Дружеский ужин или...вечер откровений?

      Водоворот мягко выдохнул нас на мостовую, будто знал, что приземляться должны аккуратно. Но Корвен всё равно поймал меня под руку: уверенно, чуть дольше, чем требовалось.       — Осторожно. Земля — штука непредсказуемая, — тихо заметил он. Я даже не успела понять, шутка это или забота. Мы увидели её сразу. Амелия. Смертная, молодая женщина, стоящая у витрины, в отражении которой было видно, что едва сдерживает слёзы. Плечи напряжены, пальцы дрожат, телефон в руке заблокирован, но сжимается так крепко, будто она пытается раздавить собственные сомнения.       — Она на грани, — спокойно сказал Корвен. — Демонам везёт на удобные моменты. Он подошёл к ней не хищно — утешающе. И это удивило меня. Его голос стал мягче, ниже.       — Тяжёлый день? — спросил он так, будто знал её тысячу лет. Амелия вскинула взгляд, растерянный, болезненный.       — Я… не знаю, что делать. Я… — Она сглотнула. — Мне предложили повышение. Но… цена…       — Всего лишь ужин с начальником? — Корвен произнёс это почти шёпотом. — Ты же понимаешь, к чему он ведёт. Но ты также понимаешь и то, что без этого ужина ты можешь застрять на одном уровне ещё на много лет. Амелия дрогнула. Её щёки вспыхнули стыдом и отчаянием.       — Я не хочу так… Я не хочу продавать себя. Корвен наклонился чуть ближе, и его голос стал опасно красивым:       — А кто говорит о продаже? Ты талантлива, правда? Умна, настойчива. Ты заслужила успех. Иногда нужно лишь немного… подтолкнуть ситуацию. Люди вокруг понимают лишь язык силы. Она заморгала, будто слова демона размывали прежние моральные границы. Я сделала шаг ближе и мягко добавила:       — Ты никого не предаёшь. Ты выбираешь своё будущее. Иногда мир действительно несправедлив к тем, кто честен. Но ты не обязана играть в проигрышную игру. Это был не демонический внушающий удар. Это было человеческое понимающее слово. Амелия выдохнула отчаянно, прерывисто.       — Значит… я должна согласиться?       — Ты должна выбрать себя, — спокойно сказала я. Корвен едва заметно улыбнулся краем губ. Он услышал в моём голосе то, что хотел — решимость. Амелия медленно кивнула, словно подписывала собственную судьбу.       — Ладно… Я сделаю это. Я… соглашусь. Когда Амелия ушла, Корвен наклонился ко мне:       — Ты хорошо справилась. Даже слишком хорошо… для ангела.       — Я не ангел, — тихо ответила я. Он улыбнулся так, будто уже решил для себя, кем я стану. Неужели нельзя быть и плохой, и хорошей одновременно? Почему выбор должен быть чёрно-белым, если я живая, меняющаяся, противоречивая? И как скажется на Равновесии то, что я только что сделала? Мои мысли были тяжелыми, вязкими, но Корвен разорвал их одним коротким:       — На этом всё. Мы справились быстрее, чем положено. — он чуть прищурился, переводя внимание на ресторан с тёплым светом в окнах. — Не хочешь составить мне компанию, пока есть время? Я изогнула бровь:       — Надеюсь, ужин не предполагает то же, что и у Амелии? Уголок его губ заметно дрогнул, но не от улыбки, а от того самого изысканного интереса, который демоны почти никогда не скрывают. Его взгляд скользнул по мне медленно, вдумчиво, будто он изучал не тело, а реакции.       — Агата, — произнёс он спокойно, но так уверенно, что у меня будто перехватило дыхание, — если я когда-нибудь захочу от тебя чего-то подобного… Я скажу это прямо. Я охренела от его слов. Ни тени смущения. Ни попытки поддеть. Но времени действительно было достаточно.       — Хорошо, — кивнула я, будто принимала какое-то важное решение. — Пойдём. Корвен без лишних жестов подал мне руку. Не нагло. Не властно. Аккуратно, но уверенно как настоящий джентльмен, чёрт бы его побрал. Я вложила свою ладонь в его, и мы направились в ресторан. Тепло от его руки разлилось по коже, заставляя меня задуматься: С кем вообще я иду ужинать — с демоном... или с тем, кто впервые за долгое время увидел меня не как Непризнанную, а как равную? Ресторан оказался воплощением роскоши. Внутри царил тёплый золотистый полумрак. Мягкие лампы под матовым стеклом висели так, будто парили в воздухе. Тонкие нити магического света стекали по стенам, словно тихие водопады, отражаясь в зеркалах с серебряной окантовкой. Звук был приглушён до едва ощутимого шелеста голосов. Ни одного лишнего шума. Столы стояли на удобной дистанции друг от друга, чтобы никто не нарушал личного пространства. Белая скатерть словно светилась изнутри. Корвен привёл меня к столику у окна, где за стеклом наблюдался вид на оживлённый город. Он сделал это без пафоса, как будто так делал всегда: плавным, выдрессированным движением подвинул мне стул. Уважительно.       — Благодарю, — я села, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё слегка дрогнуло. Корвен занял место напротив. Его поза была расслабленная, но собранная; он держался так, будто контролировал не только свои движения, но и сам воздух вокруг. Мы взяли меню: тяжёлые, обтянутые чёрной кожей книги с серебряным тиснением. Цена блюд слегка ударила по моей земной памяти. Одна закуска стоила как половина моей прежней зарплаты. Ты же понимаешь, что у меня нет таких денег? — хотела спросить я, но сдержалась. Корвен заметил выражение моего лица и, не дожидаясь вопроса, лениво откинулся на спинку стула:       — Не беспокойся. Дама платит за себя лишь тогда, когда сама этого хочет. В остальных случаях: мужчина обязан. — он перевел взгляд на меня, глаза вспыхнули искрой. Меню в его руках выглядело хрупким, словно бумажная игрушка.       — Выбирай, что хочешь. Даже если это блюдо из драконьего языка, поданного на серебре. — он сказал это абсолютно серьёзно, но уголок губ едва заметно дрогнул. Меню я открыла скорее для вида. Слова расплывались не из-за цен, а из-за того, как он смотрел. Не надменно. Не так, как Мисаэль, который будто прожигает взглядом насквозь. Корвен смотрел иначе: сосредоточенно, внимательно, будто изучал каждую мою реакцию, складывая их в мозаики выводов.       — А ты часто так… приглашаешь партнёров по заданию? — я попыталась начать безопасный разговор.       — Никогда. — ответ прозвучал быстро, почти отрезал. Я подняла глаза.       — Никогда? Он чуть вытянул руку вперёд, перелистывая меню ровно одним пальцем, без усилия.       — Я не трачу время на тех, кто мне не интересен. — он произнёс это спокойно. Я почувствовала, как щёки чуть нагрелись. Охренительно. Краснеть рядом с демоном... отличное начало. Я уткнулась в меню, будто оно вдруг стало жизненно важным документом. Корвен едва заметно усмехнулся.       — Ты нервничаешь? — он положил локоть на стол, наклонившись ближе.       — Нет. — ответила слишком быстро.       — Лжёшь.       — Это… обычный ужин. — я пожала плечами.       — Для тебя... возможно. Для меня — нет. Он закрыл меню и отложил в сторону. Я медленно сделала то же самое.       — Что тогда для тебя? — спросила я, хотя часть меня знала, что лучше бы молчать. Он ненадолго встретился со мной взглядом. Густым, тяжёлым, будто магия выровняла воздух между нами.       — Возможность понять тебя. Я моргнула.       — Но зачем? Мы почти не знакомы. Его смех был тихим, низким, почти вибрацией. Ничего общего с резким хохотом демонов, что я слышала в школе.       — Люди месяцами общаются и всё равно остаются чужими. А иногда одного взгляда достаточно, чтобы почувствовать: этот человек меня заинтересует.       — Ты… заинтересован? — я не верила, что это спрашиваю. Он поднял руку и лёгким движением убрал прядь с моего лица медленно, так, чтобы я успела отреагировать, отодвинуться, шлёпнуть его по руке… но я не сделала ни одного из этих вариантов. Пальцы коснулись кожи тепло, шершаво, уверенно. По спине побежали мурашки, будто кожа вспомнила, что она живая.       — Очень. — произнёс он почти шёпотом. Сердце дало сбой на один удар. Он не смотрел на мои губы, как Мисаэль. Он смотрел в глаза, будто пытаясь понять, позволю ли я ему зайти дальше. Я сглотнула.       — Корвен… я не знаю, что ты хочешь этим добиться. Он откинулся на спинку стула, жест стал снова сдержанным, почти официальным. Но в глазах оставался огонь.       — Я ничего не добиваюсь. Я наблюдаю. Ты необычная. Для Непризнанной — слишком стойкая. Для ангела — слишком дерзкая. Для человека — слишком живая. Он провёл пальцами по краю бокала:       — Мне интересно, что из этого истинно твоё. Официант подошёл к нам, но Корвен даже не повернул головы:       — Позже. Парень исчез так же быстро, как появился. Воздух снова стал плотным.       — У меня вопрос к тебе, Агата. — голос стал тише, ниже. — Ответь честно.       — Какой? — я едва не прошептала.       — Почему, когда твой знакомый ангел так смотрел на тебя… — Он сделал паузу. — …ты отвернулась? Я замерла.       — Я… это… дело не в…       — Ложь. — он снова наклонился вперёд. — Ты испугалась. Но не его. Себя. Его взгляд был слишком прямым, слишком точным, будто он видел глубже, чем я думала возможно. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, оправдаться, пошутить, заглушить всё это… Но Корвен добавил:       — Ты боишься своего желания. Словно ответа и не требовалось, демон поднял два пальца, почти лениво, но с такой уверенностью, что официант появился мгновенно, будто его призвали заклинанием.       — Мы готовы. — произнёс демон спокойным, ровным голосом. Я поспешно открыла меню, чтобы скрыть собственную растерянность, но пальцы слегка дрожали. Корвен заметил это, но тактично сделал вид, что нет. Или… просто не хотел давить дальше.       — Для неё — то же, что и для меня. — он даже не посмотрел в карту блюд, будто знал, что выберет заранее. — Два бокала красного. Средней выдержки. Официант почтительно кивнул:       — Как пожелаете. Только когда тот отошёл, Корвен снова перевёл на меня взгляд. Уже мягче. Спокойнее. Почти… нормальный.       — Ты не обязана отвечать на мои вопросы, Агата. — сказал он, переплетая пальцы на столе. — Если я перешёл границу — скажи.       — Нет. Просто… — я вздохнула, пытаясь собрать мысли, которые он разметал одним предложением. — Ты слишком прямолинеен.       — Прямолинейность — не порок. — он наклонил голову чуть набок. — А попытка скрыть правду от самой себя… уже опаснее. Сердце снова гулко ударило. Как же он это делает? Но Корвен, похоже, решил сменить тон.       — Расслабься. — сказал он неожиданно мягко. — Я не собираюсь вытягивать из тебя признания. Сегодня не тот вечер.       — А какой? — спросила я непроизвольно. Угол его губ слегка дрогнул, превращая почти-улыбку в нечто опасно привлекательное.       — Вечер, когда я хочу узнать, кто ты такая вне заданий, тайн и чужих требований. — он поднял бокал, когда официант принёс напитки. — Вот и всё. Я взяла свой бокал. Чокнулась с ним. Корвен смотрел на меня не так, как Рой смотрит на Аврору. И даже не так, как Люцифер смотрит на всех, будто они не стоят его времени. Корвен смотрел будто… выбирает. И будто позволяет выбрать мне в ответ. Я сделала глоток. Тепло разлилось по груди. Он тоже отхлебнул, затем спокойно продолжил разговор уже другим тоном: уверенным, плавным, будто мы сидели здесь не по воле обстоятельств, а потому что так и должно быть.       — Расскажи мне, Агата… — его голос стал ниже. — Что бы ты выбрала, если бы никто не давил на твою спину? Ни учителя. Ни ангелы. Ни демоны. Только ты. Я поставила бокал на стол. Вот теперь ответ был действительно нужен.       — Я не хочу выбирать что-то одно. Я хочу всё и сразу. Корвен медленно поднял на меня взгляд. Лёгкая тень улыбки появилась на его губах, но не добрая, а скорее… довольная открытием. Он тихо рассмеялся, низко, грудным голосом:       — Тогда нам будет веселее, чем я думал.       — Большинство боится хотя бы одного выбора, — продолжил он, вращая бокал между пальцами. — Ангелы мечтают быть чистыми, демоны — свободными. А ты… — он наклонился чуть ближе, так, что его голос стал почти шёпотом, — хочешь всё. Значит, ты опаснее нас обоих. Я слегка опешила от того, как уверенно он это сказал.       — Неужели это плохо? — спросила я, пытаясь скрыть, что его слова попали глубже, чем должны были.       — Плохо? — он качнул головой. — Это чертовски интересно. Он откинулся в кресле, глотнул вина и добавил:       — Люди, которые хотят «всё», рано или поздно действительно это получают. Просто ценой, которую мало кто выдержит. Я сжала бокал на секунду крепче.       — Ты говоришь так, будто это точно случится.       — Я говорю так, будто уже видел подобные души. — его голос стал мягче. — Но твоя… другая. Она не принадлежит ни свету, ни тьме. И это пугает тех, кто привык к правилам. Я опустила взгляд. Слова звучали одновременно приятно и… тревожно. Корвен же продолжил:       — Агата, с тобой будут воевать обе стороны. Ангелы — за белую рубашку на твоей душе, демоны — за черную. А ты хочешь забрать и то, и другое… как трофеи. Он не спрашивал. Он констатировал.       — Ты готова к такой войне? Воздух между нами стал гуще. И впервые мне стало ясно: у этого демона не просто красивые глаза и строгий характер — у него острый ум. Он читает тоньше, чем другие. Я подняла взгляд.       — А если я скажу, что готова? Корвен медленно, почти лениво улыбнулся уголком губ:       — Тогда я хочу увидеть, что из этого выйдет. Он поднял бокал, будто за новый, опасный союз. Мы вышли из ресторана чуть раньше, чем разрешало время практики. Корвен шагал спокойно, будто прогулка по Земле это его привычная рутина, а не нарушение всех возможных правил. Я же чувствовала лёгкую путаницу в голове: то ли от вина, то ли от его слов, то ли от того, что он смотрел на меня иначе, чем кто-либо здесь. Водоворот подхватил нас, и через мгновение мы стояли на территории школы.