Часть 8

— …То есть тебе надо помочь с маскировкой твоей внешности? — Кавински поставил полупустую жестяную банку на стол и серьёзно посмотрел на Лололошку. — Да, — промямлил парень, делая небольшой глоток своего напитка. — Во что ты успел ввязаться за столь короткий промежуток времени… — бывший наблюдатель откинулся на спинку дивана и взялся за подбородок, вспоминая что-то. — На два фронта говоришь… Они, закончив стрелять по мишеням, устроились в дальний угол, чтобы провести остаток времени и поговорить на некоторые темы. Рома решил начать разговор про необходимость своей маскировки для некоторого дела. Он не стал вдаваться в подробности, так как не собирался раскрывать все свои планы, а также боялся, что Радан мог его как-нибудь узнать… — Самое главное скрыть цвет моих глаз, а также волос. — Хм, обычные импланты для смены цвета глаз тебе не подойдут, ведь не будешь ты каждый раз рисковать здоровьем и временем для этого. Есть у меня один знакомый с одной штукой… Когда тебе надо будет стать совсем другой личностью? — поинтересовался мужчина, открывая контакты. — Я должен знать насколько это срочно, чтобы в случае чего надавить на должника. Парень поник. Он жалел, что решил назначить встречу с Кейт и Раданом так скоро. Стоило подождать чуть подольше и лучше проработать Лололошку как отдельного гражданина Алотерры, а не поддаваться захлестнувшим его событиям. Также он ещё и взвалил на себя мутное дело про багрового невидимку. — Уже завтра к 18:30, — ответила за него Райя-Прайм. — На это надо максимум дня три, потому что придётся ещё ловить нужного вам человека по всему Альт-Сити, ведь он то ещё ссыкло. Увидев от меня сообщение, сбежит в укромное место, поджав хвост. А я ой как не люблю играть в кошки мышки, — Кавински потянулся в карман своей куртки, доставая оттуда упаковку сигарет и зажигалку. Он достал одну и собирался уже её поджечь на автомате, как заметил заинтересованный взгляд Ромы. — Ты не против? — Нет, — не стал противиться Лололошка. Ему было всё равно, что кто-то курил в его присутствии, но он знал, кто будет против… Парень тяжко вздохнул и прикрыл глаза. Бывший наблюдатель приподнял бровь и щёлкнул зажигалкой. — Кавински, ты знаешь какой вред твоей дыхательной системе наносят сигареты? — начала свою фирменную лекцию Райя, приблизившись к чужому лицу. — Они не только вызывают осложнения, но и провоцируют такие болезни как… Блондина это не остановило. Он сделал глубокую затяжку и выдохнул дым прямиком на голубой дисплей. Сквозь белую дымку стало показываться крайне недовольное лицо Райи-Прайм. Кавински же пакостливо расплылся в улыбке. Блондин наклонился в бок, чтобы посмотреть реакцию Ромы, но тот сидел с натянутой улыбкой и показывал на свою помощницу. Было понятно, что здесь что-то не так. Райе не понравилось столь грубое отношение к себе, и она не стала церемониться. Бывшего наблюдателя тут же ударило током. — Ай, за что?! — не ожидая такого, он потёр плечо, куда была совершена атака. Райя-Прайм промолчала и ещё ближе придвинулась. Она по настоящему внушала чувство опасности. — Ладно, ладно, я понял! Больше так делать не буду, хех. Кавински сделал очередную затяжку. — Что касается цвета глаз, то тебе придётся подождать, но вот волосы… Могу хоть сегодня тебе организовать качественный парик на любой вкус и цвет. Ещё тебя научат правильно его надевать. Будет как родной. Сможешь даже бегать и висеть вниз головой без опасений быть раскрытым, — мужчина стряхнул пепел в пустую банку. — Но как насчёт твоего голоса? — Об этом не стоит беспокоится. Есть самый лучший способ его сокрытия, — открыто