20. Никакого шанса, прости.

Пробка. Она всё время смотрела на часы, стрелки которых двигались с невероятно медленной скоростью. Дорога до дома занимала, как ей казалось, целую вечность. Такси заворачивает во двор, где её у подъезда уже ждёт Рыков. «Чёрт, не успела». - Ты давно тут стоишь? - Нет. В общем, - листает карту, старается вести себя максимально холодно, - я просмотрел вот.. - Не будем же мы это на улице обсуждать. Давай поднимемся? Рыков был удивлён. Арефьева Ольга Кирилловна приглашает кого-то к себе? - Оль Кирилловна, Вас какая муха укусила? Сегодня где-то перевернулся грузовик с гостеприимством? Смотрю, Вы успели урвать себе большой кусок. Он снова паясничает. Она молчит. Двигается в направлении двери. Манит его за собой. - Так ты идёшь? Они едут в лифте. В замкнутом пространстве ей будто не хватает воздуха. Она смотрит на него, внимательно изучая каждую деталь. Она тонет в этом человеке. Её сердце колотится с такой силой, что кажется, будто он слышит его стук. Оле хочется коснуться Паши, прижаться так крепко. На его лице нет эмоций. Он смотрит на неё. Сейчас она совсем другая. В ней что-то изменилось. Она стала ещё особеннее привлекательна. Она порхала. Она была влюблена, а он пытался в её глазах найти ответ в кого же. И его раздражала одна только мысль, что предметом её воздыхания может стать тот напыщенный индюк, с которым она проводила время после их расставания. - Ты чай будешь? Может ... даже вино? - Всё больше меня удивляете, Ольга Кирилловна. Вино. Они сидели на кухне и вместе изучали карту. Рыков рассказывал о возможных вариантах лечения. - Оль, может расскажешь, кому мы помогаем? - Паш, это мама моего очень хорошего знакомого. Замечательный человек, которого я знаю с юности. Раздался звонок. Алексей. Оля подняла трубку и вышла в гостиную. Паша же пытался сдержаться, чтобы не подслушать, но ревность брала верх. Спустя пару минут он подошёл к проходу и старался уловить разговор. - Да, не волнуйся, план лечения уже намечен. Всё с ней будет в порядке. Лёш, я с тобой. Рыков не стал слушать разговор дальше. Услышанного, как ему показалось, было достаточно, чтобы подумать, что Ольга сделала свой выбор. И, увы, не в его сторону. Ему хотелось крушить всё вокруг. Он вернулся за стол и продолжил пить вино. - Оль, спасибо тебе за твою поддержку, - доносился голос из телефона. - Когда мы можем увидеться? Могу ли я пригласить тебя на свидание, чтобы мы обсудили всё...в том числе и нас. - Нет, Лёш, прости... -Скажи, ну неужели ты мне не дашь ни одного шанса? Почему? Что не так? Оля повернулась в сторону, где находится кухня. Там сидит Паша. Её Паша. - Рыков..., - еле произнесла она. - Никакого шанса, прости меня. Я привезу тебе карту на работу. И всё расскажу. Мне пора, пока. Она направилась в кухню. Задержалась в проходе. Смотрела на спину Паши...Он сидит на её кухне. Эта картина завораживала. Решившись, она сделала шаг к нему. Положила свои руки на его широкие плечи. Её касание напугало мужчину. Оно вызвала мурашки по всему телу. Он накрыл её ладонь своей, а затем убрал… Встал. - Мне пора, Оль. - Паша расстроено посмотрел ей в глаза, а она не поняла, почему он вновь её оттолкнул. - Что - то случилось? Его взгляд был пустым. Что же творится сейчас у него внутри, пыталась разгадать она. Направился ко входной двери. Остановился на полпути. - Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Он развернулся к ней. - И я понимаю, что ты уже сделала свой выбор, в который я не стану вмешиваться. Но я не смогу так. Это невыносимо смотреть на тебя с другим. В общем, я ухожу с подстанции. Хочу, чтобы ты это узнала так, а не постфактум. - он будто смотрел на неё в последний раз. - Фух, всё сказал. Пока. Олю трясло от услышанного. Внутри всё распадалось на мелкие кусочки. - Рыков, - умоляющий звук, срывается с её уст. - Останься. - Что? - он обернулся и, недоумеваючи посмотрел на неё. Послышалось? - Рыков, останься. На ночь. Насовсем. Со мной. Она делает неуверенные шаги ему навстречу. Касается тыльной стороной ладони его щеки. Кладёт свою голову ему на грудь. Их сердца бьются в унисон. Он поднимает свою руку и кладёт ей на спину, легко поглаживая. Ольга поднимает голову, погружаясь в его глубокие глаза. Их губы соприкасаются. Начинается такой обрывистый нелепый поцелуй. Пол под ногами больше не ощущается. Они будто два подростка, что только учатся целоваться. Она снимает с него пиджак, параллельно направляясь с ним до ближайшей поверхности. С неё слетает блузка, обнажая красивое бельё под ней. Каждое их движение такое осторожное, наполненное невероятной нежностью. Их тела, соприкасаясь, ведут собственный диалог. Они падают на диван. Он поправляет прядь её шелковистых волос, что упала на лицо. Смотрит в глаза, наполненные светлым чувством. Она снова тянется к его губам. Поцелуи становятся увереннее. Его футболка летит в неизвестном направлении. Он начинает перемещаться к её шее и ключицам. С плеча пропадает одна лямка лифчика, другая, а затем пред ним открывается её обнажённая грудь. Губы уже на набухших от возбуждения сосках. Дыхание разгорелось до температуры лавы. Она крепко сжимает подушку. Словно кошка, выгибается под ним. Им удаётся избавиться от лишних элементов одежды, не прерывая прелюдии. Её ноги обвивают его торс. Медлить больше невозможно. Пристраиваясь к бёдрам брюнетки, он вновь прильнул к её губ. Осторожным движением он оказывается внутри. - Мм, Паша, - простанывает его имя. Она закрывает глаза. Ощущение реальности окончательно покидает её. Каждое его действие всё дальше уносит её в чан наслаждений. Это был не секс. Они занимались любовью. Сейчас они существовали только вдвоём. Никогда половой акт, казалось бы вполне обычное взаимоотношение между двумя людьми, не приносил столько удовольствия. Она почувствовала, что близится момент кульминации. Крепче обхватилась ногами, не позволяя мужчине выйти наружу. Рывок. Ещё один. Его член пульсирует внутри неё. Волна оргазма расплескалась по обоим телам. Её губы у его уха. - Я люблю тебя, Рыков.