Глава 18. Так они превращаются в избалованных гнилых подростков, не отличающих хорошее от плохого! (1)

– Да что с тобой сегодня? Как ты смеешь так со мной разговаривать?! – Лю Мэй с возмущением посмотрела на Су Дачжи, – Я твоя жена! Ты точно хочешь жить вместе?! Естественно он хотел. Но не меньше хотел жить счастливой жизнью. Когда бы она ни угрожала ему уходом, он всегда пасовал и слушался. И послушно отдавал свою зарплату, потому что она говорила, что та понадобится им в будущем; Лю Мэй вообще любила порассуждать о том, каким счастливым оно будет. Но до сих пор он не увидел ни одного хорошего дня. Старшая сестра была права. Если он действительно дорог Лю Мэй, то почему она вынуждает его голодать, забирая всё, подчистую? Голодный желудок придал ему храбрости. С решительным видом он потребовал: "Дай мне деньги и талоны на еду. Я взрослый мужчина. Как я могу быть без денег?" – Су Дачжи, ты что тут устраиваешь? – в гневе выпрыгнула из кровати Лю Мэй. Она вышла замуж за Су Дачжи не только из-за его работы, но и потому, что считала его легко внушаемым человеком, который слушался бы её во всём.* Она почувствовала себя обиженной. Они не так давно женаты, а он уже начал меняться. /* здесь речь не о том, что Лю Мэй вышла замуж из-за корысти, а не по любви. Брак в Китае - это в первую очередь взаимовыгодный союз. Браки на голых чувствах порицались и раньше, и даже теперь. Здесь о том, что Лю Мэй хочет получить от брака по-максимуму (и сверху ещё столько, насколько хватит бесхребетности Дачжи), но при этом ничего не даёт со своей стороны. / Нет, так не пойдет. Если она уступит сейчас, то в следующий раз он попросит ещё больше. Она указала на нос Су Дачжи и сказала: "Су Дачжи, если ты посмеешь и дальше так со мной разговаривать, то я вернусь в дом своих родителей, и ты будешь жить один. Я посмотрю, как ты проживёшь остаток своей жизни без жены!" Запал Су Дачжи резко потух. На фабрике были неженатые мужчины от тридцати до сорока, и некоторые из них уже были готовы искать пару даже в сельской местности. В отличие от горожан, сельчане не получали продовольственные пайки от правительства. Женившись на селянке, мужчина становился единственным кормильцем в семье. Родившихся детей всегда регистрируют по месту жительства матери, так что от начала и до конца один человек будет вынужденно тянуть всю семью. Лю Мэй заметила, что муж испугался и поостыл. Она усмехнулась и сказала: "Если ты будешь меня слушаться, то я продолжу жить с тобой. Если нет, то я оставлю тебя. И посмотрим, как ты станешь всеобщим посмешищем!" Су Дачжи подавился словами и молча опустился на кровать. Цзэцзэ права — нельзя разделять семью. Они ещё не отделились, а Лю Мэй уже командует им во всю. Обустройся они раздельно сразу, у него вообще не было бы нормальной жизни. К счастью, у него есть старшая сестра. Когда она вернется домой, всё будет в порядке. Лю Мэй увидела, что Дачжи неподвижно лежит на кровати и легла рядом. После ссоры она тоже разозлилась. Она всем сердцем планировала их маленькую семью, но этот дурак решил устроить истерику. Итак, она повернулась спиной к Су Дачжи. Если он не извинится и не уговорит её, она не станет с ним разговаривать. Посмотрим, кто уступит первым! *** Су Юй задержалась в больнице на два чудесных дня, но всё равно в итоге пришлось возвращаться домой. Она не могла позволить себе потерять работу. Обморок из-за недоедания — не болезнь, и если она застрянет в больнице по такой причине, её хорошей репутации придёт конец. Будучи заинтересованной в звании образцового работника, она совершенно не могла этого допустить. К слову, эти два дня и для Су Сяочжи оказались весьма приятными. Самоотверженная забота о заболевшей старшей сестре избавила его от необходимости ходить в школу по более чем уважительной причине. При этом вся "забота" начиналась и заканчивалась приездом в больницу на обед, а всё остальное время он был волен заниматься чем вздумается. Жил ли он лучше? Услышав, что Су Юй собралась на выписку, Сяочжи сразу приуныл: "Сестрёнка, лучше бы тебе остаться в больнице. У тебя же плохое здоровье." Пока сестра лечится — его райская жизнь не закончится. Су Юй видела его мотивы насквозь: "Так не пойдёт. Разве я не обещала найти тебе работу? Но пока лежу в больнице, как это сделать? Моё сердце не на месте, когда я вижу, как ты несчастен". Су Сяочжи удивлённо застыл. Сестра так быстро выписывается ради него? Цзэцзэ рассказывала, что представитель профсоюза Янь настоятельно советовала ей задержаться в больнице подольше и как следует поправить здоровье, однако сестра всё равно настояла на досрочной выписке. Оказывается это ради обещания найти ему работу! — Цзэцзэ, ты так обо мне заботишься! — Су Сяочжи был так тронут... Су Юй усмехнулась. Прежняя Су Юй действительно едва ли не наизнанку выворачивалась ради его благополучия, только он никогда этого не ценил. Нынешняя Су Юй позволила ему бросить школу и выйти на работу — Сяочжи доволен! Вот почему нельзя баловать детей: они превращаются в избалованных гнилых подростков, не отличающих хорошее от плохого!