хвастался Рома. — Но, пожалуй, я потом задумаюсь о другом способе. На первое время он сойдёт. — И что же за способ? — Кавински не терпелось узнать ещё каких-нибудь интересных фактов о Роме. В его жизни давно не было таких занимательных людей с огромной телегой за собой секретов и тайн. — «Райя, передай следующее, » — Лололошка воспользовался их связью для демонстрации одной уникальной способности для незнающих. — «Винс, спасибо за этот вечер. Мне очень понравилось стрелять из пистолета». — Винс, спасибо за этот вечер. Мне очень понравилось стрелять из пистолета, — донеслась чужая фраза от Райи изменённым голосом. Глаза у бывшего наблюдателя широко раскрылись, а уголки губ невольно поползли вверх. Он потушил сигарету и затолкал бычок в жестяную банку. Вся эта авантюра Ромы сильно завлекала его. Кавински ни капли не жалел, что решил всë-таки взять под своё крыло парня, хотя мог этого и не делать, продолжая жить с ношей в виде долга. — Как же я тащусь от вашего дуэта. Жаль, что такие как ты, Райя, не продаются, — Кавински печально вздохнул. — Ах, если бы ты действительно была изобретением Ноланда и Кэтрин, то я бы с удовольствием потратил остаток жизни, чтобы добыть твои чертежи и прочее, чтобы воссоздать Райю-Прайм 0.2. — Я единственная в своём роде, — уверенно произнесла помощница парня. — Невозможно повторить мою личность, ведь я годами сопровождала Рому, приобретая своё я. Кавински ухмыльнулся, поправив очки. — …Так ты будешь строить из себя немого? — поинтересовался мужчина, облокачиваясь на стол и поддаваясь вперёд. — Нет, скорее недоверчивого преступника. Если же я продолжу и дальше развивать личность Лололошки, то придётся задуматься о том, как бы ненароком, не раскрыть свой настоящий голос, — Рома тяжело вздохнул. Он мысленно дал себе оплеуху за поспешные действия, продолжая жалеть, что не подумал о последствиях. Ему предстояло много работы, чтобы завтра не оплошать и не разрушить образ, создаваемый годами. — «Рома, думаю мне стоит провести тебе лекцию по безопасности, потому что я до сих пор в замешательстве от твоих действий. Я не понимаю их логичности, ведь раньше ты постоянно думал на несколько шагов вперёд», — сообщила ему Райя по внутреннему модулю. — «Нам давно стоило поговорить, после моего возвращения в строй, а не кидаться с головой в события.» Лололошка потупил взгляд в пол, сминая низ куртки. Он не мог отступить, ведь уже решился играть по крупному. То во что он ввязался не прощало ошибок. Либо ты выигрываешь, либо проигрываешь. Другого выбора нет. — Ты чего скис? — выдернул его из размышлений бывший наблюдатель. — Да, так… — Рома, смял пустую банку и бросил её в неподалёку стоящее ведро. — Я слишком много на себя взвалил, не обдумав толком правильность этих решений. Боюсь, что просто не вывезу это, так как мне придётся ходить по тонкой грани. — Эта грань ещё тоньше, чем была? — Винс, ты даже не представляешь в какую авантюру я походу ввязался, — понизил голос парень, придавая фразе более серьёзный оттенок. — Если бы я мог вернуться на пару дней назад, то отказался, но уже поздно мяться. Нужно действовать. — Мда… — протянул Кавински. Он кашлянул, чтобы перевести тему в другое русло. — Всё, хватит сидеть тут и мариноваться в своём соку. Нужно успеть подобрать тебе парик, пока не наступил комендантский час. Бывший наблюдатель достал телефон и принялся что-то быстро печатать. Когда он отправил сообщение, то поднял глаза на парня, который продолжал витать в своих мыслях. Резко хлопнув по столу, что Рома аж подпрыгнул, Кавински накинул на себя излюбленную куртку. — Я не понял, почему