Часть 4: Не душевный разговор

      Сьерра шла по коридору лаборатории в сопровождении Карсона. Пёс был ещё мрачнее чем обычно и всем своим видом показывал, что не в духе разговаривать. Сьерра понимала это и не беспокоила его вопросами, однако ей было тревожно за товарища. По дороге им встретился Харви, который вышел из своей мастерской. Когда они прошли мимо него, Сьерра, хоть и не оборачивалась, но почувствовала косой взгляд учёного. «Что здесь происходит?» — думала про себя собака, когда почувствовала, как пёс сверлит её взглядом. Поднявшись на второй этаж, Карсон молча открыл Сьерре дверь, и когда она вошла, он закрыл её. Сьерра перевела взгляд на кота, который стоял возле столешницы и что-то писал в блокнот. — Никаких симптомов нет? — не оборачиваясь монотонным голосом сказал Генри. — Нет. — осторожно ответила Сьерра, поведение кота было более менее приемлемым по сравнению с прошлыми днями, может быть удастся поговорить с ним.       После этого Сьерра села на кушетку и Генри провёл осмотр. Кот осмотрел её быстро и вернулся к блокноту. Сьерра долго думала, как начать разговор и не разозлить кота с первой фразы. — Как дела? — Сьерра сама не ожидала, что спросит это. Видимо, кот тоже удивился этому вопросу, поэтому озадаченно оглянулся на собаку и пристально посмотрел ей в глаза. — К чему это? — подозрительно спросил Генри не отрывая взгляда от её глаз, пытаясь счесть намеренья собаки. — Я хотела извиниться за то, что пыталась вытащить из тебя информацию. — Сьерра старалась говорить мягче и подбирать слова. Пристальный взгляд кота заставлял собаку нервничать. — Давай просто поговорим? — Нам не о чем разговаривать. — грубым голосом ответил Генри, но продолжал смотреть Сьерре в глаза. — Мы оба пережили страшные вещи, ты сам рассказывал, что на тебе тоже ставили опыты. — Сьерра нащупывала темы для разговора, но не была уверена, что эта тема была удачной. — И? — кот не проявлял желания поддерживать разговор, однако выяснить намеренья он хотел. — У нас есть общие темы для разговора, почему бы просто не поговорить? — терпение начинало трескаться, но собака старалась изо всех сил сохранять спокойствие и дружелюбие. — Просто поговорить, ничего существенного. — Ничего существенного… — усмехнулся и тихо повторил кот. — Любое сказанное мной слово, даст тебе информацию, которую ты используешь против меня. — Нет, я пытаюсь наладить отношения… — Ты не спроста начала это, зачем тебе пустой разговор?! — Генри начал вести себя грубо. — Я ничего тебе не скажу! — Послушай… — Сьерра не успела сказать что-либо. — Пошла вон! — крикнул на неё Генри. — Но, я… — Пошла вон! — ещё громче крикнул кот и вызвал Карсона по рации.       Дверь открылась быстро, явно охранник дежурил в коридоре. Сьерра не спешила выходить, но Карсон был на стороне учёного. Тот настойчиво попросил её выйти из кабинета. — Можно хотя бы с Рокки поговорить? — напоследок спросила она. — Недолго. — ответил Генри и после этого, Сьерру вывели из комнаты.       Палата Рокки находилась в том же коридоре, что и процедурный кабинет. Карсон открыл дверь и впустил Сьерру. Сам пёс предпочёл остаться в коридоре. Комната ничем не отличалась от самой обычной больничной палаты, за исключением более технологичного оборудования. Сьерра увидела щенка на больничной койке и что-то внутри неё закололо, то ли от облегчения, то ли от шока. Она была уверена, что щенок погиб, и даже сейчас ей с трудом верилось, что Рокки жив и лежит перед ней. Собака подошла к щенку, и тот открыл глаза. Рокки долго вглядывался в собаку, будто вспоминая кто это. — Сьерра? — узнал её Рокки. — Привет, как ты себя чувствуешь? — спросила она. — Нормально, но неудобно… — было ощущение, что щенку тяжело говорить. — Будто что-то изменилось. — Что последнее ты помнишь? — спросила она. — Я помню, как упал в колодец, потом завтрак… — мысли щенка были ужасно перепутаны. — Я попросил у Райдера разрешения, чтобы ходить в лабораторию… — Ты помнишь, что-то из вчерашнего? — уточнила Сьерра. — Когда произошёл взрыв. — Я не помню никакого взрыва. — ответил щенок. — Что за взрыв? — Взрыв, при котором ты погиб. — с грустью пояснила Сьерра. — Ты не смог выбраться из комнаты с реактором и произошёл взрыв.       