Рыжий бунтарь

             Свежий тëплый ветер гулял по дальнему селу, развевая раскидистые листья деревьев. Невысокие, уютные домишки вздымались над побитыми запылëнными дорогами, характерными для такой местности.             — Эй! Ты чë так быстро сухарики жрëшь?! Мне так ничего не достанется!       Возмутился мальчик с забавной причëской в виде ëжика и резко засунул руку в пачку сухарей, которую держал рыжий тучный парнишка. Из-за такого движения, несколько штучек упало прямо на пыльную тропинку.             — Крис, ну что ты делаешь блин?!             — Я вообще-то тоже на них скидывался, Радан!       Досадно воскликнул брюнет.             — Как крыса зажрал их и на полной скорости хуячишь!       Рыжик испуганно осмотрелся, нет ли рядом с ними людей, и шëпотом спросил друга.             — Ты чë материшься? Если кто-то из знакомых родителей это услышит, то батя мне точно с тобой общаться запретит! Он уже и так ругался, что я общаюсь с каким-то придурком с дебильными волосами…       Брюнет возмутился и погладил свои лакированные иглы из прядей.             — Ничего он не понимает! Это причëска настоящего, свободного панка! И мне вообще насрать на общественное мнение, я сам для себя правила придумываю.       Друзья стали забираться на крутой холм, к своему любимому месту, где они часто проводили время, придумывая разные игры и развлечения.             — Эх, а мне даже одну прядь покрасить не разрешат…             — Ну так, а нахрена разрешения спрашивать? Взял и покрасил! Они поворчат, а сделать-то ничего не смогут)             — Ага…       Радан тяжело вздохнул, ведь знал, что его родители крайне сильно отличаются от родителей юного панка, и за вольности мальчугану от отца снова прилетит, причëм ой как не хило. Крис не знал, что под своим тëмным комбинезоном рыжий прячет не менее тëмные синяки от побоев.       Он убрал уже пустую пачку сухарей в карман и решил резко поменять тему разговора.             — А давай кто быстрее до качелей? Кто проиграет, тот… Тот будет вонять как старуха Роза)       Крис усмехнулся и сморщился.             — Фууууу, уже представляю как мне придётся рядом с тобой в противогазе ходить! Догоняй!       Брюнет резко толкнул друга в плечо и убежал вверх по холму. Радан чуть не упал, растерявшись от такой наглости, но сразу рассмеялся, бросившись вслед за панком.

