Часть 1

«Многоуважаемому и невероятному Инквизитору, Агенту Золотого Трона и верному члену свиты Вольного Торговца Хейнриксу ван Калоксу.        Несколько дней минуло с момента моего назначения на пост Вольного Торговца после бытия преемником премногоуважаемой Теодоры. Однако за Вами есть небольшой должок, который мне хотелось бы вскоре посчитать исполненным. Не стоит волноваться – с Вашей стороны не потребуется более, чем единоличного присутствия и желания хорошо провести вечер. Буду рада видеть Вас после смены караула на мостике, на этаже моих покоев. Алая дверь отсека – не ошибетесь. P.S.: Чтобы не разочароваться в грядущем мероприятии, нижайше прошу Вас прибыть в парадном одеянии.       Сиятельная и не менее тоскующая Ифтидия Селения фон Валанциус.» Ифтидия убирает перо и взглядом скользит по строкам вновь и вновь. Выискивает недостатки и изъяны, но линии чернил безупречны. Спасибо Кассии за краткие моменты практики в их маленьких переписках. Плотная дорогая органическая бумага – не какие-то скомканные трижды переработанные опилки и пластик из миров-ульев и практически мертвых миров, на которых надо почти что выцарапывать рапорты. Золоченые рамки, тиснение с фамильным гербом рода фон Валанциус – подстать важному гостю этого небольшого, даже камерного мероприятия. – Лорд-Капитан, к вечеру все готово – фрукты, закуски и амасек. Платье будет подано уже через час, служанки помогут с вашим туалетом для мероприятия, – слышится вначале уважительный, предупреждающий кашель Абеляра, затем и его грузные шаги. Нет, грузные – неверное слово. Тяжелые и твердые. Ифтидия убирает небольшое послание в черный конверт для особых личных поручений, прикладывает разогретый сургуч и печать, оставляя новую отметину своего рода. – Еще раз большое спасибо, Абеляр. Передайте послание Хейнриксу и можете быть свободны до завтра, – девушка встает из-за стола, отодвигая длинные серебристые пряди за плечи. Передает и конверт. Абеляр кивает, потянувшись к посланию и замирает в моменте, когда его мозолистые пальцы уже успели схватить плотный материал, а ее тонкие – не успели отпустить. – Простите мою дерзость, Лорд-Капитан… – Ифтидия. Вы можете звать меня по имени наедине, уважаемый Абеляр. Нет большей чести, – улыбается девушка. Они ровесницы с одной из его многочисленных праправнучек. – Как я могу! – откашливается он, – Просто… Будьте осторожны, юная леди. И зовите, если нужно будет выгнать надоедливого Инквизитора. Ифтидия тихо смеется, прикрыв рот кулачком. – Хорошо, что верный Сенешаль готов грудью закрыть меня от длани Инквизиции. Хорошего вечера, Абеляр и спасибо. Снова, – коротко кивает девушка. Абеляр по уставу кланяется, приложив кулак к груди, и уходит, закрыв дверь. Ифтидия обходит кабинет, смотрит на портрет Теодоры, что так и не покинул своего законного места. Взгляд предшественницы тяжелый, тусклый, наполненный усталостью и мудростью. А еще – загадкой. Ифтидия замирает на несколько мгновений, пока вокс-передатчик не начинает шуметь, канал связи открывается. – Лорд-Капитан, вас просил об аудиенции на мостике техножрец Паскаль, – слышится голос мастера над воксом. – Сейчас буду. Заодно подготовьте рапорты авгуров о близлежащих планетах системы, – отзывается Ифтидия и по ковру двигается к выходу. *** Ифтидия нервничает. Ходит из стороны в сторону, цокая небольшими каблуками по полу. Настоящее лакированное дерево под несколькими слоями еще более ядерного защитного слоя, красный дуб с одной из систем близ Терры. Платье шуршит от каждого движения, хотя ткань легкая и струящаяся. Но все еще непривычно после камзолов и униформы стрелка батальона. Празднование на Даргонусе Ифтидия провела в парадной униформе вместо этого цветастого безобразия. Новый круг, взгляд на витражные картины под потолком и часы на стене. Вовремя ли он придет или опоздает? Да и придет ли вовсе? В дверь стучат. Тихо, но настойчиво. Ифтидия