Часть 38. Апрельская охота.

Как только весна позволила, Лана начала ездить на байке. В первый выходной она чувствовала себя за рулем не очень уверенно. Тем не менее, была предварительная договоренность с женским мотоклубом. Лане пришлось собрать волю и доехать до штаб квартиры Danger Dames. Те еще не открыли сезон, кроме президента присутствовали всего две девушки. Они пили чай, обсуждая предстоящий сезон. Основой деятельности клуба была реклама и съемки, в форме инстаблога, фотосессий и участия в разных мероприятиях. Лана вполне подходила, как по внешности, так и по целям. Она прекрасно понимала проблемы девушек и сразу заявила, что сделает взнос, привлечет фотографа и не ожидает от клуба каких-то денег. Им нужна была известность и привлекательный вид. Как и Лане. Второй целью поездок на байке была охота. В Южной Корее много хороших мест для тренировки навыков полевой орнитологии. Начиная от прилегающего к Сеулу парка Пукхансан, до других, глубоко в горах или на море. Лана нацеливалась на поиск эндемиков, а не на перелетных птиц или тропических птиц острова Чеджу. Довольно простая работа – найти, наблюдать, определить и сделать краткую запись. Лана хотела найти редкий для данной местности или малоизученный подвид. Смена климата и улучшение экологии делали эту задачу и выполнимой, и важной. Байк позволял быстро добираться до любого места, но сама работа делалась пешком. Выходные Лана провела в парке Пукхансан. Гранитные скалы и холодный ветер, хотя в Сеуле было 20 градусов, здесь заметно прохладнее. Главное, как уже поняла Лана, это отсутствие тумана и дождя. Олег был прав, парк был хорошим местом для практики. Удобные дорожки и привыкшие к людям птицы. Лана за день сделала два десятка кадров разных видов, используя зеркалку, бинокль и приложение для определения птиц. Начало было положено. Конечно же, как прилежная студентка, вернувшись в кампус, Лана выложила фото в сети с пояснениями и комментариями. Лана заслуженно считала себя хорошо тренированной. Однако это был совсем другой вид нагрузки, и она порядком устала. «Надо тренироваться больше». С этой мыслью юная орнитолог отправила Олегу письмо и уснула, не прибегая к дыхательной технике. Неделя пролетела как волна. Прогулка в горах явно помогла «очистить мозги» и Лана хорошо продвинулась в написании работ, самоподготовке и в тонкостях корейского языка. Скоро приедет Олег, и у них снова будет два дня и одна ночь. В планах вроде бы был Лотте Уорлд и вылазка в горы. Для парка развлечений было бы неплохо взять еще парочку, но кого пригласить – Лана не знала и немного ругала себя за замкнутость. Оставалось спросить совета у старших. – Да, ты заучилась, видимо, – Су Ен иронично рассмеялась. – 14.апреля – черный день. Это праздник одиночек и время «свиданий вслепую». Как ты могла забыть такое? – Онни, что мне делать? – Лана была в растерянности. – Ахах. Подарить всем нам чанджамен. – Суен продолжала смеяться. – У вас впереди «золотая неделя» и день цветов. Лана сдалась и пошла звонить Олегу. – Не думал, что ты запутаешься, Лана – Олег так же веселился, – на самом деле не волнуйся. Здесь в Японии действительно будет длинная «Золотая неделя» из праздников. У тебя в Корее, однако, не так много выходных. Если хочешь, приезжай ко мне в Токио на пару дней, или проведем всю неделю в Корее. – Олеж, я не люблю городские толпы, ты же знаешь. – Лана приняла решение. – В Японии мы только потратим время и деньги. Приезжай. Будем спарринговать и ходить в горы. – Отлично. Моя Лана, я не сомневался. Подари всем эту черную лапшу. Этот разговор дал Лане чувство, что ее любимый теперь в порядке и адаптировался. Он снова был тем уверенным и доброжелательным Олегом, которого она знала. Без страха и упрека, без сомнений и сожалений. Вечером в письме она так же придерживалась делового и оптимистичного настроения. Она планировала «большую охоту». Сокчо, Сеорак, Ансан, Daesuengnyeong – Лана скачала карты, советы и инструкции, покупала и подгоняла снаряжение и обувь. В принципе, это все были безопасные места и маршруты, но все-таки горы и она все-таки шла одна. С ночевкой. Дорога до парка занимала больше 2 часов. Лана заранее забронировала хостел и в пятницу юркий и быстрый Kawasaki вырвался из Сеула и полетел в Сокчо. На самом деле, практического смысла использовать байк не было, на машине или на автобусе вышло бы куда проще. Прогноз погоды был хороший, настроение было боевым, и Лана поехала на байке. Солнце клонилось к горизонту, за спиной и слева. Закат создавал настроение. Байк уверенно брал подъемы и повороты, дорога была отличной. Настроение было игривым, веселым, Лана ехала, распевая сама для себя песни, за два часа хорошо размяла связки и решила что это неплохо. Движение отличалось