Глава 21

***

      Нора сидела в комнате, ожидая прихода Леви. Прошло полтора года, сейчас был 848 год. Они уже столько лет вместе… Какой это год их брака? Седьмой вроде. Она и не считала. Кто бы мог подумать, что все зашло уже так далеко. А она не могла забеременеть два год. Она ждала Леви. Когда он прийдет. Они уже полгода не говорили с ним о детях, он был явно растроен. Хотел ведь ребёнка. А она не могла ему дать его. Курить она не перестала, Леви был против. Помнит, они даже поругались с ним из-за этого потом весь вечер не разговаривали, а она на зло сидела и выкурила сигареты четыре тогда. Вылазки не заканчивались. Она ездила вместе с ним, все так и была в отряде Ханджи. Очень близко стала общаться с Моблитом. Они втроём чаще всего были. Она, Зое и он. С Эрвином она тоже стала чаще общаться, привыкла к этой жизни и уже задумывалась о том, а нужен ли ей ребёнок? Что она будет сидеть нянчиться с ним? Они пару раз ездили вместе к Кенни. Более менее нормально поговорили. А Леви…Леви. Ей надо было с ним поговорить. Он и так явно обижался на неё за то что она так много времени проводит с остальными, а не сидит с ним. Пару раз даже снова прямо спрашивал, не влюбилась ли она в Эрвина с Моблитом. Как глупо…       И вот Аккерман открыл дверь, зашёл в команту. Удивительно что она в их комнате, а не шастает с остальными. —Леви ,нам поговорить нужно.       А вот в чём дело. А он то уж подумал что решила побыть вместе с ним. Но эти слова как дождь средь ясного дня обрушились. Поговорить…она отстранилась от него, он думал что полюбила другого, они сексом нормально уже давно не занимаются, редко очень. Если она скажет что разлюбила его? Что тогда будет? —Я думала…может не будем дальше пока пытаться завести ребёнка? Я не хочу.       Она хотела продолжить, но он уже вышел из комнаты, хлопнув дверью. И она его реакцию прекрасно понимала. Знала что вернётся. Но понимала в каком он бешенстве сейчас. Особенно учитывая это напряжение между ними, и то как сильно он в последнее время хотел ребёнка. Нора не пыталась его догнать, знала, что в скором времени он объявиться сам. Знала, что в последнее время для него ребёнок был самым важным, а она так начинает, но это еë мысли. От этого не уйти никуда.

***

      Леви шёл по коридору и просто не мог поверить в это. Она хотела этого ребёнка столько лет, а сейчас когда начала больше контактировать с другими, нежели с ним вдруг неожиданно передумала. Знал же, что всё так закончится. Точно разлюбила, но боится сказать, а потому начинает издалека. И если она думает, что он сразу остынет, решит поговорить, то очень заблуждается. Не может он. Сколько они ждали, сколько хотели? Сколько он сидел в их комнате, ждал, пока она вернётся после очередных разговоров с Эрвином или Ханджи? Сколько в последнее время уделял ей внимание, а она всё бегала по другим местам. Хватит. Захочет, сама придёт, найдёт его. Да, это не самый лучший поступок с его стороны, но он по другому уже не может. Надоело. —Если мозги ещё на месте одумается.       Аккерман вышел на балкон в самой отдаленной части корпуса, куда редко кто обычно проходил. Потому то ему и нравилось это место. Именно поэтому он последнее время находился именно здесь, а не где-то ещё. Здесь тихо и спокойно, никто не сможет потревожить его мысли. И он ждал. Десять минут, пол часа, час. На губах сама собой появилась глупая усмешка. Дурак, о чем он думал? Что это счастье будет безгранично? Кенни предупреждал. А он ведь рассказал ей около нескольких месяцев назад про особенность Аккерманов. Может в этом тоже дело? Он так ждал что та прийдет, но нет. Он уже собирался уходить, но услышал её голос. На улице. Только она разговаривала с Моблитом.       Руками он сжал перила, опуская взгляд. Та стояла в далеке о чём то говоря, что-то взяла из его рук, убрала в караман. И чуть приобняв его, ушла в корпус с улыбкой.       