Часть 1

Дазай устало вздохнул и с отсутствующим видом принялся чистить пистолет. —А я же говорил тебе! —из-за спины тут же материализовался назойливый рыжеволосый парень и принялся отчитывать напарника, —ты слишком рано использовал «исповедь»! —Накахара Чуя.—холодный голос Дазая заставил напарника прервать поток своего возмущения, —Не советую тебе бесить меня, когда я занят чисткой огнестрела. —Советы свои при себе оставь. Из-за твоей пустой головы мы провалили задание! --Несмотря на предупреждающий взгляд напарника, юноша продолжал возмущенно мерять шагами комнату, --Серьезно, почему ты никогда меня не слушаешь?! —Потому что ты еще слишком маленький, чтобы тебя слушаться.—Медленно поднявшись со своего места процедил Осаму и, все с тем же, ничего не выражающим видом направился к выходу из кабинета, когда ему вдогонку прелетел брошенный разъяренным напарником стакан, который врезался в стену всего в нескольких миллиметрах от головы мафиози. —Ты… Еще раз скажешь что-нибудь о моем росте… — И что? Мои туфли сгрызешь, чихуахуа недоделанный? — Огрызнувшись сквозь зубы, Осаму увернулся от полетевшей в него папки с документами, и, насмешливо ухмыльнувшись, скрылся за дверью. Спустя мгновение по базе портовой мафии эхом разнесся вопль: —Дазай! *** —Да черта с два! —этот звонок начинал изрядно выводить из себя Дазая, в планы которого хождение по барам сегодня совершенно не входило, —С какой стати я должен забирать эту шмакодявку?! —Мори разозлится.—Коротко и ясно. Однако желания выполнять подобные поручения у юноши так и не прибавилось. Впрочем, злить босса он тоже не собирался, поэтому, сердито буркнув: «Ладно», молодой человек направился в «Люпин». Вечер у Дазая явно не задался. Не то, чтобы он прямо совсем не хотел заходить в бар… Но уж точно не затем, чтобы забирать оттуда раздражающего, да ещё и напившегося до полуобморочного состояния напарника. Сколько же надо выпить, чтобы звонить Мори и предлагать заключить пари на слабо? Накахара уже вконец ополоумел. Не переставая мысленно сетовать по поводу сорванных планов, Дазай преодолел несколько поворотов. Парень не мог сказать, что ненавидит своего компаньона, но в то же время даже при упоминании его имени, у парня начинала дико болеть голова… Может это просто было многократным совпадением, может это происходило из-за того, что это имя употреблялось лишь в тех случаях, когда юноше предстояло вытаскивать его из неприятностей. Как бы то ни было, дружескими их отношения назвать было сложно. Дазая жутко напрягал слишком высокий, словно ещё не сформировавшийся голос, вечно бубневший что-то под ухо, Чуя, судя по его словам, не переносил Дазая в целом. Настоящими компаньонами молодые люди становились лишь на заданиях, которые, к счастью, или горю, им давали не очень часто. Так почему из всех людей, что служат в портовой мафии на роль волонтёра выбрали именно Осаму? Парень никогда не понимал, что творится в голове у босса, но в подобных ситуациях решения Мори были неоправданно глупыми! За размышлениями, парень не заметил, как дошел до пункта назначения. Неоновая вывеска блестела, зазывая проходящих мимо посетить бар, в окнах сверкали огни, и Дазай не заставил себя долго ждать. Зайдя внутрь, парень тут же осмотрел сидящих за столиками людей, выискивая среди них огненную шевелюру. —О, Дазай, ты случайно не за Чуей? —опустив такие формальности, как приветствие, задал вопрос бармен, на что Дазай ответил лишь неохотным кивком, —Я попросил перенести его в свою комнату, пока кто-нибудь за ним не придет. Бедняга столько выпил, что я стал бояться за сохранность имущества в моем баре! Услышав эти слова, парень снова устало вздохнул, понимая, что быстро он с этим делом не управится. —И не зря… Так, где, говорите, ваша комната? *** —Ну держись, чихуахуа недоделанное… Только протрезвеешь, сразу получишь от меня пару ласковых.