Часть 11

      Pov: Автор

      Хей, Айверия! Как жизнь? Чахнешь у тётушки Рози? Долго думали, рассказывать тебе или нет, но в итоге решили поставить тебя в известность. Заодно оценишь наше новое изобретение. Канареечные помадки, как тебе? Звучит круто, согласись? А эффект просто потрясающий! Тот, кто съест на какое-то время превратится в канарейку. Планируем угостить кого-нибудь в следующем году. Блондиночку Малфоя, например… Как дела у тебя? Напиши хоть пару строчек что-ли… А то чувство, будто твоя тётя — такая же, как и у Гарри…

С наилучшими пожеланиями,

F&G.

      Айверия шла по коридору, улыбаясь и читая письмо близнецов. Июнь подходил к концу, а эти ребята времени зря точно не теряли. Впрочем, как и Айверия.       — Учитель Ван, приветствую вас.       Девушка вошла в просторный кабинет. Хотя как кабинет, больше он напоминал участок земли в джунглях. Стены покрывали многочисленные лианы, вместо пола были земля, трава и корни могучих деревьев, а вместо потолка — небо.       — Приветствую, Айри. Проходи, начнём урок.       Это произнёс человек почтенного возраста, с тёмными волосами, в некоторых местах которые сверкали сединой, и карими раскосыми глазами. Одет он был в лёгкие, летящие ткани, а его движения, несмотря на возраст, были изящные и в то же время точные.       Перешагнув порог дома 12 на площади Гриммо, девушка вновь обрела отца. Теперь она смело могла сказать, что у неё есть место, в которое она всегда может вернуться, где её всегда будут ждать. Дом.       Бэкхэм прекрасно поладила с отцом, и их отношения быстро стали не как у людей, которые не виделись 12 лет, а как у любящего отца и дочери.       Однако долго прохлаждаться дома, Айверия не могла. Лето — прекрасная возможность тренироваться с большим рвением, особенно, когда другие времена года занимает учёба в Хогвартсе.       Сейчас девушка находилась в Китае, у одного из своих наставников. За последнее время, она осознала, что магия в Китае не только необычная, но и очень сильная, поэтому следовало изучить её лучше.       Дел у Бэкхэм было невпроворот. Впрочем, как и всегда. Тренировки, учёба — то что не исчезнет из жизни Айверии, по крайней мере, ещё несколько лет. После обучения в Китае, ей нужно съездить во Францию, а после на север, потом вернётся в Англию, где сможет провести время с отцом или встретиться с друзьями из Хогвартса.       — Ты прекрасно знаешь, Айри, магия школы Китая сложнее, чем в Англии. В то время, как у вас практикуют магию с использованием палочки, наша магия основывается на силе разума. Нам не нужны палочки, достаточно лишь еле заметного взмаха руки. Но и это не всё. Маги Китая обладают самыми разными видами магии. Кроме беспалочковой, ручной, грубо говоря, есть магия голоса, символа и разума. Какой из видов тебе интересен больше?       Учитель Ван уже был знаком с Айверией. Было время, когда та была ещё совсем неопытна в магии и обучать её чему-нибудь подобному было бессмысленно. Поэтому он научил её выдержке, силе воли и азам контроля разума. Сейчас, когда перед ним стояла уже более опытная волшебница, можно было учить и остальному.       Взглянув на ученицу, Шань Вану было достаточно её взгляда, чтобы понять, что её интересует. Всё.       — Хорошо. С магией разума ты уже немного знакома. У вас это называется легелименцией и невербальными заклинаниями. Проникать в разум другого и вызывать магию без слов — это, несомненно, контроль разума. Не сумев привести мысли в порядок и сосредоточиться, не получится сделать ни то, ни другое. Ты это знаешь. Но в этой магии можно углубляться и дальше, много дальше. Беспалочковая магия также может быть тебе по силам. Но и это требует подключение разума. Что касается двух других видов — пока что мы это отложим. Магия голоса требует невероятного контроля эмоций, а магия символов — знаний обрядов, ритуалов, каллиграфии, и… Ну с китайским у тебя проблем вроде нет. Впрочем магию символов ты можешь попытаться изучать самостоятельно. Надо сказать, штука интересная, хотя и не очень распространëнная. Так, для общего развития. Чтож, начнём.       Айверия, на которой, кстати, были такие же светлые и летящие одежды, уселась на подушку напротив учителя и приготовилась слушать. Сейчас её полностью поглотила жажда знаний.       — Итак, беспалочковая магия — магия жестов и движений. На начальном этапе используются движения рук, но продвинутым магам достаточно и движения глаз. В каждом человеке, Айри, течёт энергия «Ци» — энергия жизни, сила нашего духа. Чтобы овладеть ручной магией, в первую очередь, нужно раскрыть в себе «ци», прочувствовать, как по твоему телу растекается энергия и само твоё существо. Вместе с этим нужно почувствовать, как по твоим венам растекается магия. Магия — это энергия, это свобода и сила, это эмоции, страсть, гнев, радость. Ты должна быть в гармонии с собой, с «ци» и с магией. Почувствовав её, ты сможешь управлять ей и направлять её. Попробуй сейчас. Представь, как магия растекается по тебе. Раскрой свою «ци».       Айверия, сев по-турецки и положив руки на колени, выпрямилась спину и выровняла дыхание. Медитация — одна из основных практик Китай. Бекхэм уже была знакома с ней, но не то чтобы это было её любимым занятием. Конечно, она понимала, что контроль чувств, мыслей и так далее, очень важны, но для девушки это было сложно, ведь голову занимало множество мыслей, отринуть которые было не так-то просто.       Бэкхэм взглянула на учителя, который уже во всю прочувствовал свою «ци» и, казалось бы, устрой Айверия тут полный переполох, он ничего не заметит.       Но волшебница знала, что это не так. Учитель Ван, как очень сильный маг, дошёл до того уровня контроля разума, что мог буквально находиться в нескольких местах одновременно. Мысленно, разумеется. Он мог находиться в глубине самого себя, сосредотачиваясь на своих ощущениях, но девушка была уверенна, другой частью сознания, он улавливает каждое её движение, чувствует что происходит вокруг и думает ещё о чём-то другом. В общем, та сила разума, о которой Айверия мечтает уже давно.       Но сейчас нужно сосредоточиться на своих мыслях.

