Набирая обороты

Подъём на крышу ночью превратился в рутину в течении последующей недели. После утомительного дня, заполненного сортировкой старых коробок с предметами, которые он не знал, нужны ему или нет, слушая раздраженное гудение своего Дара, который не привык так долго ничего не делать, но это было приятно. Только он, ветер и небо. Было воскресенье или понедельник, он был не в лучшем состоянии, когда наконец освободил офис. Может быть, не совсем всё, но ненужное было убрано, то, что было совсем бесполезным — в мешках для мусора, а оставшиеся коробки были упакованы и аккуратно отложены в сторону. Тем не менее, в комнате было только два предмета мебели. Хороший письменный стол из твердой древесины, на котором стояли террариум паучихи Анны и книжная полка, заполненная названиями, которые ни о чем ему не говорили. Хотя большинство из них, похоже, были кулинарными книгами. Осторожно опустив Анну в террариум, Дрим отряхнул руки и глубоко вздохнул в том, что, вероятно, было самой чистой комнатой в доме. Остальные были душными, когда он в последний раз был там, но… в мусорном ведре было отвратительное количество еды навынос, так как он ещё не ходил по магазинам. Все это казалось таким нездоровым. Анна была фактором, в котором он сначала не был уверен, в основном потому, что она принадлежала Клэю. Разница была в том, что она также была отчётливо живой и Дрим… Дрим просто не мог оставить её там. Кроме того, у него никогда раньше не было домашнего животного! И пауки были классными. Исследования показали, что она, скорее всего, была "Пауком-птицеедом-голиафом". Знал ли он, что это такое? Нет, но он посмотрел, что ему нужно, чтобы позаботиться о ней, и когда он использовал свой Дар для установки террариума, он, очевидно, использовал остатки мышечной памяти Клэя и точно знал, что делать. На самом деле, это было довольно тяжело. Кроме того, если не думать об этом, она также была отличным сдерживающим фактором от воров. Дрим сомневался, что кто-нибудь хотел столкнуться с пауком длиной в метр? Точно не Дрим. Это был довольно большоей размер по его стандартам. Нежно погладив ее в последний раз, потому что Дрим был уверен, что всем домашним животным нравится, когда их гладят, он позволил ей исследовать свой новый дом. В любом случае, пришло время для его ночной рутины. Распахнул окно за столом — это задача, которая, казалось, ненаскучивала, сколько бы раз он ни делал это, и взобрался на стену здания. Это, казалось, действительно стало легче проворачивать. Его руки каждый день болели от напряжения, но стало легче. Дриму просто нужно было пройти через это. Он просто лежал на спине и смотрел на небо. Иногда с его губ срывались песни и гимны. Безымянные песни, которые он давно забыл. В другое время он наслаждался смутной тишиной. Машин было мало, и они были далеко друг от друга. Звуки драки были гораздо более распространёнными, наполняя воздух и достигая его ушей так, как они, вероятно, не должны. У него заболели уши. Но всё равно это было бесконечно лучше, чем его старая рутина. По его профессиональному мнению, неопределенная тишина была лучше, чем бесконечный шум. Медленно отходя, всегда медленно и всегда с постоянным нытьем его Дара, беспокоящего его тем, насколько он был уязвим, Дрим закрыл глаза. Слишком много глаз, о которых он старался не думать. Холодный ветер трепал его одежду и волосы. Ноги тихо приземлились на крышу позади него, это было что-то новенькое. Ну, в некотором смысле это было не так. Дрим часто слышал, как какая-то фигура прыгает между сплющенными зданиями вокруг него, но он никогда не утруждал себя расследованием. Фигура никогда подходила ближе. Знакомый красный цвет заполнил его зрение, когда Дрим приоткрыл его глаза. Он смутно узнал в нём фигуру в первую ночь, в основном потому, что не знал никого другого, кто разумно носил бы столько красного ... или вообще знал кого-либо. Человек, казалось, изучал его. — Могу я вам помочь? — Спросил Дрим после нескольких секунд неловкого разглядывания. Человек дёрнулся назад, падая с глухим стуком. Дрим сел, поворачиваясь, чтобы посмотреть на линчевателя, который потирал свою спину. Линчеватель выглядел маленьким, но опять же все выглядели маленькими с точки зрения Дрима. Одет в темно-красную толстовку с капюшоном, красную бандану поверх черной маски. Дешёвые очки скрывали его глаза, но даже с поднятым капюшоном были видны пряди золотисто-светлых волос. Дешёвые синие джинсы были свободными и покрыты заплатами. — Что ты здесь делаешь? — Потребовал искаженный голос, игнорируя вопрос Дрима и прерывая его осмотр. Он встал, явно пытаясь нависнуть над Дримом. Очень жаль, что Дрим видел гораздо более страшных людей, пытающихся запугать его, хотя они так старались. — Решил вздремнуть? — Предложил Дрим, откинувшись на две нижние руки. Сыпучие камни впились в его предплечья. Поднялся леденящий ветер, засвистел в ушах, и Дрим на мгновение пожалел, что не надел свитер. Это не убило бы его, так что это было неважно. — Но почему здесь? — пробормотал линчеватель: — Это мой маршрут, который ты занимаешь, так что тебе придется двигаться. — Линчеватель скрестил руки на груди. Дрим практически чувствовал, как он надулся, как будто был каким-то капризным ребёнком. — Это мой дом, — сообщил Дрим линчевателю. Он похлопал по крыше, неловко улыбаясь. Это было не совсем правильно на его лице, как будто Клэй не привык улыбаться. Это было прекрасно.

