Часть 20

Самая большая ошибка в том,

что мы быстро сдаемся.

Иногда, чтобы получить желаемое,

надо просто попробовать

ещё один раз.

(Томас Эдисон)

      Шикамару привычно переставлял фигуры на доске. Совсем недавно убранная матерью комната сверкала чистотой. Тёплый весенний день так и шептал об обеденном сне на свежем воздухе, проникавшим сквозь открытое окно. Но генин преисполнился терпения, что случалось крайне редко, и со особой скрупулёзностью просчитывал все возможные выходы из положения, способные привести к победе.       Скоро отец вернётся со службы, предоставив ему шанс вновь попробовать обойти того в сёги. Вчерашняя игра ожидаемо закончилась поражением Шикамару. Но генин не сдавался. Застопорившись и в который раз сведя брови к переносице, Нара вдруг усмехнулся. Упал на спину, раскинув руки в стороны и устало вздохнув. «Кто ж знал, что работать мозгами так утомительно.»       Стоило осознать своё упорство и осмыслить его причины, как усмешка возникла сама собой. Не сдавался. Но его мечта по, крайней мере, имела шанс стать реальностью в отличие от громких обещаний Наруто. Он надеялся, что шанс действительно был. Образ блондина так некстати появился перед глазами, лишив всей концентрации, и Шикамару совершил стратегическое отступление.       Жизнь в последние дни радовала отсутствием муторных миссий, а до полноценного задания уровня С было ещё далеко, так что генин не жаловался. Ремесло шиноби пока оправдывало возложенные на него ожидания и не приносило особого геморроя. Пока.       Шикамару перевернулся на другой бок. С чего он вообще вбил себе в голову эту идею: сделать старика в сёги? Что бы ему это дало? Самоудовлетворение, похвалу, подтверждение собственных способностей? Так он в них не сомневался.       — Эх…       «Как же мне всё это не нравится.»       Что? Не знать причину собственных действий. Не контролировать ситуацию. Поддаваться эмоциям. Прямо как девчонка.       Слева раздался стук. Стук в окно, находящиеся на втором этаже дома главы клана Нара.       «Прекрасно. Накаркал.»       Юкимура, с которой он не виделся уже около двух месяцев, с последней случайной встречи поздней зимой, и предпочёл бы ещё столько же, как ни в чём не бывало махнула в знак приветствия, попросив разрешение войти. Там, где была она, был и Узумаки, а с ними двумя, в комплекте, шли проблемы. Вздохнув и неторопливо поднявшись с прохладного татами, Шикамару отодвинул стеклянную рамку, пропуская незваную гостью внутрь.       — Привет, Шика. — та привычно улыбнулась, откинув назад непослушные пряди, выбившиеся из хвоста.       — На тебя даже злиться не получается. — он вернулся на прежнее месте, справедливо решив, что отдых отменялся.       — Это же хорошо. К кому я пойду, если ты прогонишь.       Нара обвёл бывшую одноклассницу цепким взглядом.       — Ино точно будет не против.       — Она и так сильно выручила меня. Напрашиваться снова совесть не позволяет. — Рин уселась перед ним, одетая в тренировочные, укороченные до колен штаны и светло-жёлтую футболку, которая ей явно не шла, и принялась доставать из с виду небольшой сумки различные тетради и свитки.       — И что это такое?       — Информация. — она хмыкнула. — Югао вернулась с длительной миссии, и мы наконец-то занялись практикой простейшего фуиндзюцу. Этот свиток для хранения тоже создала она, у меня пока не вышло ни одного сносного. Зато наконец удалось записать почти всё самое интересное за прошедшие месяцы. И не только… Мне очень нужен совет, Шика.       