Магия…

Свобода… Страсть… Страсть…

      Вот что вообще такое страсть? Смысл жизни? Увлечение? Любовь на вечно?       — Не отвлекайся!       Ой. Не туда. Так, ещё раз.

Магия…

      Птички поют… Надо спросить у Фреда и Джорджа, как они сделали эти свои канареечные помадки…       — Ай! — воскликнула девушка получив несильный подзатыльник от учителя.       — Сосредоточься!       «Ненавижу медитацию» — подумала Айверия, скорчив рожицу, пока учитель снова отдавался своей энергии.

Магия… Золотые нити растекаются по телу, оставляя за собой лёгкую дымку. Эти нити наполняют каждую мышцу, каждую вену в теле… Они смешиваются с кровью, сливаются почти в единое целое…

      Бам! Девушка подскочила, как ошпаренная. Кажется кто-то только что чуть не уснул. И кажется это был не учитель Ван.       Под укоризненный взгляд наставника, девушка уселась обратно, состроив мордашку, как у провинившегося котёнка.       — Ладно, уже лучше, — с укором произнёс Шань Ван, качая головой. — Хм… Золотые нити, интересно.       — Интересно? Почему?       — У каждого человека разное восприятие магии. Моя, например, воспринимается как белый туман, твоя — как сверкающая золотая нить. Магия каждого человека индивидуальна. Каждый видит её по-своему. Но не будем отвлекаться, попробуй ещё раз.       Надо сказать, что за бесчисленное количество попыток, дальше чем в тритий раз, Айверия не продвинулась. Однако фокусировать внимание могла чуточку дольше, чем раньше.       Через какое-то время, учитель отпустил девушку, и она направилась к себе в комнату.       Временное пристанище Бэкхэм в Китае — школа при дворце Джен Сян. Летом, здесь, как и в Хогвартсе, студентов не было, а потому девушка занимала одну из множества комнат.       Обитель Айверии была светлая и просторная. Панорамные окна во всю стену выходили в волшебный лес, где росли самые необычные растения и встречались необыкновенные существа. Школа находилась в глубине страны и ни одному человеку, не владеющему магией, не удастся проникнуть в неë. Не удивительно, что вокруг неё был лес, да и только.       Девушка подошла к окну, чтобы открыть её, и в этот момент в комнату влетел Эш. Взяв очередное письмо и небольшую коробочку у ястреба, попутно пожелав тому хорошей охоты, Бэкхэм присела на подушки у низкого стола и распечатала письмо.

Дорогая Айри!

Сегодня твой третий День Рождения, в который я могу поздравить тебя. Сегодня тебе исполняется 15, и я хочу пожелать тебе всего самого лучшего.

Я надеюсь, у нас ещё будет много времени, которое мы сможем провести вместе, ну а пока что я жду твоего возращения,

твой любящий папа.