***

      Довольно быстро Крис примчался к крупному дереву и остановился у него, оперевшись рукой о толстый ствол дуба. Он тяжело дышал и сильно запыхался, но как только сзади замаячил рыжик, он выпрямился и победоносно повернулся к другу.             — Я же сказал, вонючкой будешь) Я вот даже не устал!       Брюнет посмеялся, скрывая на самом деле сильную одышку. Радан еле-еле заполз на вершину холма и, тяжело дыша, сел на привязанные к ветви дуба деревянные качели.             — Хууух… Когда-нибудь я обгоню тебя.             — Ага, когда мамкины пирожки по двадцать штук в день уминать не будешь)       Крис сел на узкие качели рядом с другом, усаживаясь поудобнее.             — Я не виноват, что моя мама так вкусно готовит!             — Ладно, я бы на твоëм месте только и делал, что ел еду тëти Ванессы, особенно пирожки с мясом и луком… Они у неë всегда такие сочные, мягкие получаются, объедался бы ими до потери сознания. О! А ещё шоколадный кекс…             — Я сейчас снова есть захочу!             — А вот хрен тебе)       Мальчики посмеялись и стали с высокого холма наблюдать за прекрасным, открывшимся видом на родное село. Именно с этого дальнего ракурса можно было уследить за всем посëлком сразу: за маленькими домиками, тракторами, рассекающими по гигантским полям с различными урожаями. Где-то среди этих растений паслись коровы и козы, чьë мычание и мекание отголосками доносилось до сельской шпаны. Школьники начали потихоньку раскачиваться.             — Крииис?       С хитрецой спросил Радан.             — А?             — Скажи фонтан)             — Чë? Ну фонтан?..       Неуверенно ответил брюнет, с озадаченностью глядя на друга.             — Твои трусы воооооон тааам!       Рыжик показал куда-то пальцем в небо и рассмеялся, радуясь своему остроумному подколу.             — Ха-ха, а может твои?)       Парнишки потихоньку раскачивались сильнее, с каждым разом всë выше и выше поднимаясь над землëй. Ветер начинал свистеть в ушах, а сердце стучало от подступающего адреналина. От большого веса, ветка, на которой были привязаны качели, начала поскрипывать.             — Крис, мы уже слишком сильно раскачались, может хватит?!       Громко спросил рыжик, но маленький панк был сосредоточен на своей цели — высокой ветви, на которой болталось несколько листочков. Брюнету очень сильно захотелось схватить эту блистающую на солнце дубовую зелень.             — Нет! Я хочу ту ветку ободрать! Вот дотянусь, тогда расслабимся!             — Хорошо!       Восьмилетки стали сильнее отталкиваться и махать ногами, крепко держась за потрëпанные, толстые верëвки качелей. Крис вытянул руку вперëд, желая получить то, что хотел.             — Ещë чуть-чуть!       Пальцы вот-вот касались желаемого, слегка чиркая подушечками по шероховатой поверхности.       Звонкий треск ветки.             — БЛЯЯЯ!             — АААААА!       Раздались крики детей. Они готовились к новому разгону, но у старого дуба были свои коварные планы. Ветвь действительно удалось сломать. Но не ту, которую так желал Крис, а ту, на которой была намотана одна из верëвок, удерживающая качели в равновесии. Первым слетел Радан, упав спиной на землю, которая смягчила падение, но всë равно выбила дурь из мальчика, а сверху, в качестве неприятной вишенки на торте, упал и брюнет. Хулиганы, пару минут оглушëнные, полежали на свежей траве, приходя в себя. Крис поднялся первым, кряхтя и осознавая, что они наделали.             — Радан! НАМ ПИЗДЕЦ!             — А?       Мальчик лишь поднял голову, так как ему досталось от падения явно больше. Перед глазами всë забавно расплывалось.             — МЫ СЕЛЬСКУЮ РЕЛИКВИЮ УНИЧТОЖИЛИ! НА ЭТИХ КАЧЕЛЯХ ЕЩЁ МОЙ ДЕД КАЧАЛСЯ, КОГДА МЕЛКИМ БЫЛ!       Рыжий с трудом поднялся с земли и осмотрел ущерб, который они причинили. Одна верëвка валялась на траве, а на еë конце был привязан отвалившийся кусок ветки. Теперь качели колыхались на одном канате, волочась доской по земле.             — Вот чëрт… Нам нужно это как-нибудь исправить!             — Ясен пень! Не так же оставлять. Нужно перевесить их на более крепкую ветку, пока никто не увидел!       