Обещания. «Ночи Ленинградских улиц»

Ещё один сгоревший папирос, вернее пепел, что от него остался, упал на мокрый асфальт. Видеть Гоголя таким угрюмым было весьма непривычно. Обычно его улыбку видно за километр, а от очаровательной харизмы все дамы чуть ли не в обморок падали, хоть и университет театрального искусства не оценил его выразительную мимику, прекрасный голос и актёрские навыки. И пусть тот всю жизнь носил маску шута, не позволяя привычной улыбки сойти с лица хоть на секунду, сейчас он мог не прятать грусть, всё равно время уже позднее и на улице никого нет, кроме бездомных кошек и лающих вдали собак. Наручные кожаные часы показывали ровно два часа ночи, в такое время многие уже дремлют в мягкой кровати и видят десятый сон, если не двадцатый. Помимо Николая, который бродил по улицам Ленинграда из-за бессоницы, что мучает его уже очень долго, на мосту стояла девушка и, кажется, собиралась прыгнуть в ледяную реку, освещённая уличными фонарями и луной. Будет забавно, если она тоже окажется студенткой гитиса, потрепавший нервишки не одному человеку. — На счёт три... Да, на счёт три. —Тяжёло дыша говорила незнакомка в белом платье с цветочками, держась обеими руками за парапет моста. — Раз... Два... Три! Но даже после того, как девушка назвала последнюю цифру, она не прыгнула, а лишь издала нервный смешок и подняла голову наверх. После такого усмехнулся и сам Николай, подходя ближе к молодой девушке. — Вы сказали, что прыгнете на счёт три, почему не делаешь этого? Ждёте принца на белом коне? Несмотря на то, что услышать чужой мужской голос в ночной тишине было неожиданно, незнакомка просто резко перевала взгляд на Николая, и с той же усмешкой дрожащим голосом начала обрывисто что-то говорить, да и голос дрожал не от страха, а от холода. — Я? Принца на белом коне? Мне он не нужен. А так как у вас и коня нет, то идите куда шли. — Если сейчас я вас брошу и уйду, то вы броситесь с моста. А разве можно позволить такой красивой девушке закончить жизнь таким скучным образом? — Прекрасный каламбур, я оценила. Что-ж, вы похвастались своим умением сочинять шутки? Теперь то можете идти? Парень положил свои руки на перила, приближаясь чуть ближе к уху девушки. Если всего пару минут назад он шёл с таким лицом, как будто проглотил самый кислый лимон в мире, то сейчас тот ухмыляется и активно ведёт беседу. — Вы расстались с молодым человеком? Случилась трагедия в семье? А может, вы не поступили в театральный университет, юная леди? Девушка широко распахнула глаза, нервно кусая красные губы, которые и так были в многочисленных ранках и чуть ли не кровоточили, грустно опустила взгляд на воду, а голос резко изменился, стал тише и не таким уверенным. — Я так надеялась поступить в гитис... Жюри не понимает вообще ничего! В дальнейшей учёбе мне помогать не будет ни мать, ни отец, а моя актёрская игра, как мне сказали, просто ужасна! — Поэтому вы приняли решение умереть? Девушка теперь смотрела на приставшего к ней парня с лёгким раздражением. — Вы перепили где-то? Чего прицепились?! Разве это ваше дело, хочу я этого или нет? — Дело, может, и не моё, но я в точно такой же ситуации, поверьте. Незнакомка замолчала, грустно смотря вниз на воду. Наверняка теперь он посчитает её слабой. Или глупой. А может, всё вместе. Это даже заставило её почувствовать некую вину, мол: «Не ты одна страдаешь, но люди живут и не жалуются. А ты собралась счёты с жизнью свести». — Как вас зовут? —Тихо спросила она. — Николай Гоголь-Яновский. — Двойная фамилия? —Почему то хихикнула девушка. Возможно, это была защитная реакция организма из-за недавней истерики. — Верно, но больше предпочитаю просто Гоголь. А ваше имя какое? — Акико Йосано. Парень кивнул, думая, что теперь он просто обязан запомнить эту милейшую девушку. — Вот и познакомились. А теперь давайте вы осторожно перелезите через парапет, я вам помогу, и мы спокойно пройдёмся до вашего дома, договорились? Йосано согласно кивнула, подавая руку Николаю и аккуратно перелезая через парапет, следя одновременно и затем, чтобы не соскользнуть, и чтобы не задралась юбка. — Наверное, я должна быть вам благодарна... Гоголь пожал плечами, всё ещё держа Акико за руки, даже не смотря на то, что она больше не нуждается в его помощи и спокойно может стоять на ногах. — Как хотите. Вы ведь не просили меня об этом. — Я действительно поступила весьма глупо и опрометчиво. Они потихоньку начали уходить с моста. Странно, что Акико сейчас видела в совершенно незнакомом ей человеке единственную поддержку. Она была уверена, что члены семьи, увидев её на краю моста не стали бы её отговаривать и как-то пытаться остановить. Вдобавок ко всему просто назвали бы её эгоисткой и ушли. — Зачем вы меня спасли? Вам теперь что-то нужно, ведь так? — Всего лишь ваше обещание, что впредь вы больше не будете пытаться совершить подобные действия. Йосано искренне рассмеялась. — Так не бывает. В наше время люди делают что-то для других, только если видят в этом выгоду. — Вам не стоит быть такой недоверчивой. — А как по-другому? Сейчас остались только гнилые люди. Повисло молчание, лишь Николай тихо усмехнулся. Может быть, в какой-то степени она и была права. Несколько лет назад Гоголь думал точно так же, когда видел в людях только плохое. Довольно забавно видеть свою прошлую точку зрения от другого человека. — Вы считаете меня плохим человеком? Действительно с интересом спросил Гоголь, наблюдая за реакцией девушки. — Возможно, вы исключение, раз помогли незнакомке. Хотя, вы ведь сказали, что вы в такой же ситуации... — Я не один такой, поверьте. И помог вам не только потому, что у меня такая же проблема. Акико резко остановилась и повернулась к парню, почему-то с улыбкой говоря: — Ага! Так и знала, что это было не просто так. Гоголь не мог не издать смешок, слегка приподняв руки вверх. — Вы мне просто приглянулись, вот и всё. Да и уже говорил, что кроме обещания, что вы так делать больше не будете, мне от вас ничего не нужно. Поверьте, я не тот, кто будет требовать денег с одинокой юной девушки. Йосано задумчиво приложила палец к подбородку, но после вздохнула и сказала: — Хорошо. Поверю вам. И обещаю, что теперь не буду пытаться прыгать с моста из-за такого пустяка. —Она слегка повернула голову в сторону своего подъезда. — К слову, мы уже пришли. Вам, наверное, пора? — Ах, да! Минуточку. Николай достал из кармана белой рубашки небольшой листок бумаги и записал там номер своего домашнего телефона. — Звоните, если будут проблемы или если просто захотите вновь прогуляться. Хорошо? Йосано медленно кивнула, принимая из рук Гоголя листочек. Тот с улыбкой молча ушёл, не сказав больше ни слова, а Акико смотрела на него до тех пор, пока не перестала видеть его силуэт в ночи. И всё оставшиеся время до рассвета она будет думать, а был ли этот парень её ангелом-спасителем.