Эпилог – тепло родного дома.

- Ииии мы здесь!       Клауд весело щебетал, пока Зак с улыбкой оглядывал ледяную местность. Полет на вертолете был невероятно напряженным и некомфортным, когда Зак, Спайки и безумный Сеф сидели с одной стороны вертолета, а обычный Сеф, Большой Спайки и Анджил сидели напротив. Генезис уперто хотел пилотировать, так что он сидел впереди. - Чудесно! Вааау, тут столько снега! - чувствуя головокружение, сказал Зак. - Давайте сделаем снежного Сефа!       Спайки засмеялся. - Не знаю, хватит ли тебе снега. Мистер генерал… как минимум… - он наморщил нос и посмотрел на безумного Сефа, сидящего рядом с ним, - на пять цыплят чокобо выше меня.       Бровь безумного Сефа дернулась. Спайки засмеялся и смело откинулся на его руку, чего никто не осмелился бы повторить. Даже Большой Спайки смотрел на них с некоторой опаской. Но, как бы странно это ни было, если это исходило от Спайки, безумный Сеф терпел МНОГОЕ.       Что имело определенный смысл, решил Зак. Спайки и безумный Сефирот знали друг друга уже давно. Плюс у них была эта странная ментальная связь и все такое.       Ну, у большого Спайки и обычного Сефа тоже была эта связывающая разумы штука, но они были гораздо более сдержаны в проявлении эмоций. Зак не был уверен в отношениях между ними, но что бы между ними ни было, это оставалось между ними. Как Спайки и безумный Сеф, Большой Спайки и обычный Сеф могли общаться без слов. Если один из них что-то передавал другому, второй принимал не глядя.       И время от времени Большой Спайки просто собирался и куда-то уезжал. А Сеф просто… тосковал. Все время. Это невероятно действовало на нервы, и когда это происходило, Спайки звал Сефа на спарринг в тренировочной. И они просто выпускали пар под наблюдением мистера генерала.       Но то, что мучало Сефа, исчезало, когда Большой Спайки возвращался. Это не было чем-то ошеломительным или очевидным, как, например, когда Зак наклонялся поцеловать Аэрис в щеку или брал ее за руку, когда видел ее, но плечи Сефа расслаблялись.       Это было очень мило. - Ладно, правила! - сказал Анджил, когда Генезис замедлил вертолет. - Официально мы здесь, чтобы очистить реактор и поместье Шинра. Никаких размахиваний мечом, сражений или драк. Особенно вы двое, - он посмотрел на безумного Сефа и Большого Спайки. - Не думаю, что пустоши восстановились после вашей небольшой тренировки/битвы/попытки убийства.       Большой Спайки хмуро посмотрел на Анджила своими голубыми глазами. - Он первый начал. - Мне без разницы, - сказал Анджил. - Я знаю, что вы намного сильнее всех нас вместе взятых, но клянусь Гайей, я найду способ угомонить вас. - Анджил, если ты собираешься угрожать мне… - сказал безумный Сеф с опасным блеском в глазах. - Никаких сражений в моем родном городе! - объявил Клауд. - И в твоём родном городе. Пойдем навестим Ма! - Сначала нам нужно найти, где остановиться на ночь, - сказал обычный Сефирот. - Сомневаюсь, что миссис Страйф сможет разместить всех нас. - Мы можем пойти в гостиницу, - сказал Большой Спайки. - Мистер генерал останется со мной! - сказал Спайки, хватая безумного Сефирота за правую руку.       Большой Спайки, похоже, был не в особом восторге от этого предложения. И, честно говоря, Зак тоже. Но он ничего не сказал, так как, вероятно, Спайки был единственным человеком, способным удержать безумного Сефа от плохих поступков.       Плохих поступков вроде уничтожения окружающей местности маленьким метеором, поджога пустошей Мидгара неизвестно как, и как-то электрифицировать почву, и ещё какая-то хрень, которую Зак не видел, потому что его там не было. Конечно, как только появился Спайки, бой резко прервался, потому что Спайки весело запрыгнул на крыло безумного Сефа, заставив однокрылого ангела вытаращиться на свой новый багаж.       Зак видел только окончание боя, но зрелище и последствия были астрономическими. Говорили, что лицо Руфуса во время следующего заседания правления было пепельно-серым, а двум путешественникам во времени не было сделано никаких внушений. В основном потому, что никто не имел понятия, что с ними делать. Очевидно, они не стали бы придерживаться ничему, что бы им не сказали. Более того, как бы кто-нибудь сделал выговор могущественному генералу Сефироту, которому было абсолютно похрен на все, связанное с Шинра.       Разумеется, расписание Спайки неожиданно стало свободным. С тех пор Спайки не был ни на одной миссии, и только после того, как Спайки попросил Лазарда отправить его на миссию вместе с мистером генералом, его снова стали отправлять на задания.       Зак абсолютно не знал, что на это сказать.       Большой Спайки, по крайней мере, казался слегка смущенным из-за всего этого. Зак почувствовал себя немного лучше из-за инстинктов Большого Спайки сражаться с мистером генералом, потому что на самом деле это означало, что он мог сравняться с безумным Сефом. Хотя движения Большого Спайки были не настолько быстрыми, его заклинания и способности мечника явно соответствовали безумному Сефу. А безумный Сеф явно наслаждался брошенным ему вызовом, пока из ниоткуда не появился Спайки.       