Часть 11 Зависимость и Независимость

      Как всё же сильно мелкие личные планы в масштабе одной семьи влияют на большие проекты, в которых заинтересованы уже тысячи людей! Это было снова подтверждено самыми последними событиями в магической Британии, которая являлась небольшим, но государством.       Бурная ссора между семьями Блэк и Уизли была вроде бы бытовой и объяснимой. Поссорились две ведьмы — Лили Блэк и Молли Уизли. Не сошлись во мнениях, бывает. Но обе ведьмы принадлежали к священным и чистокровным Двадцати восьми родам магов, были очень сильными волшебницами, а на детей этих дам у Величайшего Волшебника Британии были свои планы, великие и, возможно, в чём-то ужасные.       Всё было и так не слишком просто в магической Британии, а тут эти истерички устроили невесть что… Пожалуйте, Альбус Дамблдор, вот вам, кроме всех остальных проблем. Ведь бабских дрязг вам ещё разбирать не приходилось!       А проблем-то было немало. Государство Волан-де-Морт слишком уж развалить не успел, но доверие к любым властям было уже безнадёжно подорвано, причём как рядовых волшебников Британии, так и глав зарубежных магических государств.       С явными врагами и противниками новых властей разбираться было даже проще, быстрый суд в Визенгамоте объявляет «смутьяну» суровый приговор, «смутьян» переселяется в Азкабан на долгое или очень не долгое время, а его состояние конфискуется. Часть конфискованных галеонов пополняет бюджет государства, а часть становится вознаграждением «верным сторонникам».       Но и с «верными сторонниками» Альбуса Дамблдора тоже всё очень не просто. Всем подавай награду за участие в борьбе против сил Тьмы. Минерву МакГонагалл назначили директором Хогвартса, Кингсли Бруствер стал министром магии. Кто-то возглавил авроров, кто-то — Отдел Тайн, кого-то устроили просто деньги.       Тот же Кингсли Бруствер, «неподкупный герой и министр магии», обошёлся Великому Волшебнику в четверть состояния почивших Лестрейнджей, а остальное золото семьи Лестрейндж перетекло в сейфы семьи Уизли. А это, как не считай, миллионы галеонов!       Но тайно стать очень богатыми для матриарха рыжего семейства было недостаточно. Молли желала славы и официального признания для своих детей и себя.       Билл Уизли, женившись на Флёр Делакур, почти исполнил мамину мечту, но красавицу-полувейлу, дочку «какого-то французского министра», Молли невзлюбила и затравила настолько, что отношения с магической Францией из союзных внезапно оказались очень напряжёнными. Влиятельный отец Флёр не без оснований заподозрил, что в браке его дочери с Биллом Уизли решающим фактором была не взаимная любовь, а Амортенция.       А ведь у миссис Уизли было ещё шесть «непристроенных» деток, ужас! Этот ужас сполна испытало на себе семейство Блэк, узнав от «будущей родственницы», что Гарри и Лиру Блэк в очень скором времени ожидает брак с Джинни и Роном Уизли.       Конечно, Сириус и Лили отказали Молли в этом «сватовстве», если так можно назвать безобразную ссору. Конечно, у Альбуса Дамблдора уже были серьёзные планы на юное поколение Блэков, даже Сириус и Лили не всё об этом знали. Но вот как теперь Великому Волшебнику объяснить «верным сторонникам» Уизли, что их планы уже не сбудутся?       Да и Блэки в последнее время вызывают большие сомнения. Что это за идеи — покинуть Британию? И что из того, что Хогвартс пока ещё разрушен, а дети должны где-то учиться магии? Замок восстановят уже к нынешней зиме, а Избранный Герой и его сестра просто обязаны учиться на родине!       Сам Великий Волшебник был занят, как всегда, в Визенгамоте. Почётный Чародей — это статус, а Серый Кардинал — призвание!       