18 глава

— Кра-со-та! — протянула подруга, глядя на наши отражения. Мы стояли в школьном фойе перед зеркалом. Алька собрала свои рыжие волосы во французскую косу и подкрасила глаза в стиле «смоки айс». На ней было надето хлопковое нежно-фиолетовое платье с юбкой в оборку, а ногах черные лодочки. На мне был такой же макияж и такое же платье, только пронзительно-розового цвета. Волосы я оставила распущенными, и с удовольствием смотрела, что они доросли почти до пояса. — У меня рябит в глазах от этого цвета, — указала я на свое платье. Алькин фиолетовый мне нравился куда больше. — Ну уж извини, твоего размера было только такое. И черное. — Нужно было выбирать черное. — Сегодня не поминки, леди, а день любви, — Алькино отражение показало мне язык. Я показала ей в ответ, и мы рассмеялись. Этим вечером вся школа была в шарах и вырезанных из бумаги цветочков и сердечках, создавая настроение. Мы с Алькой чинно обменялись валентинками еще на уроках, хотя этого уже никто не делал, но наша с ней традиция жила, независимо от общества. А сейчас должна была начаться дискотека для восьмых-девятых классов. Для более старших ее уже давно не делали, потому что старшеклассники не желали посещать такие мероприятия, а нам с Алькой это только было в радость. — Поплыли танцевать, моя королева, — пропела подруга весело, и мы за руку побежали в актовый зал, где уже вовсю играла музыка. Компания нам была не нужна и стоять у стены в ожидании приглашения от парней на танец — тоже не входило в наши планы. Плевать на парней. Мы спокойно можем танцевать и без них, и никто нам не запретит. Так мы с Алькой то кружились под медленную музыку, то скакали под быструю. Настроение было супер, а повод для танцев и праздника — не являлся важным. А потом погасили свет и заиграл совсем уж медляк, мы с подругой к тому времени выдохлись и решили передохнуть. — Димас, дай водички! — простодушно протянула руку Алька в сторону одноклассника, который как раз был рядом в компании Миши и Жени. — Ты такая вежливая, — съехидничал он. — Не ворчи, — вмешалась я. — Мне тоже дай. Когда мы утолили жажду и только хотели сесть, как от рыжего моего воздыхателя Димы мне прилетело приглашение. — Может, потанцуем? Алька ехидно захихикала, тыча меня в бок. — Да я не умею такое, честно, — призналась я. — Да и я тоже. — Тогда пойдем. Только куда-нибудь в угол, чтоб совсем уже не позориться. Я не шучу, что не умею, Дим. Он послушно отвел меня ближе к дверям, я, по примеру других, положила ему руки на плечи, а он мне на талию. Так мы и стали немного неловко топтаться на одном месте. Мне не были понятны такие танцы, но почему бы и нет? К тому же, Дима вроде нормальный парень. Не противный. Даже немного обидно, что я привыкла к нему только как к однокласснику и вряд ли испытаю хоть каплю романтических чувств. Вдруг Диму кто-то с силой оттянул от меня. У меня чуть глаза на лоб не полезли. Откуда здесь он? –Попался, рыжик! — Вцепился Лёша в моего одноклассника. — Нашел, в конце концов, повод полапать ее, раз уж в квартиру не попал? — Чувак, успокойся! — вежливо попросил Дима, пытаясь выбраться из его захвата. — Какой я тебе еще чувак? — начал заводиться Лёша. — Ищи себе другого партнера по танцам, а меня отпусти. Я не буду с тобой танцевать. Лёша неожиданно рассмеялся с его слов. — Ладно, рыжий, пойдем выйдем поговорим. Такое развитие событий мне не нравилось. — Тебе не о чем с ним говорить, — вмешалась я, оттесняя плечом Димку. — Что надо? — Ты знаешь. Я тяжело вздохнула и обернулась к Диме. — Я ненадолго уйду, извини. И Альке передай, что со мной все ок. — Ты уверена, что хочешь идти? — нахмурился он. — Уверена, что пора покончить с этим, — ответила я ему, но посмотрела на Лёшу. Мы с ним молча вышли из зала, незамеченные никем. На выходе шатался историк, видимо, ответственный за дисциплину. — Не при нем, — сказал Лёша и мы спустились к школьному закутку, где иногда самые смелые школьники пытались курить, так как место было вне поля зрения учителей, но их постоянно вычисляли по сигаретному запаху и гоняли. Сейчас здесь было пусто. Лёша сел на подоконник, а я, соблюдая дистанцию, стояла в метре от него. — Меня одно интересует. Как ты тут оказался? — Был уверен, что потащишься сюда, девочка. Все наблюдал, позволишь ли ты себя кому-нибудь лапать. Думал, что нет. Оказалось, что да. Отстой. Я закатила глаза от новой претензии, которую он попытался мне навязать. — Думай, что хочешь. А если на этом все, я пошла. — Куда? Стой! — Он схватил меня за локоть, но я тут же освободила свою руку. Больше никому не позволю нарушать свои