Глава 9 - Казнить нельзя помиловать

      Темнота разрывалась ослепляющими вспышками. Глаза непроизвольно жмурились. Он бежал по раскаленному песку. Ноги утопали в рассыпчатой массе. Легкие жгло от долгого бега. Каждый шаг – еще большее усилие. За спиной трескучие звуки автоматной очереди, а сердцебиение гремело, как артиллерийский залп.       Успеть бы…только бы успеть…       Глаза цеплялись за туманный образ впереди. Полуразрушенное здание из светлого песчаника, покрытое толстым слоем сажи от разорвавшегося снаряда. Где-то там, внутри то самое спасение, которое он искал, которое могло бы помочь. Укрытие…патроны…       Тяжелый запах горелого мяса, металла…У него на руках кровь. Не только его собственная. Тут и там тела: врагов, боевых товарищей…людей. Вокруг он видел глаза, полные боли и непонимания, отчаяния и страха. Лица мелькали, подобно двадцать пятому кадру. Они знакомы ему, но в этом хаосе кто может запомнить имена?       Снова вой. Прямо в уши, как дурман, меняющий местами реальность и вымысел. Он в окопах, а вокруг обрывки одежды, оплавленные гильзы. Ошметки тел зарыты в теплом песке. Секунды превращались в вечность. Гул усиливался, а в голове промелькнула мысль:       «Это только сон?»       Но холодный пот на лбу твердил:       «Это правда.»       Свет раннего утра медленно пробивался сквозь плотно зашторенные окна, окрашивая комнату мягким золотистым оттенком. Но для него этот свет был слишком ярким, чтобы его можно было воспринять. Мужчина проснулся с резким вдохом, словно вынырнул из глубокого и холодного моря, охваченный мгновенной паникой. Сердце колотилось в груди, затапливая все тело адреналином и тревогой. Внутри, будто дикий зверь, стремящийся вырваться на свободу.       Первые секунды смятения.       Кто он? Где он…?       Воспоминания, смутные, но яркие, вновь обрушились на него. Рев снарядов, взрывы и крики, раздающиеся из самой глубины сознания, снова и снова пронзали его наяву.       Мышцы, как по боевой команде, сократились, поднимая уставшее тело с временной постели. Глухой удар о жесткий пол выбил из легких тихий жалобный стон. Легкая боль лишь на мгновение прояснила сознание. В безопасности…       Пот, капельками стекающий по спине, впитывался и в без того влажную ткань. Смесь боли и страха вновь заполнил его тело, даже несмотря на предыдущую светлую и разумную мысль.       Руки тряслись, охватываемые дрожью, пронизывающей все тело. Крики. Выстрелы. Снова оказался там.        Ладони заткнули уши, как будто хотели подавить страшные звуки далеких выстрелов, которые, казалось, все еще резонировали в его голове.       — Сон…просто сон… — болезненный шепот слетал с пересохших губ. Старался успокоить себя, но уверенность в этих словах быстро угасала под нарастающим давлением.       — Волч? — сквозь жуткий вой послышался тихий, но отдаленно знакомый голос.       Рука машинально метнулась под подушку. Привычка, способная спасти жизнь. Обхватив металлический ствол, резко вытащила его, направив на источник шума. Страх был сильнее.       — Олег! — напротив него стоял Разумовский. Растерянность и нотки страха плескались в синих глазах, которые были устремлены на взведенный пистолет. Черный металл поблескивал в лучах утреннего солнца, проникающего сквозь окна. — Тише…тише…       Мужчина тяжело дышал, будто только закончил бежать марафон. Сердце, все это время неукротимо бившееся о стенки грудной клетки, постепенно затихало. Ясность возвращалась к нему, прогоняя мучительные иллюзии.       — Опусти…пистолет, — медленно проговорил Сергей, сделав осторожный шаг в сторону друга. — Ты дома…       Олег опустил взгляд на свои руки и внутренне ужаснулся. Отбросив пистолет на пол, он закрыл лицо руками. Старался…так старался вернуться к нормальной жизни, но мешали воспоминания, которые были слишком живыми. Следовали за ним верными спутниками, не отставая.       