Рокки не поверил её словам, этого момента в его памяти не было. Воспоминания все были перепутаны, но конкретно момент своей смерти он на корню не помнил. Учёные с ним не разговаривали, как и Карсон. Сьерра была первой, с кем Рокки смог нормально поговорить. Утром, он так и не понял слов своих друзей, все говорили в раз, и у щенка начались головные боли. — Сколько дней я лежал здесь? — спросил Рокки. — Наверно, день. — предположила Сьерра. — Вчера тебя посчитали погибшим. — Ничего не понимаю, ощущение, что у меня всё тело затекло. — ответил щенок пытаясь приподняться. — Лапы совсем не слушаются.       В этот момент, в палату вошёл Уолтер. Учёный никак не отреагировал на Сьерру, будто её здесь нет. Мужчина подошёл к Рокки и, посмотрев что-то на своём планшете, поднял щенка и поставил его на пол. Рокки чувствовал лапы, но они совсем не слушались и постоянно разъезжались. Щенок буквально начал учиться ходить с нуля. Сьерра успела подхватить его, когда тот снова оступился. Уолтер был не рад тому, что она вмешалась. — Лучше не стоит этого делать, он должен сам научиться ходить. — монотонно сказал учёный. — Разве ему не нужна помощь? — спросила она у Уолтера. — Он может пораниться. — Быстрее всего он научиться сам, и навредить себе ему не удастся. — равнодушно ответил учёный. — Почему я не могу ходить, я же умел это делать? — спросил Рокки. — Даже небольшая кома может привести к нарушению функций тела. — ответил учёный. — В твоём случае тебе даже повезло, другие не могли самостоятельно дышать. — Что значит «другие»? — Сьерре показалось это слово подозрительным. — «Другие», то есть те, кто вышел из комы. — Уолтер глянул холодным взглядом на собаку. — Я проводил исследовательский анализ пациентов, которые пребывали в коме незначительное время. Их мышцы не успевали атрофироваться и сохраняли свои функции, но мозг переставал подавать им автоматические указания, заставляя делать всё это осознано. — То есть им приходилось самостоятельно вдыхать воздух, чтобы не задохнуться? — уточнила Сьерра. — Именно, некоторые не могли спать без ИВЛ, они переставали дышать, когда погружались в сон. — добавил Уолтер и посмотрел на щенка. — Если сможешь сделать десять ровных шагов, то отпустим тебя домой.       Рокки стал пытаться выполнить эти жалкие десять шагов, но на третьем всегда падал. Лапы запинались друг об друга или не успевали делать шаги синхронно. Сьерра всячески поддерживала щенка, чтобы тот не падал. Всё продолжалось долго, но Уолтер терпеливо ждал, пока у щенка не получиться или пока он не сдастся. В конце концов, еле как у щенка вышло сделать десять шагов, но после этого он полностью выдохся. Уолтер что-то записал в планшет и ушёл, сказав, что щенку можно домой. Карсон открыл дверь и был готов вывести посетителей из лаборатории. Рокки попытался встать, но сил уже не было. Сьерра подняла его и донесла до выхода. Выйдя на улицу, Сьерра опустила щенка на землю. — Я могу отнести тебя домой, если хочешь? — предложила Сьерра. — Я не хочу, чтобы остальные видели меня таким. — с грустью ответил Рокки. — Без памяти, беспомощный… — Рокки, ты поправишься. — Сьерра погладила щенка по голове. — Уверена, ты сможешь снова бегать и прыгать, как прежде. Остальные щенки позаботятся о тебе и помогут встать на лапы, в буквальном смысле. — Ладно, я позвоню Райдеру и… а где мой ошейник? — Рокки только сейчас понял, что был без своего жетона. — Я спрошу у Карсона, может остался в лаборатории. — сказала Сьерра и вернулась к двери научного центра.       