Он проводил её взглядом, и сделав выдох, закрыл лицо руками.       Улыбнулась.       Обняла.       Пойдёт за ним? Как же…Есть люди поважнее. Глупая насмешка судьбы, не иначе. На этом видимо можно забыть о «счастье» детях, дочери. Не будет у него не того, не другого. Никогда. Надо было тогда просто отказаться от неë. Как бы на тот момент больно не было, сейчас могло всë утихнуть. Она бы обрела счастье да даже с этим Моблитом, а он? Что он? Привык уже. Неудивительно, что даже она сдалась, поняла, что это всё бред и испортит себе жизнь, пока будет находиться рядом с ним.       На что я надеялся? Будто ты кинешься ко мне в объятия, а не к тем, кто в самом деле сделает тебя счастливой.       Он грустно усмехнулся, облокотился снова о перила. Даже интересно куда она сейчас пошла и с чем? Ах да, наверняка к Эрвину или Ханджи. Обычно такой у неë план, а затем ближе к двенадцати если не позже соизволит вернуться. Интересно, она хотя бы поймёт, что его нигде нет или так увлечëтся своими другими играми, что ей будет наплевать на него? Хотя уже тоже наплевать. Так чего ему ещё бояться? Если так подумать, то нечего. Он был готов к тому, что она его бросит. Этого ожидать стоило однажды. Всё рано или поздно заканчивается к сожалению. Особенно когда дело касается любви. Либо тебя кидают, либо кто-то страдает, умирает, очень мало шансов что они останутся вместе, тем более после стольких испытаний. Убирая руку от лица, Леви смотрел в даль. Бросила таки его. Нашла замену в другом, как он и предполагал. Нашла того кто в овтет что-то расскажет. Кто сможет с ней быть рядом. Эрвин, мужчина её возраста, умный, статный. Ещё и знали друг друга с подросткового возраста. Они смогут ей говорить красивые слова. Моблит…Он хороший парень. Правда хороший. Но как же хотелось пойти и врезать ему. Она ничего не пристойного не делала, но это ужасно чувствовать. Сделав выдох, он отошёл от перил и направился в их к комнату.       Пусто. Никого. А что он думал? Сидит ждёт его? Надо ей оно…Ребёнок. Он так хотел ребёнка от неё. Дочку похожую на неё. Приходить к ней, играть с ней. У него никогда не было подобных мыслей, но последний год у него в голове это постоянно. Скажи ему от этом кто-то лет так пять назад, он бы это даже как шутку не воспринял, бред и только. Нора слишком яркая… кому врать, красивая. Кто не смотрел на её фигуру? Бёдра, грудь. Пышная грудь у неё была. Мало у разведчиков есть такие размеры. Волосы длинные, волнистые чёрные. И она добрая, безумно добрая, помогала кому могла. Умная. В отряде Ханджи.       Потерев рукой лицо он уселся на кровать. Их кровать. Они на ней столько всего делали. Сколько говорили. Он не мог без неё. Она была всем, миром, близким человеком, другом, женой. Поэтому он давно и предложил брак, чтобы она не ушла от него. Но даже такие узы не могут удержать человека если он тебя разлюбил.       Дверь в комнату открылась, Нора, уверенная в том что Аккерман ещё стоит там, на балконе, прошла садясь за стол с бумажками. Много очень делать они планировали. Скоро планируется вылазка по захвату титанов живьём. Они с Ханджи долго бились за неё. Столько дней проводили вместе думая об этом, Моблит им помогал. И у Эрвина столько раз просили, и вот вчера получилось наконец. Так что дел достаточно. Они и отряд Леви, отравляться на вылазку. Им уже сообщили. Сидя за столом и подперев рукой голову она опустила взгляд на бумаги, но почувствовав на себе взгляд, глянула в сторону. И увидела Леви. Молчит сидит. Пускай. Она ему сказала, он прмолчал и ушёл. Ей ему было нечего говорить. И идти к нему на этот балкон она не видела смысла. Леви заметил, что она в скором времени увидела его, но никак не отреагировала. Что ж ладно. Сама решила так делать. Видимо совсем наплевать на его чувства. Даже не спросила ничего или решила, что она спокойно может так и продолжать делать? Прекрасно. Вместо того чтобы говорить, она просто будет теперь молчать? Возможно