13 глава

Тот день был началом отсчета моего личного ада. Потом он стал бесконечным. Лёша ушел из моей жизни. Если до этого я надеялась какое-то время, что он отойдет и вернется, то каждый новый день отдалял меня от этого. Он больше не писал мне. В школе делал вид, что меня не существует. В итоге я сама стала сторониться его и избегать, чтоб лишний раз не видеть, как он меня игнорирует. Я каждую ночь засыпала с мыслью, как могла бы все переиграть, чтоб не допустить такой ситуации, придумывала в голове альтернативные фразы, совершенно другие действия. Жаль, что уже исправить их было невозможно. Родители уже не могли не замечать моей апатии. Потому что я мало ела и много молчала. Потому что не замечать моих заплаканных глаз было невозможно. Отец покупал мне книги, а я их не читала, потому что они заканчиваются хэппи-эндом, а у меня все закончилось болью. Мама пробовала выводить меня на разговоры, но кроме как «настроения нет», я ей ничего не говорила. Но я прекрасно слышала, как они обсуждают с отцом мое состояние, закрывшись у себя в комнате. «Влюбилась в какого-то мальчика, возраст такой». Да, мама, ты права, только возраст тут ни при чем. «Пройдет». Папа был более оптимистичен и спокоен. Хотелось бы ему верить, но я не представляла, как можно разлюбить. Оценки в школе, как ни странно, стали лучше. Хотя все же в этом не было какой-то загадки. Я максимально пыталась забить свое время, даже учебой, лишь бы иногда отвлекаться от пустоты внутри, которая меня разрывала. Алька тоже отвлекала как могла. Хотя поначалу, узнав все, она злилась на Лёшу. — Каков козел! — щипела она. — Сам ревнует на пустом месте, а потом что? Дает серьезный повод для ревности, зажимаясь с телкой и обсуждая ее желание уединиться, и при этом снова виновата ты! Абьюзер хренов! А знаешь, я даже рада, что он слился! — Хватит, мне больно, — не выдержав, единожды попросила я. Я не хотела слушать, какой он плохой. Я не хотела разбираться, кто прав, кто виноват. Единственное, что я хотела — быть с ним. Алька поняла меня и дальше мы избегали этой темы. Теперь каждые выходные мы ходили с ней то в термы, то в кафе, то на приезжую выставку. В одно воскресенье даже съездили с ее отцом и братом в Казань в аквапарк. В такие моменты я отвлекалась и даже немного приходила в себя, но каждый раз возвращалась домой и снова погружалась в пучину апатии и боли. Поэтому, когда к концу ноября мне пришло сообщение от пользователя с точкой вместо ника я даже не могла выдать из себя никакой реакции. Я не хотела еще раз поверить в чудо, чтоб потом снова разбиваться о реальность. «Скоро на машине смогу гонять». Без приветствия, без предыстории. Скорее всего, Лёша ошибся диалогом. Я отправила ему улыбающийся стикер и убрала телефон подальше. Но пришло снова сообщение. «Это вся реакция?» «Я рада за тебя», — ответила искренне. И он снова замолчал. Я снова умирала. В школе он по-прежнему меня не замечал. Иногда от отчаянья меня порывало написать ему самой что-то по типу «я люблю тебя», но я себя останавливала. Не потому, что неловко, а потому что ему это неинтересно слушать третий раз, и ничего это не изменит. Через несколько дней, в выходной, родители отправились на какой-то папин корпоратив. Посоветовали идти ночевать к Альке, чтоб я не хандрила одна. Я их заверила, что так и сделаю, поулыбалась, проводила, а потом разделась и легла под одеяло, глядя в потолок. Самое привычное для меня теперь времяпровождение. — Я люблю тебя, Лёша, — сказала я вслух, пробуя как это звучит. Я не могу это сказать ему лично, но хотя бы в пустоте квартиры могу произносить то, что в моей голове, сколько угодно. А звучит это больно. Снова сообщение. Алька? Сегодня совсем нет сил пытаться жить, извини, подруга. Через минуту снова вибрация. Лучше ответить. Она не виновата в моих страданиях. Но это была не Аля. «Майя». «У меня сегодня день рождения». Ого! Наверное, поэтому Лёша писал про машину. Теперь он сможет приобрести ее и получить права. И, конечно, я ему напишу поздравление. Лишь бы не желать ему через строчку… себя саму. Я задумалась над текстом, но новое сообщение отвлекло меня. «Что делаешь?» «Поздравляю тебя! Я читаю». Соврала, конечно. Но не