Рокки остался ждать на улице, а Сьерра вернулась в лабораторию. Карсон снова сопровождал её, но на этот раз до склада инженерного корпуса, где был Харви. Именно роботы пса-учёного нашли щенка и тот должен знать, про ошейник. Сьерра и Карсон подошли к двери склада, но собака услышала разговор за дверью.       «Состояние стабильное, но состыковка компонентов проходит проблематично» — послышался голос Уолтера.       «Сознание ещё привыкнет к новой оболочке, осложнений не должно быть.» — послышался уже голос Харви.       Сьерра не успела больше ничего услышать, как только Карсон заметил, что она подслушивает, он открыл дверь и диалог учёных прекратился. Собака бросила взгляд на Карсона и тот ответил тем же. Ей до сих пор не верится, что её друг против неё. Сьерра вошла в помещение и сразу же обратилась к Харви, который стоял рядом с Уолтером. — Ты не знаешь, где ошейник Рокки? — спросила она. — Ошейник? Он был уничтожен из-за взрыва. — спокойно ответил пёс. — То есть Рокки остался цел, а ошейник полностью уничтожен? — Сьерра нашла не состыковку в происшествии. — Как так получилось? — Когда мы нашли щенка, он был без ошейника. — ответил Харви. — Тогда почему ты уверен, что он был уничтожен? — Сьерра начала выпытывать правду у учёного. — Это было предположение. — Харви был спокоен, как будто они ведут светскую беседу. — Возможно, был уничтожен.       Сьерра не стала больше вытягивать информацию, так как почувствовала сверлящий взгляд Карсона за спиной. Этот пёс в отличие от этих учёных, мог понимать, что Сьерра о чём-то догадывается. Почему-то Карсону было не выгодно, что Сьерра может докопаться до правды, но какой? С момента их последнего разговора, когда Карсон ещё не был охранником лаборатории, он был абсолютно спокойным и весёлым. Сейчас, Сьерра не узнавала своего бывшего товарища. Карсон постарался не дать Сьерре вытащить информацию из учёных, поэтому потребовал, чтобы та ушла из лаборатории. Идя по коридору к выходу, Сьерра попыталась поговорить с Карсоном. — Карсон, почему ты так себя ведёшь? — спросила она. — Ты был не таким, ты был… — Более жизнерадостным? — перебил её Карсон. — Да, я был таким, но времена меняются. — Я знаю, но ты был хорошим… — начала говорить Сьерра. — Что значит был?! — Карсон резко обернулся. — Если мои убеждения не соответствуют твоим, то не нужно приписывать меня к врагам! — Я не делаю этого! — попыталась успокоить его Сьерра. — Меня беспокоит твоё состояние. — Ах вот в чём дело! — язвительно удивился Карсон. — Хочешь знать, в чём дело?! — Хотелось бы! — Сьерра тоже начала выходить из себя. — Объясни пожалуйста! — Давай посмотрим на остальных членов нашего отряда! Ты не заметила, что все они тоже изменились! — начал говорить Карсон на повышенных тонах. — Шерман проводит старость в компании собаки, в которую влюбился с первого взгляда! Кольт отправился в путешествие, в котором спас уже свою вторую половинку и теперь у него нет времени даже позвонить своему лучшему другу! Стюарт нашёл работу мечты и лучшего друга, он спас Гавкинбург и теперь он храбрый герой! Рип стал более весел с выходом на пенсию, видимо его работа и общение с Кейти на него положительно влияет! Даже на себя посмотри! Ты снова пережила смертельное испытание и обрела заботливого партнёра и ребёнка! Эти изменения не кажутся тебе через чур сильными?! — А ты?! Как ты изменился?! — гневно крикнула Сьерра. — Начав работать здесь ты стал более импульсивен, с каждым днём ты всё отдаляешься от общества и становишься таким же чёрствым, как и эти учёные! — Ну, как тебе эти изменения? — Карсон перестал кричать. — Есть отличие от остальных?       