мы ещё сидим. Быстро собрались и айда в путь! — мужчина застегнул молнию и похлопал по карманам в поисках ключей от тира. Он достал связку ключей и поманил за собой парня, но увидел замешательство на его лице. Лололошка осматривал пустые банки на столе и гильзы на полу, беспокоясь о беспорядке. — Забей, мои потом уберут. Рома фыркнул и не стал на этом зацикливаться, последовав за мужчиной. — А меня за малейший беспорядок в квартире ругаешь, — обратился он к Райе с недовольством. — В отличии от Кавински у тебя нет тех, кто бы выполнял твои поручения, — напомнила важную деталь Райя-Прайм. — В прошлом ты месяц игнорировал мои напоминания об уборке. Месяц. Целый месяц. В то время у Лололошки было необычайное вдохновение, которое заставляло дни напролет сидеть перед мольбертом, позабыв про всё на свете. Если бы не Райя, то он скорее всего свалился бы от истощения, забывая поесть, попить и размяться. Один раз Рома даже не заметил, как выпил стакан воды с краской… И только тогда кое-чьё терпение лопнуло, и парня отправили считать овец, вырубив в целях профилактики. — У меня просто был творческий порыв, — неловко пробормотал Рома, вспомнив этот эпизод жизни. Бывший наблюдатель с улыбкой слушал чужую перепалку. Он не мог найти объяснения тому, почему ему доставляло некое удовольствие… Заботиться о Роме? Словно отец. В момент встречи, когда он только узнал, что перед ним ребёнок его благодетелей, то решил просто разобраться со своим долгом и забыть о нём. Привязываться к кому-то и переживать за кого-то было не в стиле Кавински. Спустя столько годов, потраченных на работу наблюдателем, он понимал, что все… Все в этом простые винтики системы, с которой невозможно бороться. Но видя перед собой живого противника той самой системы, мужчина не мог не поддаться сомнениям в своих убеждениях. Если бы не та роковая встреча и раскрытие второй личности Ромы, то Кавински бы продолжил жить по своим принципам. Он бы поверил в поимку Лололошки, и небольшой огонёк надежды, томящийся внутри, потух бы окончательно. Пока он собирался дальше следить со стороны за парнем, помогая в случае чего. Кавински подавил в себе странное чувство, не давая ему влиять на него. Возможно позже всё-таки придётся принять его, но пока огонь не обрёл нужную силу. — Райя, во сколько мы вошли сюда? — обратился Кавински к помощнице и открыл дверь в комнату, где располагался небольшой кабинет. Там находились стеллажи и ящики с бумагами, а также стояло несколько мониторов, на которых транслировалась запись с видео камер. — В 17:38, — сказала точную цифру Райя-Прайм. — Ты собираешься удалить записи с нашими разговорами? — Именно, а то некоторые любят погреть уши, — злобно пробурчал мужчина, вбивая пароль от доступа на компьютер. Он принялся искать нужные файлы, чтобы подвергнуть их неизбежному стиранию. Никто лишний не должен был знать темы их общения, иначе они могли бы подвергнуться допросу и последующему стиранию, попади эти файлы в не те руки. Кавински благополучно завершил своё дело и посмотрел на Лололошку. — Ну так как насчёт того, чтобы каждую среду бывать здесь? — предложил он ему, подперев подбородок. Рома с энтузиазмом закивал, одобряя эту идею. Ему очень понравился новый опыт. — Отлично, значит потом обсудим время встречи, а теперь поехали. Они пошли на выход к припаркованной ранее машине. Бывший наблюдатель закрыл все двери и отключил электричество в помещении. Когда он доставал ключи от машины, то перед ним возникла Райя с недовольным выражением лица. — Кавински, я надеюсь, что в этот раз не будет столь ужасной поездки, как в прошлый