Разумовский подошел совсем близко к Волкову, сидящему на полу у дивана, на котором он уснул прошлой ночью. Ногой оттолкнул пистолет подальше. Не боялся. На всякий случай.       — Я принесу тебе воды, — ладонь опустилась на плечо товарища и крепко сжала. — Сейчас вернусь, хорошо?       Олег яростно потер лицо, пытаясь стереть остатки ночных терзаний, а после поднял голову.       — Спасибо…— с трудом выдавил он, прижавшись спиной к дивану.       Серый кивнул и рысцой бросился на кухню. Хотел как можно скорее вернуться обратно.       Волков проводил его взглядом и шумно выдохнул. Потихоньку все возвращалось на круги своя. Возвращал контроль…самообладание. Кошмары не мучили его уже несколько месяцев. Сегодня вновь вернулись…почему? Надеялся, что все закончилось, что он справился…       Взгляд скользнул по серым стенам и уперся в черный ствол, лежащий в нескольких метрах от него. Всегда держал при себе. Не мог с ним расстаться ни на минуту. Перестраховка…или трусость живущая где-то внутри?       Минуты не прошло, как Разумовский вернулся, застав своего друга все на том же месте. Обхватив колени, он спрятал в них лицо. От такой картины внутри все похолодело. На его памяти не было ни единого случая, когда он видел своего лучшего друга таким…разбитым…морально раздавленным…       Что же сделала с ним служба? Он плохо представлял, чем конкретно занимался Волков. Тот говорил ему, что он был военным атташе. Сопровождал и защищал высокопоставленных лиц, принимавших непосредственное участие в разрешении конфликтов на Ближнем Востоке. Чувствовал, что тот не договаривает. Но не осмеливался спросить больше. Да и Олег никогда бы ему не рассказал.       А сейчас он прекрасно видел доказательства своим догадкам. Не просто защищал, а непосредственно участвовал…?       — Держи, — усевшись рядом, он протянул ему стакан, доверху наполненным ледяной водой. — Полегчает.       Волков поднял голову и, молча кивнув, обхватил тонкие прозрачные стенки. Опустошил стакан в пару больших глотков.       — Расскажешь?       — Нечего рассказывать, Серый… — прошептал мужчина, поставив стакан рядом с собой. — Плохой сон.       — Настолько, что ты схватился за пистолет? — отчаянно возразил Разумовский, не отрывая глаз от измученного демонами лица Олега.       — Армейская привычка, — с каждой минутой в его голосе звучало все больше и больше привычной уверенности. Вновь спрятался за своей внутренней стеной, старательно взращиваемой все эти года.       Сергей покачал головой. Верилось с трудом.       — Олег, ни ты, ни я уже не те юнцы из детского дома, не способные постоять за себя. Говоря о себе, то может, у меня все еще не все получается, но хочу, чтобы ты знал, что ты всегда можешь опереться на мое плечо.       Мужчина повернул голову, вглядевшись в лицо друга. Да, они действительно уже не те. Трудно представить Сергея Разумовского – студента первого курса, который бы говорил столь уверенно. Стоило ли им разойтись, чтобы стать теми, кем они являются сейчас?       Смотря на своего лучшего друга, Олег понимал, что оно стоило того. Кто знает, смог бы Сергей достичь тех высот, взрастить в себе тот внутренний стержень, позволивший ему, наконец, раскрыть свой необъятный потенциал, если бы тогда, еще в университете, их пути не разошлись. Не оставшись наедине со своей неуверенностью и страхами, смог бы он их побороть?       А что стало бы с ним самим, не отправившись он служить? Смог бы обуздать свою тягу к острым эмоциям, к адреналину? Не завело бы этого На кривую тропинку?       Все случилось так, как должно было случиться. К лучшему.       — Знаю, — он крепко пожал ладонь Разума. — И я благодарен тебе за это.       

