。

Осаму лежал на кровати с одеялом из звёзд и грелся светом золотых гирлянд. фонарика не было. А гирлянды лежали спутанные, кучей на полу и напоминали огонь из фильмов о лагерях. Он раньше любил их пересматривать. Рядом с гирляндой пробежал большой таракан. Вскоре он и вовсе исчез под диван. Тёмные шторы с нарисованной луной по середине были плотно завешены. Не впускали солнце. Часы слишком громко тикали. Тик-так. Осаму гнил на этой кроватью с звёздами. Тик-так. Ему казалось что вся живность находящиеся в этой комнате, медленно ползла к нему. Предвкушали новый завтрак. Тик-так. Его книги стали влажными. Страницы пожелтели. Он уверен что у половины из них текст стёрт. Тик-так. Ветер на улице неприятно жужжал под ухом. Тик-так. Он умирал, но чувствовал себя самым живым на земле. Потому что Осаму был всем. Он был всем и везде. Он — таракан на полу. Он — одеяло с звёздами. Он —сами звёзды и луна. Он — золотая гирлянда. Он — ветер на улице. Он — его пустые книги. Он — засохшая сирень в вазе. Он — само солнце. Он — паутина в углу. И он — сам паук делающий эту паутину. Так что Осаму не сильно волновался. Если он умрёт как человек, то продолжит жить как нечто другое. Тик-так. Больше не было страшно. Ведь он— все и нечего одновременно.