раз, — сказала она, ожидая положительного ответа, ведь она заботилась о здоровье Ромы. Кавински, пока был неоднозначной фигурой, которая не внушала доверия. От него исходила аура опасного человека. — Можешь не переживать, такого пока что не будет, — мужчина заговорчески ухмыльнулся и открыл машину, садясь на водительское кресло. Он вставил ключ зажигания и завёл мотор. — Но ничего обещать не могу. Рома с неким опасениям сел на переднее сидение и моментально пристегнулся. У него всё ещё возникало ощущение, что поездка станет последней в его жизни. Вспоминая недавний заезд, он передёрнулся и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. — «Да, не поможет это!» — это был крик отчаяния его души. — «Рома, не волнуйся. Он не врал насчёт того, что в этот раз поездка будет более спокойной. Тем более в первый раз я думаю, он просто выпендривался», — оповестила его помощница, устроившись на коленях хозяина. Лололошка автоматически обхватил её, как спасательный круг. — «Если всё ещё боишься, то обещаю сделать так, чтобы ему жизнь малиной не казалась.» — «Спасибо, Райя, но не стоит. Он всё-таки мне помогает», — парень глянул на Кавински, который с кем-то активно переписывался. Мужчина, почувствовав чужой взгляд на себе, повернулся в сторону Лололошки. — «Советую быть с ним настороже.» — Я договорился, — оповестил его бывший наблюдатель и включил музыку, чуть приглушив её. — Сейчас познакомлю тебя с одним мастером своего дела. Она с превеликим удовольствием согласилась поделиться с одним из своих париков. Райя-Прайм состроила скептическое лицо. — Скорее всего, она сдалась под твоим натиском. — Неужели ты обо мне настолько плохого мнения? — Кавински театрально смахнул несуществующую слезу. — Хватит ломать комедию, по-е-ха-ли. Напомню, что до комендантского часа осталось всего два с лишним часа. Нам с Ромой нужно сделать некоторые приготовления для завтрашнего дня, — холодно ответила она. — Хех, как скажешь. Бывший наблюдатель выехал со стоянки и повёз их вглубь города.

***

К счастью для парня, поездка вышла настолько спокойной, поэтому закрадывались некие подозрения, что здесь что-то не так. Но парень быстро выбросил столь нелепую мысль из головы и принялся вспоминать место, куда они приехали. Это был небольшой спальный район неподалёку от центра, где обычно жили граждане в достатке. Можно было слышать доносившиеся звуки кипящего жизнью города, который начинал наполняться шумом и весельем, как раз за несколько часов перед комендантским часом. Они вышли из машины и направились к одному из домов. Кавински уверенно подошёл к входной двери и открыл её. Лололошка молча следовал за ним. Невольно вспомнилась их первая встреча, ведь атмосфера была похожей. Райя-Прайм оповестила их о том, что переходит в скрытый режим. Поднявшись по лестнице на второй этаж, было нерационально использовать для этого лифт. Мужчина нажал на звонок и стал притопывать ногой в ожидании. — Не обращай внимания на её бред и мерзкий характер. Она говорит быстрей, чем думает, — обратился к парню бывший наблюдатель. — Надеюсь ты любишь изюм. — Что? — Рома недоумевал по поводу последней брошенной фразы. Он не успел получить хоть какое-нибудь объяснение, так как дверь перед ними распахнулась, и на пороге их встретила женщина в бордовом халате. — Ах, явился не запылился, — начала она разговор, обращаясь к Кавински. — Как я прошу что-нибудь у тебя, то ты игноришь, а как тебе что-то потребовалось, то ты уже у меня перед порогом. — И тебе добрый вечер, Клара, — поздоровался с ней блондин, мило улыбаясь. — Тоже рад тебя видеть в добром здравии. Как