса. – Но, думаю, я справился хорошо. Даже если это не так, думаю, что мистер Ценг и мистер Вельд все равно засунут меня в Солджеры. Мистер генерал сказал, что вне Солджеров я – слишком большая проблема. - Мистер генерал прав, - вздохнул Сефирот, глядя на младшего Клауда. – Я разговаривал с Лазардом о твоих успехах. - Лазардом? – спросил Клауд наклонив голову набок. - Он – директор Солджеров, - пояснил Сефирот. – Когда ты станешь Солджером, официально ты будешь докладывать мне из-за своего уникального статуса. Однако, это всего лишь формальность для официального дела. Это ничего не изменит в твоем положении. Тебе все равно придется участвовать в миссиях. - Миссии – это весело, - с радостью сказал Клауд.       Сефирот воздержался от вопроса, что было таким веселым в том, чтобы уронить люстру на голову экс-президента Шинра.       После смерти отца Руфус организовал парад по случаю своей инаугурации. Что было бы невероятно смешно, не будь Руфус таким ублюдком.       Похоже, что Турки что-то рассказали ему. Что-то, что могло быть связано с импровизированным вступлением Клауда в Турк. Потому что, когда Клауд был рядом, Руфус был немного менее ублюдочным, чем обычно.       Это было наиболее заметно, когда Клауд прервал встречу между Сефиротом и Руфусом. О деталях безопасности во время парада. Сефирот полностью отверг идею использования Клауда во время этого бардака (лично он не хотел повторения гибели Ходжо и Президента), но Руфус был довольно настойчив. Что-то насчет того, что никто не будет ждать пехотинца, способного сражаться.       Это продолжалось, пока не вошел Клауд, балансируя подносом с кофе на двоих, и объявил. - Генерал Сефирот, коммандер Рапсодос сказал. что у вас гость, и что я должен принести кофе для двоих…       Сефирот вздохнул и взял кружку, мысленно проклиная Генезиса, но Клауд замолчал, глядя на Руфуса с любопытством. Руфус вернул взгляд. - Вице-президент? – медленно, но не слишком враждебно сказал Клауд. - Страйф, - узнал Руфус. – Ты бы хотел, чтобы тебя назначили в мою личную охрану во время инаугурации? Я беспокоюсь о том, что… может произойти несчастный случай. Особенно после атаки на моего отца.       Клауд медленно посмотрел в голубые глаза Руфуса. - Это предложил мистер Вельд или вы сами пришли к такому заключению? – спросил он, невинно глядя на Руфуса. - Вельд этого не предлагал. Однако, я бы чувствовал себя лучше, если бы ты был там, - сказал Руфус. – Конечно, я дополнительно оплачу потраченное время.       Клауд хлопнул Руфуса по плечу. - Вице-президент, думаю, что вам не понадобится моя помощь, если вы не будете злить вполне определенных людей. Если люди злятся, может, вам стоит прислушаться к ним и выяснить, почему они злятся.       Руфус пялился на подростка, который поставил кружку кофе на стол со стороны Сефирота, потом поставил рядом небольшие баночки с сахаром и сливками. - А, я понял, - сказал Руфус, кивая. - Проблемы можно решать разными способами, вице-президент, - кивнув, сказал Клауд. - Разумеется, - сказал Руфус. – Я видел рычаг, который ты снял с пушки в Джуноне. Это было остроумно.       Клауд улыбнулся. - Это было более простое решение, чем альтернатива.       Руфус пронаблюдал, как Клауд дерзко улыбнулся им обоим и ушел с подносом. Потом вице-президент повернулся к Сефироту. - Я отменяю свою просьбу. Спасибо, что уделили мне время, генерал, - сказал Руфус, вставая. Потом он помолчал, посмотрел на кофе и выпил его одним глотком, поставив чашку обратно на блюдце. – Прошу меня извинить…       Сефирот точно не понял, что произошло, но подозревал, что Турки как-то с этим связаны.       Но теперь, когда они снова собрались вечером в среду, Сефирот выкинул загадочный разговор из головы. Сейчас было не время пытаться разгадать загадочные действия Руфуса или поведение Клауда. Нет, сейчас было время веселиться. - Оооо, как так вышло, что первым ты поприветствовал Генезиса? – заныл Зак, потянув Клауда за рукав. – Я не видел тебя целую вечность! - Прости, Зак, но он был первым, кто поздоровался со мной! Кто успел, тот и съел! – ответил Клауд, глядя на черноволосого Солджера. – Но ты можешь быть следующим. Привет, Зак!       Зак выглядел невероятно довольным. Анджил вздохнул. - Прошло только… четыре дня, как вы виделись в последний раз, - вставил Анджил. – Что думаешь насчет экзаменов, Клауд? - Такое ощущение, что прошло четыреста лет, - сказал Зак, потрепав Клауда по голове. - Хм… Часть про историю Шинра была бесполезной, - сказал Клауд. – Все остальное было нормальным. Мистер генерал сказал, что они поставили историю Шинра только для того, чтобы потешить свое эго.       Анджил открыл рот, чтобы поспорить, но не нашел, что сказать, и закрыл рот. Сефирот вздохнул. Его другое, безумное я, вероятно, был прав. - Хотя я рад, что все закончилось, - прощебетал Клауд. – Что я пропустил? - Немного, - сказал Анджил, накрывая ужин из жареной курицы и тушеного картофеля. – Так как поживает мистер генерал?       Это была тактическая попытка, чтобы чокнутый Сефирот ре-ассоциировал Анджила и Генезиса с ними, а не с Анджилом и Генезисом, которые предали его в его мире.             Похоже, это не сработало, потому что младший Клауд грустно улыбнулся. - Мистер генерал не хочет разговаривать, - сказал он. – Извините, Анджил. - Эй, Чокобо? – Генезис потыкал Клауда пальцем. - Да? - У меня есть вопрос к тебе. - Что такое, Генезис? – чирикнул Клауд. - Ты свободен завтра? Мне нужно надрать задницу Сефироту, - спросил Генезис.       Сефирот вздохнул и посмотрел на восторженного Клауда. - Но сначала… Клауд?       Младший Клауд повернулся к нему, пока они занимали свои места. Сефирот подождал, пока они усядутся перед тем, как снова заговорить, наполовину откладывая разговор, наполовину не зная, что сказать. - Если… если бы старший ты появился прямо сейчас, что бы сделал старший я? – спросил Сефирот.       Клауд медленно моргнул, и Анджил с Генезисом повернулись к Сефироту, в то время, как Зак повернулся к Клауду. - Что вы имеете в виду? Вы спрашиваете, что бы сделал мистер генерал, если бы большой я получил свое тело? - Да. - Вероятно, ничего, - сказал Клауд, пожимая плечами. – То, что большой я получит тело не означает, что мистер генерал сразу же захочет получить свое, - он наклонил голову набок, слушая своего товарища по разуму. – Да, он сказал, что даже если большой я получит тело, он ничего не будет делать.       Сефирот наклонился вперед, гадая, насколько это правдиво. Он не мог представить себя, лгущего младшему Клауду, но, в конце концов, его безумная версия не была полностью им самим. - Должны ли мы рассказать ему, Клауд?       Клауд молчал несколько секунд. - Вполне возможно.       У Сефирота ушло несколько минут, чтобы выдавить слова. - Клауд думает над тем, чтобы прийти сюда. В этот мир. - О ДА! ДВА СПАЙКИ! – обрадовался Зак. - Помни, что нам придется победить его волю, - напомнил Сефирот. - Что будет нелегко, - указал Анджил.       Клауд уже начал жевать свой салат. - Мистер генерал говорит, что вам нужно сказать большому мне прийти сюда, чтобы сразиться с ним. Это должно вытащить его быстрее. Также, полагаю, мне не стоит идти с вами, потому что со мной мистер генерал.       Генезис прищурился. - Разве Большой чокобо не заметит, что это ложь? - Это не ложь. Это просто еще не произошло, - сказал Клауд. – Плюс, мистер генерал говорит, что если его воля застряла в другом мире, то у него не будет воспоминаний о нас. Так что он не будет знать, что это ложь. - Подожди, он не вспомнит нас? – спросил Зак, нахмурившись. - Вероятно, нет, - сказал Клауд. – Спросите большого меня. Мистер генерал думает, что он не встречал Генезиса или Анджила. - Клауд встречал Генезиса, - сказал Сефирот. – У него не слишком хорошие воспоминания об этом. Но Анджил?.. - Нет. Он умер до того, как я мог его встретить. Я точно в этом уверен.       