Часть 68 Деймон

Деймон не собирался снова посещать Визериса - ни через Королевскую гвардию, ни через потайные ходы. Однако он задумался, не оправдывает ли причина присутствия Талли и Аррен в Красном замке. Может ли он уговорить Визериса поговорить с ними? Хотя разговора с ними наедине вряд ли будет достаточно. Если только его не заставят дать обещание публично, всегда оставался шанс, что Деснице удастся его переубедить. Его брат обладал многими качествами, но сильная воля или стойкость не входили в их число. Посещать его или нет - вот в чем был вопрос. Но были и другие вопросы, требующие решения, и желательно публичного. Женитьба Эйгона не могла остаться незамеченной, и уж точно не могла остаться без ответа. По крайней мере, не по мнению Деймона. Король мог смотреть на это иначе. Обычно он так и делал. После встречи с Джейн Аррен он расхаживал по кабинету, пытаясь решить, что предпринять. Находить общий язык с долиной было довольно неприятно. Деймон был далеко не фаворитом в Долине и особенно у Ройсов. За последние пять лет он даже не вспоминал о Долине, но за два десятилетия взаимная неприязнь выросла более чем достаточно. Он сомневался, что они доверят ему это дело, что может оказаться проблематичным в будущем. Это может оказаться проблематичным даже сейчас, если они решат действовать самостоятельно. Что бы он ни собирался сделать, это нужно было сделать быстро. Это вернуло его к Визерису. Ему нужно было вытащить его из проклятых покоев на заседание Малого Совета. Если известие о пропаже старшего сына не вывело его из себя, то он не знал, что могло бы. Тем не менее, вчера он призвал Деймона. Наверняка что-то в его отношении изменилось в достаточной степени, чтобы можно было вести диалог. Он вздохнул и покачал головой. Разум брата был для него загадкой и, скорее всего, навсегда останется таковой. Он вышел из кабинета и направился к месту, куда слишком часто забредал в последнее время, когда был в растерянности. В Красном замке не было настоящего божественного дерева, лишь в одном из углов сада росло дерево с вырезанным лицом, совсем не похожее на те божественные деревья, которые он видел на севере. В детстве Рейнира больше всего любила эту часть садов, считая ее самым удобным местом для укрытия от септы. И уж точно это был самый малопосещаемый уголок: никто не натыкался на них случайно, даже когда они вчера устроили импровизированную прогулку. За время его отсутствия в Красном замке многое изменилось, многие, если не все, валирийские гобелены и сувениры исчезли с глаз долой. Как скоро и эта уступка Старым Богам Первых Людей станет такой же? Он не мог вспомнить, стояло ли еще дерево, когда они вернулись в Красный замок. Тогда ему и в голову не приходило проверять его, а теперь он не мог не задаваться этим вопросом. Хайтауэры и Вера становились все смелее в своих махинациях. Как скоро будет срублено даже это дерево? Когда дерево-сердце появилось в поле зрения, он приостановился. Казалось, в этот раз он был не один. Перед деревом стоял человек, которого он узнал почти сразу, хотя бы потому, что в тепле Королевской Гавани он выделялся своей одеждой. Это, конечно, объясняло, почему не было никаких известий о том, что Старк посылал сообщения в Красный замок. Должно быть, он так и не присоединился к отряду, идущему на север. –Лорд Старк, это, конечно, сюрприз. Старк удивленно повернулся к нему. –Мой принц, похоже, мы снова встретились в богороще. -Показалось ли Деймону, или на его лице мелькнула тень улыбки? На его лице появилась ухмылка. –Действительно. Должен признаться, я удивлен: мне казалось, что вы должны были последовать за мной на север со своими войсками. Брови Старка поднялись. –И все же, похоже, я последовал за вами на юг. Я тоже удивлен вашим присутствием. Я не ожидал, что вы так скоро вернетесь в Королевскую Гавань, мой принц. Деймон пожал плечами. –Я понял, что обстоятельства требуют от меня как можно скорее разобраться с делом Одичалых. Хотя, признаюсь, это было бы невозможно без присутствия дополнительных драконов. - Или необходимости. Воистину, если бы не присутствие его жены и не обстоятельства, он, скорее всего, стал бы враждовать с гораздо меньшим количеством людей, проводя на севере гораздо больше времени. Старк, казалось, был ошеломлен. –Значит, с одичалыми разобрались? –Да. Хотя, полагаю, после возвращения вам придется иметь дело с несколькими недовольными лордами. -Подняв брови, Старк решил немного уточнить. –Полагаю, они не вполне понимали, насколько необходимо было, чтобы они не знали, что их используют в качестве приманки. Старк захихикал, а глаза Демона расширились от удивления. –Хотите верьте, хотите нет, но они скорее оценят результаты, чем уязвленную гордость няни. -Поскольку теперь его брови поднялись в недоверии, Старк объяснил дальше. –Скажите, мой принц, если бы у вас была дочь, которую могли увести, изнасиловать и убить, а человек, оскорбивший вас, спас бы ее от этой участи, вас бы волновало оскорбление? Или то, что ваша дочь в безопасности? –Уверяю вас, о безопасности моей дочери я думаю в первую очередь. Любой, кто посмеет наложить на них руку, умрет за это. Старк снова повернулся