дела? — Отвратное, — выплюнула она. — Твоя рожа передо мной моментально его испортило. — На последний вопрос можно было и не отвечать, — Кавински приобнял Лололошку за плечо и стал пихать его вперёд. — Ну не будем же стоять на пороге. — Здравствуйте, — робко промямлил парень, приветствуя хозяйку. Женщина цокнула языком и отошла в сторону, впуская нахалов, заявившихся в столь поздний час. Она не могла подобрать слов, чтобы описать своё негодование. Дверь за незваными гостями громко захлопнулась. Бывший наблюдатель чувствовал себя как дома, продолжая вести парня вглубь квартиры в гостиную. Кавински разлёгся на кресле, а Рома присел на диван ближе к краю и стал наблюдать. — Ты помнишь мои условия, — начала издалека Клара воркующим голосом. — Ты обязан попробовать мой новый рецепт изюмных булочек. — Обязательно с изюмом? — с надеждой спросил мужчина, состроив умоляющее лицо. — Конечно, отказы не принимаются, — женщина приблизилась к Кавински и дала тому щелбан. — Актёр из тебя никудышный. — Какой учитель, такой и ученик. Чужая ладонь стремительно приземлилась на макушку бывшему наблюдателю, выдавливая из того нечленоразборчивое шипение. — «Мы похоже здесь третьи лишнии», — вынесла вердикт Райя, следя за всем происходящим глазами Лололошки. Внезапно у парня защекотало в носу, и он тихо чихнул, привлекая внимания. Хозяйка квартиры подошла к нему и обхватила его лицо, вертя из стороны в сторону. — Вблизи ты ещё симпатичней, чем на фотках, Дейв, — вынесла она свой вердикт, оценив красоту парня. — И давно ты по мальчикам, Винси? От такого заявления Кавински зашёлся в приступе кашля, не веря своим ушам. Рома же сидел с широко раскрытыми глазами и ловил воздух, словно рыба на суше. Мужчина всё продолжал кашлять, подавившись от столь небрежно брошенных чужих слов. — Кха, ты меня в могилу сведёшь! Кха, своим, кха, блистательными умозаключениями, — еле как проговорил мужчина. Он тяжело дышал, откинув голову на спинку кресла и приложив руку к груди. — Он врёт? — спросила она Рому. — Нет! — вскрикнули они одновременно. Лололошка весь залился краской. Ему было крайне неловко от услышанного. Хотелось провалиться под землю и стереть из памяти эти несколько минут. Парень пересёкся взглядом с Кавински и отвёл глаза в сторону… — «Мда… Неловко вышло…» — «Я запрещаю впредь поднимать эту тему», — поставила ультиматум Райя. — «Поверь мне на слово, Рома. Если Кавински будет как-то странно смотреть в твою сторону, то я без промедлений предприму кое-какие действия.» — «Всё забыли! Забыли! Я тоже запрещаю вспоминать этот момент!» Хозяйка квартиры прокашлялась, отвлекая гостей лишних мыслей. — Дорогуша, любишь чай? — обратилась она к парню. — …Да, — с небольшой задержкой ответил он. — Чёрный, зелёный, белый или какой-нибудь фруктовый? — Ромашковый. — А булочки любишь? — Да. — Отлично, подождите немного, я скоро вернусь. Женщина поспешно покинула гостиную, скрывшись на кухне. Оттуда доносились звуки открывания шкафчиков и какое-то шуршание. В гостиной же стояла гробовая тишина. — Какой ужас… — прошептал бывший наблюдатель, обхватив голову. — Винс, не беспокойся, ведь ты предупредил. — Кхм, забудем… — мужчина приподнял очки и потёр переносицу. — Ты как относишься к изюму? — Нормально, а что-то не так? — Эта ведьма заставляет вечно пробовать её выпечку с изюмом. А я его ненавижу. Меня тошнит от его ощущения во рту, — жаловался Кавински. — Учитывая, что она печёт также другое, то она скорее всего хочет меня убить столь извращённой пыткой. — Я всё слышу! — донёсся женский голос с кухни. Бывший разочарованно застонал, сползая ниже на