Дрим тоже не привык улыбаться

—С каких пор? — Это быстро стало походить на односторонний допрос, но Дрим почти не возражал. Насколько ему было известно, большинство разговоров были именно такими. Кроме того, несмотря на изменение голоса, Дрим мог видеть замешательство в позе линчевателя. — Примерно на прошлой неделе, когда я унаследовал это место, — Дрим заставил себя встать, наблюдая, как линчеватель вытягивает шею и отступает назад. Его поза немедленно изменилась на что-то явно более боевое или убегающее, его плечи напряглись. Похоже, линчеватель не понимал, насколько высок Дрим. — Я думаю, что мы начали не с той ноги, — Дрим поднял свои четыре руки в притворной капитуляции, — Я… Клэй. Ты герой в этих краях? — Он скрыл дискомфорт от имени Клэя, слетевшего с его губ, какой глупый вопрос. Дрим знал, что линчеватели не были официальными героями. Линчеватель, очевидно, тоже это знал. Тем не менее, он выпрямился и выпятил грудь, как будто пытаясь выглядеть более важным, чем он был на самом деле. — Ага! В этих краях меня называют Икаром, так что держись подальше от меня, честный гражданин! — Икар сделал попытку понизить голос, когда лгал. Было так много способов, которыми Дрим мог разгадать его дерьмо. Переступание с ноги на ногу, то, как он явно смотрел не на Дрима, а куда-то вдаль, дрожание его голоса, которое искажение перевело как помехи. Даже сдвиг ткани на спине, скрывающий какой-то придаток. Дрим даже мог предположить, что это было. Так много способов предположить. — Хорошо, ты мог бы просто попытаться обойти меня, — с безупречной практикой Дрим скрыл удивленный тон своего голоса. Кивнув головой на прощание, он отступил от крыши. Чьи-то руки схватили его и грубо потянули за плечи, Дар Дрима легко протащил его через все еще открытое окно. Икар издал писк, когда он это сделал. Шаги, стучащие по крыше, когда он подошел к краю, но ничего не увидел. Обрадовавшись тому, что он действительно убрался в спальне и хоть раз поспал там, Дрим начал пытаться закрыть упрямое окно. Попытка, потому что, если бы он не сломал кости своим Даром, оно бы не сдвинулось с места. Он также предпочел бы не ломать тело Клэя. — Дедал, какого хрена, что это? — Он уловил высокий шепот, когда выходил из комнаты. Дрим почувствовал, как улыбка против его воли тронула его губы, не то чтобы у него было много причин скрывать это, находясь одному в своей квартире. Он чувствовал, что неплохо справился с общением. Даже если это звучало так, будто Икар вообще не был уверен, что должен чувствовать к нему, это чувство было взаимным. Дедал это… может быть, оператор? Дрим не был глуп, он смутно узнавал имена из греческих мифов и знал, что они означают. Дедал был своего рода изобретателем, если он правильно помнил. На самом деле это не имеет значения. Икар, похоже, не собирался причинять ему боль, просто был расстроен тем, что Дрим прерывает его рутину. Кроме того, у Дрима была более важная задача, на которой нужно было сосредоточиться. Схватив один из множества в основном пустых блокнотов, которые он нашел, Дрим приступил к задаче, которой он так боялся. В конце концов, он абсолютно ничего не знал, с таким же успехом можно составить худший список покупок. Прислонившись к спинке стула, подёргивая ногами от едва сдерживаемой энергии, он включил компьютер Клэя. Дрим ничего не знал о приготовлении продуктов, чистящих средств или даже о покупке одежды. Обо всем этом заботились за него.