Даже Сеф, прибывший оценить ущерб после инцидента, не знал, что сказать. Он проследил взглядом по разрушениям, а потом посмотрел на Большого Спайки и безумного Сефирота и покачал головой. Анджил и Генезис большими глазами пялились на массивный кратер, появившийся в результате битвы.       Все же способность Спайки успокаивать безумного Сефа в данный момент была очень полезной, поскольку они находились в месте, где не могли позволить безумному Сефу… ну, сходить с ума. И с каждым прошедшим днём Зак все сильнее убеждался в том, что Турки следят за Спайки единственно "на случай, если безумный Сеф спятит".       И они были необычайно любезны, когда Спайки попросил у мистера Ценга вертолёт, чтобы повидать маму!       Спайки вытащил безумного Сефа из вертолёта и потащил к небольшому дому на окраине городка, остальные следовали за этими двумя. И в полностью Спайковой манере он нетерпеливо постучал в дверь и сказал. - МА! Я ПРИВЕЛ ТЕБЕ НОВОГО СЫНА!       Миссис Страйф, очевидно, позабавило заявление ее единственного сына и она со смехом открыла дверь и тут же застыла при виде четверых Первых, а также безумного Сефа, который все ещё обнимал Спайки правой рукой, а потом Большого Спайки. Веселье сменилось озадаченным замешательством, а потом она слегка улыбнулась, увидев широкую улыбку своего единственного ребенка. - Кто из них мой новый сын? - Это мистер генерал! - объявил Спайки. Безумный Сеф тихо вздохнул и медленно протянул левую руку. - Рад знакомству, - сказал он, выглядя как угодно, только не радостным. Но он не обнажил Масамуне и ничего не поджёг, так что Зак решил считать это победой. - Мистер генерал? - сказала миссис Страйф, приняв его руку и коротко пожав ее. - Он немного великоват, чтобы быть моим сыном, ты так не думаешь, Клауди?       Спайки надулся  - Неа! Всем нужна мама, а у мистера генерала ее нет, так что я решил поделиться с ним своей чудесной мамой! - Льстец! - засмеялась миссис Страйф. - Входите. Мы можем познакомиться внутри.       Миссис Страйф звали Клаудия. И она была очень похожа на Спайки. Но она удивительно хорошо восприняла, что Зак начал называть ее Ма Спайки после того, как они представились. - А этот молодой человек? - спросила она, дойдя до Большого Спайки.       Лицо Большого Спайки было слегка печальным, но он ответил удивительно спокойным тоном. - Фенрир. - Фенрир, - повторила Клаудия. - Мне нравится. Это хорошее, сильное имя, подходящее такому молодому человеку, как ты.       Зак не знал, почему Большой Спайки так хорошо это воспринял, поскольку если бы он был на месте Большого Спайки, он, наверное, не выдержал бы и стал рыдать. Вероятно, ему было больно встретить свою Ма, которая ему не мама. - Ты так похож на моего Клауди, мягко сказала Клаудия, подняв руку и проводя большим пальцем по его подбородку.       Зак встрял с ответом, чтобы отвлечь внимание от Большого Спайки. - А! Да! Спайки и Большого Спайки постоянно путают! Со спины Большого Спайки можно узнать только потому, что он всегда носит свой меч и все такое. И у них еще разная одежда и… и…       Большой Спайки медленно поднялся и посмотрел на остальных. - Я вернусь. Я собираюсь сходить в гостиницу и забронировать место, - тихо сказал он. - Хорошо, - сказал Анджил. – Сефирот, пойдешь с ним?       Клаудия переводила взгляд с безумного Сефа на обычного, но, похоже, поняла, к кому обращались, когда Сефирот медленно кивнул и встал. Мужчины в молчании вышли, закрыв дверь за собой. - Ма? Можем мы все поужинать у тебя? – прощебетал Клауд. – Мистер генерал и я можем сходить на охоту! ***       Сефирот пристально следил за связью, ощущая пронизывающую ее боль. Он оставался открытым, чтобы Клауд мог дотянуться до него, если захочет. Но Сефирот не мог унять эту боль. - Клауд… Ты хочешь рассказать ей? – спросил Сефирот. - Нет. Ей лучше не знать. И… она не та женщина, которая меня вырастила. Даже если они одинаково выглядят…       Тоска в голосе Клауда заставила Сефирота страдать. Клауд обычно хорошо скрывал свои эмоции от Сефирота, но это… похоже, сломало его сильнее, чем он был готов признать. - Ты скучаешь по своей маме? – спросил Сефирот, раздумывая, должен ли испытывать те же чувства. - Мне пришлось смириться с мыслью о том, что я никогда больше ее не увижу, - сказал Клауд.       Это не было ответом на вопрос, но Сефирот достаточно хорошо знал Клауда, чтобы понять, что ответ – «да». Он задавался вопросом, как умерла мама Клауда… из-за болезни или каких-то непредвиденных обстоятельств? - Ее убил другой ты, - сказал Клауд, отвечая на невысказанный вопрос, дрейфующий в связи.       Сефирот замер, глядя в спину Клауду, его взгляд метнулся к маленькому домику всего в нескольких шагах от него. - Тогда мы… - начал он, но остановился, не зная, что сказать.       