Чем больше Юкимура говорила, демонстрируя ему каждый озвученный предмет, тем сильнее Нара убеждался в правильности прошлых выводов. Это не сулило ему ничего, кроме проблем. Времени прошло и правда немало. Каждый из них коротал его по-своему. Оба обзавелись командой, регулярно выполняли миссии, несли, пусть и небольшую, но ответственность. О самостоятельности пока говорить было рано. Возможно, от обмена «информацией» в их положении всё-таки был толк.       — Что там у тебя?       — Начну по порядку. — куноичи вновь улыбнулась, а он не сомневался, что выслушает все её наблюдения и даже самые бредовые идеи.       В конце концов, Шикамару скучал по былому общению с Наруто, и Рин вряд ли бы в данный момент могла оценить, насколько сильно была похожа на него горящими от предвкушения глазами. Без этих двоих он провёл не один наполненный скукой день. Удивительно, но Нара решительно не знал, с каких пор начал ощущать нехватку чего-то в своей жизни. Или кого-то.       Юкимура тем временем начала рассказ о проблеме с использованием чакры, а точнее с её неиспользованием при сокрытии. В данном вопросе его ответ мало разнился с советом Хатаке — больше времени уделить тайдзюцу. Скорости, как и бесшумности, удастся достичь только при хорошей физической подготовке и лишь потом с применением конкретных техник. Она, чему-то сосредоточенно кивнув, перелистнула тетрадь и бегло просмотрела не самые аккуратные записи.       — А существует способ создания животных, живых существ, с помощью чакры?       — Создания? Скорее призыва. — заметив непонимание напротив, генин пояснил. — Призыв. Так собственно это и называется. Наш мир не единственный, вокруг есть множество подобных ему, населённых и не очень. В каждом клане раньше существовал свой призыв, то есть свиток договора шиноби и контрактного животного, готового явиться из мира духов по средствам использования техники.       — А какая им от этого выгода?       Нара замолчал, поняв, что и сам никогда не интересовался подобным.       — Выгода… Возможно, чакра? Откуда-то она же должна там появляться. Что если шиноби становятся связывающей нитью, проходом между мирами, тем самым обеспечивают то пространство и время важным ресурсом. Хотя тебе всё равно нет смысла думать об этом.       — Почему?       — Собственного резерва не хватить. Чтобы совершить технику призыва, он должен быть немаленьким.       — Учту. Но знать всё равно лишним не будет.       Рин, заправив отросшую прядь чёлки за ухо, сделала в тетради несколько пометок, пока Нара рассматривал её внешний вид. Не то чтобы ему было до этого дело. Детали, они, как и знания, не будут лишними.       На лице у той красовалась тонкая белёсая полоска, обещавшая сойти в скором времени, подруга однозначно загорела, хотя до Наруто ей ещё было далеко. Предплечья и ладони украшали эластичные бинты. Увидь он такие на Шикаку, не удивился бы. Ино использовала подобные для каких-то других целей. Следовательно, Юкимура успела приобрести реальный опыт. Когда? Предположительно, на миссии. За пределами Конохи. Могла ли команда 7 уже успеть выполнить задание подобного уровня? Вопрос неоднозначный.       Но важнее всего было другое. Рин изменилась. Она радовалась каждому мгновению с неподдельным восторгом. Нет, куноичи и раньше не отличалась замкнутостью. В сравнении с некоторыми индивидами. Сейчас же Юкимура действительно выглядела настолько спокойной и в то же время довольной. Счастливой. Что сильно разнилось с задаваемыми ею вопросами.       