      

***

      — Уважаемые пользователи и партнеры, — дыхание сбилось, но лишь на мгновение, прежде чем мужчина, стоящий у главного входа в офис «Vmeste» в окружении журналистов, корреспондентов и телекамер, продолжил: — Сегодня я хочу выступить в первую очередь с извинениями, а также с важным заявлением, которое касается всех нас. На нашей платформе произошел вопиющий инцидент, который мы, команда «Vmeste» не можем проигнорировать. Да, мы подтвердили утечку личных данных пользователей в период масштабного сбоя, и я хочу попросить у вас искреннее прощение за это.       Вслед за произнесенными словами посыпались вопросы от многочленных журналистов, протягивающих свои микрофоны как можно ближе. Слепящие вспышки камер. Шум. Гам. Однако это ничуть не смутило выступающего, голос которого более не дрожал.       Он продолжил, намереваясь закончить свою речь:       — Как руководитель социальной сети, я, Сергей Разумовский, несу полную ответственность за безопасность информации, которую вы доверили нам и которую мы обязывались хранить в секрете. Хочу еще раз подчеркнуть, что Ваша конфиденциальность и безопасность – это наш приоритет, и мы глубоко сожалеем о том, что не смогли обеспечить необходимый уровень защиты, — оторвав взгляд от карточек, вскинул голову, без опаски оглядев толпу, жаждущую хлеба и зрелищ перед ним. — Как руководитель, хочу прояснить, что утечка данных произошла в результате несанкционированного доступа к нашей системе. Расследование в отношении этого факта уже начато. Были привлечены ведущие специалисты в области кибербезопасности. Должен сказать, что мы прилагаем все усилия, чтобы предотвратить подобные инциденты в будущем. Ваше доверие и ваша безопасность для нас имеют огромное значение.       Разумовский говорил четко, без запинки, не смотря на карточки с подсказками в своих руках. Сам писал. Но, в очередной раз выйдя к общественности, понял, что справится без них. Знал, что нужно сказать. Взгляд был устремлен прямиком в камеру, стоящую позади толпы. Обращался не к журналистам, а ко всем, кто смотрел трансляцию, ко всем, кто пострадал из-за Его промаха.       — И я прекрасно понимаю, что слова не могут исправить произошедшее, но я готов действовать, чтобы вернуть ваше доверие. В связи с этим мы открываем горячую линию, которая будет работать в течение всего следующего месяца. Если у вас есть вопросы или вы хотите обсудить свои опасения, наша служба поддержки готова помочь вам в любое время суток. Любой ваш вопрос будет услышан, а ответ на него будет получен вами как можно скорее. Спасибо, что остаетесь с нами в это трудное время. Уверяю, что «Vmeste» продолжать работать над улучшением вашей безопасности и качества нашего сервиса.       Коротко кивнув организатору, завершил свою речь:       — На этом у меня все. Я готов ответить на парочку вопросов.       — Как думаешь, хорошо вышло? — нервно выдохнул Сергей и нажал на экран, останавливая видеоролик, выложенный на официальной странице сети.       Ремень безопасности врезался в шею, натирая кожу даже через одежду.       — Отлично справился, — вкрадчиво ответил Волков, постукивая кончиками пальцев по колену. Не привык ездить пассажиром, особенно на заднем сиденье. — Побухтят маленько, да через месяц забудут.       Машина петляла по центральным улицам Питера, постепенно приближаясь к месту назначения. На два часа дня у главы «Vmeste» была назначена встреча в одном из крупнейших издательств. Должен дать крупное интервью касаемо последних событий. Некая откровенность, на которую Сергей практически не соглашался. Единожды он давал интервью, но то было в самом начале карьеры. После ограничивался лишь короткими выступлениями на различных мероприятиях.       Олег вызвался поехать вместе с ним, чтобы поддержать и помочь в случае чего.       