Его другая версия убила маму Клауда. Что ж, неудивительно, что Клауд был весь на нервах. На самом деле Сефирот был очень удивлен, что Клауд не отклонил полностью идею поездки в Нибельхейм, особенно после того, как они узнали, что другое, безумное «я» Сефирота тоже поедет.       И снова он восхищался выбору, сделанному Клаудом. Потому, что хотя он и мог отклонить эту идею, он этого не сделал. Боль и страдания лежали бы только на его плечах, не скажи он ничего Сефироту. Он снова решил дать Сефироту шанс несмотря на знания своих воспоминаний. Воспоминаний, которые для Клауда были четкими и болезненными. Он ничего не сказал. Потому что если бы узнали Анджил и Генезис… если бы узнал Закари… они бы наложили вето на идею поездки в Нибельхейм его безумной версии, и тогда безумный Сефирот лишился бы этого.       Своего шанса сделать верный выбор.       Сефирот медленно потянулся к Клауду по связи, успокаивая его боль. - Я понимаю, - тихо произнес Сефирот.       Клауд кивнул ему, смаргивая слезы, пока они приближались к гостинице. - Сколько комнат нам забронировать? Две? Три? – спросил он. - Давай три, - сказал Сефирот. – Генезису нужно много времени, чтобы собраться с утра, и я сомневаюсь, что кто-то захочет с ним делиться. - Ты имеешь в виду, что ты не захотел бы? – подколол Клауд с легкой улыбкой на лице.       Сефирот собирался возразить, что его волосы нуждаются в безупречном уходе, когда послышался другой голос. - Клауд?       Это была темноволосая девушка, смотрящая на Клауда широко открытыми карими глазами. Но когда Клауд повернулся к ней, ее взгляд стал озадаченным. - Ох!.. Извините! Вы… Вы просто так похожи на Клауда! – заикалась она. - Да. Нас все время путают в Шинра, - сказал Клауд, ощущение тоски все еще присутствовало в связи. В ней также струились смесь нежности и привязанности, заставляя Сефирота гадать, как эта девушка связана с Клаудом. – Клауд у своей мамы.       Девушка хлопнула глазами и улыбнулась. - Ладно. Как вас зовут? - Фенрир.       Она обратила внимание на Сефирота, стоявшего позади Клауда, и ее глаза стали просто огромными. На самом деле это было даже забавно. - Г-генерал Сефирот? - Да? – спросил Сефирот с легкой улыбкой.       Девушка-подросток ахнула, а потом, похоже, взяла себя в руки. - Ладно… Хорошо… Значит, Клауд приехал обратно и привез с собой несколько человек? - Так и есть. Мы здесь по делам Шинра, но Клауд захотел навестить свою маму, поскольку мы в этом районе, - официальным тоном произнес Сефирот. – Здесь находятся коммандер Хьюли, Первый класс Фейр, коммандер Рапсодос, и… мистер генерал.       Было странно обращаться к своей безумной версии как к мистеру генералу, но младший Клауд настаивал на этом. И не было другого способа провести между ними различие, особенно если его безумное я носило культовую генеральскую форму.       Конечно, Клауд всегда мог отличить их друг от друга, благодаря их связи. Он полагал, что то же относится и к младшему Клауду – из-за своей связи. С другой стороны, все остальные…       Что ж, хорошо, что Сефирот был генералом и не общался с большим количеством людей ежедневно. Одно его присутствие требовало уважения, и никто не осмеливался ему перечить. И это удвоилось после того, как он увидел ущерб, нанесенный своей безумной версией пустошам Мидгара. Даже он сам был слегка заинтригован тем, как его другое я смогло поджечь пустыню. - Как тебя зовут? – нежно спросил Клауд у девушки. - Тифа! Тифа Локхарт! – сказала Тифа, с благоговением глядя на них. – Вау, я не знала, что Клауд знаком с генералом! Это так круто!       Клауд захлопал глазами, а Сефирот послал в связь волну веселья. - О да. Мы знаем друг друга довольно хорошо, - сказал Сефирот, его улыбка превратилась в усмешку. – Клауд много раз помогал мне. Он – очень важный вклад в компанию.       В связи четко ощущалось раздражение Клауда, и Сефирот сдержал хихиканье. - Мисс Тифа, не могла бы ты показать нам дорогу к гостинице? Мы хотели бы забронировать на вечер несколько комнат, - сказал Клауд, очевидно желая сменить тему с полного безумия своей младшей версии.       Когда Сефирот говорил, Тифа сделала большие глаза, но теперь, похоже, переключилась на Клауда. - О! Да, конечно!       Клауд быстро забронировал три номера на вечер. Когда они вышли из гостиницы, до них донеслась болтовня народа «Сын Страйф вернулся!», «Сын Страйф знает генерала?!», «Мальчишка Клаудии знает весь Первый класс Шинра?! Серьезно?!». Клауд вздохнул и покачал головой, отмахиваясь от комментариев и недоуменных взглядов. Было ясно, что люди хотели подойти к ним, расспросить, подтвердить правдивость слухов, но слишком сильно боялись.       Клауд шел рядом с Сефиротом, заставляя Сефирота ощущать внутреннее тепло и мягкость, с радостью отдавая их в связь. Клауд вернул ему эти чувства, хотя Сефирот не заметил никаких изменений в лице мужчины. - Страйф! Я говорил тебе держаться подальше от моей дочери! – рявкнул на них мужской голос.       