от России, фур было гораздо меньше, может из-за времени, преобладали легковушки, грузовички, иногда автобусы. В хорошую погоду езда на байке была наслаждением, все 2 часа. В Сокчо Лана приехала уже затемно, навигатор на руле подсказал путь до мотеля. Лана разгрузила и почистила байк, вымылась и поужинала в маленьком ресторанчике корейской кухни, пробуя местное мясо и морепродукты. Местное население привыкло к туристам, проблем не было. Девушка уснула, как обычно, написав Олегу письмо. Рано утром Лана оделась уже в «походную» одежду, до парка Сораксан оставалось минут 15 неторопливой езды. Оставила байк на парковке и обратилась в офис. Поскольку Лана заранее сообщила, что идет как орнитолог любитель, ее ждали, отношение было немного особым. Женщина рейнджер особо дотошно объяснила правила безопасности, уточнила планируемый маршрут, сообщила детали относительно закрытых троп, баз рейнджеров. Одним словом, была строгой и заботливой аджумой. Лана, со своей стороны, успокоила ее, показав бинокль, штатив и телеобъектив. У Ланы не было ни желания, ни возможности, ни снаряжения для бесконтрольного лазания по горным лесам, тем более в одиночку. Убедившись в адекватности Ланы, аджума подобрела и дала добро, выдав легкую улыбку и похвалу юному орнитологу. Студенческая исследовательская станция находилась с другой стороны парка, в долине Бакдам, но у Ланы был другой план, использовать в качестве базового лагеря один из приютов у подножия горной части парка, Янгпок. Этот приют находился в ущелье у водопада, что давало много преимуществ, и было хорошим местом для орнитолога. Лана не торопясь поднялась до приюта Янгпок, около 7 километров за несколько часов. Используя штатив, она делала кадры на 500 метров и больше. Для этого, правда, пришлось взять самый тяжелый 200-700 мм объектив и таскать на себе фотоаппарат весом как настоящее ружье. Солнечная погода и хороший бинокль здорово помогали. За 4 часа и 7 км Лана «опознала» около дюжины разных пичуг. Наконец добравшись до лагеря Лана смогла снять рюкзак, поесть и передохнуть. Лагерь Янгпок, самый первый и «любительский», был полон народу, который приходил и уходил. Лана уже знала, что может спокойно оставить вещи и пойти на съемку. Стены ущелья были удобным и хорошим местом для съемки, река и водопад привлекали множество птиц, а отвесные скалы видимо были безопасны. Во второй половине дня Лану ждало разочарование. Видовой состав был быстро исчерпан. Найти что-то новое не представлялось возможным. Местные пернатые, похоже, коллективно держались за территорию. Сделав на обратном пути еще несколько кадров, Лана вернулась на парковку и уехала в мотель. Столкнувшись с проблемой, Лана решила на следующий день выйти затемно и охотится на рассвете на хищных птиц, парк работал с 4 утра. Так и получилось. Базовым лагерем второго дня стал приют Сочен. Утром хищники, беркутообразные и ястребиные, летают низко, Лана сделала десяток кадров, но все одного вида. Приют Сочен расположен между несколькими большими пиками, подниматься высоко в горы смыла не было, Лана ходила от одного маршрута к другому, отдавая предпочтение местам с высокими деревьями и труднодоступными скалами. За три часа был обнаружен только еще один вид хищника. Какого, Лана затруднялась сказать. Она бы определила птицу по цвету оперения, но не в полете на фоне неба, это намного сложнее. Наконец, Лана решила закачивать и отправилась в обратный путь. Предстоял долгий день. Выписавшись из мотеля в обед, уже в мотоциклетной одежде, Лана перекусила в небольшом корейском ресторане под заинтересованные взгляды публики и умчалась в Сеул. Тело, особенно спина и плечи, устали от непривычной нагрузки, но вибрация байка волшебным образом придавала сил. Лана поняла, что полюбила это. Байк летел по шоссе, вовсе не быстро, в общем потоке, но это все равно ощущалось как драйв, как процесс, приносящий удовольствие. Остаток дня прошел на квартире Сона, в бытовых хлопотах, в «разборе добычи», в играх с близняшками. Лана не забыла, что должна научиться корейским песням. К-поп в караоке? Лана больше доверяла вкусу близнецов. «Три медведя» – отличная песня. Хотя папа Сон вовсе не толстый. Ночью ей приснились горы. Это были, знакомые ей пики и ущелья, только с необычного ракурса и лишенные следов человека. Она парила над ними навстречу рассвету, солнце поднималось из моря сверкающим огненным столбом. Три солнца. Сильнейшее солнечное гало сверкало на половину небосвода. Эта прекрасная картина порождала у Ланы странное чувство, смешанное из восторга и тревоги. Что-то звало ее, шептало «найди меня». Вечером, после занятий и тренировки, Лана изучала на планшете карту парка Сораксан, пытаясь найти то место из своего сна. Где-то к востоку от лагеря Сочен.