***

      Шикамару не подозревал, как сильно был прав в своих выводах. Рин выздоровела во всех смыслах этого слова. Вот уже несколько дней она пребывала в приподнятом настроении, прекрасно осознавая — расслабляться сильно не стоит. Но ничего не могла с собой поделать. Команда 7 наконец-то пришла к некому подобию перемирия, близился назначенный Хатаке день тренировки, сжимающая душу в тески тоска отступила. Югао вернулась живой и невредимой. Обе ждали возвращения Хаятэ, чтобы впервые выбраться куда-нибудь втроём. Девушка, казалось, ничего против не имела.       Рин вообще удивлялась тому, как легко её приняли. Просто удивительно легко. Всю жизнь девочка чувствовала себя не в своей тарелке, и в Конохе это чувство поначалу никуда не девалось. Стало слабее, затерялось в ворохе остальных эмоций и впечатлений. Но не исчезло насовсем. Но после перенесённой простуды её словно начало отпускать копившееся внутри напряжение. Не сразу, но Рин смогла представить своё будущее здесь чуть чётче. Чуть светлее, чем год назад.       Взгляд Шикамару, внимательный, направленный снизу вверх, исподлобья. Нара всегда смотрел так, когда о чём-то размышлял. Эта привычка у них была общей. Об умозаключениях друга оставалось только догадываться. Вскоре последовало логичное предположение.       — Ты сегодня какая-то слишком активная.       — Есть немного. — куноичи улыбнулась. — Слушай, вот ещё что. Расскажи мне… о происшествии с кланом Учиха.       И вновь прищур внимательных глаз не обошёл её стороной. «О чём ты думаешь?» Предугадать поток мыслей Нара было не просто. Но и она, судя по всему, удивлять умела. С ответом тот медлил.       Рин не торопила. Миссия в Стране Волн и всё с ней связанное не раз было проанализировано, прокручено в голове на предмет непонимания. Юкимура знала о своих сокомандниках не больше, чем они о ней самой, то есть не многое. Прошлое Саске, обсуждаемое каждым вторым, было полно тайн. Она не обманывала себя касательно осведомлённости о джинчурики. Без сомнений, их хватало и в истории Узумаки. Но про Учиху Рин знала решительно меньше.       — Что тут рассказывать. Трагедия пятилетней давности.       — Неужели совсем нечего?       — Эх, — генин снова лег на спину, устав вести, казалось, один самых длинных диалогов в своей жизни сидя, — обычным весенним утром Умино пришёл в класс и сообщил, что Учиха будет отсутствовать какое-то время на занятиях. Мать в тот день часто вздыхала. Старик не вернулся со службы. Улицы, патрулируемые состоявшими на гражданской службе в Полиции шиноби, вымерли. Через два дня Хокаге сделал объявление. Учиху Итачи, вырезавшего свыше трёх сотен соклановцев, признали нукенином S ранга.       Шикамару прервался, вздохнув. Куноичи понимала — ему и самому было не больше семи, чтобы рассказать подробнее. Смутило иное. «Неужели убийство такого количества людей так легко забылось? Разве способен один человек лишить жизни стольких?..       Не человек. Одарённый шиноби. Назвать ремесло убийства талантом язык не повернулся.       Раньше Рин просто старалась наладить мирные взаимовыгодные отношения с Саске. Ярким примером служили их непродолжительные тренировки. Но на том холодном и огромном мосте, когда брюнет закрыл их с Наруто собой, не сомневаясь ни секунды, она решила, что действительно хочет узнать, что заставило его стать таким. Давать волю эмоциям лишь рядом с Узумаки, в пылу сражения, в разгаре соперничества, но так редко позволять себе ослабить контроль в обычной жизни.       Юкимура усмехнулась. Она иногда забывала, что теперь по долгу профессии должна была вести себя также. Должна была, но не хотела. А Саске, казалось, не имел выбора. Его обязывала поставленная цель.       И вот теперь Рин не смогла придумать ничего лучше, чем заявиться к Шикамару со своими метаниями. К Шикамару, имевшему собственную команду и не имевшему ни малейшего представления о её жизни на протяжении последних месяцев. «Браво, очень умно.» Тот продолжать рассказ не планировал. Не знай она его, решила бы, что задремал.       Резкий порыв весеннего ветра всколыхнул занавеску, впустив в комнату тёплые солнечные лучи. В самом деле, о чём она думала, заявившись сюда? О Наруто Юкимура не имела права рассказывать, про Саске друг знал не больше неё, в ситуации с контролем чакры выход был только один — тренировки, и ей он был известен. В фуиндзюцу Нара разбирался и того меньше. Он, в отличие от Рин, покупал запечатывающие свитки в оружейных лавках и пользовался готовыми взрывными печатями, не пытаясь изобрести кунай заново.       «Ну тут как посмотреть. Минато Намикадзе же изобрёл.»       Однако итог в целом получался неудовлетворительным. Как бы ни был умён сын Главы корпуса джонинов Конохи, этот интеллект проявлялся в построении техники ведения боя, а никак не в осведомлённости обо всём и вся. К чему безуспешно стремилась куноичи. Их познание мира определялось по-разному.       Открытие свершилось внезапно. Рин поняла, что в очередной раз поторопилась обрушить всю добытую информацию на близкого человека. Впрочем, состоявшееся обсуждение определённо принесло и некоторое облегчение.       Рин о стольком не могла ему рассказать, но даже факт того, что Шика был готов слушать всё остальное, приносил ощущение пусть не явной, но не менее слабой поддержки. Многие ли могут похвастаться привилегией заявляться к следующему главе клана Нара в любое время дня и ночи? Конечно, такого предложения и ей никто не делал. Но Рин не сомневалась, заявись она сюда и вправду, на помощь может рассчитывать с полной уверенностью.       — Мне, наверное, пора. Спасибо за гостеприимность, что ли. — Рин, одним рывком поднявшись на ноги, закинула собранную за время раздумий сумку на плечо, в очередной раз приятно удивившись её практичности.       — Заметь, не я это сказал. — генин вставать явно не собирался.       — Говорила же, надолго не задержусь.       В доме этой маленькой семьи было тепло. Несмотря на царящий на рабочем столе бардак, который совсем не смущал его владельца, комната сверкала блеском очищенных от пыли поверхностей и запахом моющих средств. Там, где отсутствовал характерный мальчишечий беспорядок, была видна женская рука.       — Ладно, Шика, я-       Хлопок двери в абсолютной тишине напугал обоих.       — Шикамару! Негодник, кому сказано было!.. — женщина в кухонном фартуке с полотенцем в руках замерла на входе. — Рин?..       — Эм, — куноичи, пришедшая в себя, отпустила рукоять куная, примотанного к голени, — здравствуйте, Йошино-сан.