Неприятно, но это было лучше, чем узнать, что Анджил тоже причинил Клауду вред. - Ладно, думаю, нам лучше подготовиться, - сказал Генезис, потянувшись через стол за ложкой, чтобы взять вторую порцию тушеной картошки.       Клауд замолчал и, прищурившись, посмотрел на руку Генезиса. - Что случилось с вашим плечом, Генезис?       Сидящие за столом замерли, и Генезис отдернул руку, широко открыв глаза. - Ничего. Просто царапина от тренировки, - он настороженно оглядел сидящих за столом, но Клауд потянулся и аккуратно потрепал руку Генезиса. - Мм, ладно. Но если она болит, просто скажите, хорошо? Плохо, если вы ранены, - сказал Клауд. – Я бы не хотел, чтобы это случилось с моим инструктором по материи.       Генезис вздохнул, потыкал щеку Клауда, заставив его скривиться. - Она немного болит. И не заживает. Не знаю, почему, может, что-то случилось.       Клауд медленно моргнул. - Можно посмотреть?       Очень расстроенный Генезис стянул левый рукав своей рубашки, аккуратно разматывая бинт правой рукой. Там был порез, как будто только что нанесенный. За три дня он совсем не зажил.       Сефирот почувствовал себя так, как будто из него выкачали воздух, и повернулся к Заку. - Зак?.. Ты можешь договориться, чтобы мы встретились с Аэрис? Нам понадобится ее помощь, - тихо сказал Сефирот. - Что? Подожди, Сефирот, что ты знаешь? – прищурившись, спросил Генезис. - Выглядит не страшно, - сказал Клауд, разглядывая рану. – Но не заживает? - У старшего Клауда есть предположения о том, что это, - сказал Сефирот. – Так же как о лечении. Но нам понадобится помощь девушки Зака, Аэрис. - Что за… Богиня, это просто царапина! – сказал Генезис, наблюдая за тем, как Клауд изучает рану. – Они у нас постоянно! - Проблема не в царапине. Мы все время их получаем. Но отсутствие исцеления… - тихо сказал Сефирот. – Клауд называет это деградацией. Она воздействует на тех, у кого несовершенные клетки Дженовы.       Младший Клауд внезапно удивленно повернулся к Сефироту. Это заставило Сефирота замолчать, его глаза широко распахнулись, когда он осознал, что его другое я не имело об этом понятия. Что было огромным сюрпризом. - Но они вводят клетки Дженовы всем Солджерам, - медленно сказал Клауд. – К счастью, это не активные клетки, но… - он замолк, когда Солджеры удивленно на него уставились. – Вы не знали? - Как ты узнал об этом? – спросил Генезис. - А, профессор Гаст оставил кучу книг о своих исследованиях в особняке Нибельхейма, - сказал Клауд. – Мы с мистером генералом прочитали их. Это было важно для него.       Сефирот открыл рот и потом закрыл. Ему не приходило в голову, что младший Клауд действительно понимал, что написано в записях Гаста. Даже если младший Клауд говорил ему, что читал их. Возможно, безумный Сефирот рассказал младшему Клауду, что там написано. Внезапно интуиция Клауда и понимание образа мыслей Сефирота, также как его уверенность в том, что он справится с другим Сефиротом, обрели куда больший смысл. -… Я совершенно уверен, что деградацию вызывают несовершенные, активные клетки, - прокомментировал Клауд в разуме Сефирота. – Не думаю, что это результат воздействия клеток Дженовы в целом. Я не видел деградацию ни у кого, кроме тех, кто обладал несовершенными клетками Дженовы. - Как можно получить несовершенные клетки Дженовы, - нахмурившись, спросил Анджил. - Пересадка клеток, - сказал Сефирот, озвучивая мысленный ответ Клауда. – От другого человека, - он посмотрел на Зака, который казался слегка запутавшимся в разговоре. – Дженова – это инопланетная форма жизни, которую раскопали профессор Гаст, Холландер и Ходжо, и с которой начали программу «Солджер». - Подождите, они засовывают в Солджеров какого-то инопланетянина? – спросил Зак, широко открыв глаза. - Они думали, что Дженова – это Древняя, - сказал Клауд, отпивая сок. – Гаст, по крайней мере, остановился, когда понял, что они могли ошибаться. Ходжо… - взгляд Клауда переместился к Сефироту, голубые глаза встретились с зелеными, - нет.       Сефирот сглотнул. Он не хотел бы, чтобы младший Клауд знал об этом. Ему не нужно было знать о создании Сефирота и его боли. Но к лучшему или к худшему его другая версия, похоже, так или иначе открыла Клауду эту информацию. - Твоя девушка полукровка, - сказал Генезис, с подозрением глядя на Зака. – Какое отношение она имеет к моему незаживающему плечу? Если это деградация, что, у нее есть какое-то чудодейственное лекарство, дарованное богиней? Она обладает даром Богини? - Это Аэрис. Она как-то поняла, что в голове у Сефа большой Спайки. Я бы не удивился, - улыбаясь, сказал Зак. - Дарующий жизнь, дар богини, она поняла?! Как? – Генезис удивленно распахнул глаза. - Потому что она чудесная. Это же Аэрис!       Сефирот тихо засмеялся. - Зак, спроси свою девушку завтра, пожалуйста. Чем раньше, тем лучше.       Теперь, когда у Сефирота был план, он чувствовал себя немного лучше. ***       Когда пришел Генезис, Аэрис ухаживала за цветами. - Аэрис, - медленно сказал Генезис, застыв у двери, немного удивленный видом цветов под плитой. И эта девушка…       Она двигалась как нимфа или дух. И когда она обернулась к нему, ее глаза цвета лесной листвы засияли. Теплая, солнечная, добрая… яркая звезда среди трущоб.       Генезис сглотнул, вспомнив, что чокнутый Сеф на самом деле безжалостно убил эту женщину. Он задумался, как и почему это произошло. Она случайно попала под удар, или это было специально? Неужели она просто занималась своими делами, а безумный Сеф просто разрушил церковь? Целенаправленно или нет – Генезис не был уверен, что хуже. - А, привет! Зак сказал мне, что ты придешь. Генезис, верно? – сказала она, ее улыбка была теплой, а взгляд – приветливым. – Приятно снова увидеться, генерал. - Сефирот вполне нормально, - вставил Сефирот. – Рад снова увидеть тебя, Аэрис. - И привет, Клауд, - добавила она, ее улыбка не дрогнула.       Генезис почти споткнулся – почти обернулся, готовый увидеть младшего Клауда, до того, как понял, что Аэрис обращается к Клауду в разуме Сефирота.       Она засмеялась над удивленным выражением его лица и повернулась к Сефироту. - Мне сказали, что вы нуждаетесь в моей помощи? - Да, - мягко произнес Сефирот. – Клауд… говорит, что ты можешь получить доступ к Лайфстриму. В его мире ты смогла призвать исцеляющие воды после того, как… умерла.       Аэрис настороженно посмотрела на Сефирота. - Мне жаль. Но моя способность доступа к Лайфстриму очень ограничена. - Да, - согласился Сефирот. – Клауд предлагает использовать его тело как связь, чтобы ты могла получить доступ к Лайфстриму.       Аэрис широко открыла глаза и задумалась, постукивая пальцем по щеке. Генезис продолжал молчать, наблюдая за девушкой, которая пахла цветами и теплом. - В теории это возможно. Скорее всего, Клауду придется помочь мне и взять воду с собой, - осторожно сказала Аэрис. – Если в его мире я призвала исцеляющую воду из Лайфстрима, связи с ним должно хватить, чтобы вызвать ее сюда. Если не настоящую воду, то, как минимум, знание о ней.       Она улыбнулась и сцепила руки за спиной, ее легкое голубое платье колыхалось на ветру. - Зачем вам исцеляющая вода, генерал? - Для меня, - признался Генезис, медленно снимая плащ, а потом бинты с левого плеча. Аэрис испуганно распахнула глаза и тихо ахнула при виде метки. Странно, учитывая, что не было никаких признаков того, чем на самом деле является метка. Даже сотрудники медицинского отдела называли ее «просто царапиной».       