спешно цокает к небольшому пульту на стене и нажимает кнопку. Дверь открывается, впуская гостя. – Рада видеть, что мое приглашение было вам передано, уважаемый Инквизитор, – улыбается Ифтидия, смотря на широкоплечую фигуру Хейнрикса, что осматривает зал. Темные глаза сначала сощуриваются, оценивают стены и потолок. От звука ее голоса мужчина на мгновение замирает и только потом переводит на нее взгляд. Как и сама Ифтидия, Хейнрикс в ином одеянии: в камзоле, застегнутом на все пуговицы. Парадные оторочки, ленты и цепи, несколько печатей-черепов. Куда же Дознаватель да без знаков отличия Агента Золотого Трона. – Ифтидия… – выдыхает Хейнрикс и взгляд его скользит по оборкам ее платья, по складкам ткани и вновь стремительно поднимается к глазам, смягчаясь с каждым мгновением. Напряжение хищника сменяется теплом солнечного света. Хейнрикс подходит неспешно. Словно растягивает время, чтобы насладиться моментом. Тянется к руке Ифтидии и галантно припадает губами к костяшкам. – Добро пожаловать на наше маленькое празднество, – улыбается девушка после приветствия. – И я обязан такой чести, как индивидуальное празднество лично с госпожой Вольным Торговцем… – наигранно недоумевает Хейнрикс. Темные глаза блестят хитринкой. – Как и гласило приглашение, вы мой должник, уважаемый Дознаватель, – улыбка не покидает губ Ифтидии, – Так что хотела бы получить свою награду без посторонних глаз. – Я весь ваш, миледи, – хмыкает Хейнрикс, выставляя руку вперед в приглашении, – Подарит ли мне сея обворожительная леди танец? – Все танцы этого вечера – ваши, – Ифтидия пригибается в небольшом книксене, вкладывая свою ладонь в его – такую большую и удивительно прохладную. Еще несколько мгновений и они готовы к танцу. – Будет ли музыка? Я могу вести и так, но… – Как ты можешь так меня недооценивать? – игриво возмущается Ифтидия, на мгновение убирает руку с его плеча и щелкает пальцами. По комнате после коротких помех начинает разливаться музыка. Хейнрикс тихо хмыкает вновь, что больше похоже на сдержанный смех, и делает первый шаг в их танце. Инквизитор и Вольный Торговец начинают кружиться по залу. Они какое-то время молчат, лишь смотрят друг на друга, любуясь. – Твое платье… Выглядишь великолепно, – мягко и тихо произносит Хейнрикс, уводя партнершу в новый поворот. Дистанция между ними на грани приличия, – еще немного и сторонний наблюдатель, будь он рядом, назвал бы это вульгарностью. – Лучше, чем обычно? Ты тоже выглядишь замечательно. Тебе очень идет такой стиль, – отвечает девушка, слегка погладив мужское плечо под своей рукой. – Выпрашиваешь новых похвал? – очередной хитрый прищур и полуулыбка, – Что на поле боя с винтовкой или плазма-пистолетом, что в своем кабинете за доской для регицида, что на самом мероприятии и сейчас ты выглядишь прекрасно, очаровательно и очень волнительно, миледи. Все это он говорит, не отводя взгляда, смотря Ифтидии в глаза, заставляя дышать чуть чаще, а щеки невольно слегка покраснеть. – Я удовлетворил твою жадность? – Хейнрикс выставляет руку вперед для нового па, Ифтидия делает полуоборот, на несколько невероятно долгих мгновений прижимаясь спиной к мужской груди. – Более чем, – тихо хихикает она с новой улыбкой и выдыхает, когда чувствует губы Хейнрикса у виска. Чуть вниз и обратно вверх к уху, чтобы спешно ретироваться. Приложи раскаленный прут к коже – и то легче выдержать. Хейнрикс разворачивает Ифтидию обратно и вновь смотрит с улыбкой в глазах. Уголок его губы слегка дергается, искривляясь. – Маленькая цена за искренний комплимент, – продолжает он, – И, Селения? Занимательный выбор имени. Новый круг, снова разошлись и сблизились еще теснее, чем раньше. Вот-вот они уже прижмутся друг к другу телами, переходя новую черту. – Так звали мою матушку. Думаю, заняв такой почетный пост, я обязана увековечить и ее – это мой долг, – делится Ифтидия. Шрам в душе – старый и давно