Сефирот обернулся, напрягшись в защитном инстинкте, но топанье мужчины замедлилось при приближении к паре, на его лице было написано замешательство. Похоже, он разглядывал Клауда, и Сефирот прищурил кошачьи зеленые глаза, вставая перед Клаудом, хотя и знал, что тот не нуждается в его защите. - Почему вы орете на моего друга? – опасным тоном спросил Сефирот.       Клауд положил ладонь на руку Сефирота и посмотрел на мужчину. - Полагаю, у нас нет проблем, не так ли, мистер Локхарт? – спросил он, прищурив голубые глаза. - Аааа-оооо! Простите, - пробормотал мужчина. – Я думал, что вы… - Пожалуйста, не продолжайте, - предупредил Сефирот. – Клауд Страйф – один из моих людей и подчиняется мне напрямую. Любое оскорбление или клевета на него – пятно на моей репутации.       Мистер Локхарт еще раз присмотрелся, перед тем, как отвечать, переводя взгляд с одного мужчины на другого. - Вы… Вы не сын Клаудии, верно? - Нет, - сказал Клауд. - Извините, - сглатывая, сказал он. – Я не хотел оскорбить вас или что-то подобное. Вас или… генерала.       Он неловко зашаркал прочь, явно не зная, что сказать.       Клауд повернулся к Сефироту, поднимая бровь. - Серьезно?       Сефирот посмотрел на него, жестом указывая на дом Клаудии. - Лучше было мне предупредить его, чем он случайно оскорбил бы мистера генерала., - сказал он.       Очевидно, Клауд об этом не думал, так как он медленно кивнул. - Да. Он воспринял бы это не так хорошо. - Даже если бы Клауд смог его успокоить, для мистера Локхарта все равно было бы опасно так противостоять Клауду, - согласился Сефирот. – Что ж, хочу сказать, что для мистера Локхарта было бы так же опасно оскорблять Клауда при мне.       Клауд стукнул его по спине и нахмурился. Сефирот ухмыльнулся ему. ***       Когда они вернулись в коттедж Страйфов, вся компания исчезла. От Клаудии они узнали, что Анджил, Генезис и Зак отправились в усадьбу Шинра и реактор, чтобы изучить местность, а младший Клауд охотился с мистером генералом. Клауд подозревал, что они сделали это специально, чтобы дать ему время пообщаться наедине со своей не-совсем-мамой.       Назойливые ублюдки.       Клаудия была теплой и манящей, стряхивая снег с волос Клауда и заглядывая в его голубые глаза. - Ты действительно похож на моего мальчика, Фенрир, - мягко сказала она. – Если бы мой сын вырос в такого мужчину, как ты, я бы гордилась им.       Клауд почувствовал, как сдавило горло, он не мог произнести ни слова. Он настороженно взглянул на нее, его глаза увлажнились, и он глубоко вздохнул, чтобы заговорить. - Правда? – спросил он, не обращая внимания на Сефирота, сидящего за кухонной стойкой и наблюдающего за ними. - Конечно, - сказала Клаудия, опуская руку и глядя ему в глаза. – Я была бы так горда.       Клауд молча заплакал, слезы стекали по его щекам. Взгляд Клаудии смягчился, она взяла фартук и промокнула его лицо и уголки глаз. Плечи Клауда дернулись, когда он слегка всхлипнул, а руки Клаудии обняли его. Его окутал запах жаркого, домашнего очага, и он уткнулся лицом в ее плечо. - Ты потерял свою маму, верно? – тихо спросила Клаудия. – Не как мистер генерал, у кого никогда не было мамы, и он не знает, что делать и говорить; ты ее потерял. И это больно. Но все нормально, о тебе заботится столько людей.       Клауд гадал, как она могла это понять. Как получилось, что эта версия Клаудии Страйф была такой доброй и приветливой с незнакомцем, которого она никогда не видела? Конечно. Он все еще был Клаудом Страйфом, но она никогда его не знала. И все же… Сефирот надавил на связь, безмолвно эмоционально его поддерживая. Клауд был благодарен ему за то, что он не встревал, и медленно расслабил плечи, вытирая слезы ладонью. - Простите. Мне жаль, - прошептал Клауд, чувствуя легкое огорчение, что так показал свою слабость. - Нет. Тут не за что извиняться, - сказала Клаудия, качая головой. – Это я поступила эгоистично, потому что увидела твою боль. Матери очень легко увидеть, когда человек страдает. А ты ведешь себя так же как мой Клауди, когда ему больно.       Клауд неуверенно улыбнулся. - Вы бы правда гордились, если бы я был вашим сыном? - Конечно, - без колебаний сказала Клаудия. - Спасибо. ***       Жаркое было превосходным.       Анджил настолько впечатлился, что попросил рецепт у миссис Страйф, поскольку хотел приготовить такое же по возвращении в Шинра. Это было наполовину отвлечение внимания, наполовину – признание чудесных кулинарных способностей миссис Страйф. Клауд поставил миску с тушеным мясом перед мистером генералом и доставал его, пока мистер генерал не попробовал жаркое. Подросток был невероятно довольным, когда мистер генерал поднял свою миску и доел до конца и даже попросил добавку. Это было хорошо. До сих пор мистер генерал избегал есть во время ужинов по средам несмотря на то, что иногда присоединялся к ним или сидел в соседней комнате, как бы сильно Клауд его не дергал.       