1. Как Амелина за водой ходила

***

Странное задание раздражало Оксану — который день в палаточном городке. Устала: они, старые, советские ещё, промокали. Новых немного, руководство выделило именно... «Блин!» Ругаться с Толей и Андреем глупость, жить так тоже. Настроение падало, от ощущения бредовости сильнее. Лес в трёхстах километрах от Москвы, у трассы с хорошим покрытием. «Куда идти? Забыла... — связь не очень. Многие пользовались обычными картами: на глянцевом куске цветной бумаги (используются в коммерческих, рекламных, аквапарков, отелей) жирный крест. — Ага, мы на юге, угу, триста метров от Тупого съезда...ну, названия здесь...» Смех смехом, вода себя не принесёт. С парой пятишек потопала. Бесполезный смартфон показывал полседьмого, кстати, бесполезным из-за лагающего джипиэс. Военные рядом? Увязалась собака Холодовых — Анька, помесь лабрадора с боксёром с примесью французского бульдога, вредный Толин злобный кот Матвей.

***

Около тупого съезда речка Течка, ручей без имени, толком дойти не удалось — грохнулась, поскользнувшись на мокрой земле. Ноги обожгло холодом: ключ, волновало не это, мол хотелось дать пинка Матвею, осталась в овраге без нормальной связи и навигации, что услышала писк. — Кролик! Маленький, пушистый, явно домашний. Смотрел беспомощно, вращая глазками. Подняла на ручки, искала пути выбраться, не переломаться. — Слушай, такой милый...мальчик? Хочешь Пуськой будешь? Матвей озлобленно зашипел. —...тоже пушистый, ток бандит с когтями, веди себя прилично... Казалось, если Анька могла смеяться, то захохотала на весь бы лес. Показалась трасса.

***

Добротная, качественная, классная. Минус — кривая как оксанины накрученные локоны. Не видно палаточного городка. Никак. — В ту иду сторону? Ориентироваться по звёздам невозможно: лёгкая пасмурность. Пели птицы. Тянуло прохладой. Батарея приказала долго жить. Продовольствия не было, как и кота Матвея. — Аньк, а Аньк, — обратиться хотела к собаке, и её след испарился. — Твою ж! Один засранец: откровенный злодей, ты? Хорошая, всегда полезная...только Пуська не бросил. Он жевал, найденную, свежайшую траву.