Если раньше у Генезиса и были сомнения в том, что эта девушка обладает даром Богини, теперь они развеялись. - О! О, нет! Это плохо, - согласилась Аэрис. – Ладно, если мы вытащим Клауда, мы сможем вернуть с ним исцеляющую воду.       Она коротко, твердо кивнула. - Могу я спросить… как мы вытащим Клауда из Лайфстрима? – спросил Сефирот. – Что именно это означает? - Я отправлю ваши души в Лайфстрим, - любезно сказала Аэрис. – Вам придется найти тело Клауда. Когда вы коснетесь его, вы войдете в его душу – в саму сущность Клауда. Вам придется победить его волю и вернуть его домой. Но будьте осторожны… если он победит вас… тогда ваши души будут уничтожены. Вы не сможете вернуться. - Души… - повторил Генезис. - Да. Вас должен будет направлять кто-то близкий к Клауду, - сказала Аэрис, срывая один из цветков. – Если вы выберете нужного человека, найти его будет нетрудно. - Если мы будем сражаться с Клаудом, нам понадобится оружие. Нам можно будет взять его с собой? – спросил Сефирот. - Конечно. Все, что будет лично у вас, будет перенесено в вашу душу. При этом это относится и к Клауду, - предупредила Аэрис. – Его воля удерживает целый мир. Это будет нелегко. - И нет покоя ищущей душе, - процитировал Генезис. - Именно так, - согласилась Аэрис. – Возвращайтесь сюда, когда будете готовы. Когда я отправлю ваши души, ваши тела останутся здесь. Верните его домой, генерал. Верните нам Клауда.       Сефирот тяжело сглотнул, но его кошачьи зеленые глаза были полны решимости. - Я так и сделаю. ***       Они готовились.       Было трудно готовиться победить Клауда, который победил безумного Сефа. Зак не знал, с чего начинать, и что брать. Когда он спросил Сефирота, тот просто сказал. - Всё и вся, Зак. Твое самое лучшее оружие. Лучшую материю. Не забывай, Клауд трижды победил другого меня.       Что, мягко говоря, ничем не помогло.       И все же они готовились. Аэрис уверила их, что все, что будет у них при себе, перенесется с ними в Лайфстрим. Это упрощало дело. По крайней мере, они не пойдут безоружными.       Сефирот собрал их, когда они полировали и чистили оружие. - Клауд хочет, чтобы я сказал вам… что вы не должны его недооценивать. Помните, он скорее всего не узнает Анджила и Генезиса. И будет совершенно враждебен по отношению ко мне. Вероятно, он будет биться насмерть, так что вам нужно будет поступать так же.       Генезис поднял голову от Стикса. - Чокобо достаточно силен. Не могу представить, чтобы старший Клауд был слабее, чем он, особенно если он трижды убивал другого тебя. Я не стану его недооценивать.       Сефирот кивнул, а Анджил тихо издал согласный звук. Зак, нахмурившись, стал ерзать. - Я хочу сказать, я понял, что мы должны победить его, - начал он. – Но может нет такой необходимости… побеждать его в бою?       В конце концов, это был Спайки. Не тот, которого он знал, а его версия, которая была чертовски сильной, и избивала безумного Сефирота как будто это воскресное развлечение. - Нам нужно будет хотя бы ослабить его, - сказал Сефирот, явно передавая слова Клауда. – Иначе он не станет нас слушать. Очевидно, он может быть… очень упертым?       Зак вздохнул, полируя свой широкий меч, стараясь не думать о том, как сильно им придется ранить старшего Клауда. Он не мог представить себя, активно пытающегося убить Большого Спайки, независимо от того, насколько сильно Большой Спайки будет пытаться убить его. - Самое тревожное, что он нас не узнает. Поскольку его воля все еще в том мире… он не будет считать друзьями Анджила, Генезиса или меня, - продолжил Сефирот. – Ну не говоря про меня, он уже упоминал, что никогда не встречал тебя, Анджил. - Что ж, если я умер, передав Бастер Заку, я не слишком удивлен, - рассуждал Анджил. – если Клауд сильнее другого тебя, Сефирот, тогда совершенно неважно, кто мы такие. Для него, в его душе мы, вероятно, будем чужаками.       Сефирот согласно кивнул, но Зак снова вздохнул. - Просто… Я не хочу просто появиться и начать избивать Спайки, - сказал Зак, уронив руки на колени. – Даже если Спайки в твоей голове говорит, что это нормально.       В конце концов, это был Клауд. Зак знал Клауда и не хотел вторгаться в его душу только для того, чтобы избить его до чертиков. А потом заставить его прийти в их мир. Заку это не нравилось, и никто не смог бы ничего сделать, чтобы убедить его в обратном. - Закари, мы не собираемся избивать Клауда, как безмозглые скоты, - вздохнул Сефирот. – Честно говоря, скорее всего, это Клауд отлупит нас.       Что было правдой, но все же. - Клауд говорит, что если ты будешь продолжать в том же духе, то серьезно пострадаешь, - через секунду добавил Сефирот. – Сражайся с ним так, как будто хочешь этого, Закари. - Нечестно, большой Спайки! – надулся Зак, почему-то почувствовав, что его предостерегли, хотя даже не слышал слов Клауда. – Я просто беспокоюсь о тебе. - Клауд ценит это, но сейчас неподходящий момент, - сказал Сефирот, проверяя свою материю. – Думаю, нам нужно избегать призывов. - Почему? Я думал взять с собой Феникса, - спросил Генезис, подняв бровь - Потому что в душе Клауда они, вероятно, будут неэффективны. Скорее всего, мы не сможем призвать кого-либо в его душу, даже если Аэрис впустит нас, - объяснил Сефирот. – Это будет бессмысленно, если мы могли бы взять что-то другое.       Он медленно осмотрел свою материю призыва и аккуратно отложил ее в сторону. ***       Сефирот отошел в сторону от остальных, чтобы поговорить с Клаудом по связи. Он был уверен, что Клауд так же напряжен, как все они – Клауд не особо скрывал это от него. Если у Клауда были сомнения, Сефирот отменит все это без вопросов. Он не стал бы рисковать психическим состоянием Клауда. Сефирот поклялся не быть таким, как его безумная версия. - Клауд, если ты не хочешь, - начал Сефирот. – Я отменю все это. - Это наш единственный шанс спасти Генезиса, не так ли, - мягко ответил Клауд. Сефирот нервно сглотнул. - Я бы хотел, чтобы ты не был столь уверен, что нам придется сражаться с тобой. Ты уверен, что мы никак не сможем уговорить тебя?       Клауд засмеялся, хотя в связи не было и намека на веселье. - Ни за что. Особенно ты, Сефирот. У Зака мог бы быть шанс, но учитывая то, что я давно принял, что Зак… - он замолчал, колеблясь.       Опустив плечи, Сефирот медленно покачал головой. - Мне это не нравится. - Делая это, ты рискуешь гораздо больше меня, ты же понимаешь.       И Сефирот подумал, что это правда. Он рисковал своей душой – потому что если Клауд уничтожит его душу, он фактически умрет. Тогда Клауд…       …Что? Если Сефирот умрет, а Клауд будет в его разуме, что случится с Клаудом потом? Застрянет ли он в мертвом теле? Его выкинет обратно в свой мир? Клауд сможет контролировать его тело и ему придётся жить, как «Сефирот»? - Не думаю, что у кого-либо есть ответы на эти вопросы, - прокомментировал Клауд, уловив ход его мыслей. – Скорее всего… Я, наверное, вернусь в свой мир. Если ты обеспечиваешь мне связь с этим миром, тогда не думаю, что смогу оставаться здесь, если ты погибнешь. - Если твоя воля базируется на вере в то, что все будет хорошо, то почему нам придется сражаться? - Я… Большую часть времени решал свои проблемы далеко не мирным путем, - признался Клауд. – Мои сражения обычно были очень жестокими. Мне всегда приходилось пробиваться с боем, - он глубоко вздохнул. – И даже если в моем мире фактически царит покой, я всегда готов к следующей битве. Я достаточно хорошо себя знаю, чтобы понимать, что моя душа жаждет боя. Она жаждет вызова. Мне могут не нравиться смерть и разрушения, но нравится сражаться.       