Он был бесполезным

Ему потребовалась вся ночь, чтобы составить длинный-длинный список необходимых предметов. Все это было аккуратно организовано на основе того, для чего это было, цены и приблизительная сумма, написанная внизу. Его Дар вращал и направлял его руку идеальными, аккуратными буквами, которые выглядели так, как будто они были напечатаны. Это было успокаивающе, но утомительно. Было ли необходимо пять страниц? Чёрт, он не знает. Фрукты, овощи, мясо, чистящие средства, кухонная посуда, различные предметы которые поисковая система указала, как "нужные" для квартиры, и самая большая часть — это список того, что требуется для кафе. Так или иначе, это не повлияло на наследство Клэя согласно банковскому приложению на его телефоне. По подсчетам Дрима, он мог бы платить только за коммунальные услуги в течение следующих 70 лет, не работая ни дня. Что-то в этом было странное для Дрима. Это было неприятное осознание, как будто он не заслуживал этих денег. А он этого не сделал, они даже не принадлежали ему. Дрим также сомневался, что сможет найти работу, чтобы заработать на это, не тогда, когда он так мало знал об этом мире. Он едва разбирался в социальных нормах своего мира, если только это не было подражанием людям, чтобы прятаться на виду, и даже тогда ему не приходилось этого делать с 18 лет. В этом месте… он даже не знал, с чего начать. Даже не упоминая интервью, которые Дриму никогда не приходилось давать в этой жизни. Черт возьми, по его оценкам, ему было почти 30, и он даже не мог назвать себя полноценным человеком, не говоря уже о взрослом. Это было неприятно.

Дрим не плакал, это было бы глупо. Это не стоило того, что из-за этого плакать

Клэй, похоже, тоже ничем не мог помочь, не то чтобы его Дар позволил ему просто принять такую личность. Это сработало за счет мышечной памяти и обычных воспоминаний. У Дрима не было никаких воспоминаний Клэя. Что касается навыков… ну, вообще-то... Дрим не часто использовал свой Дар для получения информации, поскольку это было в значительной степени автоматически. Должно быть, с тем, как часто его учили включать и фокусировать его инстинктивно. Но это не значит, что он не мог. Он использовался только в отчетах о миссиях, когда Дрим слишком устал и страдал от боли, чтобы что-то вспомнить самому. Это было достаточно близко. Дрим перелистнул на пустую страницу, приготовил карандаш и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на мышечной памяти Клэя, а не на собственном опыте. Это была такая незначительная разница, что потребовалась минута, чтобы полностью это осознать. Из получившегося списка Дрим легко понял, что жизнь Клэя сильно отличалась от его собственной. Это ... не должно было быть сюрпризом. Это была сплошная выпечка, готовка, шитье и тому подобные домашние дела. Ни один из этого Дрим даже слегка не знал, как делать. — Что ж, это упростит задачу, - промурлыкал Дрим, закрывая блокнот ранним утром. Осторожно потянувшись, он закрыл ноутбук Клэя и убрал его с того места, где он ненадежно примостился рядом с террариумом Анны. — Я вернусь через несколько часов, — Дрим отдал ей то, что осталось от, по общему признанию, довольно пустого контейнера с мучными червями. Разговор с пауком — это не то, что делают нормальные люди. Но Дрим обычно разговаривал с приборами в своей комнате, когда окружающий шум становился слишком сильным, а в башне героев было слишком одиноко. По крайней мере, Анна была живая. Засунув телефон, бумажник и дневник Клэя в старый кожаный рюкзак, Дрим натянул ботинки и запасную одежду. Большая часть, по-видимому, принадлежала матери Клэя, если этикетки на коробках что-то выдавали. Носить их было просто еще одной странной вещью во всём этом, но это было единственное, что подходило. К одежде Клэя не было предъяв, если бы у Дрима был выбор, даже если это означало носить чужую одежду. По крайней мере, это была хорошая одежда, и она точно подходила. Даже же самый старый изношенный прикид, который он видел у нескольких людей, проходивших мимо его квартиры, не беспокоил его. Выцветшая синяя блузка с красивыми оборками на шее, которая доходила до того места, где были плечи его нижней части рук, и широкая шея, которая не совсем подходила. Мать Клэя явно была крупной женщиной. Затем черная юбка, которая была единственной, которая подходила ему и была чистой. Все завернуто в белые конверсы с пятнами. Если смотреть так, возможно, она всё же слишком... женская?