кресле. Клара вышла с подносом, на котором было три чашки с разным чаем и огромная тарелка с изюмными булочками, и поставила его на кофейный столик. Она села рядом с Лололошкой и, взяв свой чай, сделала глоток. Кавински своим взглядом прожигал выпечку перед собой. — А ну быстро съел хоть одну и оценил мои навыки! — прошипела она бывшему наблюдателю и переключила своё внимание на Лололошку. — Ешь, не стесняйся. Рома взял в одну руку чашку, а в другую золотистую булочку, в которой проглядывался тёмный сухофрукт. Он откусил небольшой кусочек и стал пережевывать. Вкус был очень даже хорош. Чай тоже был идеален как по вкусу, так и по температуре. Это напомнило ему детство, когда мама приносила домой различную выпечку. — Ну как? — поинтересовалась женщина с блеском в глазах. — Очень вкусно, — честно ответил Лололошка, прожевав первую булочку. — Вы работаете кондитером? — К сожалению, нет, — Клара мрачно улыбнулась. — Я с детства хотела им быть, но у Империи и моих родителей были другие на меня планы. Я сильно пожалела, что в детстве ходила в театральный кружок, где заимела какой-никакой успех… Теперь я актриса, а выпечка просто моё хобби. И давай на ты. Я ещё не настолько стара, Дейв. — Хорошо, Клара, — Рома сделал глоток и попытался вспомнить, где уже мог видеть эту женщину прежде, потому что черты её лица казались знакомыми. Он не сильно интересовался всякими постановками в театрах и не зацикливался на каких-нибудь актёров в фильмах. — Я всё не могу вспомнить, где я тебя уже видел. — А, я поняла почему ты не можешь вспомнить. Меня обычно признают на улицах по цвету волос, — она поднялу руки к голове и сняла с себя парик с тёмными волосами. Под ним оказались белые словно снег настоящие волосы актрисы. Тёмно-карие глаза, в которых радужка практически сливалась со зрачком, хорошо сочетались с её красотой. — Я примеряла новый образ, когда вы меня отвлекли. Прости за мою грубость в начале, я думала, что Винс просто затеял какие-то роле… — Клара! — выпалил мужчина, стукнув кулаком по столу, чтобы не дать ей договорить предложение. — Ты почему ещё не съел ни одной моей булочки?! — переключила женщина своё внимание на совсем другое, быстро отвлекаясь от предыдущей темы. — Я в них всю душу вложила. — Ты уже давно её лишилась за годы моих пыток! — проворчал Кавински. — А ну быстро попробовал, иначе месяц без… — она посмотрела в сторону, где сидел парень, уплетающий её выпечку за обе щеки, и стушевалась. Кларе не позволяла совесть говорить такое при столь очаровательной картине. — Ты понял. Бывший наблюдатель задумался. Перед ним стояло два сложных выбора, но было очевидно, что выиграет в этой битве. Кавински не собирался идти на поводу этого гнусного шантажа. — Ну и ладно, — безразлично ответил он, взяв в руки кружку с чёрным чаем и сделав из неё глоток. — Месяц не так уж и много. Моё моральное состояние мне важнее. — Тебе напомнить условия? — хозяйка квартиры решила идти в обанк. Она всё равно уже решила отдать один из своих париков и обучить Дейва правильной носке, но всё же хотелось насладиться мучениями бывшего наблюдателя, который оборзел от слова совсем. — Неужели ты не держишь свои обещания, хотя сам всегда говоришь, что человек слова. Кавински не собирался давать слабину. Эта ведьма жёстким методом манипулировала им. Было кристально ясно, что она таким способом мстит за столь их поздний визит. Мужчина протяжно вздохнул, принимая свою участь, и протянул руку вперёд. Он взял ненавистную ему булочку с изюмом и решил побыстрее закончить это. Откусив чуть ли не половину, Кавински стал быстро пережёвывать тесто, которые