Николай Ланцов

Им было лет по шестнадцать. Да, точно, сладкие шестнадцать лет. Переходной возраст, подростки и влюбленность. Точнее, первая любовь и отношения. Камила оставила незаживающий шрам в сердце Николая. Он всегда будет ее помнить, вспоминать и молиться за нее. Она по прежнему являлась ему во сне, там она была жива и они все еще были неразлучны. Слуги были свидетелями этой прекрасной любви. Солдаты Двадцать Второго полка были свидетелями мести за эту любовь. Была середина весны. Все вокруг цвело и пахло. Также, как и любовь этих подростков, которые клялись быть в любви, и в радости, и в горе. В королевском саду журчала вода из фонтана, а птицы вокруг чирикали. Выйдя на улицу Николай прикрыл глаза, подставляя лицо под солнечные лучи. Краем уха он услышал, что Аня обсуждала кое с кем, что Ками сбежала и так и не явилась назад. — Непорядок. — проговорил Николай. Он пошел в сторону моста над ручейком. Пройдя через мост он услышал тихий плач. Парень направился в сторону кустов и просунул сначала голову, огляделся. Ками сидела на траве и сидела прижав к себе колени, лицо ее было прикрыто ладонями. Девушка горько рыдала и казалось, не собиралась останавливаться. Услышав шелест кустов она подняла взгляд. Увидев Николая она стала отчаянно вытирать глаза и шмыгать носом. Парень протиснулся в кусты и опустился перед девушкой. — Фрось, что такое? — он ладонями вытер слезы девушки и ласково прижал к себе. Он поглаживал ее за голову, а девушка задрожала и снова заплакала. — Меня замуж выдают. — парень подумал, что ему это послышалось и переспросил. — Меня замуж выдают. — Как? За кого? — За лейтенанта Бегунова. — она подняла на него свои покрасневшие и заплаканные глаза. Бегунов. Этому придурку было двадцать шесть, какого черта он собирается жениться на Ками? А хотя, не зря он крутился вокруг Ками во время балов, да и вообще при каждой встрече. А месяц назад Николай видел Бегунова и Бориса Филипповича вместе. — Ты не выйдешь за него. — Ты не сможешь помешать. — отстранившись Ками отвернулась, обнимая себя руками. — они все продумали. Через неделю будет свадьба. Парень пошатнулся, словно от удара. Неделя. Проморгавшись он подошел к ней и обнял сзади. Она была такой крошечной и маленькой. Ланцов был едва ли не на голову выше Камилы. — Ты не волнуйся, не плач прошу. — повернув ее к себе он сел на колени, взял ее руки в свои. — Фрось, я обещаю, что ты не останешься с Бегуновым. Своей жизнью клянусь. — Жизнь свою и побереги! — Кому вы там жизнь бережете? — послышалось сзади. Это был Доминик. Он выбрался из кустов и выпрямившись оглядел двоих. — Вы чего поругались что ли? — Ками замуж выдают. — За тебя что ли? — это была шутка, но посмотрев на Ками Доминик нахмурился. — я ж думал вы шутите. — За Бегунова. — За того засранца?! Да он же на голову отбитый, вы чего? Я даже сам с твоими родителями поговорю. Вот только кто его послушает то?

***

Николай отправился к своему отцу, чтобы поговорит насчет этого, но тот сказал, что Камила уже совершеннолетняя и родители вправе выбирать ей мужа для ее же благополучия. Матушка была полностью солидарна со своим супругом. — Тогда дайте мне на ней пожениться! — выпалил Николай. — мы же любим друг друга, в чем проблема? — В том, мой дорогой, что тебе нужна девушка более высокого ранга. Я выберу тебе настоящую принцессу и она будет в тысячу раз лучше твоей Камилы, хочешь? Парень вскипел. Они не воспринимали его в серьез. — Не хочу, таких принцесс полно, а Ками одна такая! На ней я и женюсь или же до конца своих дней останусь одиноким. — Ланцов покраснел от злости. — Так, ты переходишь черту, парень. — отец наклонился вперед. Брови его были сведены в одну линию, а губы поджаты. — у тебя всегда было все, что тебе нужно. Даже твоего нищеброда мы оставили во дворце, что еще нужно? — Не нужны мне ваши драгоценности и богатства, также как и ваш статус! Не смейте называть Доминика нищебродом, он такой же человек как и вы! Он развернулся, даже не поклонившись и ушел захлопнув дверь. — Не волнуйся, супруг, это всего лишь переходной возраст. — сказала Татьяна Ланцова. — Это уже баловство! Твой щенок слишком избалован и надо с этим что-то придумать! — лицо его побагровело, а усы то и дело дергались от злости.