Именно этот статус не дал Дамблдору особенно сосредоточиться на срочной депеше из Международной конфедерации магов. В ней как раз и сообщалось, что МКМ удовлетворило просьбу британских оборотней и сквибов о создании на Оркнейских и Шетландских островах независимого островного магического графства с прямым подчинением Женеве через постоянного легата МКМ. Отныне эти острова официально выходят из состава магической Британии.       Оборотни и сквибы желают добровольно покинуть магическую Британию — да это же просто мечта! Причём откочевать эта проблемная стая собирается на жалкие северные острова.       На обоих архипелагах даже магловского населения вместе с туристами и военными моряками едва ли сорок тысяч человек. С оборотнями и сквибами народу точно будет больше, сорок одна тысяча или немного меньше. Тамошние порталы на Британский остров закрыты уже почти сто лет, а каминной связи как не было, так и нет.       Ну что ж, скатертью дорога, злобные животные и немощные сквибы! Нечего угрожать волшебникам и красть чужую магию, с 1 сентября 1998 года можете жить на крохотных безлесных островках, как хотите.       Именно так отреагировало Министерство магии Британии на эту новость. И нужно сказать, именно этим магические власти впервые очень многое сделали ради гражданских прав оборотней и сквибов.       Бумаги из Женевы, удостоверяющие личность нового легата МКМ, минуя магическую Британию, ушли сразу в новое независимое магическое графство Оркнейских и Шетландских островов. В древний город Керкуолл привёз их лично новый легат — лорд Ричард Гринграсс. Именитый волшебник, прибыв с семьёй на новое место службы и жительства, сразу же назначил себе заместителя — знатного волшебника из местного населения, лорда магии Люциуса Малфоя.       Выборным секретарём по связям с маглами стал отставной чиновник Марвин Картер, он же подписал приказ о создании местной магической полиции. Вся сотня полицейских, как на подбор, оказалась оборотнями. И возглавила этих мохнатых добровольцев известный в недавнем прошлом отставной аврор Августа Лонгботтом.       Регистрировать все магические контракты и договоры между волшебниками и маглами на Оркнейских и Шетландских островах взялась известная юридическая фирма «Браун и Браун». Её нынешний глава Джон Браун давно имел в штате нескольких магловских юристов, которые собаку съели на древних, но ещё действующих законах Великобритании. Юристы этой фирмы столь же легко разбирались в магическом праве, так что путаницы с магическими и немагическими контрактами у нового графства быть не должно.       Конечно, юная Астория Гринграсс была очень рада снова увидеть отца, маму и старшую сестру Дафну, наконец-то её семья была вместе и все они были вне опасности. Но эти девичьи переживания к большой политике никак не относились.

***

      Дождливый август 1998 года для семьи Снейп стал поистине медовым месяцем. Утренние занятия любовью — сексом этот упоительный и нежный процесс не решался назвать даже циник Снейп — стали для их семьи новой традицией. Близость действительно расставила всё по местам, установила магическую связь супругов, расположила Северуса и Гермиону к доверительному общению и сгладила все их былые недоговорённости.       Ощутив себя главой новой семьи, Северус Снейп тут же поспешил занять руководящую должность. Волшебник серьёзно занялся здоровьем Гермионы, развитием семейного дела и даже воспитанием кота. Вот только подчинённые ему супруга и её книзл далеко не всегда видели в зельеваре главного.       Девушка искренне считала, что Северусу и самому нужно планомерное лечение, её активная помощь в делах и полный контроль над собой-оборотнем. А Живоглот «поддавался» дрессуре Снейпа только во время обеда, если, конечно, этот обед был с достаточным количеством мяса или рыбы. Но настоящий слизеринец Снейп был упрям, и начались некие изменения к лучшему.       