Он действительно не знал разницы между мужской и женской одеждой, будем честны

Имея в виду примерное расположение магазинов, Дрим начал долгий день покупок и работы по дому. Два дня? Считается ли это новым днём, если вы не спали предыдущей ночью? Вероятно, это не имело значения. В любом случае, никто не мог разглядеть мешки под его глазами под завесой волос. К упомянутому занавесу также было очень легко привыкнуть, в основном потому, что Дриму на самом деле не нужно было видеть, как большинство людей. Волосы были длиннее, чем он привык, но бритые виски и затылок более чем компенсировали это. Если Дриму и нужно было угадать, то только для того, чтобы закрыть глаза Клэю. Они, вероятно, пугали людей. Дрим не совсем понимал, но для него, кажется, было освежающе ново иметь другую прическу, и, возможно, это единственная часть жизни Клэя, которую ему не хотелось менять. Вероятно, это была та часть его, которая привыкла носить маску на все лицо.

Ты хоть помнишь, как выглядело твоё прежнее лицо?

На полпути к походу по магазинам Дрим пришел к выводу о том, что он собирается делать с наследством Клэя. У Клэя были навыки, у Дрима была воля, и если кафе не было продано за всё это время, то оно, очевидно, имело какую-то ценность. Он точно собирался снова открыть его. Что в основном означало дополнительные исследования того, как управлять кафе. Он смутно знал, что у них обычно есть меню и сотрудники, но ... Что-то подсказывало ему, что то, как его менеджеры обращались с ним, не было тем, как менеджеры должны обращаться с сотрудниками. Это было слишком грубо для гражданских. Наконец, выйдя из магазина с тремя пакетами, двумя в одной руке и тремя в другой, Дриму удалось собрать большую часть вещей для квартиры и совсем немного для кафе. В основном в плане уборки и посуды. Он бы сделал обход, а потом направился обратно, не хотел бы что-нибудь уронить и пролить. Он слышал что пятна от отбеливателя это ужасно. Он направлялся в подходящий продуктовый магазин в нескольких кварталах от кафе, когда почувствовал нож в спине. Дрим остался твёрдым, что у него нет проблем из-за его немедленной реакции на это. Угрозу не было возможности узнать, но это был инстинкт, хорошо? Дрим потянулся назад и схватил руку, выкручивая и поднимая ее с силой, с которой Клэй едва мог справиться. Нож со звоном упал на землю, когда угроза была просто переброшена через плечо Дрима и вонзилась в землю. И все это в течение, может быть, нескольких секунд. На самом деле, это был просто инстинкт. Угроза лежала, отчаянно хватая ртом воздух на земле, вероятно, из ее легких был насильственно удален весь воздух, Дрим выбросил нож в ливневую канализацию. Кто пытается ударить кого-то ножом в 12 часов дня в среду? — Прости, — пробормотал Дрим, проходя мимо нее. Он сомневался, что она захочет его помощи с тем, как она ругалась на него вполголоса. Вкратце, он задался вопросом, действительно ли грабежи здесь так распространены.

Он проигнорировал тот факт, что Икар был единственным героем, которого он видел всю неделю, и он даже не был настоящим героем.

К счастью, остальная часть похода по магазинам прошла без происшествий. За исключением взглядов, которые он получил, когда с легкостью тащил шесть сумок обратно в свою квартиру. Однако он не знал, что происходит с этими людьми. Возможно, единственная плохая вещь в этот день, за два дня? Это было лицо, которое он только что сделал. Одежда, которую нужно разложить, еда, которую нужно убрать, и тот факт, что он собирался тщательно продезинфицировать холодильник, прежде чем что-то туда класть. Но это было всего лишь несколько часов непосильного труда, и ящик со льдом, который он купил, чтобы положить все это во время работы, будет отлично функционировать, пока он не будет готов. В этом не было ничего такого, к чему он не привык. Просто другая задача, в которую нужно вкладывать усилия. Ползать, чтобы добраться до прилавков и столов, а не ползти через вентиляционные отверстия. Двигать диван, стол и холодильник вместо стен и людей. Грубо счищать ржавчину, грязь и пыль, а не сажу, кровь и пепел. Это было не то, к чему он привык.

Но что-то в этом было намного лучше