      20 июня — День Рождения девушки. О нём знали немногие. Очень немногие. Только отец, тётя Розалинда, да и может быть Римус Люпин.       Почему-то Айверия не особо любила афишировать свой День Рождения. Да и не праздновала его особо никогда. Негде и не с кем. Друзей, конечно, много, но летом девушка часто в разъездах, на учёбе, не до праздника. И в целом желания справлять не появлялось.       Отложив письмо, Бэкхэм взялась за коробочку. Это была аккуратная чёрная шкатулка с золотыми узорами. Внутри было такое же аккуратное, тонкое золотое кольцо с изящным чёрным камнем. Кольцо матери. Теперь Сириус подарил его дочери.       — Чтобы овладеть беспалочковой магией, нужно позволить ей выйти. Ты привыкла колдовать палочкой. А палочка — словно продолжение руки волшебника. Сейчас она тебе не нужна. У тебя есть руки, сделай жест рукой и произнеси заклятье. И помни про «ци».       Спустя дней 5 почти беспрерывной медитации, Айверия наконец смогла прочувствовать свою «ци». Дать свободу ей и магии. Теперь дело за малым, всего-то научиться колдовать без палочки.       Девушка сосредоточилась, чувствую растекающиеся в ней золотые нити магии.       — Люмос, — произнесла она базовое заклинание, но ничего не произошло.       — Ты не дала прохода магии и поспешила. Ни к чему торопиться, — указал на ошибки учитель Ван.       Айверия сделала ещё несколько попыток — безрезультатно.

Магия, она бесконечна. Она в тебе, она окружает нас. Она повсюду. Просто дай ей волю. Почувствуй её в себе и вне себя. Выпусти её, дай ей раскрыться…

      — Люмос, — вновь было произнесено заклинание. Но на этот раз, дувушка, открыв глаза, заметила на своей ладони небольшой, светящийся шар. Получилось.       Время, проведённое в Китае пролетело незаметно быстро. Учитель Ван дал Айверии основные знания, а дальше пустил в свободное плаванье с огромным количеством книг и Свитков в придачу, которые, по его словам, могут помочь ей лучше освоить магию разума, ручную и символическую. С магией голоса, по его словам, лучше было повременить.       Также девушка получила любопытную вещицу — пурпурную раковину, которая могла поместиться в ладони. Раковина могла помочь связаться с учителем, дабы Бэкхэм могла задать ему вопрос или уточнить что-либо. Следовательно, в коллекцию различных вещичек Айверии прибавилась ещё одна.       Прямо сейчас волшебница, удобно устроившись в мягком кресле, почитывала раздел о создании двойников. Помниться, девушке уже удавалось создать иллюзию, но создание двойника, который мог бы копировать её поведение, говорить и действовать так, как захочет сама Айверия, было, безусловно, чем-то гораздо более сложным, чем простая иллюзия.       — Ma chérie, где ты? Я приготовила чай.       Бэкхэм отложила книгу. Сейчас она была уже во Франции. Приехала она только вчера, поэтому решила навестить тётушку Розалинду.       Планов во Франции особых не было. Прогуляться, развеяться, встретиться с друзьями — в основном, студентами Шармбатона.       Девушка вошла в уютную, небольшую столовую, где тётушка уже попивала свой кофе со свежей выпечкой.       — Тётя Рози, казалось бы, столько времени знакомы, а всё никак не запомните, что я пью чай с сахаром, — укоризненно качая головой произнесла Айверия.       — Ой, да забегалась, сейчас принесу.       — Не стоит, я сама. — с этими словами девушка, взмахнув рукой, ощутила на ладони небольшую сахарницу. Прогресс в беспалочковой магии был.       Постоянные тренировки никогда не были простой прихотью волшебницы. И сейчас, видя, как улучшаются навыки совершенно нового вида магии, Бэкхэм вновь задумывается о своём неизвестном предназначении. Что ждёт её впереди?       Прошлые два года в Хогвартсе были попытками Волан-де-Морта вернуться к жизни. В этом году подобного не происходило. Что это? Означает ли это то, что Тёмный Лорд сдался, или это лишь затишье перед бурей? Если второе всё-таки верно, то чего стоит ждать в следующем году? Нужно ли готовиться ещё более усердно? Девушке казалось, что для паники ещё рано. Слишком рано, нужно ждать.       — Кстати, Айверия, тебе письмо пришло.       Это было письмо от Фреда и Джорджа. Они собираются на матч по квиддичу. Спрашивают, идëт ли Бэкхэм. Нет.       Девушка усмехнулась. Забавно, раньше она многое бы отдала, чтобы попасть туда. А сейчас… Лучше проведёт время с отцом.       Несколько лет назад, Айверия посещала подобные мероприятия, не одна, с друзьями. С членами команды «Белый Дракон». Бывшая капитан команды всё ещё грустила и по распаду, и по Аише. Ходить на матчи, на которых она когда-то не появлялась без друзей — значит бередить старую рану.       К тому же, вряд ли она кого-то встретит там из своей команды. Для всех эти события были ударом и потерей. Да и внимания сейчас не хотелось. «Белый дракон», как и квиддич для несовершеннолетних, не так давно прекратил своё существование, а потому интерес некоторых журналистов до сих пор не утих. А девушке сейчас не хотелось отвечать на глупые вопросы надоедливых репортёров.       Лучше уж сейчас погуляет по уютным улочкам Франции, потом пройдёт через изнурительные тренировки у своего наставника с севера, а затем отправится к отцу.              Pov: Фред Уизли       — Джордж Уизли. Я полагаю, в этом доме нас недостаточно ценят и не считаются с нами всерьёз. — сидя дома за обедом, я многозначительно посмотрел на брата.       — Полностью согласен с вами, Фредерик Уизли.       — Да что с вами опять не так? — закатила глаза сестрёнка Джинни.       — А вот что, милая сестрица. За всю нашу совместную жизнь, наша драгоценная матушка так и не запомнила, кому в чай добавлять две ложки сахара, а кому три.       — А это, между прочим, тяжкое преступление, — добавил Джордж, меняя наши чашки.       — Фред! Джордж! В следующий раз нальëте себе сами. — ох, как мама бесится, когда совершает подобные ошибки, вы бы знали… Зато весело-то как.       Не успела мама продолжить гневную тираду, как раздался голос Рона:       — Фред, Джордж, вам письмо. От Айверии.       О, ну наконец. Мы с братом спрашивали у неё, идёт ли она на матч по квиддичу.       