Разумовский качнул головой.       — Такое не забудут. Слишком…серьезный просчет, — поерзав на сиденье, он открыл мессенджер. Никаких новых сообщений. — Репутация подпорчена…и еще мы до сих пор не нашли виновника. Толку от того, что карточка второго уровня?       — Толк в том, Серый, что теперь нужно проверить не сотни людей, а всего лишь сорок два человека. А если мы отсечем еще какое-то количество, то найдем виновного сразу же, — суровый взгляд мужчины заставил Сергея подобраться, взять себя в руки.       — Ты прав..ты прав, — тряхнув рыжей макушкой, он вновь открыл мессенджер. — Думаешь, Марго уже на месте?       — Раз обещала быть там, значит, будет, — с некоторой убежденностью сказал Олег.       С самого утра он не видел Марго. Разум сказал, что она уехала в город по делам, но к интервью обещала подъехать. У всех прибавилось работы в последнее время. Тем не менее, хотел увидеть ее.       — Приехали, Сергей Евгеньевич, — оповестил их водитель, остановив машину напротив исторического особняка на берегу Невы.       — Спасибо, — коротко ответил мужчина и как ошпаренный выскочил на улицу, желая как можно скорее оказаться на улице.       Волков вышел следом, не забыв поблагодарить водителя, и взял с собой зонт. Пасмурная погода никак не хотела покидать Северной столицы, поэтому нужно быть готовым ко всему.       — Куда ты так ломанулся?       — Хочу быстрее закончить со всем этим, — Разумовский перешагнул через поребрик, оказавшись на мощенном тротуаре. Одним ловким движением надел солнцезащитные очки на нос. Так чувствовал себя комфортнее. — Нужно разобраться с серверами. Все еще нестабильны.       Мужчина негодующе покачал головой и, поправив полы черного пиджака, подтолкнул друга к стеклянным дверям.       — Идем, не нравится мне эта морось.       Оказавшись в вестибюле фешенебельного издательства, к ним тут же подошел один из менеджеров, который мгновением ранее стоял около стойки ресепшн, перебирая бумаги.       — Добрый день. Чем я могу вам помочь? — учтиво поинтересовался сотрудник, улыбнувшись одной из тех фальшивых улыбок, которая с порога намекала, что вам здесь не рады.       Разумовский слегка удивился. Хоть он этого и не любил, но его часто узнавали, поэтому практически всегда отпадала нужда объяснять цель своего визита.       — У меня встреча с вашим главным редактором. Сегодня я должен дать интервью, — сдержанно пояснил он, спрятав руку в кармане оливковых брюк в тон пиджаку.       Сомнение отразилось в глазах сотрудника издательства, словно он впервые слышал об этом.       — Да, у нас сегодня назначено интервью, но…       — Но? — басовитый голос Волкова ненароком перепугал менеджера, вызвав в том волну ответной агрессии.       — Позвольте кое-что проверить, — пригласив пройти к стойке, сотрудник нырнул за нее и наклонился к компьютеру, что-то проверяя.       Волкову уже не нравилось здесь. Начиная от этого паренька и заканчивая интерьером. Чересчур вылизанное. Какое-то…отталкивающее.       — Насколько мне известно, интервью с Сергеем Разумовским должно быть завтра. Сегодня у нас несколько другие планы. Кажется, дату переноса должны были согласовать, — наконец прокомментировал парень и поднял голову. — Возможно, вы перепутали.       — Постойте, какая-то ошибка, — Сергей начал и сам раздражаться. — Интервью точно должно быть сегодня. Я сейчас сам все уточню.       Мужчина достал телефон из кармана и принялся судорожно набирать номер Марго. Она точно должна была знать, когда и что назначено. Минус того, что ты ничего не решаешь – чувствуешь себя оторванным от мира.       — Сергей Евгеньевич, я уже здесь! — позади них хлопнула дверь, и в холл вошла Марго.       — Марго..! — с облегчением улыбнулся Разумовский, пряча смартфон обратно. — Здесь…       — Я слышала. Не беспокойтесь.       