***

Камила стояла перед зеркалом, пока на ней сшивали платье. За неделю она сильно похудела, что платье буквально висело на ней. Служанки осыпали ее комплиментами, но она ни разу не улыбнулась. Они закончились с платьем и в покои зашла Женя с тележкой. — Выйдите все! — служанки переглянулись и ухмыльнулись. — Вы не слышали? Она сказала вам выйти! — ухмылок как и не было. Каждая служанка одна за другой поклонившись вышли, опасаясь гнева госпожи. Когда никого не осталось из-под тележки появился Николай. Принц оглядел княжну с головы до ног и его глаза заблестели. Выпрямившись он заключил в объятия Ками. — Ты выглядишь великолепно! Мы сегодня уйдем. — улыбнулся он, поглаживая ее за щеку. — Никакой свадьбы не будет. — И я помогу вам в этом. — хитро улыбнулась Женя. Впервые за все время Камила рассмеялась. Она ведь уже совсем отчаялась. — Вы мои спасители! — она обняла Женю с Николаем с расцеловала их. Ками сбросила с себя фату. С нетерпением она села на стул, пока Женя доставала нужные вещи. Стоило лишь пальцам Сафиной прикоснуться к лицу Ками, как распахнулась дверь. Горло выпятив грудь вошел Василий. — Вот ты где, братишка. — в руке он держал свиток. — отец знал, что ты не устоишь, потому и просил передать тебе это. Открыв свиток Николай взглядом пробежался по буквам. Его лицо становилось все злее и злее. Он сжал пергамент в кулаке и отбросил в сторону. — Чего у тебя морда такая злая, щеночек? — ухмыльнулся Василий. Николай схватил его за шиворот и встряхнул его. Василий уже имел жирок, а Николай набирал форму и креп. — Мерзкий подонок! — крикнул Николай. Ками и Женя тут же вздрогнули, переводя взгляды на братьев. — Ты чего творишь?! Стража! — завопил Василий, когда его младший брат уже сжав руку в кулак размахнулся. Стража тут же появилась в покоях, братьев разняли и увели. Ками взяла с пола клок пергамента и раскрыв его прочитала. — Что там? — нетерпеливо спросила Женя. — Приказ о призыве в пограничную армию для Доминика. — пустым голосом сказала Ками.

***

Николай сидел со своей семьей в первых рядах. Василий, который уже изрядно напился храпел у него на плече. Он все еще был зол и локтем въехал в бок Василия. Тот резко поднял голову и посмотрел на Николая. Отчего в нос парня ударил неприятный запах алгоколя. — Где невеста? — он огляделся вокруг. Увидев, что церемония бракосочетания еще не началось цесаревич начал снова опускать на плечо своего братца. — Ты хоть слюни не пускай. — сквозь зубы процедил парень. Церемония все не начиналась, даже Бегунов начал нервничать. Николай хотел выйти, но его остановил отец. — Сядь на место. Сжав кулаки и скрипя зубами младший Ланцов сел на место. Сзади перешептывались, что у невесты началась истерика и она едва ли не рвет на себе платье. Святые, как же ему хочется быть рядом с ней. Обнять, поцеловать, успокоить и сбежать. Музыканты заиграли свадебную мелодию. Все встали с мест и повернулись в сторону входа. Камила была в свадебном сарафане из парчи. Оно было вышито красивыми узорами из золотых и серебряных ниток. На голове у молодой невесты был свадебный венец. Зал наполнился восторгом. Гости были очарованы красотой невесты. Голубые глаза блестели от слез, которые едва ли не стекали по щеке. Это Николай должен ждать ее у алтаря, а прекрасные глаза Камилы должны были блестеть не от слез, а от счастья. Всю церемонию Ланцов прожигал взглядом молодожен. Он пытался хоть как-то словить взгляд Камилы, но она не поднимала взгляда. Бегунов постоянно был с ней и не отходил вовсе, прижимая ее к себе за талию. По челюсти Ланцова заходили желваки. — Ну что вы, Михаил Сергеевич, прижимаете жену к себе? Успеете еще пообжиматься! — пошутил генерал Соколовский. Было заметно, что такие шутки Камилу напрягали и раздражали. Она едва находила в себе силы улыбаться и принимать поздравления. Девушка была несчастна. Рядом с крупной фигурой Бегунова она была совсем крохой и была совсем ребенком.

