Часть 2

      Уже наступило лето и вместе с ним начались каникулы. Комната залита летним ярким светом, не спасали даже размашистые кроны деревьев, высаженных перед домом. За закрытой дверью комнаты младшей дочери творилось что-то непонятное. Звуки такие, будто она вот-вот перевернет всю комнату верх дном.       Квартира наполнена ароматом жаренной картошки и шумом утренних новостей. Мама в своем растянутом халате, бежит в коридор на раздражающие гудки. Отец сидит на кресле смотрит телевизор, будто напрочь лишился слуха. — Дана, ты чего там копошишься? Далига уже в десятый раз звонит в домофон!       Девушка услышала из-за двери голос матери. Второпях она посмотрелась в зеркало, чтобы убедиться, что выглядит на одиннадцать из десяти. Улыбнувшись отражению, она выбежала из комнаты. — Иду! Я не могла найти крем от загара! — Нашла? — Да. Мам, я побежала.       Гульдана натянула на ноги конверсы. Положила ключи в карман, надела кепку на голову и обнялась с матерью на прощание. - В восемь чтобы была дома. — Хорошо. Всем пока!       За Гульданой закрыла дверь ее старшая сестра Асемгуль. И девушка поскакала по ступенькам, вдыхая пыльный воздух лестничного марша. Возле подъезда уже ждала Далига, Айжан отошла в магазин. Обе подруги были одеты под стать намеченному походу.       В тени дерева на лавочке сидели Арслан и Миша, смеялись из-за какого-то видео. Оказалось, что они в десятый раз пересматривали «Страшно очень страшно. Мы не знаем, что это такое, если б мы знали, что это такое, мы не знаем, что это такое. Мы, конечно, при своем, при своей необразованности можем даже предположить, что это диверсия какая-то», просто чтобы выучить текст. Но у них получалось настолько плохо, что им самим было смешно.       Парни выглядели так, будто шли не в горы, а чтобы в десятый раз на неделе просидеть весь вечер в компах. Оба в джинсах и темных футболках, будто совсем бессмертные. С трудом заставив обоих намазаться кремом, девчонки двинулись на остановку.       Хоть и было раннее утро, автобусная остановка была полна молодежи с рюкзаками. В конце концов все шли в горы на каникулах пока была такая возможность. В забитом автобусе ребята проехали до конечной, с которой и начинался маршрут лестницы здоровья. Впереди было 842 ступени, невероятный зеленый вид вокруг, такие же группы друзей, еле взбиравшихся по ступенькам.       Начали все за здоровье, закончили за упокой. Гульдана примерно через сто ступеней предложила посидеть на скамейке. Никто от предложения не отказался, потому в самом начале пути компания, тяжело дыша, передавала друг другу полторашку воды. Хорошо напившись, ребята смотрели на город, скрытый под слоем смога. — Не ну таким Макаром мы только к вечеру доберемся, — возмутился Миша.       Арслан уже потерял всякую надежду до жары добраться до вершины. Он не вместился на лавку, потому стоял рядом, вытирал пот со лба. - Как будто ты куда-то спешишь.       Дорога была тяжелой, без нытья шла только Далига. Она была самой спортивной из всех. Остальные же еле переставляли ноги, шли потихоньку, держась еще и друг за друга. Пенсионерки обгоняли молодежь. Арслан пытался идти поодаль от основной толпы, чтобы не сгорать со стыда.       Ребята в спокойном темпе двигались. Почти не разговаривали, а только жаловались на то, что вообще решили подниматься на горы. Далига с Мишей восхищались видом на Медео, заснеженные вершины гор вдали. Оставшаяся троица плелась где-то в нескольких пролетах от спортсменов. В какой-то момент две подруги начали дышать так тяжело, что Арслан предложил Айжан понести ее рюкзак. Девушка улыбнулась, однако мягко отказала. Гульдана с вежливостью была на «вы», потому не спрашивая перевесила свой рюкзак на друга. Тот с протяжным вздохом продолжил идти.       Через полтора часа после начала подъема ребята все же добрались с горем пополам до назначенной локации. Там парни сидели в тени, а девушки отдышались и сразу начали фотографироваться. Модели должно быть были счастливы, что эта троица решила уйти в инженерию. Мало того, что все из них были красивыми, так еще перед камерой не стеснялись и в каких только позах их не запечатлел шестой айфон Далиги.       