Сефирот моргнул, обдумывая это. - Если мы не сможем победить тебя в бою? - Если вы не сможете победить меня в бою, тогда вы должны дать мне надежду, что то, чего вы ищете, бесконечно лучше того, что есть в моей душе, - тихо сказал Клауд. – Моя жизнь… не самая счастливая. И моя душа, вероятно – ее отражение. Покажи мне свою решимость, Сефирот. Покажи мне, что этот мир – то, за что ты хочешь сражаться. Потому что в моем осталось не так много. - Но у тебя есть друзья… Товарищи… Ты уверен?.. - Это товарищество построено на крови и слезах тех, кого они любили. Они так много и столь многих потеряли, что впали в отчаяние. Они желали силы, и я мог в этом помочь, что я и сделал, - сказал Клауд. – Если здесь все получится… им никогда не придется испытать эту боль.       Сефирот почувствовал в связи горько-сладкие эмоции и глубоко вздохнул. Как он и ожидал, Клауд так сильно заботился о других, пренебрегая собственным счастьем. Это заставило его задуматься, сможет ли он быть человеком, который сражается за Клауда, а не тем, за кого сражается Клауд.       А еще это заставило его гадать, будет ли Клауд по-настоящему счастлив здесь. ***       После нескольких часов подготовки они сгруппировались в церкви. Сефирот убедился в том, что положил материю в карман, и что Масамуне хорошо отполирована.       И все же это не успокаивало комок нервов в его животе. Он был совершенно уверен, что Клауд тоже чувствовал это по связи, поскольку Клауд хранил загадочное молчание. Синие глаза Генезиса были холодными, без намека на боль в плече. - Клауд?.. – Сефирот осторожно потянулся через связь. Ему нужно было удостовериться, что Клауд хотел этого. Ему было нужно ощутить, что Клауд здесь, снова его направляет. Даже если это было эгоистичным желанием, Сефирот нуждался в Клауде.       Клауд аккуратно сдвинулся, открывая связь. - Что такое? - Даже если… после того, как все закончится, связь исчезнет… Я все еще хочу, чтобы ты был здесь, - тихо сказал ему Сефирот. – Я не знаю, почему я это чувствую, но хочу, чтобы ты остался со мной. - Я знаю, - ответил Клауд.       И Сефирот задумался, правда ли это. Потому что как Клауд мог знать, даже если он сам не понимал, почему так себя чувствует? Но Клауд находился в его разуме, так что он мог знать то, чего Сефирот не знал. Сефирот оглядел Анджила, который держал Бастер. Удивительно, но Анджил предпочел использовать Бастер вместо обычного широкого меча Шинра. Сефирот точно не знал, было ли причиной этому то, что стандартный широкий меч нанес рану Генезису, но когда Анджил заметил его взгляд, то объяснил. - Клауд и мой друг, - сказал Анджил. – Для победы над ним я использую все, что имею. Он достоин Бастера. В конце концов, Клауд – тот, кто ухаживал за этим мечом после того, как мы умерли. Нет большей чести, чем эта.       Зак, с другой стороны, выбрал стандартный меч Шинра, хотя этот был одним из самых качественных. Оставалось надеяться, что он не разлетится на куски от сильного удара. - Большой Спайки, у тебя есть для нас какие-нибудь советы? - … Зак должен суметь найти мое тело в Лайстриме. Если у него не получится… наверное, ты сможешь использовать нашу связь, чтобы определить его местоположение, - медленно сказал Клауд. – Будьте осторожны.       Сефирот улыбнулся, передавая сообщение. Комок нервов немного расслабился при предупреждении Клауда. Несмотря ни на что, Клауд оставался Клаудом. Он беспокоился о них больше, чем о себе.       Даже если Сефирот мог бы найти тело Клауда, используя связь, он не стал бы это делать. Хотя бы потому, что Клауд однажды рассказал ему, что другой Сефирот использовал их связь, чтобы контролировать Клауда. - Мы вернем твое тело, - пообещал Сефирот. - Вы готовы? – спросила Аэрис, стоя в центре своего садика. Сефирот, Генезис и Анджил сели на пыльный деревянный пол, а Зак весело подскочил к Аэрис и обнял ее. - Мы готовы, - сказал Сефирот, кивая своим товарищам. ***       Войти в душу Клауда оказалось довольно просто.       С Заком в качестве проводника трое Первых путешествовали в глубинах Лайфстрима. Он все продолжался и продолжался, как безграничный океан. По словам старшего Клауда, Зак поймет, куда идти и как найти его тело. Но после этого… все зависело только от них. И действительно, через несколько минут они наткнулись на часть Лайфстрима, где зеленый поток потрескался и разлетелся. И там, лежа на боку, находился Клауд, наполовину погруженный в течение Лайфстрима.       Зак застыл на полсекунды. Если бы у Спайки был брат, это был бы он.       Волосы были такими же: светлыми, с торчащими в разные стороны прядями. Он был невысоким, намного ниже Анджила или самого Зака. Но Зак видел, что его правая рука – это одни только мышцы, и он подозревал, что все тело Клауда было таким же.       На нем была странная униформа. Она была похожа на униформу Солджеров Первого класса – такая же безрукавка в рубчик (хотя у Клауда она впереди застегивалась на «молнию»), такие же штаны и черные ботинки. Но на нем также была черная ткань, обернутая вокруг бедер и левой руки, закрепленная черными кожаными ремнями, которые застегивались у него на груди. С левой стороны прямо над тканью был единственный наплечник, в тусклом свете Лайфстрима сияла серебряная брошь с орнаментом в виде волка. Клауд носил перчатки – черные, как и весь его наряд. А в правой руке он держал рукоять лежащего рядом… Зак не знал, плакать ему или кричать. Он с благоговением уставился на гигантский, похожий на Бастер меч, весь в декоративных бороздах и зазубринах. И когда он услышал, как его наставник резко выдохнул, то понял, что Анджила одолевают те же мысли. - Это тот самый меч, который я видел в его воспоминаниях, - тихо сказал Сефирот. – Он прекрасен, не так ли?       И так оно и было. Даже Генезис, которому обычно не нравились больший мечи, выглядел восхищенно. - Мы пойдем против этого, - сказал Генезис. – Богиня, что бы я отдал, чтобы подержать такую красоту! Как вы думаете, Клауд разрешит мне?       Зак издал придушенный смешок. - Может быть, если ты вежливо попросишь, - сказал он, широко открыв глаза. - Мы не должны затягивать дольше необходимого, - вставил Анджил. – Этот клинок точно нанесет большой ущерб. Нам надо быть осторожными. - Без шуток, - выдавил Зак. – Один удар от этого… наверное, это будет хуже твоего Бастера. Как безумный Сеф вообще пережил это?       Ни у кого не было ответа на этот вопрос, но это не имело значения. Зак знал, что на этот раз они должны будут выжить. И если они проиграют… на этом все. Аэрис ясно дала понять, что они исчезнут в Лайфстриме.       Зак прочистил горло. - Ээээ, Большой Спайки? Мы здесь, чтобы забрать тебя. Подъем-подъем! Клауд не двигался. Зак колебался перед тем, как опуститься на колени и нежно положить ладонь на правую руку Клауда.       Лайфстрим исчез в водовороте цвета. Яркий свет заставил Зака прищуриться и вскинуть руку, чтобы прикрыть лицо и попытаться что-нибудь разглядеть. Но он не видел ничего, кроме белого света, пока, в конце концов, мир не исчез перед его глазами.       Когда младший Клауд сказал: «Мистер генерал уронил на планету метеор», - Зак не до конца понял, что это значит. На самом деле он не знал, чего ждать, и не знал, что это будет домом для души старшего Клауда.       Башня Шинра исчезла. Все, что осталось – обломки кирпича и металла, которых даже не было видно оттуда, где они стояли, в пустоши вокруг Мидгара. И это точно был Мидгар, хотя почва была сухой, земля потрескалась, а кустарник погиб – засох без намека на воду. Зак в ужасе смотрел на разрушенный город, плита упала на трущобы, уничтожая все и всех, что было внизу. Количество погибших должно было быть невероятным. С легкостью исчислялось сотнями тысяч. Даже миллионами.       