она и ждёт первые слова от него, но он устал уже делать что-то, особенно когда видит что сейчас всё совсем не так как раньше. Даже если она ждёт его слов какая разница? Она совсем не замечает, что между ними всё не так, как раньше? Наплевать, да? Раньше бы будь всё как тогда, Нора сразу могла заметить его грусть, печаль, а теперь ничего не видит кроме своих новых дружков. Как хочется вернуться в то время, как он приезжал к ней, обнимал, они проводили дни вместе. Только он и она. Никто больше. Как же сильно он тогда ощущал еë любовь. Знал, что она в самом деле всегда рядом будет. А теперь каждая секунда была всё больше наполнена сомнениями.       Аккерман закрыл лицо рукой, пытаясь держать в себя руках и затем он просто сел, достал книгу, что сейчас может помочь его отвлечь, а затем обнял себя руками, сосредотачиваясь на другом. Надо было прийти в себя, успокоится и не показывать ей своей боли. Не ей. Кому угодно, но ей не хотелось. –Аккерманы! А ну дверь открывайте, а то вышибу.       Нора выдохнула поднимая взгляд. Ханджи. Леви даже не дёрнулся. Остался лежать на кровати с книгой. Обиделся? Сам ушёл дверью хлопнула ещё и обиженого строит. Раздражает. —Я тебе мозги вышибу потом, Зое.       С этим слова та поднялась со стула, и открыла дверь, повернув ключ. Ханджи и Моблит забежали в комнату, кладя документы на стол и налконившись. —Нора милая, последний раз ну сделай за меня эти бумажки. —Да…Мы отойдём.       Нора устаивалась на них двоих уставшим взглядом. Сколько уже можно? Она без сил скоро будет падать от усталости. Они оба наклонились и стали говорит тихо, зная что Леви не одобрит. —Я забрала три бутылки вина. Пожалуйста. — Иди уже, безумная. Не женщина а…       Та уже подпрыгнула, махнув рукой и обняла девушка. — Нора, ты лучшая. Не была бы ты женой Леви, я бы тебя забрала сама.       Нора улыбнулась, покачала головой. Ханджи это Ханджи. И она не поменяется никогда. И это хорошо. Пускай отдохнут. Моблит стоял и поставив локти на стол заговорил тихо, стараясь говорит так что не было слышно Ханджи, которая уже оказалась возле окна. — Как думаешь ей сказать?        — Когда она в хлам бухая будет? Да ты прям романтик. Лучше бы на свидание позвал.       Последние два предложения вышли громче, до уш Леви они долетели, в отличии от Ханджи. Моблит вышел из комнаты, поблагодарив Аккерман, а та выдохнула, встала поворачивая на замок двери и села за документами. Моблит хочет все Зое признаться в чувствах. Она все бегает как дура и говорит с каждым. И документы впихивают чтобы вместе время провести. Да уж. Это начало отношений, новые эмоции. У них с Леви такого уже нет. Почему? Желание и эмоции иссякли за эти года? Или проблема в ком-то из них? Когда все пошло на перекосяк? Впрочем сейчас ей надо заняться бумагами. И так ляжет опять часа в три ночи. До этого к Эрвину холодила жаловалась на отношениям Зое и Моблита, делая бумаги, а сейчас никуда не хотелось идти. Она начала очень серьёзную тему по поводу ребёнка, а он как будто сам ребёнок, ушёл и хлопнула дверью. Ждёт что она будет что-то говорить? Нет. Она вытянула руку на столе и лягла на неё, опуская взгялд и читая бумагу. Она солдат отряда Ханджи, а не капитан чтобы делами заниматься. Но она хочет помочь друзьям. Тем более раз её муж не горит желанием подобным заниматься с ней.       Свидание значит и романтика?       Он глупо усмехнулся и лежал, казалось бы, не отрывал взгляд от книги, но на деле он успел несколько раз окинуть еë взглядом. Противно. Даже не скрывает. И когда она собирается рассказать ему обо всём? В какой момент сделает это? Когда он напрямую спросит? Что ж если так и продолжится, это он и сделает. Хотя хочется выяснить всë прямо сейчас. Не когда уже будет поздно. С одной стороны он понимал что Нора бы не стала так открыто изменят. Но может это мысли просто? Он просто не хочет её терять. —И что у вас намечается снова? Снова могу не ждать до трёх ночи? Снова с Эрвином или Моблитом говорить будешь. Надоел тебе да? Раз оставаться ни при каких обстоятельствах не хочешь. Напрямую трудно сказать? Поэтому пошла с ребёнка? Думаешь, я слепой и не видел, как ты бегала потом сразу к Моблиту, обнимала его. Спасибо не целовала. А теперь о каком-то свидании говорите. Надоело.       