***

      — Нет, ну только посмотрите на него! Как ты мог не предложить гостье остаться на обед?! И не рассказал бы, что Рин заходила!       Первое время Нара пытался лениво отнекиваться, да и сама Юкимура пробовала убедить мать друга, что всё в порядке. Но вскоре они бросили эту затею, принявшись кто внимательно, кто не очень выслушивать справедливые замечания.       Девочка чувствовала себя виноватой. «Заявилась средь бела дня, так ещё и проблем принесла.» Она вертела в руках предложенную кружку чая, не спеша делать глоток. Друг, казалось, не обижался. По крайней мере, не показывал этого.       На кухне пахло свежей выпечкой. Фигура женщины тонула в тени у плиты, пока лучи солнца заливали стол. Первое впечатление не подвело. Семья Нара действительно была… счастливой. Выкрашенный в белый подоконник, узорчатые тканевые салфетки перед ней, резные деревянные дощечки, висящие на стене. И какая-то общая атмосфера спокойствия. Не исчезающая даже при продолжающемся выяснение отношений. Излучаемая будто самими стенами этого дома.       Щелчок входного замка привлёк внимание всех троих.       — Я дома, дорогая.       Низкий, на конце хрипловатый голос однозначно подходил его владельцу. Шиноби лет сорока, стоило ему показаться на пороге, тут же властной рукой хозяйки был отправлен в ванную.       — Вот и Шикаку вернулся. — перед нею с улыбкой поставили до краёв полную порцию Тануки. — Скоро сядем обедать. Шикамару, не спать!       Лёгкий хлопок по спине не до конца, но вывел того из состояния дремоты. Потерев глаза и потянувшись под неодобрительным взглядом матери, он принялся накладывать себе овощной салат. Рин, вздохнув, взялась за ложку. Звук льющейся воды прекратился. Теперь она смогла рассмотреть вошедшего получше.       Нынешний глава клана обладал крепким телосложением, по росту превосходил супругу на голову, смеющееся выражение лица искажалось множественными шрамами, закостенелыми рубцами, ставшими уже неотъемлемой частью, сросшиеся с ним. В несколько шагов он преодолел расстояние до плиты, заключив Йошино в крепкие объятия. По крайней мере, попробовав это сделать. За что сразу же получил половником.       — Хорошо, понял, потом. — смеющийся взгляд нашёл её, и куноичи медленно кивнула. — Давай знакомиться, юная леди.       — Шикаку!       — Юкимура Рин. — она смело пожала широкую сухую протянутую ладонь, что также свершилось под неодобрительный вздох хозяйки дома.       — Очень приятно. — «Этот мужчина вообще перестаёт улыбаться?»       — Не отвлекай её. — к куноичи с противоположного конца стола подвинули чашу с овощами. — Дай поесть спокойно.       — Конечно-конечно.       Установившаяся тишина не давила. Наоборот. Она успокаивала. Как и всё здесь. Девочка усмехнулась возникшей гипотезе о причине знаменитой невозмутимости своего апатичного друга. Тот шевелил ложкой с видом великого мученика.       «Об обеде больше беспокоиться не придётся уж точно.»       — Как проходят миссии? А то мне Шикамару ничего толком не рассказывает. Как Какаши? — ласковый голос отвлёк от собственных мыслей.       — Сенсей полон сил. Продолжает сбегать от нас с завидным постоянством.       — Асума рассказывал, — взгляд женщины вернулся к говорящему супругу, — что команда 7 уже успела успешно завершить задание ранга С.       Прибор в руке дрогнул.       — Это же замечательно! Какие же все уже взрослые…       — Да. — она кивнула, сглотнув. — Вы прекрасно готовите, Йошино-сан. Очень вкусно.       — Ой, Рин, что ты. Хочешь добавки?       Юкимура усмехнулась возникшему чувству дежавю.       — Не откажусь.       Время пролетело незаметно. Через час ребята по предложению-провокации джонина уже сидели на площадке перед домом. Йошино долго сетовала на возможную простуду после таких посиделок, но доски, нагретые полуденным солнцем, убедили её разрешить.       Рин присутствовала в качестве зрителя. У Шикамару, игравшего против отца, впервые на её памяти сна не было ни в одном глазу. Складка пролегла между бровей, а взгляд бегал от одной фигуры к другой. Она предусмотрительно молчала, ещё в самом начале сославшись на отсутствие малейших знаний об игре. И только поэтому была оставлена наблюдателем. На отказ не хватило духу. Да и желания тоже.       