Часть 1

      В последнее время Абараю Ренджи не давали покоя определённые мысли. Преследовали они его ещё с тех пор, как он увидел своего капитана на больничной койке после предательства Айзена и других. Точнее, чуть раньше, когда увидел его тяжелораненым. Но потом всё так закрутилось, что додумать и разобраться в них возможности не было: штурм Уэко Мундо, бесконечная беготня, сражения, разрушение Каракуры, снова сражения, – в общем, не до того было.       Но теперь в тишине и спокойствии они снова приходили на ум лейтенанту шестого отряда.       Только впервые встретив Кучики Бьякую, он ощутил оторопь и смятение, и, наверное, страх перед этой невероятной реяцу, столь сильной, сокрушающей и благородной. Желание превзойти переросло в восхищение. Восхищение – в неподдельный восторг от одной только мысли, что добился, что смог стать его лейтенантом, что может быть всегда рядом: идти на полшага позади, прикрывать спину в бою! А дальше…       А дальше с пугающей ясностью пришло осознание, что Абарай Ренджи влюбился в своего капитана. Хотелось быть не просто рядом, но ещё ближе; не только защищать, но и прикасаться; не только прикасаться, но и… Дальше воображение подсовывало лейтенанту совсем уж неприличные картинки, от которых его лицо сравнивалось по цвету с его волосами так, что капитан даже пару раз предположил, что у Ренджи жар и отправил его в казармы четвёртого отряда.       Правильно, в общем-то, сделал: от одного только вида строгого лица Уноханы-тайчо, Абарай бледнел, томление в груди проходило, а все бесстыдные мысли из головы вылетали, – словом, лейтенант исцелялся мгновенно к вящей радости капитана десятого отряда.       Отдельно стоял вопрос о самом этом капитане – у Ренджи нашлось время поразмыслить и об этом. И здесь у Абарая было только два предположения: либо капитан намеренно издевается над ним, либо упорно не отдаёт себе отчёта в том, каким он тоном произносит имя своего лейтенанта!       Начать надо с того, что именно имя! По имени он обращается только к Рукии, но она его сестра, и к нему, лейтенанту. Никого больше из Готей-13 он не позволяет себе называть так неформально.       Далее – тон: эти мягкие, бархатистые интонации можно услышать только, когда Бьякуя обращается к Рукии (но она его сестра!) и к нему (простому, мать его, лейтенанту!!)       Абарай Ренджи, замечтавшись, некоторое время перебирал в памяти все те моменты, когда собственное имя, сорвавшееся с губ Кучики-тайчо, мгновенно заставляло вспыхнуть не только лицо и сердце лейтенанта, но и кое-что ниже.       «Издевается, он просто издевается! – понял Абарай позже, ловя на себе полные огня взоры капитана. – А, может, просто не уверен в моих чувствах?» – подумал лейтенант следом.       Но как такое могло быть?! Ведь он ему едва ли не в любви признался тогда, в больнице!       Хуже всего было то, что капитан шестого отряда, как уже хорошо известно, наверное, каждому, мог вбить себе в голову кучу правил, запретов и ограничений. Или же он просто сомневался в возможности отношений между двумя мужчинами? Но так ведь всё возможно!        «Вот даже здесь написано, что возможно!» – мысленно взвыл Ренджи, уставившись в экран компьютера.       Компьютеры им завёз, ясное дело, Урахара. Контрабандой.       Это заметно помогло облегчить жизнь: теперь не нужно было писать от руки кучу объявлений для членов отряда, заметок для новобранцев и тому подобное. А потом ещё и расшифровывать всем желающим (включая себя самого) собой же написанное. Ну да, ему, выходцу из Руконгая, далеко до мастера каллиграфии!       Неизвестно, как, но факт контрабанды дошёл до капитана первого отряда и… Внезапно был одобрен. Вероятно, Ямамато-сотайчо тоже надоело разбирать чужие каракули в отчётах…       Однако вместе с компьютерами и программным обеспечением ушлый Урахара Кискэ, бывший капитан двенадцатого отряда, поставил… поставил…       О, чего он только не поставил!..       И теперь Абарай Ренджи, не отрываясь от монитора, читал, как они с капитаном реализовывают всё то, на что он никак не мог подбить капитана в реальности. А намёков тот не понимал. Да, да, «Кучики Бьякуя намёков не понимал, даже если бы они укусили его за задницу», как очень верно было написано в одном из фанфиков неизвестным, но, очевидно, весьма прозорливым автором!       