Мальчишки стали ходить вокруг ствола дуба, чтобы найти подходящее новое место, куда можно закрепить трос, и довольно быстро справились с этим этапом. Теперь оставалось самое сложное — отвязать старую часть верëвки от оставшегося сука и всë перенести на новую ветвь.             — Чур ты лезешь первый.       Быстро сказал Крис, смотря наверх.             — Ээээ почему?!             — А кто воняет как старуха Роза, тот только так сможет искупить свой проигрыш)       Брюнет задорно поднял подбородок, упиваясь своей победой. Радан же тяжело и недовольно вздохнул, подходя ближе к толстому стволу, и плавно поднял взгляд до самой верхушки дерева.             — Дерьмо…       Себе под нос ругнулся рыжик, начиная нащупывать старые сучки, за которые можно зацепиться. Медленно, но верно, парнишка стал забираться выше, а Крис наблюдал за этим с неподдельным интересом. Радан увлëкся всем этим процессом, совсем не замечая, насколько высоко он сейчас находится. Мальчик зацепился за нужную ветку руками и смог на неë сесть.             — Я думал ты зассышь!       Крикнул брюнет снизу.             — Ага, щас! Это как два пальца о…       И тут рыжий наконец-то посмотрел вниз. От резкого страха пропало дыхание, зрачки сузились, а голова снова предательски закружилась. Мальчик спиной прижался к стволу так сильно как только мог, а руки чуть ли не ногтями впивались в кору.             — Ну чë сидишь? Развязывай узел там!       Радан нервно проглотил слюну и, зажмурив глаза, начал пальцами расплетать толстую верëвку на ощупь. Благо узел был близко к нему и не пришлось куда-то ещё лезть, потому что парень бы не смог этого сделать. Эта составляющая качелей благополучно приземлилась на траву. Крис отвязал отломанный кусок ветки от другой части каната и подошëл к стволу. Он аккуратно обвязал верëвку вокруг себя и полез, чтобы вручить еë другу.             — Радан! Тебе теперь на другую ветку нужно, ровно с другой стороны! Я там верëвку передам!             — Подожди!       Ох, как же рыжий не хотел палиться и признаваться другу, что он до чëртиков боится открыть глаза. Ведь потом же никак не избежать подшучиваний, и не дай свет об этом узнают в школе.             — Давай я сейчас поймаю!       Мальчик одной рукой крепко держался за ветку, а второй стал махать, ожидая когда торс попадëт в его ладонь. Панк залез повыше и попытался докинуть еë, но она не долетала из-за тяжести. Тогда Крис залез практически на уровень к товарищу и попробовал закинуть ещё раз, так как успел перехватить в прошлый, но из-за хаотичных движений руки и закрытых глаз, рыжий мальчуган естественно не поймал канат.             — Радан, лови нормально, мне теперь заново вниз надо!             — Ты там что-ли наугад поймать пытаешься?             — Н…нет!             — Ну а чë тогда?!             — Я…Я НЕ МОГУ ОТКРЫТЬ ГЛАЗА!       Честно крикнул рыжик, сжимаясь, предвкушая насмешки. Крис сначала затупил секунду, а потом залился смехом.             — Ну ты и ссыкун всë-таки! Хахаха!       Брюнет посмеялся чуть-чуть и решил продолжить подколы.             — Ты простого дуба испугался?)             — Тут же вообще не страш…       И теперь уже Крису было совершенно не до веселья. Когда он посмотрел насколько ему далеко до земли, реакция не отличилась от реакции рыжего напарника. Он вцепился в соседнюю ветку руками, опираясь на засохшие обломанные сучки и начал трястись от страха, зажмурив глаза.             — Крис? Ты вниз спускаешься?             — Нет!             — Ты что-ли сам повесить решил?             — Д…да?       Неуверенно соврал брюнет.             — Позови тогда потом кого-нибудь из взрослых, когда слезешь, я сам теперь не спущусь.       Последовало тихое молчание, которое разбавляло лишь щебетание птиц и шелест листьев.             — Крис, так позовëшь?       Маленький панк сжимал зубы, сдерживая слова, ведь ему в своëм страхе тоже было крайне тяжело признаться.             — Крис?             — ДА Я ТОЖЕ НЕ МОГУ ВНИЗ СЛЕЗТЬ!             — Чт… АХАХАХАХ       Смуглый мальчик залился смехом, ведь теперь была его очередь издеваться.             — ЧË ТЫ РЖËШЬ?! СЛЕЗАТЬ МЫ КАК БУДЕМ?!       Радан издал пару последних смешков и замолчал, задумавшись.             — А вот это хороший вопрос.