Лицо Сефирота было застывшим, как будто он не мог поверить в то, что видит. Улицы, насколько мог видеть Зак, были пусты и безжизненны. Ничего не осталось. - Какого… хрена?.. – Генезис был шокирован, и в таком же ужасе, как и Зак. Его синие глаза были широко открыты, пока он смотрел на остатки разрушающегося города, который когда-то гордо стоял, как центр мира. Зак посмотрел на Анджила, который казался таким же испуганным, каким себя чувствовал он.       Тошнотворно-зеленое мако текло по улицам, как какой-то проклятый туман, душа любую жизнь в когда-то живом городе. Зрелище было неприятным.       И пока Зак наблюдал, еще один кусок камня, металла и бетона упал на улицу. При ударе в воздух поднялась смешанная с мако пыль, на секунду заслонившая солнце перед тем, как рассеяться.       Это был мир Клауда. Душа Клауда жила в этом мире.       Зак медленно обернулся, глядя на пустоши за спиной. На мили вокруг ничего не было.       Мир был полностью лишен жизни, задушенный мако, которое вытекало из разбитых реакторов вокруг Мидгара. Этот вред был нанесен планете в результате деятельности реакторов…       Зак собирался обменяться несколькими резкими словами с Руфусом, когда они вернутся. Предполагая, что они смогут вернуться.       Из пустоши вырвался Клауд в клубах пыли, молча наблюдая за ними. Его взгляд скользнул по Анджилу, потом по Генезису, потом по Заку, а потом… по Сефироту. Эти голубые с мако глаза прищурились при виде Сефирота, его правая рука скользнула назад, чтобы схватить меч за спиной.       Генезис медленно положил руку на Стикс, но не обнажил его, пока Клауд просто держал ладонь на рукоятке гигантского меча. - Убирайтесь отсюда, - сказал Клауд, его голос был хриплым и недружелюбным. - Эээ… Большой Спайки? – спросил Зак, глядя на него. Клауд медленно переключил внимание на него, сжав губы. - Зак, - поздоровался Клауд. Эти голубые с мако глаза были такими же яркими, выдавали те же улучшения, как и у младшей версии, хотя, как и младшему, этому старшему Клауду, похоже было все равно. И одет он был так же, как в Лайфстриме. Выражение его лица немного смягчилось, хотя взгляд оставался твердым. – Зачем ты привел их сюда?       Зак сглотнул, широко открыв глаза. - Эм… Они твои друзья? Помнишь, Большой Спайки? Я имею в виду… я знаю, ты говорил, что не вспомнишь и все такое, но знаешь. Ты должен мне поверить.       Клауд прищурился, и его рука сжалась на рукоятке меча. - Ты не Зак. Кто ты? – он вытащил меч из-за спины одним быстрым движением, заставив Анджила и Генезиса обнажить собственное оружие. Но Сефирот и Зак этого не сделали. - Ах, дерьмо. Я не умею объяснять такие вещи, - сказал Зак, ероша волосы. – Эм… Твое сознание застряло в разуме Сефа. И мы, ну… пытаемся вернуть тебя домой?       Клауд не впечатлился. Он сильнее сжал ладонь и взял рукоять левой рукой. - Я скажу это еще один раз. Убирайтесь отсюда. - Прости, не можем, Большой чокобо, - сказал Генезис, зажигая Стикс. – Мы должны отвести тебя домой.       Клауд рванул вперед, описывая мечом широкую дугу в горизонтальном замахе, который разрубил бы бахамута напополам. Анджил прыгнул вперед навстречу ему, поднимая Бастер, чтобы блокировать удар, в то время как Зак и Сефирот отскочили назад, чтобы избежать удара.       Анджил нагнулся под давлением, но только на секунду. Генезис налетел на Клауда, огненная материя пылала, когда он выпустил в светловолосого мужчину два файербола. Клауд даже не посмотрел на него, когда парировал, с легкостью пробившись сквозь файерболы и ударив льдом в грудь Генезису. Генезис упал назад, но перекатился и поднялся на ноги, поднимая Стикс, пока Клауд яростно рубился с Анджилом.       Зак и Сефирот колебались еще полсекунды перед тем, как Зак вытащил свой меч, а Сефирот обнажил Масамуне. Один только вид длинной нодати как-то подействовал на Клауда, и его удары о Бастер стали все сильнее и быстрее, пока Анджил больше не смог держаться и не был вынужден отступить, чтобы не быть разрубленным. - Сефирот, - прошипел Клауд, глядя на генерала прищуренными глазами.       Сефирот медленно занес клинок над левым плечом, его острое лезвие сверкнуло в свете солнца Мидгара. - Если мои слова никак не убедят тебя, Клауд, тогда мы будем говорить на языке мечей, - сказал Сефирот. – Вот он я. ***       Если кто-нибудь пять лет назад спросил у Генезиса: «Как выглядит равный Сефироту?» - Генезис усмехнулся бы и сказал: «Ты смотришь на него»!       Если бы два месяца назад у Генезиса спросили: «Как выглядит равный Сефироту?» - Генезис указал бы прямо на младшего Чокобо, одновременно сражающегося широким мечом и катаной.       Генезис, возможно, был хорош, но возможность каждый раз предоставлял младший Клауд.       Но теперь…       Он смотрел на мужчину, который трижды убил безумного Сефа. Он бился с этим мужчиной, сражался с ним для того, чтобы забрать его в свой мир, где их тела ждали, пока они были в Лайфстриме. Он смотрел на взрослого Чокобо – человека, который потерял все, и чей мир рухнул на его глазах.       И видел, каким мужчиной может стать Чокобо… Что ж, неудивительно, что Сефирот никогда не видел в нем равного. Не удивительно, что безумный Сеф с такой легкостью отмахнулся от него.       Это…       На это было страшно смотреть. И все же…       Между Сефиротом и Клаудом летели искры, сталь встречалась со сталью. Анджил вступил в бой, и Клауд даже не дрогнул, с легкостью парируя одновременно удары Сефирота и Анджила, крутанувшись с мечом и пнув Анджила в грудь, отправив его на землю. Клауд использовал Бастер Анджила, чтобы подпрыгнуть в воздух и обрушиться на Сефирота, которому пришлось защищаться, чтобы не потерять руку.       У Генезиса даже не было слов, чтобы описать это. Чокобо двигался так, будто мог предсказывать действия Сефирота, но этот Клауд был не таким. Нет, он был намного более жестким, более яростным. Он сражался, как загнанный в угол дракон, как демон, защищающий последнее, что у него осталось. Душа разбита утренней мечтой; подрезаны уж крылья, и близится конец, полное отчаяние, сквозившее в движениях Клауда заставило Генезиса задуматься, что потерял Клауд. Что у него осталось.       Эта безлюдная пустошь, должно быть, была домом Клауда. Она, по меньшей мере, была домом для души Клауда, которая скиталась по пустыне в поисках надежды или цели.       Генезис снова повернул голову к черной фигуре Клауда, танцующей в воздухе, его меч сверкал в небе, когда он направлял его вниз для удара. Генезис поднял руку и запустил в блондина файерболы, глядя, как он с легкостью уклоняется и сталкивается с Сефиротом.       Было ясно, что Сефирот не может сравниться с этим Клаудом. Удар за ударом Сефирот отражал атаки Клауда, но с трудом. Файерболы Генезиса могли задевать одежду Клауда, его щеки, но ни разу не попадали прямо в него. Широкий меч Зака просвистел в воздухе, когда Клауд пригнулся и проскочил между замахами.       Генезис должен был оскорбиться. Он должен был быть в ярости. Он должен был быть безутешен. Но все, что он чувствовал – глубокое сожаление к человеку, который сражается за мир из пепла.       Генезис достаточно хорошо знал своего лучшего друга, чтобы понимать, что четыре на одного обычно шло вразрез с принципами Анджила, но четверых явно не хватало. Даже сотни могло бы не хватить. Движения и удары Клауда были сильными и быстрыми, похожий на Бастер меч со свистом рассекал воздух, встречая сталь. Клауд крутил его, как будто это был шест или ручка.       У Сефирота не было шанса на удар. Клауд явно проецировал на него Сефирота, которого знал, Сефирота, с которым привык сражаться. Оказалось, что тот Сефирот был более быстрым, более убийственным противником, чем Сефирот, стоящий перед ним.       