Часть 12. На чьей ты стороне?

— Что ты этим хочешь сказать, Синди? — к горлу подкрался ком страха того, что она могла прочесть мои мысли. Её взгляд пустых, кристально-голубых глаз отражал моё напуганное выражение лица, словно в зеркале. Неужели я боюсь собственной подруги детства? Синди встала с табуретки и сделала несколько смелых шагов, оказавшись в сущих сантиметрах от лица. Она внимательно изучала, как я от досады кусаю губы, потею и дрожу. Коварно-мстительная насмешка возникла на тонких губах, чего я точно никак не могла ожидать от Блейк… Её острые, наточенные ноготки до боли сжали плечи. — Знаешь, с самого детства я ощущала то, что мы вдвоём не похожи на остальных. — улыбка стала ещё шире. — Мы как два отравленных яблока. Нас боятся и хотят уничтожить. Никто не признаёт… Отвергают… Скажи мне честно, подруга, — лицо Синди наконец стало нормальным, — ты никогда не желала взять и отомстить им всем за те унижения и страдания, что причиняли тебе с рождения…? Да, желала. Но всегда подавляла это. Даже в самый критичный момент. Я не хочу… —… Я не желаю никому мстить. — колебаясь, выговорила я, и воспоминания об унижениях, обидах и насиловании сейчас же возникли ясными образами в голове. Что это, чёрт возьми? Кх. Сжала зубы. Руки Блейк острожным движением провели по лбу. Сухие, но холодные губы коснулись лба, и всё прошло… — Вспомнила? — так это она воспользовалась своей магией… — Ничего, Чара, мы им всем-всем отомстим. Тёмная Гвардия уже готова. Чего? Что это значит? Заговор?! — Что вы хотите? — резко похолодало в груди. Я оттолкнула от себя Синди. Чертовка. Она тихонько захихикала в кулачок. — Ты думаешь, я тебе всё возьму вот так и скажу, да? Ой-ой, какая же ты невежливая, подруга. Обзывать подружку чертовкой… Я ведь просто спросила тебя и всё тут… Но… Могу дать немного информации взамен твоего согласия, — т-ты…! Ты…! Что она вообще творит?! Я отвела взгляд. Санс… Что они с тобой натворили?! Неужели…! — На меня смотри, — грубо и злостно схватила мой подбородок она, подняв вверх. Иди в *опу, падла. Ничего я тебе не скажу. Гори в аду вместе со своей блядской Тёмной Гвардией?! — Ха-ха-ха-ха! Ну и умора. Смешные мысли. До колик. Не знала, что ты такое дитя малое, Чара. Оказывается, ты совсем ничего-ничего не знаешь? Я вздрогнула. Что ещё от меня могут скрывать? Ну сколько можно мучить меня? — Сколько потребуется. А теперь слушай сюда внимательно, Дриммур. Если тебе дорог твой дружочек Санс, то соглашайся и вставай на сторону Тёмной Гвардии. — Я даже не знаю, на что иду… Синди… Пожалуйста… Хватит! — взмолилась со слезами на глазах я. Настолько всё достало за несколько минут. Она даже не поколебалась. Значит, её предательство с самого начала… Да… Она была предательницей с самого начала… — Не говори так, подруга, — вдруг в её голосе прозвучала искренняя обида. — Больше никогда так не… говори. Ей больно. Брови сведены к переносице. Слёзы проявились на глазах… — Я делаю это лишь потому, что хочу, чтобы мы обе были по-настоящему счастливы! Представь, между расами будет мир и покой! Нужно лишь помочь уговорить Королеву Чудовищ выслушать нас! Мы должны помочь главе Тёмной Гвардии! Он обещал мне помочь! Пожалуйста, выслушай, Чара! Это правда нужно! А-а… Светлая Гвардия только всё портит, впрочем, как и всегда портила! Она разозлила Королеву и теперь она вновь посылает