Пролог

Вдоль широкой улицы, едва освещённой фонарями, шли два парня. Один точно был пьян, ведь второму приходилось держать и чуть ли не волочить знакомого. Тут, в небольшом посёлке Антав, такое - обыденность, особенно в праздники. И даже в будние дни каждую ночь повстречаешь какого-нибудь выпившего или употребившего чего посерьёзнее на улице. Моросил дождь, стуча по крышам небольших частных домиков и по бутылкам, раскиданным возле дороги. Лужи уже переполнялись от воды, дождь шёл целый день и только сейчас начал стихать. Другой погоды в Хэмдоре осенью практически не бывает. Впрочем, даже это не остановило народ от празднования Дня Освобождения. Со дворов частных домов, ограждённых заборами, доносились матерные песни, пьяные крики, споры и ругань. Казалось, сам воздух пропитан алкоголем, что явно не нравилось трезвому парню. Оскалившись, он то и дело поворачивался в сторону домов, словно собираясь выбить ворота, чтобы утихомирить всех празднующих. Хотя, по виду, парень по-настоящему был на такое способен: безумный взгляд, ледяные, синие глаза, узкие зрачки, которые, казалось, не расширяются даже в темноте. Он то и дело стучал себя по бедру крепко сжатым кулаком. И внешне то был в разы небрежнее своего подопечного. Его знакомый хоть и был сильно пьян, всё же выглядел достойно: молодой, высокий, смуглый парень, с добрыми глазами. Однако сейчас на лице его было явное недовольство. Ему не нравилось, что его товарищ мешает наслаждаться праздником. Наконец, чуть придя в себя, он заговорил: - Зачем я тебя понадобился? Чё ты меня вытащил? - кое-как произносил пьяный парень. - Мой совет - лучше просто молчи, пока я из себя не вышел. - сквозь зубы ответил ему помощник. - Чё ты меня вытащил?! Он начал ёрзать и толкаться. Его товарищ в ответ схватил за воротник, и уже не сдерживаясь сказал. - Послушай сюда! Я б тебя с радостью там оставил, но увы, есть человек, которому от этого больно, и которому я пообщеал что верну тебя домой. - Ах, Юстина. - завыл парень, закатив глаза. - Ты не понимаешь! Опять ты ничего не понимаешь!.. Она… она не такая. Скучная. - Только не говори, что снова была любовь, и вот уже всё, испарилась. Трезвый парень резко отвернулся и начал глубоко дышать, попутно водя ладонью по воздуху. - Опять ты не в своё дело лезешь. Что ты об этом вообще понимаешь? Любовь она да... Проходит. Такова жизнь!.. Жизнь такова… Ты об этом ничего не знаешь. - Да пошло оно всё! - выдохнув, сказал парень и развернулся. - Давай, что на этот раз? Удиви! Что в Юстине твоей вдруг оказалось не так? - Понимаешь… Юстина, она… она. Любовь прошла. Она скучная слишком. То ли дело Славечка… - Та скотина в облёванной рубашке, от которой за километр перегаром несёт?! - Не смей так говорить. Она прекрасна! Ты просто не понимаешь! Все гении. Они… они гении… Они настоящие гении… - Действительно! Что-то я не понял сразу, прости! Только гении знают, как выпить литров шесть водки и при этом не сдохнуть. - Опять ты меня не понял… Эх, не понял! Они просто… гении! Они так себя реа… рилиз… релиз… реварилизуют!.. - Реализуют? Да ну? Я, видимо, и тебе помешал реализовываться да, гений? Парень отпустил своего знакомого. Тот упал в лужу. Трезвый молча ходил взад-вперёд, он рычал и слегка потрясывался, сжимая кулаки. Однако как бы ему не хотелось избить своего знакомого, он не мог. - Послушай меня! Нельзя так просто бросать людей, которые тебе доверяют. Ты уже девушек раз в полтора месяца меняешь! О Юстине хотя бы подумай, она же хороший человек! - Тебе не понять. Ты ж этот… ты ведь асек… асексувал. Не понимаешь. Любовь ведь проходит. - Заткнись! Любые сильные чувства так просто не проходят! Какая ж это тогда любовь, что она проходит?! - Не твоя это любовь. Твоя не проходит… - Я тут причём придурочный?! Любовь - это, мать твою, любовь! Сильное, а если верить многим, то сильнейшее чувство. А это что у тебя? Встал - всё, любовь, что ли?! - Есть отличия!.. - воскликнул пьяный парень, поднимаясь из лужи. - Ты не видишь разницы между романти… чивской, и обычной. И ты опять меня не понимаешь. Любовь - это чувство… но оно проходит. - Хватит! Я устал от этих бредней и не хочу опять их слушать. Просто заткнись и не говори об этом. Если уж и бросаешь кого-то, то имей смелость сказать это в лицо человеку! - Нет смысла… всё уже решено. К этому и так шло, понимаечешь? Зачем говорить? Ах да, ты не понимаешь. Но понимаешь? Если была бы возможность просчитать вес всех мол… молекул, то можно было бы понять судьбу, увидеть её. - Кир-вит сен-ек! Как ты, сука, к этому сейчас вообще пришёл, а? Тебе меня злить нравится?! Хватит с меня этого! К шинци этот район и этих людей, таких же придурков, так ты! - Ох, какой ты демагог!.. Опять ты делишь людей на хороших и плохих. Тут ты не прав. Эти люди - гении!.. - Ты сам понимаешь, что ты несёшь?!! - А ты делешь. Но ты не прав. Ты себя автори… автотетом считаешь, потому и делишь. Самым крутым и важным считаешь, а кто не согласен с твоим мнением - дурак. У тебя всё так. - Я называю тебя придурком не потому, что наши мнения не совпадают! Как раз таки ты меня называешь придурком из-за этого! - Нет, не из этого! Просто ты - придурок! Ты опять не прав. Ох… не прав. - Вот как с тобой вообще можно разговаривать?! Ты меня не понимаешь! Я пытаюсь помочь, уж если не тебе, то твоей девушке, который ты по-настоящему важен, а ты просто бросаешь её ради каких-то “гениев” под наркотой! Как вообще можно быть такой гнилой тварью?! - А не нужна мне твоя помощь. Этому суждено случиться… - Так значит судьба виновата в том, что ты такая мразь, да? Что ж, хорошо, я тебя понял, мой дорогой друг. Ты мне лучше скажи, что ж тебе не хватает, а? У тебя есть всё, ты можешь делать что угодно. Но что ты делаешь? Спиваешься и предаёшь людей! - Нет… я не вправе распор… распряжаться судьбой. Так и должно быть. - В таком случае я выбираю твою судьбу. Валяйся в канаве дальше. Парень уже начинал уходить, однако, сделав пару шагов, обернулся и сказал: - И ещё. Я тебе на практике докажу, что невозможно предсказывать будущее! Что оно никогда не предрешено! А пока - развлекайся!