      ***

Николай отправился в армию, вместе со своим лучшим другом. Уже шел второй год службы. Ланцов старался каждый день писать Камиле, как только появлялась возможность он хватался за перо с бумагой, но ответы не приходили. Он просил у нее прощения, и писал, что все же сдержит данное обещание, все, что требуется от Камилы — терпение. За один раз он отправлял несколько писем. Писал также и Доминик, даже ему Камила не отвечала. Ни одной весточки не прислала. Их полку отправили боеприпасы, а с ними и нескольких солдат. Николай с Домиником помогали разгрузить ящики. Ланцов собирался взять еще один ящик, когда его на себя потянул Доминик. — Ты посмотри, разве это не муженек Ками? — он указал на солдата, у которого отсутствовали погоны. Тот был изрядно потрепан, он был в грязи и на лице отчетливо виднелись желтые пятна — следы заживающих синяков. — Да, это же Бегунов. — парни переглянулись. Наблюдая за ним они заметили, что он держаться в стороне от остальных, да и солдаты с которыми он прибыл никак не контактировали с ним. Вечером, когда все сели, чтобы поужинать Доминик и Николай подсели к солдатам, которые прибыли с Бегуновым. — Парни, это разве не лейтенант Бегунов? — спросил Николай. Солдаты обменялись взглядами. — Бывший лейтенант. — А что с ним? — спросил Доминик. — говорили ведь, что его ждет прекрасная карьера. — Ага, пока он жену свою не прикончил. — ложка Николая упала на пол. — Как это? — он не верил своим ушам. Не может быть. — А так. — начал Леон. — работал я в поместье у Бегунова. Жена его была красавица, так еще и молода. Шестнадцать лет было всего. Николай встал с места, но Доминик усадил его на место. — Отпусти. — он уже не отрывал взгляд от этого животного. — Давай дослушаем сначало. — он повернулся к Леону. — продолжай. — Так вот. Красавице этой постоянно писал какой-то парень. Бедная и так на улицу не выходила, уж больно ревнивый был. А письма усложняли ее положение. Каждый день одно и тоже. Бедная вся в синяках ходила, лупил он ее короче. Исхудала, на глазах чахла. Забеременела она однажды, так Бегунов ей не верил. Мол, нагуляла! Девчонка то, из дому не выходила. Однажды заявила она: «Раз ребенок не твой, так дай уйти». Так он с цепи будто сорвался. В их перепалку никто не отваживался вмешаться. Кричала бедная девка, мучалась вся. В тот день пытки ее продлились несколько часов, пока крики не стихли. А потом вышло это чудище, — он указал на Бегунова. — руки, да ботинки в крови. Всем поместьем туда помчались. Жена его на полу лежала, платье ее было в крови. Лицо не узнать! Такого ужаса я в жизни не видел. Так еще и беременная была. Он ей и нос, и ноги сломал. Отпинал он ее, будто мяч пинал. Когда мы зашли, она хрипела дышать не могла. Один глаз вытек, а другой опух сильно, что даже глаз не открывается. Пока лекарь пришел она скончалась. В мучениях и пытках. Народ самосуд над ним устроил, вон за то и меня сюда отправили. А Бегунов, говорят знатно царю заплатил, чтобы его не казнили. — Теперь я тебя держать не буду. — сквозь зубы сказал Доминик. Его хватка тут же ослабла. Николай вскочил с места и направился к Бегунову, который ел в это время. — Мразь, да ты можешь есть?! — мужчина поднял на него взгляд и только открыл рот, когда Ланцов дернул Бегунова с места и разбил об его голову табуретке. Злость полностью охватила парня. Бегунов повалился на земь, Николай ударил его в нос, и несколько раз въехал в челюсть. — Так ты ее избивал? — рядом появился Доминик, который уже сделал несколько ударов. Ланцов посмотрел на своего друга и сказал: — я сам. Глаза его налились кровью и сейчас он напоминал разьяренного льва. Доминик кивнул и отошел в сторону, но останавливал тех, кто пытался их разнять. Хотя таких было немного. Бегунов ударил Николая в нос, отчего парень пошатнулся. Его руки сомкнулись на шее бывшего лейтенанта. Когда его глаза начали закатываться Ланцов отпустил его и несколько раз головой об землю ударил. Из носа Николая стекала кровь и капала в лицо Бегунову. Встав он начал пинать его. В живот, бедра, в грудь и в голову. Николай хотел, чтобы он страдал также, как и Камила, хотя ее пытки продолжались целых два года. Появился Раевский и снял Николая с Бегунова. Один глаз Бегунова полностью опух, лицо было в крови. — Ланцов! — крикнул Раевский, хватая Николая, который пытался вырваться, за шиворот. — Он жену свою беременную до смерти забил и вы защищаете его?! — закричал Николай. — он жену свою не пожалел, почему мы должны жалеть его! Он должен ответить за содеянное! У вас ведь тоже есть дочь, чтобы вы сделали, если бы ее муж до смерти забил ее? Хватка Раевского ослабла. Он отпустил Николая и отошел в сторону. Он позволил Ланцову совершить самосуд. Николай продолжал бить Бегунова. Его рубаха пропиталась кровью. Ему было мало всего этого. Михаил был без сознания. Он едва ли не сразу умер. — Очнись, тварь! — кричал Николай, пиная его в голову. — слабак! Доминик остановил его и обнял. — Все, брат. Он умер, остановись. — Он не протянул и пяти минут! Ками же терпела два года! — зарыдал он. Вот только на душе у Николая не стало легче, а будто бы наоборот. Ками же снилась ему каждую ночь, улыбалась и махала ему рукой. Надо было сбежать вместе с ней, плевать на эти титулы, может тогда она была бы жива? Обнимала бы его, целовала и просто была бы рядом? Ланцов долгое время винил себя. Смерть Камилы стала тяжелой ношей в его сердце.