Фред, Джордж, привет! Я бы рада встретиться, но не смогу, к сожалению. Планировала в это время уехать во Францию с тётей. Так что встретимся уже после.

Хорошо вам провести время,

Айверия.

      Ну вы только посмотрите. Променяла квиддич на круассаны… Но почему мне кажется, что это всё не так? Ох, у меня походу крыша едет. А это всё её вина. Не крыши, в смысле, а Бэкхэм. Ходит вся из себя таинственная и загадочная. Хотя заметили это вроде только мы с Джорджем. Но я готов поклясться, есть что-то, что она скрывает от нас.       Ведь столько времени знакомы, а что знаем о ней? У неё нет семьи, живёт с тётей, путешествует. И это всё, что данная особа соизволила о себе рассказать.       То же думал и Джордж. Поэтому после обеда, мы с ним отправились докучать нашей матушке.       — Мама, есть вопрос. — начал Джордж.       — Фамилия «Бэкхэм» тебе знакома? — продолжил я.       Мы с братом переглянулись, заметив, как напряглись мама.       — Я училась с одной девушкой по фамилии Бэкхэм. — говорила мама это с неохотой, сразу видно, многого из неё не вытащишь.       — А Айверия Бэкхэм имеет к этой особе какое-то отношение? — допытывался я.       — Я-то откуда знаю? Может имеет, может просто однофамильцы, не знаю.       Джордж посмотрел на меня. Ложь.       — Если предположить, что эта особа мать Айверии, то кто тогда её отец?       Я, удивлённо подняв брови до самой макушки, устремил взгляд на Джорджа. Как он только додумался задать такой вопрос?       — Да сказала же, я не знаю. Хватит выводить меня из себя, для вас это может плохо кончиться, марш с кухни.       Опасаясь получить подзатыльник мы ретировались к нам в комнату.       — Итак, как ты думаешь Джордж, если твоё предположение верно, вся эта таинственность нашей подруги может быть связана с её отцом?       — Что ты там говорил про её семью?       — Она рассказывала, что мать погибла, отец пропал.       — А что если и не пропал?       — Что ты имеешь в виду?       — Не знаю… Какая там у Волан-де-Морта фамилия?       — Ты что дурак? Причём тут он?       — Да мы так пытаемся придать значимости её фамилии, будто может выясниться, что она родственница Тёмного Лорда. Или Дамблдора, например.       — Возможно ты прав, мы преувеличиваем. Но она что-то скрывает, это точно. Почему бы не скрывать свою фамилию и происхождение?       — Может, при встрече, спросить у неё прямо?       — Ага, да, примерно так: «Хэй, подруга, мы тут подумали, что ты дочь серийного убийцы и маньяка, мы правы?»       — Да, Сириуса Блэка.       — Ну, в целом, он не убийца, исходя из того, что рассказывали Рона, Гарри и Гермиона… А что если?..       — Да ну нет, не думаю. Это было бы странно.       — С чего ты взял?       — Сам подумай, дочь преступника и убийцы, о которой никто не знает, решает выйти в свет именно тогда, когда этот самый преступник сбегает из Азкабана. Ей бы ещё на лбу написать «дочь убийцы». Я скорее поверю в то, что это внучка Дамблдора.       В общем, мы решили не гадать, а лучше присмотреться повнимательнее к подруге, а пока что можно побесить Перси…       Pov: Автор       — Привет, пап!       Русоволосая девушка ввалилась в комнату к мужчине с тёмными, слегка вьющимися волосами до плеч.       — Айверия! Я рад тебя… Ты с кем-то подралась?       