***

      Долгое время мальчики пытались перебороть себя и спуститься вниз, но страх практически не давал им возможности пошевелиться. Хулиганы стали ждать пока кто-нибудь решит прогуляться в этой местности и они смогут попросить помощи, чтобы их наконец-то спустили на долгожданную землю.       Прошëл час, затем два, четыре. Настал вечер, солнце красиво озаряло закатным переливом село и поля вдалеке. Увядающие лучи приятно грели кожу. Мальчишки же с каждым новым часом теряли надежду встретить кого-то из односельчан, ведь сюда мимоходом добраться сложно, а целенаправленно в будний вечер видимо никто не захотел прийти и покачаться.       Вскоре большая звезда полностью скрылась за горизонтом, облачив Империю в мрачные сумерки. В далëких зданиях начали зажигаться желтоватые огни, так как народ потихоньку возвращался после тяжелых алгоритмов к себе в родные избы.       Родители двух шалопаев спохватились, когда поняли, что детей нет дома в такой поздний час. Только их рюкзаки после школы небрежно валялись на порогах своих домов, обозначая, что мальчишки точно не задержались на занятиях.       Ещё около двух часов продлились поиски, и в конце концов два беспризорника были найдены. Измученных страхом, жаждой и голодом, их наконец-то спустили вниз, под взволнованные и недовольные возгласы родителей. Семьи разошлись по своим жилищам. Радан грустно помахал другу на прощание, осознавая, что дома его ждëт ругань и побои от отца. Интересно, сегодня ему прилетит кожаным ремнëм? Или как обычно кулаками? Главное, чтобы не проводом, как было в последний раз, заживает долго и шрамы остаются.