писать же ему — лежу и умираю от безответной любви к тебе. «Давно ты мне не присылала голосовые про книги)». Это сообщение вызвало у меня мои привычные слезы. Действительно давно. Потому что тебе не нужно было, а без тебя не читается больше. «Как отмечаешь?» — нейтрально ответила я, чтоб не впадать в нытье, которое хотелось бы написать в ответ. Пришло сразу несколько сообщений. «Я думаю». «Есть три варианта». «Можно с друзьями». «Можно с тобой и с друзьями». «Можно просто с тобой». Кажется, или я перестала дышать? «И какой тебе ближе?» — с бешено бьющимся сердцем отправила я. «А тебе?» «Ты знаешь». «Хочу, чтоб написала». Трясущимися руками я отправила цифру три. «Ты приедешь?» «Лёш, у меня нет подарка! Я не знала, что сегодня день рождения!» «Забей. Напиши, как готова будешь. Я вызову тебе такси». Всю мою апатию как рукой сняло, и я стала судорожно носиться по комнате в поисках одежды. От нервов я не могла себе придумать сочетающийся наряд — в итоге надела свитер и обтягивающие джинсы. Волосы оставила распущенными, а к макияжу не притронулась — Алька говорила, что крашусь я отстойно. «Я готова». «Спускайся через пять минут». Я вышла в прихожую, но тут же вернулась к себе в комнату и схватила одну из самых любимых книг «Дом, в котором» Мариам Петросян. Все-таки без подарка идти было не очень. А книгу я новую себе потом закажу. Такси быстро меня довезло к самому центру города, где не так давно были построены новые дома со стеклянными панорамами и считались чуть ли не достопримечательностью Ижевска. Почему-то я не удивилась, что Лёша будет жить в таком красивом доме с видом на Набережную. Даже странно, что он ходит в нашу обычную школу, а не в какой-нибудь профильный лицей. Хотя с его прогулами, возможно, и не важно, где учиться. — Привет. Я даже не заметила, как на автомате добралась до его квартиры, которую он мне написал, и нажала на звонок. Я смотрела на Лёшу, впитывала его образ, о котором так долго мечтала, и не могла сказать ни слова. Он был одет максимально просто — черная длинная футболка и темные джинсы, подогнутые возле щиколоток — и почему-то казался красивее из всех встреч, что я его видела. Наверное, соскучилась. Ведь школьные взгляды исподтишка нельзя брать в расчет. — Проходи уже. — Привет, — опомнилась я. — Это тебе. — Протянула книгу. — Ну я же говорил! — Я не могла прийти с пустыми руками, извини. — Про что там? — Пожалуй, единственная книга, когда я не могу ответить на этот вопрос. Каждый раз, когда читаю — открываю новый смысл. — Ты умеешь делать интригу, девочка. Я улыбнулась и сняла обувь и куртку. Лёша взял их и помог засунуть в шкаф. Следом за ним я прошла в одну из комнат. Впервые я могла увидеть место, где он живет. Мебель и обстановка была красивой, но в целом как-то безлико. Словно хозяин приходит сюда только ночевать, не оставляя от себя ничего. Ни книг, ни плакатов, ни каких-то личных вещиц. Словно номер дорогой гостиницы. От этого стало даже немного грустно. Я подошла к огромному окну, раздвинув плотные темные портьеры и посмотрела на красоту города с такого ракурса. Передо мной открывалась знаменитая Набережная во всей красе в лучах медленно закатывающегося солнца. Где-то вдалеке блестели другие части города фонарями и огоньками. Каждый день просыпаться и видеть это — значит быть счастливым человеком. Лёша молча ждал, когда я налюбуюсь. Наверное, привык, что все гости ведут себя тут как в музее. — А где твои родители сейчас? — неожиданно для себя спросила я. Лёша почему-то засмеялся. — Что, испугалась? Сейчас срочно засобираешься домой, типа утюг забыла выключить? Я поняла, о чем он. Мы в квартире одни. Это не обговаривалось, но и не стало для меня неожиданностью. — Нет, — честно ответила я. — Мне просто интересно, они вообще где? — Где-то есть. — Это личное? — Это скучная тема. Отец в Штатах, мать за городом, я здесь. — Ты вообще один живешь, что ли? Давно? — С шестнадцати. Майя, это реально неинтересная тема. Он говорил равнодушно, но я ощущала, что ему скорее либо неприятно, либо больно об этом говорить. Но сейчас я не в том положении, чтоб заставить его раскрывать мне душу. — Что хочешь? Только говори нормально. Выпить? Поесть? Покурить? Сейчас