Сьерра только что поняла, что Карсон, после распада их отряда, единственный, кто остался один. Коллектив учёных не проявляет к нему дружелюбие, только рабочие отношения. Генри и вовсе часто срывается на Карсона. Сьерра посмотрела в глаза своему другу и ей стало его жаль. Ей было стыдно, что она сама не поняла это. Сьерра открыла рот, чтобы попробовать снова поговорить с ним, но он уже не слушал. Карсон молча направился к выходу, ведя за собой Сьерру. Все попытки поговорить, пёс игнорировал и когда вывел её на улицу, громко хлопнул дверью. Сьерра была оглушена и шокирована тем, что сейчас произошло. Рокки увидел, что Сьерра вышла и заметил, как Карсон хлопнул дверью. Настроение Сьерры сошло на нет и сил что-либо выяснять и доказывать не было. Она подошла к щенку и села рядом с ним. — Твой ошейник был уничтожен. — Сьерра повторила слова Харви. — Но… — Рокки так же не понимал этой несостыковки. — Как? — Я не знаю, они не говорят, — ответила собака и взглянула на небо.       Над Бухтой Приключений начали собираться дождевые облака и солнце почти коснулось линии горизонта. Вероятно, скоро стемнеет и пойдёт дождь. — До темноты мы не успеем дойти до твоей базы, не хочешь переночевать у нас? — предложила Сьерра. — Я помогу тебе снова научиться ходить, а завтра отведу домой. — Ладно, но Хант будет не против? — спросил Рокки. - Мы можем позвонить Райдеру из лаборатории. — Я уговорю его, он не такой волк, который помешан на территории, просто это зависит от настроения. — Сьерра улыбнулась и подняла щенка. — А позвонить из лаборатории не удастся, вряд ли Карсон пустит меня снова.       Сьерра понесла щенка в волчье логово. К моменту, когда они пришли, тучи плотно закрыли небо и наступила кромешная тьма. Сьерра занесла щенка в пещеру и посадила на подстилку из хвои и листьев. В логове был волчонок Луп, который при виде Рокки отпрянул в сторону и долго косился на него. Сьерре показалось такое поведение странным и закрыла лапой глаза волчонка, чтобы тот не пялился на гостя. — Ну, мама! — возмущённо пискнул волчонок, когда мама, играя легонько опрокинула его на спину. — Сегодня Рокки переночует у нас, не бойся его и не пялься. — Сьерра наклонилась и лизнула малыша в лобик. — Хант ещё не вернулся? — Папа на охоте. — ответил Луп игриво защищаясь от материнской лапы.       Рокки наблюдал за этой простой, бытовой картиной. В его сердце что-то юркнуло, словно умиление от того, что Сьерра играет с неродным детёнышем. Щенок пытался вспомнить моменты прошлого, и глядя на Сьерру вспомнил, как в прошлом она рано поднимала щенков и проводила тренировку. «Как же она ругалась на нас…» вдруг вспомнил Рокки и от иронии улыбнулся. Сьерра сильно изменилась, из непреступной скалы, к которой даже подходить было страшно, она стала заботливой мамой для чужого ребёнка. Рокки вдруг оглядел себя, всё его тело было будто «новое», ощущения совсем были иные. Попытавшись потянуть носом запахи, он ничего не почувствовал, только далёкий запах стерильности и резины. Щенок решил прилечь и немного вздремнуть, но в пещеру вошёл большой грозный волк. Бросив тушу увесистого зайца, хищник перевёл устрашающий взгляд на постороннего в его логове. Сьерра улыбнулась своей половинке, но тот даже не глянул на неё, его взгляд был устремлён на щенка. Хант сделал несколько шагов к щенку и оскалил пасть. Рокки почувствовал, как дрожь пробирает его до костей, да так, что он и тявкнуть не может. Собака замелила это и попыталась вмешаться. — Хант, успокойся! — сказала она уверено и резко, Сьерра преградила ему путь к щенку. — Это Рокки, ты не узнал его? — Это не тот серый щенок, которого я видел! — ответил Хант. — Что значит не тот? — не поняла Сьерра. — Наверно, ты не узнал его запах, потому что его помыли. — уверенно предположила собака, так как знала, что Генри ценит стерильность. — Мой нюх стал намного острее, тот чёрный пёс вернул мне моё оружие. — Хант не спускал глаз с перепуганного щенка. До этого дня Хант часто видел Рокки в лесу, так как он приходил в лабораторию. Наверняка, он прекрасно знает его запах. — Этот щенок выглядит, как Рокки, но это не он! — Если ты не чувствуешь его запаха, то это не значит, что это не он. — Сьерра пыталась достучаться до своей пары. Однако в глубине, она почему-то стала сомневаться. Дальше она продолжила в более мягком голосе. — Давай успокоимся и поговорим.       