Под цокот остроносых каблуков она подошла к стойке, чуть оттеснив мужчин за себя. Сама разберется с этим. Строгий силуэт идеально скроенного платья глубокого шоколадного цвета обтягивало ее фигуру, подчеркивая элегантность. Плотный пиджак ярким бордовым пятном добавлял контраста. Платиновые волосы были собраны в аккуратный пучок, открывая изящную линию плеч, и добавляли ей строгости. На глазах – стильные очки с тонкой металлической оправой, придающие образу остроту.       Заметив очки, Сергей изменился в лице. Взгляд метнулся в сторону, а с лица сползла всякая улыбка. Он сделал шаг в сторону Олега, который, кажется, ничего и не замечал, кроме появившейся рядом девушки.       — Возможно, это Вы перепутали что-то, — холодно, заявила Ланцова, впишись ледяным взглядом в менеджера. Ее голос звучал низко и уверенно. — Так что не заставляйте нас ждать. Проверьте еще раз.       В воздухе повисло напряжение. Недовольство буквально ощущалось от ассистентки, и это состояние усиливалось легкой морщинкой на лбу, мгновенно выдающей ее внутренние эмоции.       — Послушайте, я только что проверил. Ошибки быть не может, — парень распрямился, указав на монитор компьютера, который был виден только ему.       На губах Маргариты заиграла легкая усмешка, которая, тем не менее, не отражала доброжелательности.       — Мне кажется, вы не совсем понимаете, о чем сейчас говорите, — с нажимом продолжила она. — Мне казалось мы находимся в стенах крайне уважаемого издания. И такие…неурядицы ломают весь имидж.       — Она в очках, — шепнул Разумовский, наблюдая за разворачивающейся ситуацией.       — Раньше не видел, чтобы носила…ей идет, — помедлив, шепнул Волков в ответ, не отрывая глаз от Марго.       Не мог не признать, она была хороша. Начиная от всего образа и заканчивая той титанической уверенностью, которую невозможно не почувствовать, находясь рядом.       — Ты не понял… — Сергей поглядывал то на стремительно покрывающегося пятнами менеджера, то на свою ассистентку, продолжающую стоять на своем. — У нее отвратительное настроение.       — И как это связано? — недоумевающе спросил Волков, с легким недовольством глянув на друга. Не хотел отрываться от сцены ни на секунду.       — Всегда, когда она надевает именно эти очки, то значит, что она чертовски зла.       — Всего полчаса назад я лично разговаривала с вашим главным редактором, обсуждая предстоящую встречу. Вы ставите под сомнение слова вашего начальства? Я так должна трактовать ваши действия? — опустив ладонь на стойку, она начала медленно, но, тем не менее, нагнетающе постукивать идеальным маникюром по гладкой поверхности.       — Нет! Конечно же нет! — затараторил сотрудник и схватился за телефон. — Сейчас сам все уточню еще раз.       — Благодарю, — одарив его улыбкой, она обернулась к Разумовскому и Волкову.       Ее внимание задержалось на втором дольше, чем следовало бы. Неизменный черный костюм, но как же он ему шел. Встретившись с ним глазами, она тут же отвела их в сторону, посмотрев на своего начальника. Взгляд Волкова обжигал.       С каких пор?       — Я немного задержалась. Пробки.       — Ничего страшного! — Сергей сразу же заулыбался ей. — Мы сами только приехали.       Удовлетворенно кивнув, Марго сверилась с часами на руке.       — Думаю, в три часа уложимся. И на сегодня в целом все.       — Не мало. Об… — Олег хотел вставить свое слово, но сразу же был прерван.       — Подобные мероприятия всегда длятся долго, — кинув на него беглый взгляд, она вновь развернулась к стойке. Нервозность и раздражения волнами исходили от девушки. Нет, она не была зла на кого-то из них. Эти эмоции были скорее более общими.       