***

      Джон и Ванесса вежливо попрощались с родителями Криса и пропустили сына в дом первым. Отец громко захлопнул дверь позади семейства. Женщина тут же затрепетала около сына.             — Раданчик! Я так переживала!       Блондинка наклонилась и крепко обняла ребëнка. Малец уткнулся лицом в мамино плечо, вдыхая запах свежего хлеба и стирального порошка. От неë пахло по-родному, это должно было успокаивать, но рыжик не мог насладиться этим, ведь за спиной стоял Джон, сверлящий свирепым взглядом своего отпрыска, готовый исполнить наказание.             — Есть он сегодня не будет.       Медленно процедил отец низким басом. Ванесса резко поднялась, обеспокоенно глядя на мужа.             — Н...но как? Они же весь день просидели на дереве без еды и воды! Дорогой, ну хоть супа немного!       Взмолилась женщина.             — Я сказал НЕТ!       По деревянной стене громыхнул удар крепкого кулака. Мать с сыном вздрогнули и сжались.             — Милая, иди готовься ко сну, тебе завтра рано на алгоритм вставать… А мне нужно поговорить с Раданом.       Ванесса тут же поняла, что хочет сделать еë супруг и испуганно посмотрела на ребëнка. Она несколько раз пыталась защитить его от побоев, за что тоже получала. В последний раз, в тщетных попытках уберечь чадо, Джон разбил ей нос. Он долго извинялся перед женой, дарил цветы, ухаживал и лелеял, так как ей вреда причинять намеренно не собирался. После того случая женщина больше не лезла из-за страха снова быть побитой, да и помощь Радану оказать не удавалось. Вместо этого она выбрала другую тактику. Блондинка дрожащей рукой провела по рыжим волосам сына и послушно ушла на второй этаж, оставив жертву со зверем.             — Повернись ко мне лицом.       Мальчик напугано смотрел в пол и сразу выполнил приказ отца, дрожа от накатывающего страха.       Резкая хлëсткая боль в голове. Озлобленный мужчина нанëс первый удар. Радан упал на колени, схватившись ладошкой за ушибленное место, которое начинало краснеть. К горлу подкатил тяжëлый комок, а на глазах стали непроизвольно наворачиваться слëзы.             — БЕСТОЛОЧЬ!       Снова удар, но на этот раз жëстким сапогом в бок. Мальчик скрутился в калач, отворачивая лицо в пол, на который капнула первая слезинка.             — ОПЯТЬ С ЭТИМ ПРИДУРКОМ ШАТАЕШЬСЯ ЧËРТИ ГДЕ! ТАК ЕЩЁ И КАЧЕЛИ СЛОМАЛИ, ПОЗОРИЩЕ!       Школьник сильнее сжался, отворачиваясь от мужчины, и горько всхлипнул.             — ТЫ ХОТЬ БАШКОЙ СВОЕЙ ТУПОЙ ДУМАЕШЬ ИНОГДА?! ВСË СЕЛО СВОЕЙ ПРОПАЖЕЙ НА УШИ ПОДНЯЛИ!             — Н…но мы Н…не специально!       Теперь новая боль пришлась в плечо, и малец упал на бок, смотря на ноги родителя, так как на лицо деспота смотреть было очень страшно.             — ЗАТКНИСЬ! Я КАК ТЕПЕРЬ ДОЛЖЕН В ГЛАЗА СМОТРЕТЬ ЛЮДЯМ, А? СЫН ПОЗОРИТ НАШУ СЕМЬЮ НА ВЕСЬ ПОСËЛОК!       Джон подошëл ближе и грубо схватил ребëнка за ворот одежды, как свирепый волк вгрызся в шею не успевшего спрятаться ягнëнка. Он поднял его чуть вверх и одним взмахом кинул на нижние ступеньки деревянной лестницы, ведущей на второй этаж. Радан рëбрами упал прямо на выступающие части и издал глухой стон. Слëзы только больше текли по лицу, но нужно было терпеть, ведь за лишние слова прилетало в два раза больше, чем обычно. Мальчик сжимал зубы от обиды и несправедливости, ведь это не он попросил ветку сломаться и не специально сидел до ночи на дереве.             — ПОШËЛ ВОН! Ты под домашним арестом на две недели!       Рыжий медленно поднялся, всхлипывая, и на четвереньках полез вверх. Мальчишка поковылял в свою комнату, где наконец-то мог спокойно скрыться от глаз отца и проплакаться в темноте и одиночестве. Радан лëг на кровать, утыкаясь лицом в подушку и тихо хныкал, сетуя на судьбу, пока не начал засыпать.