Анджил гадал, увидит ли он когда-нибудь как ест другой Сефирот. Но, возможно, дело было в другом. Может, мистеру генералу было неудобно есть. Может, ему не нравилась еда, приготовленная Анджилом, или он просто не хотел принимать еду у него. Если Анджил и Генезис предали его… что ж, возможно, безумный Сефирот не мог их простить. Возможно, он больше не мог открыться им.       Но Анджил был терпеливым. У него было время наблюдать и подождать, пока мистер генерал не будет готов. Мистер генерал был из тех, кого никто не хотел бы видеть настроенным против себя, но Анджил не чувствовал, что мистер генерал плохо к нему относится. Он чувствовал, что его просто игнорируют, как и почти всех остальных. Даже Генезис, который изначально пришел к нему и объявил, что собирается стать равным противником мистеру генералу, до того, как безумный Сефирот обрел тело, полностью отверг эту идею, когда они встретились. Анджил подозревал, что в холодном взгляде мистера генерала Генезис увидел полное безумие и то, как быстро все может полететь к чертям.       А потом… потом случился тот бой.       У Анджила даже не было слов, чтобы описать это сражение. Он получил сообщение о метеоре, летящем в пустоши Мидгара, и выбежал из Шинра, чтобы узнать, чем он может помочь, когда увидел Фенрира, разбивающего метеор на куски и смотрящего на мистера генерала, прищурившись. Их схватка была неописуемо жестокой, оба противника пролили кровь, но не уступили ни на дюйм.       Честно говоря, всепоглощающая радость мистера генерала от сражения с Фенриром ужасала. Фенрир снова и снова повергал его на землю, но однокрылый ангел просто поднимался, выглядя немного потрепанным, но нанося такие же сильные ответные удары, без раздумий уничтожая все окружающее. Фенрир, похоже, не замечал этого, или ему было все равно, и Анджил был невероятно рад, что для боя они выбрали пустоши, где никто и ничто не жило.       Это было невероятно. Все равно что смотреть на двух богов, не уступающих друг другу ни в чем, получающих ранения, но не обращающих на это внимания. Бойцы остановились только после того, как младший Клауд вмешался в сражение, прыгнув на крыло мистера генерала с криком «ПУШИСТИК!». Это был напряженный момент, когда Анджил не был уверен, не сбросит ли мистер генерал младшего Клауда, чтобы продолжить бой с Фенриром, но потом мистер генерал опустил Масамуне, и Анджил снова смог дышать.       Он устроил им лекцию. Ну, по крайней мере попытался. Но каждый раз, когда он встречал пугающий взгляд прищуренных глаз мистера генерала или злой – голубых глаз Фенрира, слова застревали на языке. Он совершенно не знал, что сказать, понимая, что мистер генерал опустошил мир Фенрира, а теперь они живут напротив друг друга.       Хотя младший Клауд как следует отчитал мистера генерала к большому раздражению последнего. Что-то на тему «Прекратите издеваться над большим мной, мистер генерал» и «Не бейте его по больному месту». Анджил лично не слишком верил, что это сработает, но это было именно так, и мистер генерал, по крайней мере, воздержался от того, чтобы слететь с катушек. Снова.       Ответ Шинра был… ожидаемым. Поначалу Руфус манипулировал, пытаясь заполучить этих двоих в ряды Солджеров Первого класса, но Сефирот указал, что это будет совершенно бесполезно, поскольку даже среди Солджеров их никто не сможет остановить. Особенно безумного Сефирота, которому было плевать на Шинра.       Турки… ну, они достаточно хорошо понимали, что «жажда убийства» мистера генерала (вероятно, они сами придумали это определение) могла контролироваться только младшим Клаудом. Поэтому они систематически удаляли Клауда из списков на новые миссии, поскольку бой начался, когда Клауд был на задании. Анджил не был уверен, что заставило мистера генерала искать драки: скука или просто нужда сцепиться с Фенриром, но это было неважно. Или, возможно, мистер генерал не знал, куда девать энергию, потому что не тренировался ни с кем из них.       Не то, чтобы кто-то захотел потренироваться с безумным Сефиротом, глядя на разрушения, нанесенные им пустошам Мидгара. *** - Эй, мистер генерал?! – прощебетал младший Клауд.       Сефирот перевел взгляд кошачьих зеленых глаз на Клауда, поднимая бровь. Клаудия пошла отдыхать, и они помогли с посудой и уборкой, а теперь просто разговаривали у огня. Не то, чтобы Сефирот принимал в этом участие. Если бы Клауд не настоял, он, наверное, пошел бы разгромить найденное ими гнездо драконов.       В то же мгновенье, как он вырвался в этот мир, он понял, что Дженова уничтожена. И хотя он не был от этого в восторге, он мог понять, почему его противник так поступил. Если бы Сефирот был на месте Клауда, он, наверное, поступил бы так же. Теперь реактор был для него бесполезен, и старший Клауд об этом знал и поэтому, по-видимому, был не против, что младший взял его с собой на эту «миссию».       Конечно, в тот момент его беспокоили более насущные проблемы. В основном, убедиться в том, что младший Клауд не умрет.       К слову о младшем… - Что, мелочь? – спросил он. - Что делает бой с Фенриром таким захватывающим? – спросил он.       