личные границы, когда не буду хотеть этого сама. — Я тебя выслушаю, если руки не будешь распускать. Не делай так больше. — Ты как-то совсем сильно изменилась. Кстати, красиво сегодня выглядишь. Интересный цвет. Ты в этом платье напоминаешь куклу. Абсолютно не нравится это сравнение. — Но я человек. Так чего ты хотел? — Сказать, что я не изменял. — Так ты это уже говорил. — Судя по всему, ты мне до сих пор не поверила. — Нет, я правда верю. — Эта тема мне уже порядком поднадоела. — Если веришь, то на что ты обижаешься еще? — Кто тебе сказал, что я обижаюсь? — Твое поведение. Это очевидно, Майя. — Я не обижаюсь. Лёш, блин, я просто живу. Мир не крутится вокруг тебя. Живи уже своей жизнью. — Какие тупые слова. Когда ты уже прекратишь меня избегать? Что я должен сделать? Меня триггернуло от слова «тупые». — Тебя никто не избегает, очнись. Вот я рядом стою. Но стою тут без желания. В этом вся разница, а ты понять не можешь. Я не избегаю тебя, не обижаюсь, не злюсь, не думаю об изменах — просто, потому что мне это больше неинтересно. И ты мне неинтересен. Лёша закурил. Я подумала и решила, что мне пофиг на это. Если нас спалят и его попросят отсюда свалить — я ничего потеряю. — Ты меня бросила, что ли, девочка? Я даже не могла сдержать ехидства от этой его формулировки. — Да как же я тебя бросить могу? Ты ведь не дал мне такой возможности, мы же даже не встречались. — Да в этом опять, что ли, дело?! — повысил он голос. — Ты такая тупая иногда. Я тебе двести раз сказал, что ненавижу ярлыки. Парочка, свидание, вторая половинка, супруги, моя девушка — я не понимаю за эту хрень. Чего тебе не хватало? Я проводил с тобой время, писал тебе, представил почти всем друзьям, спал с тобой, не изменял, предлагал жить вместе. Само собой, мы встречались, блин, и я считал тебя своей девушкой. Меня просто эти слова вымораживают. Но сути они не меняют. Я вздохнула. Когда-то не так давно это желание понять, кто я для него было для меня чуть ли не самым важным. — Что тебе еще надо, девочка? Ну давай я буду называть подобные вещи, как тебе нравится. Ты моя девушка. Давай встречаться? В этот момент из зала заиграла песня группы Кино — «Восьмиклассница». Я усмехнулась. Егор тоже услышал. — Какая ирония. — Мой ответ — нет, — спокойно, но уверенно вернулась я к его вопросу. — Нет? — Нет. — Почему? — Просто. Не хочу. — Я люблю тебя, Майя. Не верю ни капли. Лучше бы не говорил этого. Я сглотнула, вернулась в воспоминания осени, и ответила, как он тогда, глядя прямо в глаза. — Вот и славно. И это задело его не на шутку. Передо мной снова был Лёша, пожалуй, в самом его агрессивном состоянии из тех, что я видела. Вот он, настоящий, а не тот, кто секунду назад мне врал о любви. — Ты такая пустышка, Майя. Тупая малолетка. Я столько фейспалмов ловил от того, что вожусь с ребенком. Никакой гордости, никакой адекватности. Постоянно ныла, ныла, ныла. А сейчас строишь из себя недоступную королеву. Чтоб за тобой побегали, самолюбие твое потешили. И я даже это делаю, а тебе все мало. Ты даже не представляешь, насколько жалко и убого ты смотришься со стороны. Меня даже проняло от его слов, честно. Розовые очки, которые и так уже слетели с глаз, сейчас просто треснули и рассыпались. — Прикольно, Лёш, — ровным голосом сказала я, сохраняя ледяное спокойствие. — Я даже соглашусь с твоим описанием. Какая я стремная, маленькая, тупая и плакса. А теперь представь, в каком положении сейчас ты, если минуту назад предлагал встречаться такому убогому существу и признавался в любви, а тебя еще и послали. Не успела я закончить, как получила довольно сильный удар ладонью по лицу. Я закрыла глаза, чтоб сохранить спокойствие и не словить паничку, досчитала до трех, выдохнула, открыла глаза и развернулась. — Извини меня, я идиот, — схватил меня Лёша и прижал к себе. Но сейчас меня просто тошнило от его близости. От того, что он меня трогает, гладит по волосам. — Майя, умоляю, прости. Я не собирался этого делать. — Пусти, — процедила я, хотя бы ладонями отодвигая его от себя. — Я тебя больше не отпущу. Я все исправлю. Дай мне шанс, Майя. Я задержала дыхание и изо всей силы закричала: — Отпусти! Надеюсь, кто-то из дежурных учителей услышит, если до него не дойдет. Я уже просто не могу находится рядом. Лёша ослабил хватку, и я, воспользовавшись моментом, рванула от него в сторону зала. Заметив, что погони нет, я на секунду развернулась, чтобы произнести: — Я не люблю тебя, вообще не люблю! А сейчас ты мне только противен, урод! И с пылающей от удара щекой поспешила в сторону зала, где все еще звучала «Восьмиклассница».