Ловко они умудрились заставить парней также поучаствовать в фотосессии. Гульдана ярко улыбалась, когда, прикрыв ладошкой экран от света, Далига показывала снимки. Парни стояли в стороне, пока ждали того, чтобы устроить, наконец, пикник, ради которого и поднимались так долго.       Отойдя в тень елей, ребята скинули с себя рюкзаки. Айжан как самая хозяйственная расстелила пледы, а Миша помог ей вытащить еду из рюкзаков. Арслан налил себе еще горячий чай в пластиковый зеленый стакан. Девчонки присоединились и вытащили контейнеры с сэндвичами, овощной нарезкой, фруктами, и сладости к чаю.       Хорошо подкрепившись, ребята решили поиграть в карты. К этому моменту ветер стал потише, потому карты не улетали, как это было в прошлом походе. Играть решили в пиковую даму. Избавившись от лишних карт, ребята стали внимательно следить за выражениями лиц друг друга. Но будучи профессионалами в сдерживании своих эмоций, они не нашли обладателя карты. Потому брали карты с рук осторожно.       Играть втроем было уже сложнее, так как карт стало уже мало, а игроки продолжали играть с каменными лицами. На руках у всех минимальное количество карт. Арслан долго пытался прочитать в глазах Гульданы, какая из карт была безопаснее. Видимо, он так долго смотрел на нее в упор, что он не смогла сдержать смешок. — Карта у Даны, будь осторожен.       Арслан взял безопасную карту, и вышел из игры. Мише оставалось выбрать правильную карту, с задачей он не справился. И продолжать играть было уже почти бессмысленно. Но проигрывать Гульдана не хотела, а Миша не мог поддаться. Так они и брали у друг друга бедную пиковую даму. — Несправедливо иметь такие глаза. Гульдана кинула пиковую даму, когда все же проиграла. Арс поднял брови. — Почему? — Привлекают все внимание к себе. Бесишь! — Завидуешь? — Да.       Прохлада пришла в горы, когда солнце стало садиться. Уже более прохладный ветер спускался вместе с группой друзей. Они продолжали смеяться то над собой, то от чьи-то рассказов. Почти десять раз Гульдана с Айжан успели решить, что они скользят и не переживут спуск. Столько же раз их ловила Далига, говоря о том, что нужно проверять землю перед тем, как ставить ногу.       При спуске девочки успели сделать несколько снимков розового заката, не забыв и о совместных видео и селфи.       Полный молодежи автобус начал дорогу в город. Ребятам очень повезло успеть занять ряд в самом конце автобуса. Спокойный спуск и усталость сыграли свою роль, и уже через десять минут ребята начали кимарить. Арслан сидел в середине между Мишей и Даной, оба из которых заснули. Парень сам сидел в телефоне, но вздрогнул, когда ощутил, как лоб Гули упал ему на плечо.       Это был момент, когда Арслан осознал, что правильнее будет сказать Гуле правду. Он чувствовал, как вместе с ее мирным сапом его сердцебиение начинает разгоняться. Дана нравилась ему уже около года. Он знал, как звучит ее голос, когда она расстроена или радуется. Знал, как она смеется, когда рядом есть кто-то кто не знает, что на самом деле она гогочет, как чайка. Его совсем не злило то, как часто она ворчит, и не раздражали ее разговоры ни о чем, а самое главное каком-то роде даже нравились ее подколы.       Пока он собирался с мыслями наступил ее день рождения. Купив у бабушки возле метро букетик ромашек, Арслан пришел к ее дому. Как и он она жила в микрорайоне, только в ее было гораздо спокойнее. Изредка мимо него проходили молодые родители с колясками, да и бабушки.       Девушка была той самой классической дамой, которая опаздывала даже тогда, когда ей было всего лишь нужно выйти из дома. Вдруг дверь ее подъезда открылась и перед ним стояла знакомая фигура. Неловко поздоровавшись, Арс поздравил подругу с ее шестнадцатилетием. Она лучезарно улыбнулась, почти забыв отблагодарить. Ее порадовал небольшой букетик и она была готова уже возвращаться домой к семейному празднованию, но друг взял ее за запястье. — Гульдана. Я хотел еще… Но закончить фразу он уже никогда не сможет. Девушке позвонил контакт, подписанный как Али с сердцем. Она улыбнулась, когда только увидела на экране высветившееся имя. А Арс оставил ее на крыльце дома, так и не договорив.