Сефирот мог видеть, что вопрос привлек внимание всех в комнате. Единственным, кто казался ни капли не заинтересованным был старший Клауд.       Он откинулся на спинку кресла и обдумал вопрос. - Ты достаточно видел его стиль боя, чтобы понять, что он – контратакующий, верно?       Младший Клауд кивнул, а Генезис усмехнулся. - И, блядь, самый сильный из тех, с кем я имел несчастье столкнуться, - фыркнул Генезис.       Анджил согласно вздрогнул, вероятно, вспомнив бой против воли Клауда в его душе. Ну, это было их ошибкой недооценить его, но это заставило Сефирота усмехнуться. - Если бы на тебя летела Масамуне, что бы ты сделал, Клауд? – спросил Сефирот.       Младший Сефирот напрягся при этом вопросе, но решил не заострять на этом внимание, поскольку Сефирот не обнажил оружие. Он наблюдал за тем, как младший Клауд размышляет над вопросом. - Хм… Наверное, защищался или уклонился бы. Уклониться мне было бы проще, чем защититься, потому что я не могу противостоять вашей силе и намного ниже вас, - сказал младший Клауд. - Это был бы верный ответ для обычных людей, - сказал Сефирот. Потом он указал на своего противника и произнес. – Клауд поступает не так. Он встречает меч лицом к лицу и старается минимизировать ущерб для себя, одновременно пытаясь вырвать кусок чужой плоти. - Вот дерьмо! И как контратакующий!.. – ахнул Зак, с восхищением глядя на старшего Клауда. - Клауд много раз попробовал на себе сталь Масамуне, - сказал Сефирот, глядя на младшего Клауда. – Его не беспокоят раны, полученные в бою. Для него это только топливо для костра. - Оооо! – младший Клауд с благоговением посмотрел на свое старшее я, который, наконец, повернулся и уставился на Сефирота. Сефирот внутренне надулся от такого внимания. - Вот, что делает Клауда таким сильным. И вот почему с ним так восхитительно сражаться, - продолжил Сефирот. – Потому что чтобы сравниться с ним, тебе приходится вычислять «Как станет уклоняться Клауд?» и «Какой ущерб он получит?» и «Как он атакует?» каждый раз, когда ты делаешь взмах мечом. Один неосторожный взмах – и битва для тебя может закончиться. Вот почему я трижды погиб от меча Клауда. - О! Я могу этому научиться? – спросил младший Клауд. Сефирот подумал над этим. - Ты – тот же человек. Это внутри тебя и, в конце концов, ты можешь развить эту же тактику. Но я никогда не встречал других бойцов, которые контратакуют, как Клауд. И очень возможно, что других никогда не будет, - сказал Сефирот. – Он пренебрегает своей жизнью, встречая мой меч. Что ж… - он осмотрел младшего Клауда и добавил, - я предпочел бы, чтобы ты не заходил так далеко. - Святая Богиня… И все это время я просто считал тебя жертвующим собой идиотом, который не умеет защищаться, - сказал Генезис, уставившись на старшего Клауда. – А ты все это время рассчитывал… - Он этого не делал, - перебил Сефирот, усмехнувшись злобному взгляду, брошенному старшим Клаудом на Генезиса. – Клауд, скорее всего, даже не знает, что делает. Его контратаки инстинктивны. Ему, наверное, приходится думать, чтобы уклоняться от атак. – он осмотрел всех Первых и добавил. – Я сомневаюсь, что во время вашей битвы с его волей, Клауд сражался изо всех сил. Его тело и дух одинаково сильны.       Младший Сефирот с беспокойством смотрел на старшего Клауда, но старший Клауд повернулся к Сефироту с искрами гнева в голубых с мако глазах. - И именно поэтому ты играл со мной все это время? – зарычал Клауд. Сефирот хмыкнул, глядя на пламя в глазах Клауда. - Поэтому и потому, что твое поведение очень забавное, - сказал Сефирот просто чтобы поддразнить его. И, очень предсказуемо, Клауд поднялся на ноги с убийственным взглядом. Это было так весело.       Но Сефирот не ожидал шлепка по плечу. - Не издевайтесь над большим мной! – надувшись, сказал младший Клауд.       Сефирот повернулся к младшему Клауду, нахмурившись, и встретился взглядом с этими голубыми глазами, в которых было столько доверия. Он обнаружил, что уступает этому взгляду, откинувшись назад и скрестив руки на груди. - Ну, ты спросил, - сказал Сефирот, глядя на младшего Клауда. - Тебе приходится стараться, чтобы уклоняться от атак? – спросил его противника младший Сефирот. - Да? А тебе нет? – спросил старший Клауд, его злость утихла, когда он посмотрел на младшего Сефирота.       Анджил хлопнул себя по лицу и застонал. - Нет, Фенрир. Это рефлекс. Для большинства людей уклонение от удара рефлексивно. Большинство людей не будет просто стоять под атакой даже если они могут контратаковать.       Его противник наклонил голову набок, светлые волосы мерцали в свете очага. - Ох… - Большой я такой крутой!.. – прошептал Клауд. Сефирот фыркнул, качая головой. - Так вот почему ты можешь сражаться на равных с Сефом, - сказал Зак. И Сефирот прищурился из-за прозвища, нахмурившись. - Я просто предполагал, что все примерно такие, - сказал его противник. – Я имею в виду, моей первоначальной целью всегда была минимизация ущерба, а не уклонение. От этого ублюдка все равно супер-трудно уклониться, - он ткнул пальцем в Сефирота, от чего раздражение Сефирота растаяло, уступив место самодовольному удовлетворению. Было приятно знать, что он был настоящим вызовом для своего противника, как и Клауд для него. - Не уклоняясь от ударов, ты в большей степени концентрируешься на атаке, Клауд, - сказал Сефирот своему противнику. – И у тебя нет тех долей секунд задержки, как у других бойцов, чтобы восстановить шаг или изменить стойку. Ты можешь не отставать от меня, чего не могут многие другие.       