И исстрадавшемуся Ренджи не оставалось ничего иного, кроме как удовлетворять себя фантазиями. Прямо на рабочем месте. Потому как оторваться от процесса совращения капитана шестого отряда, расписанного со всеми подробностями и пикантными нюансами, Абарай не мог. А потому забыл обо всём на свете…       – Ренджи…       Бархатистый шепот над самым ухом заставил гормоны, бушевавшие в крови лейтенанта, его горящее сердце и кое-что ещё, тоже горящее, подпрыгнуть выше крыши от того, как интимно это было произнесено, а потом так же стремительно упасть обратно от осознания, за чем, собственно, его застали…       – Д-да, капитан? – заикаясь, выдавил Ренджи, дрожащими руками пытаясь закрыть проклятое окно, НО ДОЛБАННЫЙ КРЕСТИК НИКАК НЕ ПОПАДАЛСЯ!!!       А потом и вовсе ладонь капитана легла поверх пальцев Абарая, переместила курсор, пролистав содержимое файла на несколько абзацев выше, к самому апогею весьма и весьма откровенного отрывка, а лейтенант понял, что он опять весь пылает, но уже не от стыда, а от того, как капитан прижимается к нему сзади; как вторая рука Бьякуи, как бы невзначай соскользнув с плеча Ренджи, теперь практически обнимала его поперёк груди; от того, как горячее дыхание обжигало мочку уха, когда капитан заговорил всё с теми же проникновенными нотками:       – Ренджи, здесь описано, что я снизу, а я бы… – лёгкая пауза, губы капитана едва ли не касаются уха лейтенанта, – предпочёл бы другую позицию…       Абарай вспыхнул ещё сильнее, понимая, что говорит Кучики, и что он подразумевает…       Слегка запрокинув голову и сильнее прижавшись к груди капитана, Ренджи хрипло произнёс, заводясь от собственной смелости:       – Так в чём проблема, Кучики-тайчо? Мы можем всё попробовать…       Вздох. И лейтенант буквально каждой частицей тела почувствовал в нём и чужое вожделение, и чужое разочарование.       – Нельзя.       Бьякуя отстранился, и Абарай, лишившись близости капитана, почувствовал внезапный холод, словно ушат ледяной воды за пазуху.       – Так почему нельзя-то?! – воскликнул он, вскакивая и в полном отчаяние наблюдая за тем, как капитан возвращается на своё место.       Кучики замер на полпути и, положив ладонь на столешницу, как если бы ему требовалась опора, посмотрел на своего лейтенанта. А взгляд его опалял так, что у Абарай снова всё подскочило.       – Потому что нельзя, Ренджи. – И вот теперь Абарай отчётливо слышит с трудом сдерживаемую страсть в этом таком всегда холодном и ровном голосе.       – Да почему же?       Ренджи подскочил к столу капитана. Тот уже уселся обратно и теперь, откинувшись на спинку, глядел на своего лейтенанта, наслаждаясь хотя бы видом, если не может насладиться всем остальным.       – Потому что мы оба мужчины?       – Нет.       – Потому что я из Руконгая?       – Мне кажется, мы уже выяснили, что мне – лично мне, не клану – нет дела до происхождения…       – Так в чём тогда проблема?       – Ренджи… – Ох, у Абарая чуть голова не пошла кругом, лишь от одного своего имени… – Есть правила.       – Да какие там правила, капитан?! – в полном отчаянии вскричал лейтенант. Опершись ладонями о столешницу, он теперь нависал над Бьякуей.       «А ведь у самого во взгляде желание, – понял он вдруг, – а всё продолжает противиться… А что если?.. Катану отнять, лишить реяцу?»       – Не выйдет, – словно прочитав его мысли, произнёс Кучики. – Тут, – указал взглядом на монитор, – описано, и как ты меня заклинанием связываешь, и как опоить пытаешься. Так что не выйдет… – Тихо и очень печально.       – Бьякуя, – Абараю уже плевать на этикет, чины и регалии, – так почему же?       Снова вздох, и Кучики извлекает из ящика стола целую гору небольших томиков в ярких обложках.       – Ренджи, есть канон! И в каноне между нами ничего нет.       Абарай с ненавистью посмотрел на груду книг.       – Это тоже Урахара прислал? – Кивок. – А там, – лейтенант нелюбезно ткнул пальцем в монитор, – хоть где-нибудь есть, как я его жестоко убиваю?       – Нет.       – Сейчас сделаем!!!       Абарай бросился к своему компьютеру.       – Ренджи, лучше сделай наконец отчёт.       Но лейтенант уже увлечённо застучал пальцами по клавиатуре. А Бьякуя Кучики вернулся к прерванному тексту, в котором Ренджи был снизу и связанный, – всё, как Бьякуя любил…