В саду Нара стоял аромат распустившихся нарциссов. Яркими жёлтыми цветами оттенка подаренной Ино футболки заняты были клумбы у выложенных тропинок, целые полянки, огороженные покатыми округлыми камнями. Отошедшая от цветения сакура подставила весеннему ветру молодые зелёные листочки. У самых её ног, свисавших с деревянной площадки, росли кустики фиалки, радуя глаз. Сад был прекрасен.       Юкимура не заметила, как игра закончилась. Генин лёг на спину рядом с ней, вздохнув.       — Сдаёшься?       Он не ответил.       Но оба похоже знали, что Шикамару бесповоротно проиграл.       — Пойду отнесу Сёгибан на место.       Подросток, не обращаясь ни к кому конкретно, исчез за закрывшимися сёдзи. Куноичи поёжилась. «Мда.» По одному виду друга она могла с лёгкостью сказать — поражение его задело. Осталось лишь отразить вздох.       В этом она ему не помощник.       Джонин же, как и с первой минуты их знакомства, пребывал в хорошем расположении духа. Не меняя расслабленной позы, мужчина поднял на неё взгляд.       — Хокаге не так давно вызвал меня к себе, чтобы обсудить некоторые вопросы.       «Зачем мне эта информация?..»       — Должен признать, Какаши себе не изменяет. И здесь успел отличиться.       Усмешка пропала с его лица, сменившись знакомой серьёзностью. Рин молчала, рассматривая странную фиалку перед собой. Лепестки той были помяты и сильно изогнуты. Кто-то или что-то повредили ещё не раскрывшийся бутон. Цветок нашёл в себе силы распуститься, но прежним ему не стать никогда.       — Рассказывай.       Их глаза встретились.       Что от неё хотел услышать Глава отделения джонинов?..       Правду.              Шикамару последовал немому указу отца не без сомнений. «Зачем старику понадобилось остаться с ней наедине?» Генин, задвинув поле для игры под свой письменный стол, неторопливым шагом направился к террасе у сада. Понятно, что Шикаку заметит его задолго до того, как генин успеет приблизится. Но не попробовать он не мог.       За сёдзи звучал тихий голос Юкимуры.       — … нам повезло. Сенсей смог справиться с Момочи в одиночку. Но мне кажется, Забуза просто заигрался. Реши он покончить с нами, не церемонился бы. Хотя сенсей тоже хорош. А ребята молодцы. Мы с Сакурой обязаны им обоим жизнью.       Она прервалась.       — Через недели две он снова объявился. Нам доверили Тадзуну-сана. Учиха, стоило получить разрешение, бросился на Хаку, не изучив толком врага. Думаю, запрети ему, всё равно бы полез в бой. Вскоре стало ясно — кто на кого напал уже стояло под большим вопросом. Хаку легко отражал все удары. Саске угодил в ловушку его техники и выбраться сам не мог.       Нара замер к ней спиной. Вот уже минут пять стоял, не шевелясь. Их разделяло несколько миллиметров закрытой перегородки. «О чём она, чёрт возьми говорит?!» Догадка не заставила себя долго ждать.       Миссия команды 7 прошла и близко не так, как описала её Ино. Как преподнесли это ей.       — В реальной битве, — генин моргнул, вновь прислушавшись, — я оказалась бессильна. Или убедила себя в этом… В Стране Волн творились ужасные вещи. Столько людей… ни за что…       — Сомневаюсь, что ты могла повлиять на это.       Шикамару вздрогнул, услышав слова отца совсем рядом.       — Не знаю. Я правда не знаю…       — Тебя никто не винит. Слышишь, девочка, произошедшее уже в прошлом. Мы, взрослые, допустили огромный просчёт, отправив вас туда.       — Рано или поздно это всё равно должно было случиться.       — К сожалению.       Солнце светило прямо на них. Тень сквозь тонкие сёдзи падала в комнату. Тень двух людей, ребёнка и шиноби, положившего сильную руку на её худое плечо. Людей, познавших горечь потери.       Завидовал ли Шикамару отношению отца к ней? Нет. Юкимура нуждалась в нём сейчас куда сильнее. Обрели смысл все замеченные ранее детали. Полоски шрамов на предплечьях, реакция на резкий звук, ладонь, чуть что тянувшаяся к кунаю, перемены в настроении. Всё встало на свои места.       Нара не знал, как скоро сам столкнулся бы с реальной угрозой. Предпочитал даже не думать об этом. Но жизнь решила напомнить ему о недремлющей опасности. Напомнить самым изощрённым способом.       Настанет день, когда Шикамару, обладая каким угодно умом, не сможет избежать этой опасности. Не сможет отвести её от других.