Он встал с кровати, отложил книгу в сторону. Не мог больше терпеть он этого. Злость и боль смешались в одну кучу. Не хотелось видеть еë, слышать. Противно. Как можно быть настолько бесчувственной? Он никогда не считал еë такой и сейчас не хочет, но она словно заставляет сделать это. Зачем?       Не ожидая ответа, он вышел спокойно из комнаты, снова идя к тому самому балкону. Одумается, захочет поговорить — прийдëт. Нет, так нет. Ответ будет очевиден и так. Когда их отношения дошли до такого? В какой момент всë стало так ужасно? Какое его действие стало для неë переломным? Он в последние недели то и дело пытался уделить ей внимание, а она, словно крот, не видит ничего.       Аккерман облокотился о стену балкона, скатился по ней и закрыл лицо руками. Впервые он чувствовал себя так подавлено и паршиво. В груди щемило, впервые хотелось выплеснуть все эмоции. Почему все так? — Леви, милый мой. Ты меня конечно извини за вопрос, но ты дурак?       Сказала она тихим, нежным гослом, поняв все. Вот в чём дело, вот чего он так волнуется. Считает что она ему за спиной изменяет. Глупый. Честное слово, глупый. Та вздохнула, и взяв его за локоть завела в комнату обратно, и села на кровать, он за ней. Он внимательно, изучающе смотрел, слушал этот нежный тихий гослос. И она сидела, объясняя ему всё как ребёнку. — Леви, ты считаешь если бы я вела отношения в тайне прямо здесь при тебе это обсуждала? Глупый. А я всё думаю что ты так ходишь, смотришь отстранённо. А ты думал я с моблитом что-то имею. А может с Эрвином? Послушай меня. Раз и навсегда. Эрвин мне как старший брат. Я даже как на мужчину не смотрю на него. Моблит мой друг. Друг, который любит Ханджи. И тупая подруга которая любит Моблита. И они меня шпуняют с этими бумагами, которыми я не должна заниматься. Потому и сижу с Эрвином. У тебя своих достаточно. А ребёнок…       Она сделала глубокий вдох голос стал посерьёзнее, а девушка отвела взгляд в сторону. Она до этого настраивалась очень долго на подобный диалог, а сейчас это делать ещё сложнее. — Мы с Ханджи смогли убедить Эрвина в том что нам нужно схватить титана. Вот и была я с Ханджи. Моблит мне пачку сигарет передал. А ты на балконе стоял и взглядом нас прожирал так, как будто мы сексом занимаемся. И ребёнок этот, пойми мне интересно всё что сейчас мы можем узнать с Ханджи, меня тянет к этому. Изучать, смотреть. Не пирожки в пекарне лепить, и не слушать крики ребёнка. Нам столько может открыться в ближайшее время. А если я забеременею это всё будет зря, всё то что я делаю сейчас. Я не хочу заканчивать. Я чувствую пользу от себя в этом корпусе наконец. Слышишь. Во дурень а. У меня даже мыслей таких не было. Я думала у нас период просто такой. А ты вон что учудил…Обязательно обсудим это с Кенни за бутылкой коньяка.       С ухмылкой на лице проговорила последние слова Нора и чмокнула его в щёку. И как она не заметила что он думает о подобном? Как не поняла что ревнует? Хорошо что они поговорили сейчас, пока всё не зашло слишком далеко. Они успели поговорить. Пока не переругались в прах. Она не думала что Леви может думать о подобном. Они прсото в какой-то момент отдалились стали ругаться. Но Моблит? Он ведь по уши в Ханджи влюблён, она думала это все видят. Хотя о чем это она, это Леви. С улыбкой на лице Нора покачала головой и поднялась, складывая бумаги в сторону, и присела к Леви. Сейчас начнёт себя опять во всем винить. —Но твои мысли логичны. Так что себя винить не стоит. Просто говорить со мной надо про это сразу. Оба виноваты.       