своих детей убивать… Помнишь, когда мы только родились и начали расти, был мир, хоть и недолгий? Тогда… Королева была спокойна и не желала проливать чью-то кровь… А потом… Члены Светлой Гвардии однажды напали на Улий и убили одну из детей Королевы, м-мою тётю… Ч… Что? Тётю? Синди — родственница королевы Чудовищ? — Я виделась с Королевой год назад, — продолжала Синди. — И рассказала ей про нас. Она хочет поговорить с тобой, Чара. И… Твой отец тоже хочет. Твой родной, настоящий отец. Тебе стоит лишь позвать его. Ты знаешь его имя. Все дети чудовищ знают имена своих родителей. Даже, если они полукровки. Просто вспомни… Я не могу во всё это поверить… Это нереально. Это не может быть правдой. Нет, нет, нет… Почему всё это вообще свалилось на наш мир? Почему в этом замешана именно я? Пожалуйста… Пожалуйста… Скажите, что это — глупый, глупый сон! — Это не сон, Чара. П о ч е м у? — Прошу, Чара… Поверь мне! Я не желаю тебе зла! Я просто хочу, чтобы ты была счастлива…! — А ты вообще знаешь, в ЧЁМ именно должно заключаться счастье, которое хочу видеть я?! — сорвалась я, громко выплеснув мысли наружу… — Ты никогда не давала даже слова мне сказать…! Ты никогда не знала и знать не хотела то, что чувствую я?! Ты когда-нибудь спрашивала в детстве о состоянии моего здоровья…? ~ — плечи задрожали. — Ты когда-нибудь спрашивала моё мнение…? ~ — слёзы хлынули из глаз. — Ты когда-нибудь понимала, каково это, когда тебя сначала предают, а затем прибегают и просят помощи…? А затем снова… Бросают… — я отвернулась, вволю начав рыдать. — Я-я… Я всегда думала, мы друзья. Я всегда была рада помогать тебе. Но сейчас… Видя то, как ты отнеслась к Сансу… Боль сменило негодование. Это то, чего я всегда боялась. Душу переполняет желание убить. Убить эту чертовку. Я хочу… чтобы ты просто сдохла, Синди. Уйди. Просто уйди. Хорошо? — Чара… Я-я… — ЗАТКНИСЬ…! Я говорю тебе, заткнись, пока я не убила тебя! Руки сами потянулись к её шее. — Ай…! Началась борьба. Синди тщетно пыталась высвободиться из мёртвой хватки, хрипела и извивалась, как последняя тварь. — Ч… Чара… Прошу… Перестань…! Чара! Одинокая капля воды стекла с правильного овала лица. Я хочу видеть тебя мёртвой, Чудовище. Я хочу укротить твой мерзкий нрав. Я хочу, чтобы ты ощутила всю ту неистовую боль, что ощущала я практически всю свою жизнь…?! Блейк начала терять воздух. Её прежде прекрасные, сияющие верой глаза закатились. Сердце защемило и затем… Меня отбросило в другой конец палаты. — Ты. — услышала сквозь лёгкий зуд в голове знакомый голос. — Мерзость. Слова резанули хуже, чем тогда нож задел вену. Я подняла голову. Санс поднимал жадно глотавшую воздух Синди. Она присела на колени и посмотрела на меня с жалостью. — Ты как? Она сильно сжимала? — беспокойство в тоне… Он так сильно любит эту… эту… Кх. Из-за них так готова раскалывается! Прямо сейчас, кажется, и вот-вот расколится. Не смотри на меня так, Блейк. Ты сама виновата. — Успокойся, Синди. Я позвоню отцу и её отправят домой. Всё будет хорошо… Неужели ты меня теперь настолько сильно ненавидишь, Винг-Дингс? Как же… Горько… И… Смешно. — Пхахахах! — со слезами на глазах горько засмеялась я, запрокинув голову вверх. Глупая, глупая, наивная Чара. Ничего ты не знаешь о чувствах. Но почему же… Грудь адски продолжает болеть? Я просто хочу быть счастливой! А что ты знаешь о счастье, Чара?