***

      Рин поморщилась. Поднявшаяся на дороге пыль её совсем не радовала. В такую послеобеденную жару песок, забившийся в обувь, грозил реальными проблемами. «Что поделать, Югао только в это время свободна.»       Недавний разговор с Шикаку стал завершающим гвоздём в крышке гроба её сожалений. Высказавшись, куноичи поняла — ответ ей не требовался. Лишь слушатель, разделивший бы с ней в этот момент печаль.       Сложно оставить беды в прошлом. Ещё сложнее удержать их там.       «Лучше и не скажешь.»       Путь Юкимуры лежал к одному из центральных полигонов, где была назначена встреча. Завидев волосы цвета сирени, она поспешила к наставнице. А когда осознала, кем был шиноби рядом с ней, и вовсе перешла на бег.       — Хаятэ!       Крепкие руки подняли её в воздух легко и обыденно.       — К моему возвращению ты обещала вырасти. — девочку вскоре опустили на землю.       — А ты обещал следить за здоровьем. И что я вижу?       — Ничья. — глубокие синяки под глазами исказились морщинками смеха. — Хотя у меня, по словам лечащего ирьёнина, ремиссия, так что чувствую себя намного лучше.       — Пока тебя не было, мы с Рин начали изучать основы фуиндзюцу. — девушка усмехнулась, сложив руки на груди.       — Есть успехи?       — Югао отличный учитель. — идя между ними к тени ближайшего дерева, куноичи искала в сумке первые образцы созданных свитков. — Но у меня до сих пор ничего не получается.       Узуки закончила миссию раньше самой Юкимуры, но и взялась за задание задолго до неё. Они встретились лишь несколько дней назад, сразу принявшись за тренировки. До этого Рин лишь рассказывали о действии взрывных печатей, несколько из которых потом дали в пользовании, о запечатывающих свитках и техниках. Изготовлением всего этого в Конохе ведали единицы мастеров.       Были ещё АНБУ. Бойцы особого подразделения обучались запечатыванию тел и улик, способных сорвать задание. Не многие. Только те, у кого рука не поднималась уничтожить оные на месте, и только тогда, когда обстоятельства позволяли по времени. Югао относилась к их числу, о чём упомянула лишь раз, и то вскользь.       Но Юкимура сделала соответствующие выводы.       Сама она заинтересовалась печатями, способными изменить пространство, по нескольким вполне понятным причинам. Те на начальном этапе не требовали большого резерва чакры, лишь должного контроля. Про призыв Рин даже не заикалась. Использование этой техники предполагало трату огромного количества энергии, а вот взрывных печатей — лишь определённого уровня знаний.       Это и сэкономило бы средства, уходившие на покупку оных, и обеспечило бы куноичи дополнительным арсеналом в бою, который не будет лишним.       Конечно, если Юкимура преуспеет.       — Да что ж такое!..       Очередной образец печати взорвался, не продержавшись и пяти секунд. Рин уже казалось, что тренировка не дала ровным счётом ничего, кроме улучшения реакции.       Отпрыгивать куноичи научилась.       — Ну не страшно… Кх-кх-кхм. Ни у кого сразу не получается.       Хаятэ, подняв её с земли, обвёл взглядом на наличие повреждений и ободряюще улыбнулся. Куноичи нахмурилась. Она следовала всем инструкция: кропотливо переводила на бумагу чакропроводящими чернилами печать, аккуратно, контролируя поток энергии, проходящей через собственные пальцы, наполняла ею ту, отслеживая малейшие изменения. Цель всех действий — определить максимально допустимую величину, предел. Но бумага в тот же миг рвалась на концах. Следом раздавался взрыв. И так из раза в раз.       — Он прав. Дальше дело техники. — Югао подошла к центру полигона, усеянного множественными воронками. — Пора прерваться. Иначе ты рискуешь заработать истощение.       Рин вздохнула. Слабость действительно ощущалась во всех мышцах, на кончиках подрагивающих пальцах. Но как же она скучала по таким вечерам в их обществе. Время стёрло всю неловкость в общении, оставив лишь приятное чувство родства с этими людьми.              — Ладно.       — Предлагаю зайти в кафе на обратной дороге.       — Хорошая идея. — руки впереди идущих сплелись, Юкимура лишь улыбнулась их счастью. — В честь твоего удачно завершившегося задания. Чур, ты угощаешь!       — Разве могло быть иначе. — Гекко незаметно смахнул травинку с волос возлюбленной, обернувшись назад. — Рин, не отставай. Мне не терпится узнать, как вы провели этот месяц.       — Уже иду!       Да, Рин очень по ним скучала.       В маленьком уютном кафе на закате она расскажет Хаятэ про ребят, про наблюдения касательно опозданий сенсея, про отношения внутри команды, надеясь получить совет. Не сомневаясь в том, что почувствует поддержку. Рин не омрачит их счастье печалью. Не посмеет. И с удивлением обнаружит — пережитое больше не тревожит и её саму. Лишь наводит на размышления. Разжигает внутри пламя несогласия, желания изменить привычный ход вещей, стать лучше прошлой версии себя. Довериться Наруто. Попытаться поддержать Саске, пусть сомневаясь, что Учиха примет её поддержку.       Юкимура рискнёт, иначе будет винить себя в обратном всю оставшуюся жизнь.