***

      Но как только сон практически его одолел, тихо скрипнули старые дверные петли, и в комнату закрался лучик света из коридора, а затем появилось лицо мамы.             — Сына…ты спишь?       Ванесса зашла внутрь, держа лампу в одной руке, а в другой тарелку с шоколадным печеньем. Мальчик поднял голову и посмотрел на родительницу заплаканными красными глазами.             — Ох…милый…       Блондинка осторожно прикрыла за собой дверь и поставила блюдо на деревянную тумбочку рядом с кроватью сына.             — Я тебе печенье принесла… Давай, снимай комбинезон, ложись и покушай.       Рыжик медленно снял имперскую одежду и остался только в майке и трусах. Он залез под толстое одеяло и стал смотреть на Ванессу.             — Мам… Я же не специально на дерево полез… Я качели починить хотел… Папа меня даже слушать не стал…       Женщина села рядом.             — Он у нас такой… Папа просто переживает за тебя, боится, что ты со своим другом попадëшь в беду… Он тебя очень сильно любит…       Радан тяжело вздохнул, отворачивая лицо от матери. Ванесса сначала в замешательстве подняла бровь, а затем улыбнулась и решила использовать секретный материнский приëм. К щеке мальчика прикоснулось что-то нежное и плюшевое. Тот сразу обрадовался, осознав кто это.             — Мисс Жирафаэль!       Женщина держала в свободной руке любимую мягкую игрушку мальчика в виде жирафа. Тот сразу крепко обнял еë и заулыбался.             — Она пришла сказать тебе чтобы ты хорошенько покушал и крепко крепко засыпал) Но только это наш с тобой секрет, папе ничего не рассказывай на счëт печенья, хорошо, милый?       Мальчик закивал. Ванесса улыбнулась и уже хотела встать, чтобы уйти, но Радан остановил еë.             — Мама, не уходи, пожалуйста… Посиди со мной ещё…       Женщина чуть подумала и решила лечь рядом с ребëнком. Она приобняла сына и стала гладить его медные пряди. Малец прикрыл глаза, обнимая игрушку и уткнулся головой в бок маме, постепенно успокаиваясь и вдыхая родной, уютный запах выпечки, которой казалось пропахла вся одежда Ванессы.             — Ты бедненький, замëрз совсем на том дереве…согревайся, согревайся…             — Угу…       Мама начала напевать какую-то тихую мелодию, которая довольно быстро изгнала из головы рыжика все плохие мысли, и он провалился в сладкий тëплый сон.

***

      Радан ещё долго жил в селе. Ходил в школу, играл с лучшим другом Крисом, думал о получении своего алгоритма, и продолжал терпеть побои от отца.       Всë изменила кража.       Крис на протяжении семи лет оставался таким же панком, но его поведение с каждым годом становилось всë криминальнее и криминальнее. Он воровал всякие мелкие вещи из магазинов, прогуливал занятия, в школе вëл себя развязанно и грубо. Его держали на учёте, что совершенно мальца не напрягало, ведь на его жизни это никак не сказывалось. И это чувство вседозволенности привело к неожиданному летальному исходу.       Совокупность всех его поступков, в особенности кражи денег из кассы одного местного магазина, стала последней каплей. Криса была решено приговорить к процедуре стирания, а Радана к принудительному лечению в лечебнице за соучастие. Рыжик тогда стоял на шухере. Его вместе с другом засекли по одной незамеченной камере и отправили в полицейский участок, где с ними недолго провозились, и приговоры были приведены в исполнение в тот же день. Это был последний раз, когда Радан видел своего лучшего друга.

***

      Через некоторое продолжительное время он вернулся из лечебницы в родной дом, где его ждали предки. Семьи Криса в селе не было, своë жильë они быстро продали после случившегося.       Радан, измученный всем произошедшим, ожидал хотя бы капли сочувствия от родителей. Но Джон и Ванесса были согласны с приговором, вынесенным опасному панку, портящего репутацию их сына, что до жути потрясло парня. Ладно отец! Ему Крис никогда не нравился, но мама…       Между Джоном и подростком разразился сумасшедший скандал, и снова всë закончилось побоями в сторону последнего. Предатели…       В ту же ночь, дождавшись когда предки уснут, Радан собрал самые необходимые для себя вещи, решив исчезнуть из жизни родителей, словно его никогда и не было. Может так они почувствуют, что испытывает он после стирания Криса. Собрав пожитки, он закрылся в ванной, достал батину бритву и решил поступить как все нормальные люди, начинающие жизнь с чистого листа — сменить причëску. На удивление парень быстро справился, и теперь медные волосы небрежно образовали ирокез, ставший символом нового начала свободной панковской жизни.       Тихо открыв входную дверь, Радан окинул родное жилище взглядом в последний раз и навсегда распрощался с прошлым, убежав в ночной, холодный мрак.

***

      И вот от былого сельского мальчишки ничего не осталось. Он сильно подрос, похудел, после чего подкачался, а на голове теперь красовался более хорошо выстриженный ирокез.       Одинокая и опасная жизнь в большом городе Альт-Сити сделала своë дело. За шесть лет Радан адаптировался к алгоритму строителя, обзавëлся необычными знакомствами, а благодаря этому и жильëм. К тому же периодически он уходил на ночные подработки к своему влиятельному приятелю. Сегодня был как раз такой подработочный день, а точнее ночь.