Леви сидел, смотря на неë. Так это совсем не то, о чём он подумал? Сколько же он себе надумал. Да, это было обосновано, как она сказала, но он в очередной раз не поверил в то, что она не станет подобного делать, хотя и впрямь иногда подумать можно было. Но теперь когда она всë рассказала, стало понятно. Делись она с ним обо всём у него и в мыслях подобного не было. Да уж. Тяжело им иногда бывает вместе, но он правда был счастлив, что сейчас сказал всë ей и узнал правду. Иначе потом могло быть всë намного хуже и тут уже разговорами не помочь. — В следующий раз рассказывай обо всём. Я правда боялся, что потерял тебя по неизвестным причинам.       Леви облегчённо выдыхал, обнимал еë крепче. Сейчас ему было спокойнее. Намного. Лишь бы таких ситуаций не повторилось снова. Но как ему кажется не будет. Они явно сейчас оба усвоили урок и явно будут стараться делать всë, чтобы это не повторилось. —Хорошо, дурачок.       Она чуть ударила его по лбу, а затем легла на грудь, пока он обнимал еë крепче. Снова так спокойно, хорошо. Она столько этого не чувствовала. Думала, что дело в том что это такой период в их отношениях. —Поможешь мне с документами? Иначе я никогда не закончу. —Пойдём. Иначе опять не уснешь. Бедная и так завалили. А с Зое мне видимо прийдется поговорить.       Он потрепал еë по волосам, а затем поднялся и сел напротив еë стула, разделяя так, что у него было несколько больше. Пусть отдохнëт уже от этого наконец. —Не надо. Пускай…Они заслуживают счастья. Ханджи заслуживает. И Моблит. Они оба дороги мне. Я хочу чтобы они тоже были счастливы. И по секрету скажу я тоже просила иногда часть твоих бумаг забрать Ханджи. Иногда и полностью, сам помнишь. И Леви, правда. Хватит думать что я тебе изменять буду. Я не буду. Мне не надо никого.       Она очень нежно улыбнулась и опустила взгляд на руки. Она же знает его характер, его поведение. Но продолжала гордо молчать, ожидая его слов. Знает что ему сложно. А она все больше вела себя как… —Нора? Оба дураки. Не могу сказать кто из нас виноват. —Леви, насчёт ребёнка, давай поговорим.       Он перевёл взгялд на окно. Что он может сказать? Он хотел ребёнка, думал что скоро будет, но каждый раз ничего. На протяжении двух лет. А могло быть уже год ребёнку если всё получилось бы. А сейчас она говорит что не хочет, что хочет заниматься всем этим, учавствовать. Он знает прекрасно что такими темпами и её могут повысить. Особенно учитывая что она дорога всем. Ханджи словечко скажет, он словечко, Эрвин согласится. Тогда она не выкарабкается. Но он не хочет. Она понятия не имеет что такое сообщать близким о смерти из детей. Он вообще не хочет чтобы она находилась здесь. Но она прямо говорит о том что ей не нужен ребёнок. Но видимо иногда придётся уступать ей. Конечно, он не хочет, чтобы она становилась капитаном или ещё кем-то. Хотя с другой стороны что если это отгорожает их от какой-то ошибки? Вдруг ей станет плохо при беременности? Или она умрёт во время родов? Потеряет ребёнка? Это было бы ужасно. Хуже наверное чем совсем без детей жить. Так что возможно есть доля верности в её словах? Пусть и у неë другие причины на то. —Я тогда услышал тебя, принял. Пусть моё желание не иссякло, но может ты и права. Сейчас опасно. Но пожалуйста, не погружайся с ног до головы в дела, как это сейчас.       Он понимал, что сейчас она нашла тут место, хочет вложить себя всю от и до. Он сам был таким. Хотел сделать всë, чтобы спасти развед корпус, помочь тому кто стал дорог, ведь видел в себе потенциал. Но сейчас он понимает, что нужно так же в первую очередь уделять внимание близкому человеку иначе он может потерять его. Как это уже несколько раз чуть не случилось. —Прости…       Проговорила она, преркоансо зная как он хотел ребёнка. Леви чуть хмыкнул и отвёл взгляд в сторону. Как есть так есть. Он ничего уже не сделает. Отводя взгляд, Аккерман взял в руки бумаги, погружаясь в дела вместе с ней.