***

      Саске проснулся рано. Заведённый на семь утра будильник ещё не прозвенел. В комнату сквозь зашторенное окно проникали редкие лучи восходящего солнца. С минуту он просто лежал, смотря в потолок, после всё-таки поднялся, зная, что снова уже не уснёт. Появившееся время следовало потратить на дополнительную тренировку.       В зеркале над раковиной отразилось бледное лицо. Глаза казались ещё бездоннее, выделяясь сильнее обычного. Учиха зажмурился. Сосредоточившись, направил к тем чакру. Не медля, распахнул. Желанная алая бездна больше не пугала. Её вид приводил нечто когда-то умершее внутри него в неподдельный восторг.       «Наконец-то!»       После недели тренировок Саске мог активировать шаринган почти без усилий. Времени всё ещё тратилось достаточно. «Легко можно исправить при постоянных тренировках», успокаивал он себя.       Слово «счастлив» бы не подошло. Учиха был в нетерпении, в предвкушении совершения справедливого возмездия. Упоение обретённой силой ненадолго перекрыло все остальные чувства и эмоции. Ненадолго.       Лицо напротив исказилось.       Чем чаще Саске думал об этом, тем больше его злил факт наличия одной единственной запятой. Жалкого подобия настоящему клановому додзюцу. С таким ему его не одолеть. Даже не приблизиться.       Ты слаб.       «Вдох.» Очередную вспышку гнева удалось подавить. Не здесь. Не сейчас. После. Это даст ему силу в нужный момент. В битве с требующим того противником. «Выдох.»       Кухня встретила полумраком. Комнату родителей он уже мог пройти без сжимающей сердце тоски. Когда-нибудь, обязательно, отмщение настигнет их убийцу. Саске сделает для этого всё возможное.       И невозможное.       Живот заурчал, напоминая о естественных потребностях организма. Весеннее утро входило в свои права, вытесняя мглу тёмной ночи. Начинался новый день.       Широкие сёдзи, некогда служившие входом в дом главы канувшего в лету клана, задвинулись. Звук раздавшегося щелчка в отсутствие ему подобный эхом разнёсся по округе. Приходившие в негодность дома и отсутствие мест наживы не привлекали сюда даже птиц. Их пение, трелью лившееся по Конохе, было чуждо этому месту.       Саске жил один уже давно. Привык к тишине. Тишина родного квартала успокаивала после возвращения с шумных улиц деревни. Она же причиняла боль воспоминаниями, в которых гул счастливых голосов звучал отовсюду.       Он не боялся быть ограбленным. Вора, кем бы тот ни был, ожидало около сотни ловушек, не оставляя шансов на спасение. На то, чтобы уйти целым и невредимым, с двумя руками и ногами, — уж точно.       Широка дорога, ведущая к центру, пустовала. Выйдя за покосившиеся ворота, Учиха направился к командному полигону. Через пять минут быстрого шага на глаза попалась знакомая деревянная дверь, его же руками возвращённая на место. Саске не собирался тратить чакру ни на передвижение по крышам, ни на сканирование местности. Не перед тренировкой. Эти навыки генин периодически тренировал, но постоянно применять не собирался.       Осознав, что стоит и непрерывно смотрит в одну точку, он моргнул, встрепенувшись. «Может, она уже на месте. Да и вообще.» Ждать Юкимуру Саске точно не будет.       За спиной раздался хлопок входной двери. Кто-то энергично спустился по лестнице, затратив не больше минуты. И конечно этот кто-то не мог не обозначить себя.       — Доброе утро. — догнав его, куноичи перевела дыхание.       Учиха кивнул. Идти им, судя по всему, предстояло одной дорогой.       Рин скосила взгляд на молчаливого сокомандника. Заводить бессмысленный разговор она не хотела, а тот явно не горел желанием его поддерживать. Бродя по безлюдным улицам Конохи, генины пребывали каждый в своих мыслях, пока не показалась граница учебных полигонов. Их пустовал.       Проведя ладонью по нагретому солнцем столбу, куноичи улыбнулась. То небольшое приключение каждый раз вызывало улыбку. Полностью оправдывало негласный принцип, закрепившийся за нестандартной командой: проиграть битву, чтобы выиграть войну. «Не прогадать бы.»       Половину поляны скрывала тень от высоких деревьев, но тёплые лучи неуклонно завладевали всё большим пространством. Удостоверившись в отсутствие росы, она упала на зеленый ковёр, скинув сумку рядом. Учиха облокотился о соседний столб, прикрыв глаза. Начали традиционные часы ожидания Хатаке.       Харуно, на удивление, появилась вместе с блондином, не бросавшим попыток пригласить её в Ичираку.       — Нет, я сказала!.. О, доброго всем утра!       — Не расстраивайся. — Юкимура улыбнулась присевшему слева Наруто, прекрасно понимая, что друг обратит на это особого внимания, просто переводя тему. — Как провёл законные выходные?       — Старик Теучи несколько раз угощал меня бесплатным раменом! Сказал и друзей приводить. Так что Сакура-чан по такому случаю просто обязана сходить туда со мной! — найдя ту взглядом и получив очередное «мне некогда», Узумаки вновь повернулся к ней, вскинув указательный палец. — Ты кстати тоже.       — Хорошо, давай и Саске позовём. Если идти, так всей командой.       — Теме?! А его-то зачем?..       — Пф.       — Я не с тобой разговариваю!       — Меня и не ты приглашаешь.       — И его, — Рин чуть повысила голос, — и сенсея. Что скажешь, Саске?       — Да он ни в жизнь…       — Я согласен.       — Чего?!       — Ну так как, Сакура, — обогнув потерявшего дар речи блондина, Юкимура обратилась к переводящей глаза с одного товарища на другого подруге, — пойдешь с нами?       — Если Саске-кун не против, — куноичи кашлянула, закончив уверенно, — то и я тоже!       — Вот и славно. — Рин нахмурилась, резко сложив печать перед собой. — Полагаю, последнее слово за вами, сенсей.       Теперь они смотрели на растущие впереди высокие кустарники.       — Ай-яй-яй, лишила меня эффектного появления. — джонин возник вслед за вскочившими детьми будто из воздуха, привычно прищурившись в улыбке. — Уже лучше.       — Вы обещали показать сегодня что-то стоящее.       — Не помню такого. Впрочем, — заметив недобрые взгляды учеников, Хатаке достал что-то из оружейной сумки, — попробуем определить вашу стихию.       Глаза всех четверых стали круглыми.