Его младшее я смотрел на Клауда с некоторой долей благоговения. Учитывая все, Сефирот был не против. Его противник был силен – только поэтому он мог привлекать внимание и вызывать благоговейный трепет у остальных. Даже у его младшей версии. - Ну, тут есть и недостатки. Ущерб накапливается, и если я нанесу удачный удар, Клауд падет. Если я затяну бой, Клауд рухнет из-за кровоточащих ран, - пожал плечами Сефирот. – Если полагать, что у него нет материи восстановления или каких-то лечебных зелий, Клауд – жертвующий собой боец. - Было бы самоубийством не брать с собой улучшенную материю восстановления, когда я собираюсь сражаться с тобой, - оскалился его противник. От чего удовлетворение Сефирота стало только сильнее. - Я не ожидал меньшего, - ответил Сефирот, видя, что Первый класс с почтением смотрит на его противника. ***       Они ушли ночевать, когда было уже очень поздно – Зак и Анджил заняли одну комнату, тогда как Сеф и Большой чокобо – вторую. Генезис радовался, что ему предоставили отдельную комнату. Его мысли были заняты прошедшим разговором о стиле боя Большого чокобо.       Генезис не представлял, что существуют такие люди, которым буквально приходится думать об уклонении от атак.       Хотя в этом был смысл! Вспоминая бой в душе Большого чокобо с этим знанием, Генезис понял, что Клауд сражался не так, будто был в отчаянии – он минимизировал ущерб для себя, в то же время увеличивая ущерб для них. Было невыносимо пугающе сознавать, что они сражались с кем-то, кто не обладал рефлексами по уклонению от атак и шел прямо в лоб. Хотя чокнутый Сеф был прав. Без поддержки или материи восстановления это был жертвенный стиль боя, поскольку, в конце концов, его доконала бы потеря крови.       Это заставило Генезиса задуматься, действительно ли Клауд пошел против них изо всех своих сил. Или, для него это было… чем-то вроде разминки? Он даже не заметил, что Большой чокобо сражается насмерть, как это было в пустошах Мидгара, когда он бился с безумным Сефом.       И, Богиня в небесах… эта битва.       У Генезиса не было слов, чтобы описать ее. Она была вдохновляющей и ужасающей в равной степени. Внутри Генезиса все кричало присоединиться к бою прямо рядом с Большим чокобо. Его даже не волновало, что он не был Героем – он был бы не против оставаться в поддержке до конца своей гребаной жизни, если бы ему довелось сражаться рядом с такой легендой.       Потому что безумный Сеф был намного, намного сильнее того, что представлял себе Генезис.       Генезис гадал, насколько плохо бы все обернулось, если бы им пришлось сражаться с безумным Сефом в реакторе Корела. Он даже не удивился бы, если после боя остался только Большой чокобо. Они никак не могли сравниться с этими двумя – даже Сефирот, с которым соперничал Генезис, не мог сравниться с этим.       Он получил сообщение о метеорите одновременно с Анджилом и поехал вместе с ним, чтобы выяснить, какого хрена происходит. Они прибыли как раз вовремя, чтобы увидеть, как под великолепным клинком Большого Чокобо метеорит зашипел и развалился на куски, красные пылающие искры летали вокруг его лица, заставляя сиять его торчащие волосы.       Генезис лично думал, что если бы Сефирот это увидел, то повалил бы Большого чокобо на месте. Может, он сделал это после того, как они все притащились в Шинра, и Сеф утянул Большого чокобо в квартиру.       А у чокнутого Сефа была безумная способность создавать гигантские концентрированные взрывы фиолетового и черного огня, который плавил все, чего касался. Но как и Чокобо, Большой чокобо просто танцевал вокруг них, разрезая их на части, его голубые мако глаза светились, когда он двигался.       И это крыло, дающее безумному Сефу возможность летать. Да, Генезис видел его раньше, но в тот момент не осознавал, что оно означает. Потому что теперь, увидев чокнутого Сефа в бою, Генезис осознал, что полбоя проходило в воздухе, а Большому чокобо просто было похрен на это. Он мог победить безумного Сефа столько раз, сколько потребуется.       Генезис будет сражаться с Большим чокобо столько раз, сколько будет нужно, чтобы Большой чокобо обучил его как делать хотя бы половину той хрени, которую он видел в битве меньше чем за пять минут. То, что Большой чокобо делал с материей было практически греховным, и Генезис хотел этому научиться.       Не в сексуальном смысле, конечно. Генезис не особо хотел сцепиться с Сефом из-за Большого чокобо, потому что что-то подсказывало ему, что Сеф предпочтет полностью уничтожить его, чтобы Большой чокобо остался с ним. Так же, как безумный Сеф сказал: «Я собираюсь сделать здесь гребаный кратер», - и запустил в пустыню метеорит.       