Волк глянул в глаза своей возлюбленной и слегка успокоился. Он вздохнул и сел, убрав с лица оскал. Хант всё равно глядел на щенка пристальным, недоверчивым взглядом. — Чем, по-твоему, он пахнет? — спросила у него Сьерра. — Раньше, от него пахло пылью и пластиком, а сейчас будто умирающим зверьком. — ответ волка слегка опешил Сьерру и Рокки. То, что Хант чуял, не чуяли ни Сьерра, ни Рокки. Собака обернулась к Лупу и теперь поняла, почему тот так пялился на знакомого щенка. — Что значит «умирающим зверьком»? — То и значит, от него несёт свежим трупным запахом, словно только что убитая добыча, которая ещё не остыла. — пояснил Хант. — Я не чувствую в нём жизни, будто вижу духа, который завладел «пустой» оболочкой.       Слова волка и пугали, и вводили в ступор. Рокки ничего не мог понять, а Сьерра, спустя пару мгновений додумалась. Рокки был в коме, возможно у него была клиническая смерть и учёные смогли оживить его. Может быть из-за этого, Хант чует в нём трупный запах, потому что он был мёртв, но потом ожил? Однако, Сьерра не понимала, почему учёные не сказали об этом, ведь клиническая смерть это не такой уж медицинский секрет, о нём можно было упомянуть. Сьерра устало опустила голову на плечо Ханту, её голову снова заполнили те переживания, когда она видела смерть Рокки. Ещё больше, её мысли заполнили подозрения к учёным, не спроста они умолчали о смерти. В волчьем логове стало очень напряжённо, Сьерра эмоционально устала от всего пережитого, Хант недоверчиво глядел на напуганного щенка, Рокки от страха не мог даже пошевелиться, а Луп с непониманием и боязнью смотрел на всех троих. — Можно он переночует здесь, завтра я отведу его домой. — вдруг произнесла Сьерра. — Он не будет мешать.       Хант обошёл Сьерру и вплотную приблизился к лицу щенка. У Рокки чуть сердце не остановилось, когда Хант обнюхал его и после выдал ответ. — Ладно, может остаться на ночь. — ответил волк, и повернулся уже к Лупу. — Будешь есть?       Волчонок ничего не ответил, но на вопрос отца радостно кивнул, будто забыв всё то, что сейчас случилось. Сьерра, на ватных лапах подошла к Рокки и свернулась в клубок вокруг него успокаивая своим присутствием. Рокки сидел неподвижно и напряжённо, будто боясь пошевелиться, поэтому Сьерра легонько облизнула ему мордочку, чтобы тот пришёл в себя. Отойдя от шока, сердце щенка ещё бешено колотилось, но он смог лечь и прижаться к пушистому боку собаки. Повернув голову к волкам, он наблюдал, как Хант подтаскивает тушу зайца к противоположной стороне пещеры. — Лучше не смотри. — тихо произнесла Сьерра щенку, которому было любопытно наблюдать за волками. — Почему? — спросил Рокки и снова глянул на волчью трапезу. Увидев, как волки раздирают плоть и отгрызают кости, щенок резко понял «почему».       Щенок совсем не чувствовал голода, несмотря на то, что его желудок был пуст, и после такого зрелища он даже не вспомнил о своём голоде, а Сьерра с самого начала не хотела есть. Зарывшись носом в мех Сьерры, Рокки старался не слышать то, как волки с хрустом уплетают зайца. Сьерра заботливо закрыла ему ушки хвостом. После трапезы, Луп лёг спать с отцом, мысленно завидуя их гостю, который занял его любимое место под боком матери. Спустя время все уснули, даже Рокки погрузился в сон в объятьях мягкого меха Сьерры.