Через некоторое время Гермиона, убедившись, что её муж совсем не шутит и ей действительно нужно лечение, послушно стала высыпаться в его объятиях, нормально питаться и пользоваться восстанавливающими зельями, кремами и шампунями, которые изготовил лично Снейп. Постепенно юная измотанная девушка, принявшись за своё планомерное лечение, снова превратилась в повзрослевшую красавицу со Святочного бала.       Гермиона не сразу поверила, что вся эта забота о ней со стороны Снейпа искренна, что её возлюбленный действительно видит в ней красивую, но усталую девушку. А поверив, начала больше понимать этого мужчину, который и сам давно нуждался в близком человеке.       Добро и заботу о ком-то гриффиндорка могла передать только деятельностью, поэтому все действия Северуса Снейпа были тут же «отзеркалены» ею.       Нужно помочь Северусу с превращениями в круге силы? Конечно, она поможет!       И вот, спустя несколько дней, Снейп вместе с Гермионой возле круга Бродгара в холмах возле озера Лох-оф-Харрей раз за разом оборачиваются в волков. До тех пор, пока волшебник не начинает делать это с лёгкостью сам.       Чёрный волк Снейп по-настоящему красив, несмотря на то, что невероятно худой и с заметными шрамами на горле. Это мощный и осторожный зверь с умными глазами, вот уж кто не склонен валяться в траве. Но Снейп-волк достаточно легко поддаётся влиянию юной каштановой волчицы. Ей было можно почти всё: старательно вылизывать его шрамы, очищая их от заразы, прыгать через него, втягивая в игру, даже соблазнить заняться любовью в зверином облике.       Но этот побитый жизнью зверь всегда настороже, он выискивает взглядом возможную опасность для его кудрявой волчицы и всегда готов защитить её от всего и всех, даже ценой своей жизни.       Эти обороты из человека в зверя постепенно возвращают Снейпу то, что не могли дать целители — здоровье. Пусть пока не полностью, но Северусу Снейпу определённо становится лучше. Действия ядов постепенно уходят, шрамы не исчезают, но всё же рубцуются, а вот от Чёрной метки на руке мага не остаётся даже следа. Это внушает волшебнику множество надежд. Как ни рассуждай, а ликантроп сам по себе магическое существо и гораздо сильнее любого человека.       Основные события магического сообщества Оркнейских островов шли рядом с семьёй Снейп. На острова на постоянное жительство перебралась Августа Лонгботтом с внуком Невиллом и его невестой Полумной Лавгуд. Их семья поселилась не слишком далеко от Керкуолла, и отец Лаванды Браун помогал Августе с переводом сюда денег Лонгботтомов и покупкой неплохой фермы с магловскими теплицами.       Уже было найдено помещение под будущий ресторан Снейпа. В старом и обширном доме было место для ресторана, складов, там было где обустроить зельеварню и даже имелся гараж для автодома. А второй этаж и пока нежилая мансарда давали возможность обустроить удобное жильё для хозяев. В этот же дом уже была перевезена зельеварня и библиотека Снейпа из Коукворта. Деньги зельевара тоже перевели в Керкуолл.       Волшебство? Нет, просто цены на недвижимость в центральной Британии и на Оркнейских островах были очень различны. Да ещё в заштатном Коукворте целый район выкупали ради постройки на этом месте скоростного шоссе, и это тоже решало дело.       Так что Северусу и Гермионе вскоре предстояли большие работы по обустройству, здесь точно было где применить навыки трансфигурации.       Однако не новое жильё и внешняя политика сильнее всего влияла на жизнь супругов Снейп, больше всего их меняло взаимное общение. Гермионе всегда было интересно говорить с мужем, всё равно о чём. О зельях, магии или о его жизни. Это помогало девушке лучше понять характер Северуса.       Главным открытием в характере Гермионы для зельевара оказалась её доброта. Волшебник и предположить не мог, что в этой умной, но бесшабашной девушке столько сочувствия и доброты. Впервые Снейп мог кому-то рассказать о своей жизни и встретить не брезгливую жалость, а понимание.       