Марго действительно находилась не в лучшем расположении духа. С самого утра все валилось из рук. Юбка не отгладилась. На колготках пошла стрелка. Йогурт, купленный на завтрак, оказался испорченным. Линза, которую она пыталась надеть все утро, упала на пол, и больше она не смогла ее найти. А после опоздал водитель, из-за чего все дела, запланированные на сегодня, пришлось делать в спешке.       Еще и это менеджер капал ей на мозг, уверяя ее в том, что это она ошиблась, а не он.       Олег удивленно вскинул брови. Девушка открывалась для него с новой стороны. Да, она уже была зла на него однажды, но сегодня это ощущалось иначе.       — Прошу прощения за это недоразумение. Вас уже ожидают, — положив трубку, парень за стойкой извиняюще улыбнулся и жестом пригласил их пройти к лестнице. — Вам на третий этаж.       — Я ожидала более результативной работы, — оставив последнее слово полное разочарование за собой, она направилась прямиком к лестнице, не дожидаясь мужчин.       Разумовский моментально поспешил за ней. Несколько раз он попадал под горячую руку Ланцовой. Больше ему не хотелось. Поэтому в такие дни Сергей не перечил девушке, даже несмотря на то, что он был ее начальником, а не она.       На третьем этаже их действительно встретили. Очутившись в огромной студии для записи интервью, где каждый квадратный метр был отведен под свои нужны, все внимание забрал Разумовский, которого сразу же повели готовить к интервью. Оно должно было вот-вот начаться. Девушка не переживала, ведь всем этим занялись профессионалы. Это означало, что у Маргариты есть пару часов спокойствия. Немного выдохнуть, прежде чем окунуться в работу.       Ланцова переговорила с несколькими работницами, которые были главными на данном мероприятии. Утрясли некоторые рабочие вопросы. Теперь можно отдохнуть.       Окинув взглядом зону отдыха, она с удивлением заметила, что вечно все изучающий мужчина устроился в самой отдаленной части студии. Лицо Олега было напряжено: челюсть плотно сжата, а глаза закрыты.       Он был бледен. Настораживало. Ни разу не видела его таким болезненным. Волков, как никто другой, ассоциировался у нее со здоровьем. Буквально пышил им. Что-то случилось? Приболел?       Тревога всколыхнулась внутри Марго, а ноги сами понесли ее к нему.       — У тебя все хорошо? — вопрос застал Волкова врасплох.       Он только присел на диванчик в углу студии. Практически все работники были сосредоточены в центральной части, готовя зону интервью. Здесь было намного спокойнее. Отголоски кошмара все еще преследовали. Терзали. Все мысли неизменно возвращались к ним. Хотелось побыть в тишине.       Девушка остановилась напротив него, загородив собой яркую лампу.       — Вполне, — открыв глаза, он чуть сощурился, вновь оглядев девушку с ног до головы.       Ланцова прищурилась, всматриваясь в бледные черты лица Олега. Определенно, было что-то не так. Видела. Чувствовала.       — Выглядишь неважно, — резюмировала она, поставив сумку на журнальный столик и освобождая руки.       Волков изумленно уставился на Маргариту, когда ее прохладная ладонь легла на его лоб. Неожиданный акт заботы сбил его с толку.       — Я в порядке, Марго, — смягчившись, ответил он с блеклой полуулыбкой.       Лоб теплый. Убедившись в отсутствие температуры, она убрала руку.       — Уверен?       — Конечно, — мужчина выпрямился, подобрав свою расхлябанную позу.       Смотря на него сверху вниз, девушка почуяла, что он не договаривает, но не стала допытываться. В конце концов, кто она такая?       — Я присяду? — кивнув на соседнее место, Ланцова не стала дожидаться ответа. Ноги гудели от долгого нахождения на каблуках, поэтому ей просто необходимо присесть.       Впрочем, Волков не был против. Вполоборота повернувшись к ассистентке, не стал медлить.       — Ты не в духе.       — С чего ты взял? — хмуро отозвалась Марго, поставив сумку к себе на колени. Осторожно вытянув ноги, она мысленно выдохнула, почувствовав облегчение. — Хотя…глупый вопрос, да?       Ничего не скроется от его наблюдательности. Это она уже поняла.       — Не то чтобы глупый…лишний, — озорной огонек блеснул в глазах мужчины. Он заметно расслабился. — Обидел кто?       Однако секундой спустя, Волков качнул головой. Уж она то постоит за себя. Это точно. Небольшой перепалки внизу ему хватило, чтобы это понять.       — Тоже лишний вопрос.       Несмотря на свое дурное настроение, Маргарита не смогла сдержать улыбки.       — Ты настолько хорошего мнения обо мне? — с легким удивлением поинтересовалась девушка, откинувшись на упругую спинку дивана.       — Лучшего мнения, — мужчина без стеснения смотрел на нее, вскинув подбородок. Так, как мог только он.       — Ну и льстец вы, Олег Давидович, — скрыв свое смущение за шуткой, она достала маленькое зеркало, намереваясь спрятаться за ним и одновременно подправить макияж. — Ни стыда, ни совести.       Волков тихо рассмеялся. Смущать Ланцову оказалось забавным занятием. Он, не отрываясь, следил за каждым ее движением. Как она смотрелась в небольшое зеркальце. Как ее глаза придирчиво всматривались в отражение, ища незаметные ему недочеты. Как достала небольшой флакон с темной красной помадой. Открыв тюбик, медленно, с сосредоточенным выражением лица, она начала наносить помаду. Каждое движение было уверенным и грациозным. Оттенок на губах становился с каждым прикосновением все ярче и ярче. Интересно, прикоснувшись к ним, оставят ли они свой отпечаток?       Он заметил, как она поднимает взгляд, проверяя результат своего труда. Брови чуть хмурятся, а после разглаживаются, стоит подправить цвет в уголке. Губы слегка приоткрыты – она сосредоточена. Завораживающе. Сам того не осознавая, пришел к мысли о том, что ее губы, только что обрисованные темной помадой, манили его, словно магнит. Охватила такая сильная жажда, что казалось, в воздухе витает электричество. Прямо как тогда, в лифте.       Закончив свой небольшой ритуал, девушка закрыла тюбик и убрала его в сумку, а следом и зеркальце. Только оторвавшись от процесса, она медленно повернула голову в сторону, заметив потемневший взгляд Волкова, неотрывно следящего за ней все это время. Едва не задохнувшись, словно ощутила, как его взгляд буквально скользит по ней, заставляя трепетать. Как тогда.       — Что? — немой вопрос повис в воздухе. Голос девушки дрогнул, как бы она не старалась этому противостоять.       Олег с усилием воли заставил себя отвести взгляд в сторону. Не готов откровенничать даже сам собой. Признаться себе в том, что не такой уж он невозмутимый. Она трогает его больше, чем следовало бы.       — Ничего, — резко ответил мужчина, поднявшись с дивана. Мысли заходят слишком далеко. — Задумался.       — О чем? — медленно сглотнув, поняла, что нестерпимо захотела пить. Во рту пересохло.       Волков лишь отмахнулся и, покрепче сжав пачку сигарет в кармане, направился к лестнице.       — Перекурю, — коротко оповестил он и скрылся в дверном проеме, оставив Ланцову наедине с собой.       Раздражение с новой силой поднялось в груди. Злилась на себя за то, что чувствует, и на него за то, что сбежал прямо так, оставив ее в смятении. Что вообще происходит?       Ланцова бросила сумку обратно на стол, устремив свой недовольный взгляд в никуда. Подобное начинало беспокоить. С появлением Волкова все шло наперекосяк…не по плану. Он как неожиданная переменная появившаяся в уравнение, которое раньше решалось в одно простое действие. Теперь же нужно было прикладывать усилия, разбираться, чтобы прийти к верному ответу.       Пока что Маргарита лишь путалась. В себе. В своих чувствах к нему.       Неизменным оставался лишь один вопрос: Только ли она испытывала подобное?       