затянувшийся коркой – слегка покалывает. – Соболезную, – кивает Хейнрикс и откашливается, явно пытаясь найти новую тему для разговора. – Решила поделиться с тобой первым, даже раньше Кассии, – Ифтидия подается чуть вперед, когда композиция заканчивается. Хейнрикс тоже приближается, но юная госпожа в игривой манере отходит, цокая каблуками, к столику с закусками. Слышит скрипучий смешок и чужие шаги следом. Они распивают амасек, разлитый Хейнриксом по высоким бокалам, когда в голову Ифтидии приходит идея. Часы подсказывают, что скоро время их маленького праздника закончится. – Хейнрикс… хм, – мнется она, перекатывая алкоголь насыщенного янтарного цвета в бокале. – Не думал, что ты такая застенчивая, – рука Инквизитора оказывается на ее спине, сам он – совсем рядом, почти укрывает девичью фигуру в полу-объятьях. – Не думаю, что тема такая уж хорошая для праздника, но… Как тебя звали дома? Сестры или матушка? – Ифтидия с любопытством смотрит на мужчину, отпивая. Лицо Хейнрикса на несколько долгих мгновений будто бы каменеет. Глаза холодеют, теряя прежнюю живую искру, но наваждение проходит быстро, словно стираемый с полотна эскиз, уступая место краскам. – Матушка и отец всегда звали меня полным именем, – взгляд Инквизитора кажется витражом, отражающим солнечные лучи, – А сестры… В моменты, когда старшая не звала меня клопом, я был Риксом. Ифтидия смеется, представляя, как кто-то сейчас посмел бы назвать Инквизитора такой кличкой. – Клопом? – не может остановиться она. – По сравнению с семейным Рыцарем все мы были весьма малы, а я, как самый младший ребенок, и подавно. Младшая же ограничивалась просто «горошиной», – Хейнрикс хмыкает с прищуром, будто осуждает приступ смеха собеседницы, – Как же звали тебя? – Матушка тоже звала меня полным именем. Или жемчужинкой, – Ифтидия смотрит на витражи у потолка, – Брат звал меня Тида, а сестра – Иф. Ей долго не удавалось правильно выговаривать некоторые слоги. Надо будет послать им весточку, что все хорошо. Ифтидия ускользает в воспоминания о былом. О доме и родителях, что в одночасье сгорели. О брате, что ушел с головой в служение Императору. О сестре, что посвятила себя медицине. – Как бы я мог звать тебя? – говорит совсем близко с ее ухом Хейнрикс. Девушка чуть дергается от неожиданности и поворачивается к нему, почти что стукаясь носами. Взгляд невольно ловит его глаза. – Как тебе захочется… – Ифтидия двигается еще чуть ближе, словно притягиваемая магнитом. Приподнимает лицо, чувствует мужское дыхание, а затем слышит новый скрип из вокс-канала. Ифтидия раздраженно охает, чувствуя, как момент ускользает, словно пиратское судно после неудачной стычки. – Лорд-Капитан, прошу прощения, Навигатор и свита просят вашего внимания для выбора маршрута… – раздается голос мастера над воксом. – Конечно, в такой момент… – Ифтидия делает попытку отодвинуться, но чувствует, как чужая рука аккуратно, но довольно настойчиво придерживает ее за подбородок и тянет обратно. – У нас есть еще немного времени, – шепчет ей в самые губы Хейнрикс и целует. Мягко, аккуратно, даже опасливо. Поцелуй-ответ на тот, случившийся еще на Даргонусе. И почти сразу легкая приливная волна сменяется высокими волнами и сильным течением. Ее руки на его плечах, а затем и шее в легком поглаживании, в желании прикоснуться к вороту камзола. Его руки на ее талии, прижимающие к себе. Прежде чем буря накроет их с головой, Хейнрикс отстраняется, переводя дыхание. Горячее дыхание опаляет губы Ифтидии. – Надеюсь, я и впредь буду перед тобой должен, Ифтидия… Твое имя слишком красивое, чтобы сокращать, – Инквизитор прижимает ее ладонь к самому сердцу и после долгой паузы отпускает, запечатлев прощальный поцелуй на костяшках, – Долг превыше всего. Хорошего вечера, миледи. – Спасибо за вечер, Рикс, – улыбается и Ифтидия, цокая по деревянному полу к выходу, надеясь, что лицо ее не слишком раскрасневшееся.