***

            — Винс? Эти ящики туда же ставить?             — А чë там?       Парень, находящийся в подъезде высокоэтажки, перетаскивал тяжëлые ящики со всякими интересными и возможно не очень легальными безделушками в квартиру своего друга Кавински.       Он поставил контейнер на несколько других, уже принесëнных, и заглянул внутрь, открыв простую защëлку.             — Тут травматы бесствольные.       Радан достал один небольшой пистолет и стал крутить в руке.             — Поставь туда же, куда и остальные с пистолетами, но только не вниз.       Рыжий положил оружие обратно, закрыл крышку, затем отнëс ящик в угол добротной двухэтажной студии.       Кавински сидел на кожаном диване, насупившись, и с явно недовольным лицом глядел в свой коммуникатор.             — Твою мать… Да сколько уже можно…       Прорычал хозяин квартиры. Панк поставил коробку туда, куда было сказано, и пошëл за следующей, решив поинтересоваться, что так озаботило друга.             — Чë такое?             — Да опять шестëрок тех видели на районе ночью.       Радан возмутился.             — Снова эти додики? Они после той перестрелки так и не поняли, что здесь им не рады?!             — Видимо нет… Но они явно боятся, если заявляются только ночью. Хотя может это самодеятельность пешек.       Винс сделал паузу, отложив свой гаджет на стеклянный журнальный столик, после чего тяжко выдохнул, снимая полотенце, которым была накрыта его голова. Выражение лица Радана сразу поменялось с раздражения на замешательство, когда он взглянул на обновлëнный цвет волос друга.             — Огоооо, ты же вроде только недавно в чëрный красился.       Кавински встряхнул полотенцем свою новую ярко-красную шевелюру и откинулся на спинку дивана, зачëсывая волосы назад.             — Надоел. Да и красный мне под цвет глаз подходит. Правда из чëрного еле высветлил волосы, пришлось два раза сначала осветлять, а потом только уже красить.       Радан в это время на заднем плане всë перетаскивал ящики из подъезда в квартиру, параллельно болтая с другом. Казалось, Винс только отвлëкся от мыслей о вражеской банде, которая нагло лезла на его территорию, как назрела новая неприятность.             — Блять…       Прочëсывая ладонью мокрые волосы, вслед за пальцами потянулось несколько прядей покрашенных волос, которые остались в смуглой ладони, не выдержав тяжких химикатов осветлителя.             — Да что ж за день сегодня такой?!       Винс нервно стряхнул руку и потянулся к выдвижному ящику, под стеклянным столиком. Оттуда перед собой он положил новый чистый шприц, ещё в упаковке, чайную ложку и оранжевую зажигалку. Главным же героем данного процесса стал белый порошок в маленьком пакетике.       Радан проходил мимо и обеспокоенно поглядывал на друга. Уж ему совершенно не нравилось пристрастие Кавински к тяжëлым наркотикам, ведь это влияло пагубно на всë его близкое окружение и естественно на него самого. Он и так исхудал в последнее время из-за стресса, а дурь красоты и силы точно не добавляет. Вот только, когда рыжий как-то поднимал эту тему и предостерегал друга, тот начинал мгновенно раздражаться и ругаться, чтобы Радан не лез к нему. Но промолчать панк не мог, ведь смотреть как единственный близкий человек в этом большом городе сам себя медленно убивает, казалось ему чертовски не правильным.       В это время же красноволосый мужчина уже заправлял шприц, растопленной жижей. Он полностью приготовил всë нужное для опасной, но чертовски расслабляющей инъекции, а чтобы на этот жестокий мир было глядеть ещё веселее надел любимые очки с оранжевыми стëклами.             — Винс… Ты слишком зачастил с этим дерьмом, оно тебе явно на пользу не идëт.       Высказклся рыжий, ожидая ответа в гробовой тишине. Хоть виду он и не подавал, но душа от гнетущей атмосферы уходила в пятки. Кавински медленно повернул лицо в сторону друга и посмотрел прямо тому в дымчатые глаза.             — Радан…       Послышался звонкий стук пластикового шприца о стеклянный столик.             — Не надо меня учить, без тебя разберусь…       Прорычал Винс и снова повернулся спиной.             — Да ты посмотри на себя! Чуть что сразу колоться начинаешь, а потом несколько дней восстанавливаешься! И всë ради нескольких минут кайфа?!       Вспыхнул Радан, быстро подойдя к товарищу. Теперь он стоял прямо перед ним и злобно ожидал ответа оппонента.             — Как же ты заебал…       Мужчина снова отложил шприц, который он никак не мог использовать и стал сверлить его раздражëнным взглядом, стараясь изо всех сил не пристрелить наглого дружка, хотя очень ОЧЕНЬ глубоко в душе понимал, что Радан абсолютно прав. И это раздражало ещё больше.             — Винс, эта хрень тебя убьëт!             — РЫЖИЙ!       Винс подскочил со своего места и одним широким, яростным шагом оказался перед панком, от чего тот даже опешил и отстранился. Не хватало ещё по морде получить.             — Мне вот эта твоя ссаная забота нахер не сдалась       Винс сверлил дружка таким озлобленным взглядом рубиновых глаз, что панк не мог на него уверенно отвечать.             — Да ты так скоро сдохнешь!             — РАДАН!       Друзья несколько секунд стояли в напряжëнной тишине.             — На сегодня ты свободен, я дальше сам всë перенесу.       Хозяин квартиры развернулся и сел обратно на диван, склонившись над шприцом. Рыжика так и распирало от желания наорать и поругаться из-за чего он не мог найти себе места.             — Я сказал свободен.       Рыкнул Винс, не глядя на друга. Панк сжал кулаки и злобно шикнул, быстрым тыжëлым шагом покидая апартаменты.             — Ну и пожалуйста!       Он схватил кромку двери и очень громко хлопнул на прощание.