лицом к дереву. –Мы не всегда можем сами защитить своих дочерей. -В голосе лорда прозвучала печаль, и он свел брови. –Я не знал, что у вас есть дочери. Уголок его губ приподнялся. –Только одна. Моя родная дочь, Сара. А, значит, Сноу. Деймон замер, когда в его голове всплыло воспоминание. Сара Сноу. Он прилетел на Драконий Камень в ярости, бросив кампанию в Речных землях, услышав слухи о том, что Джейс женился на северном бастарде, опозорив невесту Джейса, его дочь, которая любила Джейса всем сердцем, которая, Деймон был уверен, отдала ему себя. Широкие, искренние карие глаза умоляюще смотрели на него при воспоминании. У покойного лорда Старка не было дочерей. Не было никакой Сары Сноу, Кепа. Клянусь. И Деймон, проклятый дурак, каким он был, поверил ему. Черт побери, ему следовало самому убить мальчишку. Старку нечего было сказать, поэтому он тоже отвернулся к дереву и замолчал. Теперь это не имело значения. Он никогда не позволит своей дочери выйти замуж за этого мальчишку, даже если она будет утверждать, что любит его, даже если будет умолять. Он никогда больше не доверит мальчику свою дочь. На его лице снова появилась ухмылка. Ему следовало бы сказать об этом Рейнире, пока она не убедила себя, что он родит ей дочь, которую отдадут этому проклятому мальчишке. Он покачал головой. Были и другие дела, о которых он должен был сначала поговорить с Рейнирой. Он снова стоял перед покоями племянницы, не желая идти дальше. Сир Аррик приподнял бровь, когда Деймон просто стоял и молча смотрел на дверь. Он не желал конфронтации, но что бы она ни делала в отношении Лаэны, это нужно было прекратить. Сжав переносицу, он зажмурил глаза. –Пожалуйста, сообщите обо мне принцессе Драконьего Камня. -Ему очень не хотелось здесь находиться. Когда сир Аррик объявил его, он взял себя в руки, выпрямил позвоночник и сложил руки за спиной. Он шагнул в дверь, изображая уверенность в себе. Рейнира поднялась, чтобы поприветствовать его с довольной улыбкой на лице. –Дядя, я так рада, что ты пришел извиниться. - Она махнула рукой, когда ее дамы начали подниматься и уходить. Извиниться? За что? Подождите. Улыбка, которую он ей подарил, была немного болезненной. –Если только ваши дамы не понимают высокий валирийский, я бы предпочел, чтобы они остались. Ее улыбка стала неподвижной, когда она махнула дамам рукой. –Я так понимаю, что вы пришли не за извинениями. –Я не понимаю, за что вы ждете от меня извинений. Неверие окрасило ее черты. –Вы выгнали меня из своих покоев! И довольно грубо, позвольте мне добавить! Ах, да, это. Он забыл об этом. Честно говоря, он хотел бы забыть и весь тот разговор. –Я прошу прощения за это. Я был не в самом любезном расположении духа. Она фыркнула и сложила руки под грудью, закатив на него глаза. –Так о чем же вы хотите поговорить со мной, дядя? Начать было не с чего, да и не имело смысла говорить об этом. –Мне нужно, чтобы ты перестала унижать мою жену. И на людях, и наедине. Глаза Рейниры опасно сверкнули. –Она пожаловалась тебе? –Ей не нужно жаловаться. Я не позволю тебе расстраивать еë. –Я? Расстраивать её? Она сказала, что Вхагар может съесть Сиракс, если еë спровоцировать! Деймон с трудом подавил смешок. Это было правдой. Вхагар была очень раздражительной с тех пор, как ей пришлось отправиться на Север. –Как бы то ни было, я действительно должен попросить тебя прекратить эти уколы. Глаза Рейниры были остры, как кремень. –Почему? Он ответил медленно. –Чтобы не расстраивать мою жену. Она пристально посмотрела на него, подойдя ближе. –С чего бы вам беспокоиться? –Упрямая - повторил он с приятной улыбкой. –Потому что она моя жена, и я не хочу, чтобы она была расстроена. Она остановилась, и на её лице появилось выражение ужаса. –Ты не сделал этого. Дядя, скажи мне, что ты этого не делал! Он в замешательстве склонил голову набок. Что? –Дядя, скажи мне, что ты не сделал ей ребенка! –Ты имеешь в виду мою жену? А почему я должен тебе это говорить? Деймон моргнул, откинув голову в сторону, и в ухе у него зазвенело. Это было неожиданно. Он еще раз моргнул и повернулся к племяннице, произнося слова сквозь стиснутые зубы. –Рейнира, какого черта? Выражение ее лица было яростным, а палец был приставлен к его лицу. –Ты спрашиваешь меня об этом? Ты спрашиваешь меня об этом, когда отказываешься родить мне дочь и вместо этого делаешь ребенка от той женщины? –Эта женщина - моя жена и твоя добрая сестра. Я не имею права делать детей с кем-то еще! -Его челюсть начала болеть от того, как сильно он её сжимал. Она подняла руку, чтобы снова ударить его, но он был готов и поймал ее за запястье. –Ты прекратишь, Рейнира, или помоги мне. Она высвободила руку и, подняв подбородок, устремила на него взгляд. –Я - принцесса Драконьего Камня, избранная наследница короля. Ты ничего не можешь мне сделать. Он мрачно усмехнулся. Она и впрямь была невежественна, не так ли? –Твое место в качестве наследника короля не так надежно, как ты думаешь, дорогая племянница. В конце концов, именно твой отец устроил пожар в Харренхолле. Её лицо побелело, а голос стал едва слышным. –Ты лжешь. –Если не веришь мне, спроси его сама! Он повернулся на пятках и вышел.