Часть 13. Скажи мне, детектив

Проходят недели, а Кацуки так и не узнает ничего нового. Он никому не рассказал, он знает, что если он это сделает, то это будет звучать как бред. Но Кацуки не глупый, и он никогда не отступает, он знает, что он видел, и то, что он видел, или, скорее, тот, кого он видел, был Изуку. Как это возможно? Изуку ведь умер. Или это был он? Кацуки никогда не верил, что он мертв. Изуку был силой, с которой приходилось считаться, и он не сдавался без боя, а судя по полицейским отчетам, драка была. Инко и Хисаши никогда не были лучшими родителями в мире, они всегда заставляли Кацуки чувствовать себя неловко, но он никогда не задумывался об этом, пока Изуку не начал приходить в школу со странными травмами, которые он явно пытался скрыть. Он начал замечать больше; то, как Изуку отдалялся от родителей, как часто он навещал Бакуго, как его родители никогда не замечали его травм. Никто, казалось, тоже их не замечал, но это не было чем-то новым после того, как Изуку поставили диагноз «без причуды». Кацуки не мог понять, как они могли так с ним обращаться. Дети, которые хотели вырасти и стать так называемыми героями, издевались над ним безжалостно. Никто не обращал на это внимания, и Кацуки не мог сделать ничего. Но вернемся к нашему вопросу. Кацуки увидел "Изуку". Кацуки был спасен Изуку, когда на него напал монстр из грязи. Никто не сделал ничего, чтобы помочь ему, и маленький идиот Изуку... он просто прыгнул, не задумываясь. Он не мог не улыбнуться, ведь если это действительно был Изуку, то, по его мнению, некоторые вещи никогда не меняются. Его снова посещает повторяющаяся мысль: Кацуки вспоминает, как Изуку был приятелем проходившего мимо детектива, и этот детектив, похоже, знал Изуку под другим именем: Костёр. Довольно ненормально по его мнению. Но опять же, в том-то и дело, что у Изуку нет причуды, тем более мощной огненной. Кацуки не удивился бы, если бы ему удалось воплотить ее в реальность одной лишь силой воли. Он знает, что самый простой способ получить информацию — обратиться к самому детективу (он узнал, что его зовут Цукаучи), но он не хотел питать больших надежд, чтобы потом не оказаться раздавленным и не впасть в истерику. Однако у него заканчиваются варианты, и он отчаянно нуждается в ответах. Но сейчас не время беспокоиться об этом. Завтра вступительный экзамен в UA, и Кацуки должен поступить. У Кацуки есть одна цель, которая раньше была стать героем номер один, но в последние годы эта мечта угасла. Что хорошего в том, чтобы быть героем номер один? Кацуки хочет быть тем героем, каким хотел бы его видеть Изуку. Героем, который готов помочь всем. Героем, который не будет делать различий между богатыми и бедными, без причуд и с причудами, старыми и молодыми. Он хочет стать героем, в котором нуждался Изуку. . . . Айзава сдался. Он не смог найти этого ребенка. Честно говоря, дети для него — просто огромная загадка, и он давно уже перестал пытаться их понять. Теперь пора начинать готовиться к вступительному экзамену, который состоится через несколько часов. Несмотря на свой раздраженный вид, Айзава на самом деле наслаждается вступительными экзаменами. Видя, как все эти дети демонстрируют свои способности и навыки мышления, они, кажется, становятся лучше из года в год, и кандидаты этого года, похоже, ничем не отличаются. Он проснулся, собрался, позавтракал (и выпил несколько чашек кофе) и вышел за дверь с еще одной чашкой кофе в руке. Сегодня в школе было многолюдно, и в воздухе чувствовалось напряжение. Он вошел в комнату для наблюдений и начал расставлять свои файлы таким образом, чтобы к ним было легко получить доступ позже. Там было всего несколько других учителей, но к тому времени, как они все расселись, все уже пришли. Айзава никогда не ожидал увидеть там Всемогущего, он что, учитель в этом году? У него вообще есть лицензия на преподавание? Он поймал себя на том, что пристально смотрит на мужчину, когда увидел, как тот нервно переминается с ноги на ногу под суровым взглядом Айзавы. Несмотря на это, экзамен прошел гладко. В этом году поступающие выглядели многообещающе, и хотя Айзава никогда бы этого не признал, он был взволнован. . . . Он не мог больше сдерживаться. Нервы от ожидания письма и всего дерьма с Изуку действительно достали его. Он пытался провести собственное исследование Костра, но это было бессмысленно, учитывая, что он в основном работал по ночам и без установленного графика. Его последней надеждой был Цукаучи, и он мог только молиться, чтобы у него была необходимая информация. До участка пришлось немного пройтись, но Кацуки справился. Большую часть времени он придумывал вопросы, которые хотел задать детективу, и, не успев опомниться, уже добрался до двери. «Эй, малыш, чем могу тебе помочь?» — спросил человек на стойке регистрации. «Детектив Цукаучи здесь?» — спросил он, не теряя времени. «Он... просто подожди здесь. Я позову его для тебя», — ответил администратор с некоторым замешательством. Было странно, что кто-то такой молодой пришел и попросил детектива. Он подождал пару минут, прежде чем детектив вышел. Кацуки встал и обратился к Цукаучи, прежде чем тот успел это сделать: «Детектив, мне нужно поговорить с тобой наедине». Цукаучи немного опешил, но кивнул и повел его обратно в свой кабинет. «Так о чем же тебе нужно поговорить?» — обеспокоенно спросил он. Он узнал в нем того ребенка, о котором Изуку говорил некоторое время назад, во время инцидента со слизью. «Ты знаком с Костром», — заявляет Кацуки так, словно это общеизвестный факт. «Да…» — с любопытством отвечает он, слегка прищурившись. «ты случайно не знаком с его личностью?» «Это лич…» — его обрывают, прежде чем он успевает закончить. «Это не то, о чем я спрашивал», — прямо отвечает Кацуки. «Ты знаешь или не знаешь его личность?» Цукаучи размышляет, стоит ли ему отвечать на этот вопрос, но что-то подсказывает ему, что стоит. «Я знаю». Кацуки, кажется, немного удовлетворён этим: «Тогда я полагаю, что ты знаком с Изуку Мидорией?» Детектив пытается скрыть свое удивление, и прежде чем он успевает что-либо сказать, Бакуго продолжает. «Скажи мне, детектив, как мертвый ребенок вдруг вернулся к жизни?»