11. Спасибо, что помог.

Арефьева сидела в своём кабинете, разбирая документы. Перед ней лежало уже несколько стопок с папками, за которыми, словно за стеной, уже можно было скрыться от входящих в кабинет. На часах время близилось к десяти вечера, рабочий день давно закончен, но груда бумаг никак не отпускает домой. Оценив обстановку, она встала, открыла шкафчик, достала бутылку виски, налила в бокал, и сделав резкий выдох, выпила. «Когда уже исчезнет это всё»: сказала она, вновь осмотревшись вокруг. Возвращаясь к столу, она задевает край стола, и стопки одна за другой падают на пол. Ольга нервно материться, понимая, что теперь работы прибавилось вдвойне, а то и втройне. Стук в дверь. - Ольга Кирилловна, можно? - в кабинет вошёл Рыков. - Ого, Вы тут буквально утопаете в работе. - Рыков, что тебе? - Не знаю, если честно, просто смену закончил, увидел, что ты ещё тут. Может помочь? - Глупо, наверное, говорить, что не нужна. Она ещё раз осмотрелась на бумаги на полу, и понимая, как сильно устала приняла помощь Паши. Они начали вместе разбирать документы, пытаясь найти из какой-же папки выпал тот или иной лист. Оля периодически украдкой поглядывала на мужчину, внимательно изучая его черты лица. Её интерес вряд ли мог оставаться незамеченным, однако Рыков не подавал виду, что замечает это, чтобы не смущать, не спугнуть. Они сидели на корточках, потянулись за бумаги и, случайно коснувшись руками, замерли на мгновение. Это касание было нежным. Хотелось схватить ладонь, сплестись пальцами, держать так крепко. Оля моментально убрала руку, встала и села на диван. - Ноги затекли, - она выдохнула и пыталась не подавать виду. Продолжила наблюдать за мужчиной, что по-прежнему перебирал бумаги. - Паш...я за тот разговор извиниться хотела. Рыков прекратил свои действия. Повернул голову в сторону Арефьевой. И внимательно её слушая, подсел на диван. - В общем глупо убегать от того, что случилось. Мы взрослые люди, мы оба не знали, что будем вместе работать. В общем я не считаю произошедшее за ошибку. И вела себя неправильно, делая вид, что ничего не было. - То есть дело только в работе? - Паш, нет, не в работе, точнее не только в ней, - Оля выдохнула, ей стало легче. - Оль, я тоже не считаю всё произошедшее между нами ошибкой, наоборот... - Не надо, не продолжай. -женщина не дала ему договорить, ей хотелось добавить, что она знает, что он женат, но не стала. Они сидели ещё минуту в тишине. Оля легко коснулась его плача, встала с дивана, и вновь принялась собирать бумажки. - Надо закончить, домой скорее хочется. С документами они разорались, когда на часах было уже за полночь. Параллельно они разговаривали и смеялись. Оле стало так комфортно рядом с ним. - Спасибо, что помог, без тебя я бы сидела тут до утра, наверное. Могу подвезти. Рыкову раздался телефонный звонок. Марина. Оля увидела имя на телефоне и вспомнила, что это же имя было указано в штампе. Жена. Она быстро отвернулась, стала собираться домой. А Паша в этот момент какое-то время смотрел на экран, думая отвечать на звонок или нет. - Да не, не нужно. Я вызову такси, - он вышел из кабинета, ответил на телефонный разговор и направился во двор. - Ало, что-то хотела? - Паш, ты можешь приехать? - Что тебе нужно? - он не хотел чего-либо слышать об этой женщине, что предала его много лет назад. Днём Рыков отправился в Петербург. Сидя в сапсане, он стал строчить смс Арефьевой.

«Срочно уехал в Питер, нужен дополнительный выходной»

Оля отвлеклась на звук уведомления. Смс от абонента Рыков. Прочтя содержимое, она снова испытала странное чувство. Он сорвался в Питер. Связано ли это с ночным звонком? Неужели он поехал по первому зову. Они живут в разных городах. Он поехал мириться? А что если да, и он приедет и скажет, что увольняется. Оля вдруг подумала, какого это остаться без него. Что если не вернётся? Что если скажет, что больше не будет работать на подстанции. Весь оставшийся день она была как на иголках, срывалась на подчинённых, которые видели явные перемены в настроении начальницы. Она постоянно проверяла телефон в надежде, что Рыков ещё что-то напишет, как-то объявится, но ничего кроме одного смс больше не последовало. Павел приехал в северную столицу, в город, который он покинул пару месяцев назад. Он скучал по улицам, где провёл свою большую часть жизни. С женой он разошёлся давно. Та не выдержала его бешеного графика, хотя в частную клинику ради благополучия жены, совмещая с работой на скорой, и ушла от него. Точнее просто укатила заграницу с новым возлюбленным. Рыков тогда ушёл со скорой, остался работать только лишь в частной клинике, стал закрытым в себе. Огромным потрясением было, что она даже не сообщив ему о беременности, сделала аборт. С тех пор он ограничивался лишь кратковременными романами, ничем не обязывающим его, и жёстко бросал тех, кто пытался получить от него чего-то большее. В Питер он приехал за разводом. Долгое время не общаясь с женой, он ничего не знал о её судьбе, о том чем она живёт и вообще в какой стране. Оформлять развод официально не было необходимости, он не был зациклен на этом, и даже позабыл о штампе в паспорте. Как оказалось, бывшая собралась замуж и приехала в Петербург, чтобы решить вопрос с имуществом и наконец-то подать на развод. Павел хотел скорее решить данный вопрос и навсегда забыть об этой женщине, разорвать все связывающие их нити.