От этого Генезису хотелось кричать. Стикс был отброшен в сторону, как игрушка, у яростно-красного клинка не было шансов против меча Клауда.       Первым, кто пролил кровь оказался, как это ни удивительно, Зак. Широкий меч Зака проскользнул сквозь защиту Клауда и рассек незащищенное правое плечо, разрезав кожу и вызвав кровотечение.       Битва застыла. Клауд медленно посмотрел на свое рассеченное плечо, а потом на подавленного Зака. Его взгляд стал стальным. Сефирот быстро бросился к Заку, ставя Масамуне на пути меча Клауда. Анджил повторил этот маневр с другой стороны от Зака, обеспечивая двойную защиту от удара. Но это было неважно.       Меч Клауда столкнулся с двумя клинками, заставив обоих мечников согнуться от удара, от силы которого в воздух поднялась пыль. Зака отбросило назад при столкновении, файербол в руке Генезиса улетел от поднявшегося ветра.       Следующую кровь пролил клинок Клауда, впившийся в бок Анджила, заставив черноволосого мужчину отшатнуться. Клауд даже не посмотрел на него перед тем, как снова атаковать Сефирота, с легкостью встречая Масамуне.       С некоторым потрясением Генезис осознал, что наблюдает за контр-атакующим. И при этом очень сильным. Клауд двигался так, как будто не чувствовал боли – и, возможно, так оно и было. Каждый удар, который получал Клауд, он возвращал вдвойне. Каждая капля крови, пролитая Клаудом, только подпитывала его атаки. Клауд забывал об уклонении, отступлении ради силы и разрушительной точности.       И ради Богини, он желал осмотреть этот меч.       Клауд безукоризненно переключался между прямыми и косыми ударами, уничтожая окружающий ландшафт и поднимая в воздух тучи пыли. Зак уклонился от особо сильного удара, потерял равновесие и перекатился на корточки. Сефирот изо всех сил старался отбивать удары Клауда, Масамуне пела в воздухе.       Никто не обладал безграничной выносливостью. И пока они сражались, Генезис чувствовал, как пот, смешанный с кровью от пореза на щеке, полученного от удара, которого он не мог избежать, стекает по лицу и пропитывает рубашку. Его магия становилась слабее, и он решил переключиться на роль поддержки, исцеляя при необходимости, и поддерживая силы и способности товарищей по команде.       Анджил тоже уставал. Генезис видел, как тяжело вздымается грудь лучшего друга, как его руки крепко сжимают Бастер, а по локтю стекает пот. Зак был в гораздо худшем состоянии, глубокий порез на его лбу не затягивался.       Заклинания Генезиса замедлялись, но это не мешало ему выпускать файерболы один за другим, пытаясь задержать движения Клауда или дать возможность для Анджила или Сефирота. Было это эффективно или нет, с другой стороны…       Это окупилось, когда Сефирот отступил, перегруппировался и нанес Масамуне идеально выполненный Октаслэш. Клауд защитился от первых двух ударов, но третий и четвертый попали ему в грудь и в руку. Пятый и шестой рассекли его щеку, а седьмой и восьмой ударили в грудь и живот. Клауд, морщась, рухнул на пустошь, образовав кратер, с его лица и груди текла кровь.       Но в отключке он пробыл недолго. Даже до того, как Сефирот смог отдышаться, Клауд выскочил из кратера, дико размахивая мечом. -Да ладно! Как этого может не хватить, чтобы одолеть тебя, Большой Спайки?! – всхлипнул Зак, готовясь к следующему удару Клауда.       Клауд молчал, но ущерб был нанесен. И, как истинный контр-атакующий, он подпрыгнул, и в мгновение ока его меч разделился на шесть более маленьких мечей.       Генезис едва успел удивленно ахнуть перед тем, как Клауд налетел на них.       Стикс не мог защитить от мульти-ударной атаки. Генезис почувствовал, что его рука и грудь были серьезно ранены, когда он пытался защититься от Лимит брейка, последний удар пришелся по Бастеру Анджила и Масамуне, отправив их на землю, как муравьев.       Сефирот восстановился первым, Масамуне вспыхнула, когда он с трудом поднялся на ноги. Зак и Анджил перекатились на колени, пытаясь восстановить равновесие, а Генезис… Что ж, с ним только что покончили.       Они никак не могли победить. Клауд был намного сильнее, быстрее, опытнее, чем они. Это было похоже на муху, влетевшую в ураган. Этого не произойдет. Генезис понимал, что чем дольше длится бой, тем больше шансов на то, что они проиграют. Потому что, чем больше ущерба получает Клауд, тем сильнее он бьет. Правой рукой Клауд поймал падающий основной меч, мако-глаза вспыхнули, когда он снова прыгнул к Сефироту, подхватив по пути еще один клинок – V-образный, который служил режущей кромкой меча, похожего на Бастер.       Все катилось к чертям и быстро. У Анджила сильно кровоточил порез, который тянулся от руки до ребер с другой стороны. Заку было немногим лучше – из порезов на лице и на боку, едва не задевшем почку, сочилась кровь. Сефирот получил наименьшие повреждения, но это было все равно, что сказать, что небо немного голубое. У него были бесчисленные порезы и царапины на руках и по всему телу, его кожаный плащ после этого, наверное, будет нельзя носить – если одежда его духовной формы перейдет в одежду на его теле. Измученный Генезис отправил заклинание исцеления своим товарищам, а потом себе. Оно не вылечило его – даже близко – но немного сняло напряжение.       Клауд даже не отступил, чтобы вылечить себя, очертя голову бросившись обратно в бой.       Самоотверженный идиот. ***       Сефирот проигрывал.       Он понимал, что проигрывает. Последний Лимит Клауда, может, и разбил его меч (и разве это не шокировало), но в результате у Клауда теперь было два более легких клинка, но бил он так же сильно и намного быстрее.       Его беспокоили раны, которые он нанес Клауду – такая кровопотеря не была здоровой ни в каком смысле, но это была мимолетная мысль, пока он сражался за жизнь под клинками Клауда. Сефирот почувствовал ослабленное исцеляющее заклинание Генезиса, обеспечившее поддержку, но хватившее только на то, чтобы сдерживать невероятно сильные удары Клауда.       Если раньше он не до конца верил, что Клауд мог победить его другое, безумное «я», что ж, теперь он в это поверил. Он от всего сердца больше никогда не усомнится ни в одном слове Клауда, если это будет означать, что он переживет эту встречу.       Тяжело дыша и отразив еще один удар Клауда, Сефирот поморщился, когда второй клинок ударил его в бок, снова вызвав кровотечение.       Он снова поднял Масамуне, с его лба тек пот, пока он защищался от яростных ударов, которые наносил ему Клауд. Четверым на одного было и так трудно, но это?.. Это было невозможно.       Сефирот поднял Масамуне сбоку, выдержав острые лезвия ударов Клауда, и нанес сильный боковой удар, от которого Клауду пришлось защищаться. Клауда отбросило назад, но не надолго, так как он снова рванулся вперед, чтобы вступить в бой с Сефиротом.       Согнувшись, Сефирот отбросил осторожность, и подкинул Масамуне в воздух, подальше от себя, по широкой дуге. Мечи Клауда даже не дрогнули, и Сефирот мог слышать предупреждающие крики Генезиса и Анджила, вопль Зака: «СПАЙКИ, НЕТ!», разносящиеся над пустошью. Сефирот закрыл глаза и приготовился к боли.       Но ее не было. Вместо этого Сефирот открыл глаза и моргнул, увидев основной меч Клауда прижатым к своему горлу, а второй, V-образный клинок был прижат к коже плаща прямо напротив сердца. Плащ никак не защитит от подобного удара, и Сефирот это понимал. Теперь его жизнь буквально находилась в руках Клауда.       Клауд не ударил. Вместо этого он смотрел на Сефирота так, как будто увидел его в первый раз, его голубые мако-глаза изучали зеленые, кошачьи Сефирота. Кровь с лица Клауда капала на щеку Сефирота, текла вниз по его лицу, пока они смотрели друг на друга.       