—Закрыв за собой дверь комнаты пробормотал Дазай, глядя на безвольно распластавшегося по дивану тело. Медленно подойдя к дремлющему напарнику, парень осторожно сжал его плечо и легонько потряс, — Чуя? Чуя, поднимайся, домой пора. Ответом на попытку разбудить молодого человека стал его тихий стон, и переворот на другой бок. —Чуя! Чуя, проснись сейчас же! —Начавший было раздражаться парень ещё сильнее тряхнул напарника за плечо, на сей раз заставив того приоткрыть глаза. —Даза-ай? —сонный, а оттого ещё более похожий на девчачий, голос напарника прозвучал очень удивлённо, но уже в следующий момент он радостно залепетал, —Ты пришёл меня забрать, правда? —Правда, правда. Подняться сможешь? —Осаму приложил руку ко лбу юноши, проверяя наличие у того наличие температуры, но к его немалому удивлению, когда он собирался ее убрать, тонкие бледные пальцы Чуи крепко вцепились в его запястье, —Чихуахуа, что ты, скажи на милость сейчас делаешь? —У тебя очень приятная рука… Такая мягкая… Не хочу отпускать! —на лице юноши читалось такое по-детски наивное умиротворение, что Дазай сдержал желание огреть того смачным подзатыльником, и лишь мягко высвободил свою руку из его хватки. —Ясно, значит все настолько плохо, —Аккуратно взяв юношу за запястье, Дазай перекинул его руку себе за шею, —Давай, я помогу тебе подняться. Опьяневший Чуя вел себя довольно странно. Его даже не пришлось заставлять принимать помощь, как это происходило обычно. Ухватившись, как и было велено, за шею напарника, Накахара прильнул к телу парня, и мягко прижался щекой к его плечу. Растрепавшиеся и теперь торчащие во все стороны кудри молодого человека мягкими волнами ложились на плечо Дазая, вызывая в том странное, а оттого и пугающее желание провести по ним рукой, а хрупкое, худощавое тело, доверчиво прильнувшее к груди, казалось, так и просилось стиснуть его в объятиях. «Осаму, что за бред творится в твоей голове? Опъянение уже передалось воздушно-капельным путем?» Снова осторожно встряхнув юношу, Дазай попытался помочь ему подняться, однако и без того не самая удобная поза привела лишь к тому, что сам парень, а вслед за ним и обмякшее тело Чуи повалились на диван. «Если сейчас зайдут, получится очень неловкая сцена», мелькнула в голове апатичная мысль, однако Осаму, сам не понимая, почему, не поспешил сбросить с себя напарника. —Эй, Дазай… А тебе кто-нибудь нравится? —Неожиданный вопрос на секунду ввел парня в ступор, раньше напарника даже в не самом трезвом виде не тянуло на откровенности, а тут такой разговор по душам. —Да. Мне очень нравятся напарники, которые не доставляют мне неприятностей и за которыми не нужно бегать по барам в поисках их пьяной тушки. —Да нет же…—Чуя нахмурился и, повозившись, развернулся лицом к Дазаю, опершись локтями о его грудь.—Я имею в виду… Тебе парни нравятся? — Не замечал за собой особого интереса в сторону парней. — Значит, девушки? А у тебя уже есть кто-то на примете? — Откуда вдруг такой интерес к моей скромной персоне? — Просто мне интересно… — Накахара подпер одной рукой щеку, больно впиваясь локтем в грудь лежащего под ним парня, а второй прринялся играться с его волосами, — А какие тебе девушки нравятся? — Послушай, ты не девушка, так зачем… — оборвав фразу на середине, парень нахмурился, замечая кое-что странное во внешнем виде напарника. А именно на распустившиеся бинты, мелькнувшие в вороте его воротника. — Постой… Для чего тебе бинты? Чуя несколько секунд недоуменно хлопал ресницами, прежде чем до него дошло, о каких бинтах идет речь, а затем резко вскочил на ноги, прижав руки к груди и густо при этом покраснев. А в это время в голове Осаму уже стала складываться полная картинка ситуации. Нашлось там место и удивительно женственному голосу, и слишком плавным чертам лица, и миниатюрной фигуре… —Пожалуйста… Прошу тебя, не рассказывай никому, —По-прежнему прижимая руки к груди и стыдливо отведя взгляд в сторону попросил напарник, — Я не должна была… Прости. Сбивчиво пробормотав что-то себе под нос, девушка нашла-таки в себе силы посмотреть в глаза напарника. Раскрасневшиеся щеки, трепещущие длинные ресницы, прикушеная губа, и распустившиеся рыжие волосы мягко заструившиеся по ее плечам. Все это довершало новый образ напарника в голове Осаму. —Чуя… ты девушка?