было единственным съедобным составляющем. Как только он ощутил изюм у себя на языке и его вкус, то его лицо тут же стало выражать крайнюю степень отвращения. Он упорно продолжал жевать и запивать, чтобы перебить неприятные ощущения. — «Судя по выражению брезгливости на его лице, то вероятен шанс, что его может вырвать», — прокомментировала Райя текущую картину перед ними. — «Должна отдать должное его выдержки. У него уже проскальзывали рвотные позывы, но он упорно продолжает её есть.» Лололошке стало искренне жаль бывшего наблюдателя. Парень решил глянуть на Клару и был ошеломлен от увиденного, та с садисткой улыбкой смотрела на чужие страдания. — «Я будто смотрю какой-то сериал…» Опустевшая кружка громко опустилась на стеклянную поверхность стола. Кавински тяжело выдохнул после того, как проглотил последний кусок. Его лицо было бледным, но самоудовлетворённая улыбка с ноткой безумия красовалась на его лице. — Выкуси, я смог! — восторжевал он. — Я честно поражена. Не думала, что ты осилишь всё, — женщина быстро похлопала в ладоши. — Ладно, больше не буду над тобой издеваться. Спустя пару лет, ты всё же выиграл наше пари. — Пари? — недоумевал Рома, склонив голову набок. — У нас с ней было заключено пари, что когда я смогу съесть хотя бы любую выпечку с изюмом, то она станет давать мне что-нибудь другое к чаю, — выложил Кавински, положив руки за голову и закинув ногу на ногу. — Наконец-то я смогу снова попробовать твою яблочную шарлотку. — Ну за зрелище, которые ты нам предоставил, я не против испечь её в ближайшие дни, — хозяйка квартиры усмехнулась в чашку. — Повеселились и хватит. У нас не так много времени до комендантского часа, поэтому давайте перейдём к делу. Женщина хрустнула пальцами, вытянув руки. — Дейв, есть какое-то пожелание по цвету, длине и укладки? — задала она вопрос по первоначальному делу. — Э-э-э, — парень не поспевал за сменой действий, после увиденного. — Хм, наверное чёрные волосы и достаточно короткие, чтобы не лезли в глаза. — Тогда приступим! — Клара подорвалась с места и, ухватив Лололошку за руку, утащила в гримёрку.

***

Выбор был колоссальный, но мнения Ромы и Райи сошлись на единственном варианте. Парик с чёрными волосами до плеч, которые можно было завязывать в короткий хвостик. Это был самый лучший вариант, потому что другие не подходили либо по цвету, либо по длине. Клара быстро обработала парня, проведя ему инструктаж. Они обменялись номерами, чтобы переписываться в будущем, если возникнут проблемы, а также женщина пообещала иногда делится своей выпечкой. Рома осознал себя в тот момент, когда Кавински уже подвозил его к дому. — Спасибо за помощь, Винс, — поблагодарил его парень. — Обращайся, помогу с чем смогу, — бывший наблюдатель затормозил около нужного дома. — Если что на следующую среду ничего не планируй. — Хорошо, до встречи! — Лололошка отстегнул ремень и вышел из машины. — Пока-пока, — тоже попрощалась Райя-Прайм. Мужчина помахал им и уехал. Улицы практически опустели, и шум вечера сошёл на нет. Прижав к груди пакет с париком и оставшимися булочками с изюмом, Рома направился в свою квартиру. Им с Райей предстояло придумать легенду на первое время, а также выбрать новое «настоящее» имя Лололошки. Роме не хотелось обзаводиться новым прозвищем. Ему и так хватало трёх. Он боялся, что однажды это сыграет с ним злую шутку, ведь неизвестно при каких обстоятельствах может вырваться не то имя. С новым же станет целых четыре. Три фальшивки и одно настоящее, которое известно лишь трём — Райе, Кавински и... Парень надеялся, что завтрашняя встреча пройдёт хорошо.