И внезапно Сефирот понял, что Клауд не нападет на безоружного. Это было ему несвойственно. - Что все это значит? – спросил Клауд, клинки все еще давили на кожу Сефирота.        Сефирот сглотнул. Это был человек, который победил его второе «я» не один, не два, а три раза. Он чувствовал холодный кончик лезвия сквозь пот, текущий по горлу. И медленно, почти осторожно, он опустился на колени перед Клаудом. Клинки Клауда не сдвинулись с места, но удивление, промелькнувшее в голубых глазах, было желанным. Оно означало, что Клауд не нацелен на разрушение и смерть. - Я сдаюсь, - тихо сказал Сефирот, его дыхание все еще было затрудненным. – Я никак не смогу тебя победить. Мы никак не сможем тебя победить. Ты явно сильнее, быстрее, лучше нас.       Выражение лица Клауда не изменилось. Отблеск от лезвия, прижатого к его горлу, не дрогнул, но Сефирот не беспокоился. Он знал Клауда. Знал человека, который жил в его голове, страдал из-за того, что другому «я» Сефирота приходится видеть Анджила и Генезиса, который жертвовал своим комфортом, чтобы облегчить боль Сефирота. Это был Клауд.       И он был прекрасен.       Гайя, если этот человек спас этот мир от его безумной версии, Сефирот не мог просить о большем. Не удивительно, что его безумное «я» было так одержимо этим мужчиной. Не удивительно, что его безумная версия была готова на все, что угодно, чтобы привлечь этого человека на свою сторону. Он чувствовал, что наконец-то понял человека по имени Клауд Страйф.       Медленно и нерешительно Сефирот поднял руку и вытер порез, который нанес Клауду, размазывая кровь по своей черной перчатке. Но он был слишком отвлечен зеленью в глазах Клауда, чтобы беспокоиться об этом, серебряная серьга в виде головы волка сверкала на солнце в левом ухе Клауда.       Клауд не двигался еще несколько секунд перед тем, как медленно отошел назад, опуская клинки.       Сефирот остался стоять на коленях, сдавшись сильнейшему воину, и наблюдал за Клаудом. - Покиньте это место, - повторил Клауд. - Большой Спайки! Выслушай меня! Нам нужна твоя помощь! – отчаянно сказал Зак.       Клауд посмотрел на него, но через несколько секунд отвернулся, отправившись собрать остальные клинки, которые были частями его бастероподобного меча. - Я извиняюсь за вторжение в твою душу, - тихо сказал Сефирот. Клауд не повернулся к нему полностью, но Сефирот видел, как блондин кивнул. - Мы бы хотели, чтобы ты помог нам, - продолжил Сефирот. - Избавьте меня от этого, - сказал Клауд, собирая вместе свой прекрасный меч и закидывая его на спину, порезы на его груди и животе все еще кровоточили. - Это касается Сефирота, с которым ты сражался в своем мире, - сказал Сефирот. На этот раз Сефирот мог сказать, что Клауд замер, даже если он не развернулся к нему. - Ты можешь мне не верить, но… Я не тот Сефирот, с которым ты обычно сражался, - начал Сефирот. - Нет. Ты не он, - согласился Клауд. – Сефирот, с которым я обычно сражался, никогда бы не сдался мне.       Сефирот полагал, что это правда. Его безумная версия не казалась человеком, который принял бы поражение… точно нет, раз Клауд убивал его снова и снова. Но сейчас это не имело значения. - Сефирот, с которым ты обычно сражаешься… сейчас он в моем мире, - тихо сказал Сефирот. – Я… прошу твоей помощи, - он облизнул сухие, как пустыня, ставшая их полем битвы, губы, что совсем не помогало высказаться. Он никогда не был силен в словах, но признаваться в чем-то Клауду всегда было проще. Он чувствовал, что Генезис и Анджил приближаются, но остаются на расстоянии. Он видел, как Зак подходит к Клауду с обеспокоенным, но испытывающим облегчение видом, широкий меч, который брал Зак, был отброшен в кратер, созданный Лимитом Клауда. - Я… Я хочу, чтобы ты сражался вместе со мной, признался Сефирот, осматривая небольшую фигуру Клауда. Похоже, что Клауд не слишком вырос после подросткового возраста. – Пожалуйста…       Мольбу унесло сухим ветром, но Сефирот понял, что Клауд услышал его по тому, как напряглись плечи Клауда. Сефирот наблюдал, как Клауд вздохнул, посмотрел на Зака и потрепал его по плечу, лечебное заклинание омыло фигуру Зака и исцелило худшие его раны. Потом Клауд повернулся к Сефироту.       Он больше не был сердитым. Пренебрежительным. Вместо этого Сефирот увидел настороженное принятие. - Почему я? – спросил Клауд. - Эээ, что? – Генезис обвел рукой окружающее. – Потому что ты точно можешь надрать задницы нам четверым, а потом еще кому-нибудь. Ты точно можешь надрать задницу безумному Сефу. И делал это – три раза. Это должен быть ты.       Анджил подошел ближе к Клауду, пристально глядя на невысокого блондина. В его руках был Бастер, которым он пользовался в бою.       Сефирот заметил вспышку узнавания во взгляде Клауда. - Ты… Ты заботился о нем ради Зака, не так ли? Я передал его Заку, а Зак – тебе. И ты пользовался им и ухаживал за ним. В честь его памяти, - сказал Анджил.       Что-то сломалось в Клауде, и он отступил от Анджила, его голубые глаза сияли. Это были не совсем слезы, но близко к тому. - Нет… Нет, я… - Да, Большой Спайки! Ты не говорил мне, что был моим самым-самым лучшим другом! Знаешь, все это время жил в голове Сефа, и не сказал ни слова! – Зак подскочил и улыбнулся Клауду.       Но Клауд просто смотрел на него, его голубые глаза наполнились слезами, которые пролились на сухую землю пустыни. Он посмотрел на Зака, а потом – на Анджила, его глаза были широко открыты, и в них была боль.       Сефирот ощутил, что поднимается на ноги, реагируя на боль в лице Клауда. - Я-я не… я не… - губы Клауда дрожали, когда он смотрел на Зака, он торопливо пытался сказать, - Я…       Смотреть на это было тяжело. Клауд был явно расстроен, и улыбка Зака медленно исчезла. Он протянул руку и погладил Клауда по спине, аккуратно избегая бастероподобный меч. - Эй, Большой Спайки, все хорошо. Ты должен был быть очень-очень особенным для меня, чтобы я передал тебе Бастер. Неважно, как ты с ним обращался или что обо мне думал, ты был особенным для «меня» из твоего мира, ты знаешь? – успокаивающе сказал Зак. Но от этого Клауд заплакал еще сильнее, а его рука в перчатке вцепилась в рубашку Зака, пока Клауд рыдал в его плечо.       Зак обнял его рукой, закрывая глаза. - Мне жаль, что я оставил тебя одного. Это должно было быть тяжело. - Ты… - Клауд шмыгнул носом, вытирая слезы тканью на левой руке. – Это не так, - его голос дрожал, а в глазах все еще стояли слезы. – Тебя убили люди Шинра. А я… я был отравлен мако. Я ничего не мог сделать.       Сефирот ощутил, как его желудок сжался. Это… Что это было?.. Клауд никогда не упоминал ничего подобного.       Но Клауд также был невероятно скрытным человеком с неприятным и болезненным прошлым. Которое устроил ему Сефирот. Так что, возможно, это не было так уж необычно.       Плюс, Сефирот не был уверен, что хотел бы знать, как умер Зак в мире Клауда.       Выражение лица Зака изменилось и он, похоже осознал, что это было реально, и он действительно умер. - Так… Я умер ради тебя, а, Большой Спайки? Это хорошая сделка. Вместо того чтобы быть героем, я умер ради героя. - Ты был моим героем, Зак, - прошептал Клауд, глядя на него со слезами на глазах.       Анджил и Генезис отошли назад, глядя на Клауда с какой-то жуткой печалью. Слышать это – как Зак умер в мире Клауда. Это было тяжело.       Сефирот подошел к ним и медленно склонил голову набок, отходя подальше, чтобы дать этим двоим какое-то уединение. Анджил и Генезис последовали за ним. - Сефирот, ты мог умереть, если бы Клауд не остановился, - неодобрительно сказал Анджил. - Да, мог бы, - согласился Сефирот. - Ты знал… что он?.. – Генезис сделал останавливающий жест, и Сефирот вздохнул. - Это было сильное предчувствие, - сказал Сефирот. – Клауд не похож на тех, кто атакует безоружных. Но, в конце концов, мы говорим обо мне. Было вполне вероятно, что Клауд не остановился бы и предпочел бы меня обезглавить из-за безумия другого меня.       