На самом деле, эта самая ввалившаяся девушка только вернулась в Англию после тренировок на севере. Только тренировки эти были не для магии, а для физической формы. В суровых условиях снегов и льда, девушка училась боевым искусствам и фехтованию, а домой решила заявиться сразу после тренировки, на которой, последний раз за это лето, её изрядно потрепал тренер.       — Да не, тренировка удалась, — усмехнулась Бэкхэм, падая на кровать отца. — Скучал тут без меня?       Сириус, мягко улыбнувшись, обнял дочь — конечно скучал.       Айверия выполнила все планы по тренировкам на лето, теперь можно и провести время дома… Дома.       В последние деньки августа, Айверия прогуливалась по Косому переулку, наслаждаясь уходящими деньками лета. За последние несколько дней, она много времени провела с отцом, чему была очень рада.       Однако была одна вещь, которая её беспокоила. На матче по квиддичу, том самом, на который её звали Фред и Джордж, то есть два дня назад, произошло странное событие. С чего бы там появляться Пожирателям Смерти? Вряд ли это просто так. Что-то здесь не чисто…       Додумать мрачные мысли она не успела, услышала смех. Очень знакомый смех. И две рыжие макушки. Твою мать. Близнецы. В другой ситуации, девушка бы этому обрадовалась, но по их мнению, она должна сейчас находиться во Франции со своей тётей, а не разгуливать в магическом квартале Англии.       С самым спокойным выражением лица, Бэкхэм развернулась и направилась в противоположную от Уизли сторону, надеясь уйти не замеченной. Завернув за несколько углов, и попетляя по улочкам, девушка уже была уверена, что вряд ли столкнётся с Фредом и Джорджем. Завернув за очередной угол, собираясь зайти в лавку парфюма к волшебнице Эсмеральде, Айверия почуствовала на своей талии сильные, тёплые руки, а после оказалась в тёмном помещении.       — Так-так-так, — услышала она знакомый голос и обернулась на звук, ничего, правда, не увидев из-за темноты.       Вытащив палочку, дабы не вызвать вопросов беспалочковой магией, девушка осветила помещение, увидев двух одинаковых Уизли.       — Кажется кто-то должен быть во Франции…       — Вчера как раз вернулась, — легко соврала девушка. До этого прокатывало и сейчас прокатит.       — Ложь, — вкрадчиво произнёс Фред. Не прокатило.       — Да ну? — так просто не сдаёмся, разыграем дурочку.       — Мы просто хотели спросить, твой отец, случаем, не Сириус Блэк? — Джордж решил действовать с горяча. Он не думал об этом, конечно, но посчитал, что таким прямым вопросом, сможет как-то вывести девушку на нужное направление, а именно, кто её настоящие отец или мать.       Однако реакция Айверии удивила обоих парней. Она засмеялась. Просто засмеялась. Только вот, удивившись самому факту смеха, они не заметили лёгкого нервного оттенка в веселье Бэкхэм.       — Ну конечно, давно вы знаете? — сверкнув глазами произнесла та и… Исчезла. Испарилась. Трансгрессировала.       — И что это было? — удивлённо спросил брата Джордж.       — А ты зачем про это спросил? Понятно же, что бред полный. Ты её только смутил этим. Или спугнул.       — Вот именно, спугнул! Только не говори, что её реакция не показалась тебе странной. Смех ещё ладно, но не исчезать же так внезапно. Возможно она почувствовала в нас угрозу. А почему? Потому что мы сказали правду, хоть и сами того не знали.       — Да нет… — Фред покачал головой, хотя уже не так уверенно.       — Да я уверен. Ещё немного надавить, и она сама признается. Тем более, можно будет посмотреть, как она поведёт себя при нашей следующей встрече.       — Выходит, она может быть вовсе и не Бэкхэм, а… Айверия Блэк.