закажем. Я просто привык отмечать праздники среди сотни людей и раньше переводил деньги организаторам-друзьям. А сам в этом не шарю. — Я бы выпила, наверно. — Сок? Молоко? Фруктовый коктейль? — посмеялся Лёша. — Нет. Алкоголь. — Я в шоке. Окей. А что именно? — А что есть? — А я все найду. — На твой вкус. — А если я выберу коньяк? — Значит, его. — Ты хоть знаешь, что это, девочка? Выпить стакан пива или стакан коньяка это не одно и то же. — Я знаю это! — обиженно ответила я. — Я не налью тебе такой крепкий алкоголь. Шампанское — твой максимум, — решил Лёша за меня. Зачем тогда спрашивал только? — Один бокал хватит, — через минуту вернулся он из кухни. — Я не хочу, чтоб ты напилась как свинья. — Ну спасибо за свинью. — Пожалуйста, — лучезарно улыбнулся парень. — Может, хватит стоять у окна? У нас дистанция? Даже не чокнемся за меня? Я подошла к нему, с ногами забравшемуся на край кровати, и ударила бокалом о бутылку шампанского, которую он держал в руке. — С праздником! Я пила культурно, из бокала, Лёша по-простецки хлебнул прямо из горлышка. — Чисто женская газировка, — резюмировал он. Не знаю, мне, в принципе, понравилось. Лучше пива, во всяком случае, которое мы пробовали с Алькой. — Кстати, а какую машину ты хочешь купить? — вспомнила я. — Майя, у меня уже она есть. Я ждал совершеннолетия. — Вот как. Какая? — Увидишь. Я тебя даже, может, прокачу. Если мозг не будешь больше выносить. — Лёш, я скучала по тебе, — не выдержала я то, что очень хотела сказать. Может, алкоголь придал мне смелости? Но во мне все еще жил страх, что этот день закончится, а потом он снова оставит меня. Можно ли считать то, что он позвал меня, перемирием? Я бы сказала да, но Лёша непредсказуем. — Ладно, — ответил он, подумав. — Я тоже тебя вспоминал иногда. — Скажи, а у нас все хорошо? — У меня все хорошо, сейчас меня все устраивает. Как тебе — сама скажи. — Я не это имела в виду. А про то, что между нами. — А что между нами? Я поняла. Между нами ничего нет. Я опять подняла тему, которую он не выносит. Повисло неуютное молчание. Он не стал больше ничего добавлять к своим словам. Я выпила бокал до дна и постаралась вернуть свое былое настроение. В конце концов, у него день рождения, я не должна его портить своим разочарованием. — Майя, я хочу тебя. Я закусила губу, как только это услышала. Сглотнула. Выдохнула. — Это проверка какая-то? Если я соглашусь, значит, ты меня простил? — Чего? — не понял Лёша. — Нет. Я просто сказал то, что думаю, без двойных смыслов. Я даже ему верю. Не знаю почему, но ожидала этих слов именно сегодня. Только поэтому не сгорала сейчас от смущения. — Хорошо, — просто сказала я. — В смысле хорошо? — Давай это произойдет. — Ты не поняла меня. Я не имел в виду, что ты должна согласиться. Это не было призывом к действию. — Где у тебя можно принять душ? — Направо и прямо, Майя. Я добралась в нужном направлении. Я стояла под водой и ревела. Я полоскала рот и ревела. Я снимала с себя все до белья и ревела. Я смотрела на себя в зеркало и ревела. Ревела тихо, чтоб он не услышал. Ревела не потому, что боялась. А потому что я знала, что в зеркале отражается моя некрасивая фигура. И потому что Лёша скоро увидит, насколько я неидеальна. Но других вариантов, как вернуть его интерес к себе, я не знала. Вытерев слезы, я вернулась обратно и, не заходя в комнату, попросила: — Задерни шторы, пожалуйста. Хотя бы зрительно хочу избежать себя обнаженной перед ним. А потом, когда в комнате стало темно, я подошла и остановилась перед ним. — Майя, ты вообще уверена? — Да. Я видела только его силуэт. И он не торопился. — Я хочу хоть немного видеть тебя. — Нет! — испуганно возразила я. — Почему? У тебя какие-то шрамы или типа того? Если что, это не важно. При чем тут это? — Нет. Просто… просто у меня не самая лучшая фигура, — с трудом произнесла я. — Давай просто сделаем это. Не надо никакого света. — Что? Фигура? Не самая лучшая? Тебя сейчас только это смущает? — Да. — Подойди ко мне. Он усадил меня к себе на колени, а его руки прикоснулись к моему ужасному телу. Я затаила дыхание, закрыла глаза и в этот момент молила Господа только о том, чтоб Лёша не отвратился от некрасивой меня.