Генезис нахмурился. - Сефирот, серьезно? - Ты бы предпочел, чтобы он убил в бою нас всех? – спросил Сефирот, поднимая бровь. – Выбор был небогатым. - Мы проигрывали. И сильно, - вздохнул Анджил. – Младший Клауд и рядом не стоял с таким уровнем силы. - Но у него есть потенциал, - тихо сказал Сефирот. – Как продемонстрировал Клауд, он невероятно изобретателен и силен. У младшего Клауда есть потенциал стать таким же сильным. Без сомнения, другой я решил обучать его именно по этой причине.       Анджил глубоко вздохнул, глядя в пыльное небо. - Мир Клауда такой пустой. Здесь ничего нет. Если так Мидгар выглядит в будущем, тогда мы должны избавиться от мако-реакторов как можно скорее.       Генезис согласно хмыкнул. - Сначала нам нужно привести Клауда домой, - мягко сказал Сефирот. – И он вылечит твое плечо.       Генезис неловко помялся. - Ага.       Зак и Клауд разделились. Клауд стирал с лица слезы рукой в перчатке, размазывая кровь по щеке. Зак внимательно оглядел Клауда и нахмурился. - Эй, Большой Спайки? - Что? – спросил Клауд, теперь его голос был просто уставшим. Но он не отстранился, когда Сефирот вышел вперед, держа материю восстановления. - Твои раны, Клауд, - мягко сказал Сефирот. - Все нормально, - отмахнулся Клауд. – Разве вам не нужно позаботиться о своих?       Сефирот глубоко вздохнул, глядя на ранения Клауда. - Как всегда. Ты намного больше беспокоишься о других, чем о себе.       Генезис выхватил Restore из рук Сефирота и, не спрашивая, отправил заклинание на Клауда. Потом он бросил материю обратно Сефироту. Это было слабое исцеление, так как у них почти не осталось магии, но это не остановило Генезиса.       Клауд дернулся, как будто ждал, что это будет Фира, а не исцеление, что заставило Сефирота остановиться и внимательно посмотреть на Клауда. Он потихоньку протянул руку ладонью вверх, предлагая Restore, с любопытством ожидая реакции Клауда. - Клауд? – мягко сказал Сефирот. – Если ты так нервничаешь, можешь сделать это сам. - Я в порядке, Сефирот, - нахмурился Клауд. Но Зак посмотрел на все еще кровоточащие порезы на руке и груди Клауда. - Нет, ты не в порядке, Большой Спайки! Ты вылечил меня, теперь твоя очередь, - объявил Зак, одним быстрым движением схватив материю с ладони Сефирота. - Зак… - протесты Клауда были прерваны еще одной зеленой волной, омывшей его, порезы закрылись, оставив бледную кожу. Клауд вздохнул и взял Восстановление, кастуя его на Анджила, потом на Генезиса, а потом, что удивительно, на Сефирота. – Хорошо. Вот. Теперь, куда мы идем?       Они все уставились на него. Сефирот открыл рот, но не нашел, что сказать, потому что он не думал об этом, пока они были заняты подготовкой к проникновению в душу Клауда. - Ну, мы надеялись, эм, что ты нам скажешь? – высказался Зак.       Клауд опустил плечи. - Как вы вообще сюда попали? – спросил он, нахмурившись. - О! Нас отправила Аэрис! – протараторил Зак.       Клауд провел рукой в перчатке по волосам, вытряхивая оттуда пыль и песок, а потом вздохнул. - Аэрис. Хорошо, тогда, наверное, нам стоит пойти в церковь - Церковь еще стоит?.. – спросил Анджил, держа в левой руке Масамуне, а в правой – Бастер. Очевидно, у него хватило проницательности подобрать оружие, брошенное Сефиротом. Сефирот взял клинок с благодарным кивком. - В основном да, - ответил Клауд. Он остановился, внимательно глядя на них, его взгляд был настороженным. – В вашем мире… Аэрис?.. - Она в порядке, - уверил Зак. – У мистера генерала нет тела. Он болтается в голове маленького Спайки и ничего не может сделать. - Мистер генерал?.. – Клауд с подозрением посмотрел на Зака, бросив взгляд на Сефирота. - Твоя младшая версия различает нас, называя твоего Сефирота «мистером генералом», а меня – «генералом Сефиротом», - объяснил Сефирот. - Моя… младшая версия? – повторил Клауд, глядя на Сефирота. - Это довольно странная история, - вздохнул Генезис. – Не зацикливайся на этом. Когда ты переместишься, ты все вспомнишь. На то, чтобы все объяснить, уйдет слишком много времени, а Шинра не может слишком долго обходиться без Первого класса, - он замолчал, разглядывая Клауда, его порванную одежду и торчащие светлые волосы. – Большой чокобо, ты действительно похож на младшего себя.       Сефирот понял, что Клауд не оценил прозвище, судя по его дергающейся брови, даже если он ничего не сказал. - Рапсодос, - медленно сказал Клауд. – Ты знаешь мою младшую версию? - Он просто ходячая катастрофа. Не знаю, насколько это из-за влияния безумного Сефа, а насколько – твоя собственная хаотическая энергия. Даже ты сам весь «Не знаю, как я стал таким», - сказал Генезис и, прищурившись, посмотрел на Клауда.       Клауд непонимающе захлопал глазами перед тем, как медленно повернулся к Анджилу и Заку. - Да, Большой Спайки, - сказал Зак. – Я… мы думаем, что ты столкнул Ходжо с лестницы и сбросил его через перила. - И ты продолжаешь провоцировать Турков, - добавил Анджил. - И ты продолжаешь дразнить Сефирота в своей голове. И я полностью уверен, что ты убил Президента, - добавил Сефирот. - Я… - Клауд, похоже, не мог это осмыслить, что заставило Сефирота почувствовать себя немного лучше в том безумии, что окружало младшего Клауда. - Хотя нет никаких доказательств ни одного убийства, - сказал Сефирот. – За тобой наблюдают Турки. - Турки… Рено и Руд?.. – нахмурившись, спросил Клауд. - Да. И Ценг, и теперь Вельд, и возможно, Руфус тоже замешан, - добавил Сефирот. – Кажется, они необычайно заинтересованы в благополучии твоей младшей версии. - Руфус замешан, - вздохнул Клауд с удрученным выражением лица. – Ладно, прекрасно. Очевидно, я упускаю много информации. Давайте выбираться отсюда. ***       Сефирот проснулся, ощущая невесомость.       Он был удивлен. Он был уверен, что они легли на пол церкви, чтобы войти в Лайфстрим, а потом снова, в душе Клауда, чтобы выйти, так почему он?..       Когда Сефирот медленно поднялся, слегка заплескалась вода. Он стоял в каком-то источнике. И он с удивлением понял, что это тот же источник, который был в воспоминаниях Клауда. Значит, это сработало…       Клауд!       Сефирот развернулся и увидел Анджила и Генезиса, плавающих в воде, как и он несколько секунд назад. Они тоже просыпались после путешествия. Его взгляд проследил за цветами, и он увидел Зака, лежащего рядом с цветочной поляной, и Клауда, лежащего поверх нее.       Солнечный свет, льющийся сквозь разбитые стекла и прогнившую крышу, заставил его волосы и кожу сиять, резко контрастируя с черным и серебром его одежды. Клауд был одет так же, как в Лайфстриме, как в своей душе. Сефирот даже мог видеть серебряную ярко сверкающую сережку в его ухе. Аэрис хихикнула, наблюдая за Клаудом, поднесла к его носу сорванный цветок и аккуратно его пощекотала. - Привееет, - весело пропела она.       Клауд дернулся и застонал, медленно садясь и держась рукой за голову. - Чт… Аэрис?       Аэрис снова хихикнула, протянула руку и воткнула цветок под его перевязь с мечом. - Доброе утро, засоня. Ты лежишь на моих цветах. - Чт… Ох! Извини, - Клауд медленно поднялся, но Аэрис улыбнулась. - Я просто шучу. Добро пожаловать домой, Клауд, - сказала она теплым и приветливым тоном.       Клауд медленно повернулся к ней с ничего не выражающим лицом. Но потом на его губах появилась искренняя улыбка, и связь в разуме Сефирота засветилась звездами, вспыхивающими в ночном небе. - Да. Я дома.