Генезис ржал как ненормальный, а потом удалился с последовавшего заседания начальников отдела по поводу битвы, после чего долго пытался восстановить самообладание. Руфус действительно предложил им включить Большого чокобо и безумного Сефа в Первый класс, что было абсолютно нелепо. Потому что если бы безумный Сеф или Большой чокобо захотели уничтожить Шинра – о боги! – никто ничего не смог бы с этим сделать. Генезис мог бы даже помочь им уничтожать Шинра.       К тому же безумному Сефу явно было похуй на Шинра. Большой чокобо, по крайней мере, в основном следовал правилам, даже если по большей части был освобожден от всего. Его неофициальный статус уже был Солджер Первого класса, даже без подтверждающих документов. Вдобавок Турки были необычайно дружелюбны с Большим чокобо, хотя Генезис не знал, почему.       Ну, не то чтобы это было важным. Турки на стороне Большого чокобо были только вишенкой на чудесном, превосходном торте потрясности Большого чокобо! Генезис на самом деле испытывал огромное удовольствие, оказавшись одним из первых друзей Большого чокобо. Это было как найти необработанный алмаз, который стал ограненным бриллиантом, и Генезис получал удовольствие от возможности поделиться этим. Почти как если бы Генезис хвастался тем, что Большой чокобо – его друг, и никто не мог отрицать этого, потому что это правда.       Не то, чтобы Генезис так делал, конечно. Если только чтобы заставить Большого чокобо покраснеть и наблюдать, как морщится Сеф. Это было слишком хорошо, чтобы отказаться. ***       Они покинули Нибельхейм с утра после плотного завтрака от Клаудии. И хотя это была и не его мама, Клауд чувствовал умиротворение. Его сердце полнилось теплом, полученном от Клаудии Страйф, а его эмоции были спокойными.       То, что безумный Сефирот не предпринимал ничего в отношении города, тоже помогло. На самом деле, когда Клауда с утра разбудила активность S-клеток, он обнаружил Сефирота, которого знал, стоящим снаружи дома Страйфов и просто наблюдающим за снегопадом. Их взгляды скрестились, но потом Клауд отвернулся и посмотрел на сонный город, который просыпался в свете раннего утра. К тому моменту, как он повернулся к дому, его младшая версия тоже вышла наружу, набрасывая одеяло на Сефирота, который когда-то сжег этот город дотла.       Горькая сладость, вот как назвал бы это Клауд. Он хотел бы, чтобы Сефирот нашел причину не делать того, что сделал, но Клауд не мог верить его словам. Даже если Сефирот сказал ему, что не станет уничтожать мир, давший ему младшего Клауда. И видеть его таким… не слишком приветливым или дружелюбным – Клауд все равно не думал, что мог бы описать Сефирота этими словами – но принимающим мир. Возможно, это все, что было нужно Сефироту?       Конечно, издеваться над ним, чтобы втянуть в битву, было вполне в стиле Сефирота, но Сефирот специально увел Клауда в погоню в пустоши Мидгара, где их сражение не разрушило бы город или нанесло ущерб домам. Это было несколько нарочито, что Клауд не осознавал, пока не вернулся в квартиру бывшего товарища по разуму. В тот момент Клауд просто предположил, что Сефирот насмехается над ним – подначивает перед боем – как делал всегда.       Поэтому он решил, что Сефирот, если дойдет до этого, предпочтет разрушению Нибельхейма бой с Клаудом. И хотя Клауд даже не был уверен, что сможет победить противника – их разговор прошлым вечером многое открыл в том, как Сефирот видел Клауда. То, что Клауд никогда не предполагал. Сефирот не просто пытался поиграть с Клаудом (даже если в какой-то степени и играл, ублюдок). Он просто хотел, чтобы кто-то был равным ему так, как никто не мог.       Клауд гадал, чувствовал ли Сефирот, которого он узнал, то же самое. Быть сильнейшим, не имея себе равных.       Но, ирония была в том, что младший Клауд никогда не выигрывал у Сефирота, которого он знал, на мечах. И все же, несмотря ни на что, Сефирот неизбежно проиграл бы ему, имей это значение. Старший Сефирот прислушивался к младшему Клауду, позволяя ему влезать в то, где Клауд не помнил, что Сефирот уступил бы.       Тот факт, что он остановил бой и опустил Масамуне, когда младший Клауд прилетел и запрыгнул на его черное крыло – ну, у Клауда в тот момент едва не случился сердечный приступ. На самом деле он готовился защищаться от следующей атаки Сефирота, когда острое лезвие опустилось, а Сефирот, которого он знал, приземлился на землю, убрав крыло и заставив младшего Клауда надуться.       Это было гораздо более потрясающе, чем все подвиги или приключения Клауда. Клауд гадал, понимает ли его младшая версия, как это потрясающе.       Низвергнуть бога.       Что ж, Клауд никогда не добивался этого. Сефирот никогда не оставался поверженным, поэтому он не мог сказать, что победил бога.       Но его младшее я сделало это.       И Клауд не мог гордиться сильнее.