***

      — Итак, Сергей, думаю, можно перейти к вопросам, которые всех нас волнуют больше всего. Я говорю о недавних событиях, которые, как мне кажется, надолго застолбили место на первых полосах за «Vmeste».       — Конечно, — улыбнувшись той самой ослепляющей улыбкой, которую Разумовский использовал всякий раз, когда выступал на публике, он кивнул. — Я отвечу на любой ваш вопрос, Елена.       Сидя в мягком кресле напротив интервьюера, он чувствовал себя не в своей тарелки, но всячески старался это не показывать. Множество камер, направленных на него, фиксировали каждое его действие и слово. Вынуждали несколько раз подумать, прежде чем что-либо сказать или сделать.       Только присутствие Марго и Олега за кадром успокаивали его. Ланцова стояла совсем близко к краю съемочной площадки и смотрела на него, практически не отводя взгляда. Старались поддержать улыбкой.       — Я и не сомневалась в этом, — вежливо улыбнувшись, интервьюерша стрельнула взглядом в небольшую подсказку, а после вновь на гостя. — Расскажите, пожалуйста, мне и всем нашим читателям и зрителям…сбой: это ошибка или все же чья-то злая шутка?       Метнувшись к Марго, Сергей в очередной раз просил поддержки.       Ланцова поймала его взгляд и показала палец вверх. Они продумали, что он будет говорить. Все идет по плану.       Чуть помедлив, Разумовский, наконец, ответил:       — Трудно сказать сразу. Во всем произошедшем определенно есть наша…Моя вина. Говоря о природе сбоя, то здесь моя команда профессионалов выдвинула несколько разных версий. Пока что я не стану их озвучивать. Однако, как придет время, то мы обязательно поделимся всеми результатами нашего внутреннего расследования.       — Вы так критичны к себе. Все таки ваша вина? Или же конкуренты постарались?       — Да. Как руководитель компании я всецело несу ответственность за произошедшее. Все мои решения должны предотвращать подобное. От этого зависит доверие наших пользователей, — Разумовский оправил волосы, стараясь не ерзать на месте.       — Подобное отношение заслуживает уважения, Сергей! — вновь заглянув в сценарий, женщина процитировала. — В своем выступлении вы произнесли такую фразу: «утечка данных произошла в результате несанкционированного доступа к нашей системе». Значит, можно говорить о том, что кто-то намеренно пытается очернить вас в глазах общественности?       — Мы не исключаем этого. Больше информации я смогу раскрыть лишь после завершения расследования, — уверенно заявил мужчина, повернувшись к главной камере. — Тем не менее, хочу напомнить, что всякое действие рождает противодействие. Не стоит думать, что все останется так, как есть.       Столь внезапное обращение, брошенное Разумовским, заставила всех подобраться. Это было сказано с такой твердостью, уверенностью, скрытой угрозой. Каждый понял, что этот человек не бросает слов на ветер.       — Что вы имеете ввиду? Можно поподробнее? — растерявшись, оппонентка поспешила уточнить.       — Елена, каждая ошибка чему-то учит нас. Мои же явно намекают мне, что пора меняться, — расправив плечи, он перевел взгляд с камеры, угрожающе улыбнувшись, — Слишком долго я и мое приложение стояли на месте.