***

      Выйдя на улицу, Радан нервно шарахнул кулаком по бетонной стене у подъезда и решил пешком отправиться к себе домой, чтобы прохладный ночной ветер остудил его пыл.                   — «И как он блять сам не понимает, что помрëт от этого… И ведь не отговорить уже, он окончательно сторчался…»       Жилище панка находилось довольно далеко от района, в котором жил его друг, и по совместительству босс, Кавински. Обычно он брал у него тачку, чтобы быстрее и с комфортом доезжать до заброшенной водосборной станции, в которой хорошенько обустроился, но после разговора с Винсом гордость просто не позволяла пользоваться такими подачками.       Хоть на улице и было уже темно, комендантский час ещё не настал. Рыжий решил сократить путь через пустые захолустные переулки, между высоких домов, потому что только так он успеет дойти до своих запустелых апартаментов как раз перед наступлением этого часа. Не хотелось лишний раз болтать с полицейскими и объясняться, почему он так поздно прогуливается по Альт-Сити.       Парень только захотел повернуть в следующий переулок, но услышал там какую-то возню. Это вывело его из своих мыслей, вернув в реальность, и Радан остановился, заглядывая за угол дома. Какой-то незнакомый парень в потрëпанном имперском комбинезоне перетаскивал небольшие ящики, но они были заполнены явно чем-то тяжëлым. Когда незнакомец отошëл дальше, Радан юркнул за крупный мусорный контейнер и теперь мог оглядеть нормально весь этот грязный тëмный закоулок. Свет от единственного фонарного столба тускло и зловеще падал на местность, но благодаря этому удалось заметить неподалёку ещё одного человека, сидящего как раз таки на нескольких деревянных ящиках и перебирающего металлические пули в них.             — Чет, ты уверен, что прихвостни Кавински не заметят, что мы здесь снова появились?             — Да успокойся ты уже! Чë им в такое время делать в какой-то ссаной подворотне? Мы почти всë донесли, осталось это прикрыть чем-то неприметным, и завтра ночью продолжим.       А вот видимо те самые шестëрки о которых говорил Винс. Раз тогда в перестрелке они ничего не поняли, значит им требуется повторение материала, посредством вбивания его в голову. Буквально.                   — «Главное, чтобы у них не оказалось пушек…»       Рыжий вылез из своего укрытия и встал посреди переулка.             — Какого хуя вы тут забыли?! Вам тогда мало было?!       Парни из вражеской банды резко повернулись в сторону голоса и взволнованно переглянулись между собой.             — Блять, я же тебе сказал!             — Тихо ты! Смотри, он вроде один только. Ща вырубим его и свалим, нас-то двое.       Перешепнулись парни. Но Радану хватило нескольких секунд, пока они отвлеклись, чтобы добежать до дуэта, из-за чего оба растерялись, не успев никак среагировать. Сильный удар в челюсть снëс того парня, которого панк заприметил первым. Бедняга отлетел на несколько метров вперëд, а вместе с ним отлетели и несколько его коренных зубов. Не потерять сознание в такой ситуации было нереальным квестом, ведь кроме сломанной челюсти добавился удар лбом о грязный жëсткий асфальт.       Радан поправил свой комбинезон, подтягивая его обратно на плечи. Хоть он так его носить не любил, для махача будет удобнее, если одежда не будет сковывать движения.             — А вот теперь один на один, как нормальные люди)       Оскалился рыжий, глядя на сидящего в метре от него парня по имени Чет. Но этот подельник оказался не промах и воспользовался тем, что враг стоит рядом с ним, тем более у него было преимущество, так как он находился на ящиках и мог ловко прописать мощный удар с ноги.       Теперь Радану настало время огребать. Рыжий успел шагнуть назад, когда осознал, что собирается сделать Чет, и мыс белого пыльного кроссовка чуть не прилетел ему прямо в висок. Но бесследно атака тоже не прошла, и всë таки парнишка чиркнул по носу, оставив неприятную тупую боль на лице панка. Но это было слабо, чтобы вывести из игры Радана, который вошëл в сильнейший кураж от сражения, тем более ему безумно хотелось выплеснуть ту злобу, которая накопилась за этот тяжкий день.       Парень встряхнул головой, приходя в себя и сделал несколько шагов назад, вставая в боевую стойку. Оппонент спрыгнул с ящиков в его сторону, быстро сокращая дистанцию. Чет начал наносить много быстрых ударов, от чего панку пришлось уходить в защиту и ставить блоки. Противник почувствовал своë превосходство в бою, продолжая зажимать врага. Радан решил сделать опрометчивый тумак ногой, чтобы как-то выйти из ситуации, но парень это заметил и вовремя отскочил назад, и, по инерции от замаха, панка занесло и тот подставился спиной к новым ударам. Противник довольно усмехнулся и уже было хотел нанести очень хорошую оплеуху прямиком в затылок, но почувствовал резкую боль в животе.                   — «Повëлся)))»       Пронеслось в голове Радана. Он исполнил очень хитрый приëм и резко вытянул ногу назад, заставив обидчика свалиться с ног на землю.       Парнишка упал на замусоренный бетон, скручиваясь от боли в животе. Рыжий подошëл ближе к нему.             — А теперь пиздуйте отсюда, пока я вас не убил нах…       Как оказалось не только он умел здесь хитрить.       Чет моментально подскочил и ловко сделал подножку, от чего панк рухнул на землю. Затем снова перед глазами мелькнул белый кроссовок, но на этот раз ровно в яблочко. Острая боль моментально проявилась, и Радан завалился на бок. Во рту появился металлический кисловатый вкус крови, а нос больше не мог нормально функционировать, захлëбываясь кровью.       Соперник напрыгнул сверху, придавил своим весом бедолагу к земле, и снова начал серию атак кулаками, от которых полностью защититься было невозможно. Единственное, что оставалось это стерпеть боль в лице и действовать ещё агрессивнее.       Радан полностью сосредоточился на драке и ловко вывернул противника под себя, в процессе оглушив его ногой по уху. Тот ослабил хватку и теперь уже рыжий находился в выгодном положении, а у Чета не было шансов выбраться из захвата целым. Панк теперь сидел на спине наглеца и грубо схватил того за короткие волосы, потянув голову вверх на себя.             — Сколько нам ещё нужно вас отпиздить, чтобы вы запомнили, что на район Винса вам вход закрыт, а?       После своих слов рыжий сильно ударил соперника лицом о шершавый асфальт. Тот глухо простонал и его голову снова потянули назад.             — Вот твой дружок молодец, отрубился и валяется с выбитыми зубами. Также хочешь? А я тебе это устрою)       Повторный удар об асфальт. Из носа Чета потекла кровь, а лоб был рассечён. Пряди снова начали тянуть назад, но послышались быстрые приближающиеся шаги позади, и тут же очень громкий звон разбитого стекла. Множество тëмно-зелëных острых осколков полетело на землю, осыпая пыльную дорогу вокруг двух дебоширов. У Радана в затылке проснулась такая резкая и дикая боль, какая вообще не сравнится с болью расквашенного носа. Оглушающий звон вывел из строя слух парня. В ушах с каждой секундой всë сильнее разрастался шум, а перед глазами уменьшалась чëткость и яркость. Горячая кровь струйкой стекала с затылка за шиворот комбинезона, обжигая шею. В глазах полностью потемнело, настала пугающая пустота. Тело панка обмякло и завалилось на бок. Чет быстро поднялся с земли, когда появилась возможность выползти из-под захвата, и оглянулся в поиске причины этого чуда.             — А ты не мог быстрее прийти?!       Позади лежащего Радана, стоял невысокий паренëк, тоже относящийся к вражеской банде. В левой руке у него красовалась розочка от зелëной пивной бутылки, которую он разбил о голову рыжего, дабы помочь напарнику.             — Блять, давай не сейчас! Берëм нашего и валим к чëрту отсюда. Если узнают, что это мы убили человека Кавински, нам пиздюлей отовсюду прилетит!       Чет не стал спорить и просто кивнул. Они с третьим напарником подчистили по быстрому свои следы, закинули на спину теперь уже беззубого товарища и убежали прочь с места преступления.

***

      Неизвестно сколько побитый парень валялся в переулке, но кажется тут ему уже ничего не поможет и темнота подарит ему покой. Вечный покой.             — Ох… Свет…       На секунду сквозь звон услышал Радан женский голос и снова провалился в слепой и опустошающий омут.