***

      — Итак, Катон и Райтон. Ожидаемо.       — У меня! У меня посмотрите! — Узумаки протянул Какаши кусочка разрезанной бумаги.       — Хм, Фуутон.       — Сенсей?       — У тебя, Сакура, преобладает Дотон, слабо выражен Суйтон. Для лечебных техник неплохо. Главное, что стихия огня отсутствует.       Юкимура смотрела на второй по счёту промокший в её ладони листок.       — Чистый Суйтон. — подтвердив предположение, вынес вердикт джонин. — Что ж, теперь к самой тренировке. Ваша задача — заставить свой элемент либо подчиниться вам, как в случае с землёй, либо куда более вероятно — проявиться напрямую. Приступайте.       Учиха хмыкнул, приготовившись применить огненную технику.       — Ты, Саске, будешь работать с молнией.       На словах, разумеется, преобразовать чакру в стихию легче, чем сделать. «Под влиянием чего вообще энергия приобретает материальные свойства?» Рин рассматривала ручей перед собой, силясь понять. Рядом сидел Наруто, буравивший взглядом несчастный листок. В метрах пяти от них остальные в похожей ситуации.       — Давайте думать логически. — куноичи встала, потянувшись и принявшись расхаживать из стороны в сторону. — Саске вызывает Катон, применяя полноценную технику с определённым набором ручных печатей. Они для каждой уникальны?       — Не совсем. — тот задумался, вскоре продолжив. — Наверное, это зависит от требуемого и предполагаемого техникой результата. В Огненном шаре Тигр используется стандартно, Лошадь — для достижение единства чакры в обеих руках и высвобождения большого её количества.       — И эта информация очень полезна, но нам сейчас ничем не поможет. — Юкимура остановилась, вздохнув. — Давайте медитировать, что ли.       Час пролетел незаметно. За ним другой. Узумаки откровенно забил на задание и теперь маялся от безделья. Сакура не бросала попыток, наблюдая за сосредоточенным на деле Учихой. Рин решила сделать это своим домашним заданием, ибо сконцентрироваться никак не получалось. Главное — она узнала свою стихию. Осталось перелопатить энное количество тематической литературы, чтобы хоть что-то понять. К обеду на полигон вернулся Хатаке.       — Понятно. Тренируйтесь самостоятельно в течение следующего месяца. А там будем подводить итоги. Сейчас же, — очередная улыбка, не предвещающая голодным генинам ничего хорошего, — устроим спарринг.       — Как в Академии? — Наруто прям воспрял духом.       — Как угодно.       — Эй, Саске!       — В приглашении не нуждаюсь.       Рин кивнула Харуно, вставшей напротив.       — Обеим сторонам разрешено использовать кунаи. И ещё, — джонин достал откуда-то книжку с яркой обложкой, выдержав паузу, — поменяйтесь партнёрами.       Они замерли, бросая взгляды на друг друга. Кто с кем?..       — Только попробуй её ранить, теме. — Узумаки без прежнего веселья сменил Учиху, оглянувшись на Рин в смешанных чувствах. Сакуру тому доверить он никак не мог.       «Вот как.» Куноичи перехватила кунай в правую руку, рабочую, не зная, чего ожидать от Саске на этот раз.       — Тебя это тоже касается, добе. — Узумаки со всей серьёзностью кивнул, дав безмолвное обещание быть осторожным.        «Ну-с.»       — Начали.       «Поехали!»       Учиха удачно уклоняется от пары брошенных кунаев, третий отбивает собственным. Рин отступает.       Поединок, рассчитанный на тренировку тайдзюцу. Её слабого места.       Он берёт скоростью. Нагоняет её, делая выпад вперёд. Она — гибкостью. Уворачивается. И тут же справа отражает возможный удар, уступая по силе. Лезвия скользят.       Юкимура, отпрыгнув назад, выигрывает пару секунд и бьёт с разворота. Удар блокируют рукой. Повторяет его. Саске ловит её ногу и отбрасывает в сторону. Куноичи приземляется на спину. Порывается встать и замирает в паре сантиметров от вытянутого куная.       — Стоит врагу сбить вас с ног, — голос Хатаке раздался за спиной, — и победа за ним.       Рин подняла голову, столкнувшись с внимательным прищуром серых глаз. «Конечно, сенсей наблюдал.» Вздохнув, она обернулась, уставившись на вытянутую руку, сменившую собой оружие. И усмехнулась, приняв помощь Учихи.       — Иначе и быть не могло. Мне до тебя далеко.       Тот фыркнул.       — Всё дело в тренировках. Ты слишком слабая. Даже для девчонки.       — Спасибо за правду. — Юкимура пожала плечами, совсем не обидевшись.       — Обращайся. — Саске ответил той же усмешкой.       — Серьёзно, — куноичи не растерялась, — и тренировать меня согласен?       — С этим как-нибудь сама разберёшься.       Генин ушёл вслед за Какаши к противоположному краю полигона, где Наруто вовсю извинялся перед Харуно за испорченное платье.       — Сакура-чан, ну я же не специально, даттебайо!.. Ай…       — Болван!       — На поле боя с вами церемониться никто не будет. — джонин начал без предупреждения, обведя свою команду взглядом. — И союзник в любой момент может сменить сторону. Помните об этом.       Сакура послушно затихла. Она уже не злилась на блондина. Минутная вспышка недовольства прошла, сменившись тяжестью осознания прозвучавших слов.       — Мы поняли, сенсей. — Рин перевела взгляд на Узумаки, решив разрядить обстановку. — Может теперь сходим в Ичираку?       — Наконец-то!       — Что ж, до скорого, встретимся завтра на этом же…       Цепкие детские руки сомкнулись у Какаши на предплечье.       — Мы обещали, что поймаем вас, Хатаке-сан.       — Уже не сенсей?..       — Ребята, держите его. — к удивлению Юкимуры в поимке особо важного объекта участвовал даже Саске, видимо посчитав делом чести.       — Вы идёте с нами!       — М-ма, как будто мне оставили выбор…       Погода и сегодня радовала жителей Конохи ясным солнечным днём. Ничем особо не отличавшимся от веренице себе подобных. Но оттого не менее других заслужившим остаться в памяти.