Однажды перед сном, разомлев от поцелуев Гермионы, Снейп, желая выплеснуть часть воспоминаний, поведал жене горькую историю о своём не слишком счастливом детстве. Девушка слушала мужа, не перебивая, только обнимала его в самых тяжёлых местах рассказа.       — Вот так, Гермиона, мой отец, в отличие от твоего, всего лишь агрессивный и вечно пьяный магл, который не мог толком удержаться ни на одной работе. Но вот сломать жизнь жене-волшебнице и сыну он точно сумел! Родня мамы после её брака с Тобиасом отреклась от неё и меня. Живя в немагическом мире и совсем не колдуя, мама сперва потеряла магию, а после рано умерла.       — Ты хотел стать мастером-зельеваром, чтобы перевезти её в магический мир, но не успел?       — Не успел, зато ещё в школе магии успел стать оборотнем. Хорошо, что мама об этом так и не узнала.       — Но, Северус, как твоя мама и твой отец вообще познакомились и полюбили друг друга? Они жили в разных мирах, имели разное воспитание и интересы, их естественная встреча и внезапная безумная любовь очень неправдоподобно выглядят. Тем более, как ты говоришь, у семьи твоей мамы было некое влияние… Её никак не могли проклясть или чем-то опоить?       — Похоже, всё так и было, ты очень умная девочка. Но уже ничего не исправить. Эйлин Принц изгнана из рода и умерла, её сын — полукровка-ликантроп, мы больше не помеха в гонке за наследством семьи Принц. Магия денег решает многое!       — Господи, как же иногда несправедлива жизнь… Ты хотел доказать себе и другим, что ты человек, а не зверь, желал преуспеть как зельевар, показать, что маг-полукровка не хуже чистокровных волшебников. И примкнул к Тому Реддлу, которому поверили, как политику, твои сокурсники. Это просто жуткая ошибка выбора, ты в тот момент был едва ли старше меня…       — Понимаешь, ты осознала, в какую мерзкую политическую игру тебя втянули, куда раньше меня и стала бороться с Альбусом Дамблдором и его соратниками за себя и близких. Без успеха, но ты старалась это сделать. А я в двадцать лет, как дурак, повёлся на эту ложь о «Пророчестве», а после, во имя «искупления своей вины», стал добровольным рабом Дамблдора! Зачем?       — Северус, никогда не смей обвинять себя в подлости других! Вспомни, что ты мне только что рассказал. Конечно, ты в такую ложь поверил. Ты любил и очень хотел спасти любимую. Обмануть можно любого, тем более, если играть на лучших чувствах человека. Господи, мне так жаль, что я тогда ничем не могла тебе помочь, а ты так сильно нуждался в друге! Меня просто не было рядом!       — Дурочка, ты ещё прощения у меня попроси, что в первый месяц твоей жизни никак не могла мне помочь!       — Мне тогда был совсем не месяц, а гораздо больше! Я родилась 19 сентября 1979 года, ясно?       — Когда? 19 сентября 1979 года, это правда?       — Правда. Но что из того? Ты же давно знаешь, что я на девятнадцать лет тебя младше. И почему у тебя такой вид?       — Потому что этот тяжёлый ночной разговор следует завершить чем-то более приятным. Тем более, что этот разговор уже идёт в постели! Снимай футболку, иди ко мне.       — Ладно. И всё же раньше у тебя столь серьёзного и удивлённого настроя перед сексом не было. В чём сейчас дело?       — Дело в осознании, почему мне с тобой столь легко, милая. И в понимании, почему в этот август в моей жизни было куда больше секса, переживаний и радостей, чем за минувшие девятнадцать лет. Просто молчи, доверься мне.       Эта их ночь была совершенно сумасшедшей. Снейп словно старался выразить всю нахлынувшую на него страсть, а Гермиона всё это принимала. Бешеное неистовство секса в разных позициях, поцелуи до боли в губах, ласки, сводящие с ума и заставляющие их кричать от наслаждения. Это повторялось раз за разом. Ощутив оргазм и излившись в лоно Гермионы, Северус почти тут же просил жену возбудить его снова, и ласки девушки снова помогали магу начать новый цикл уже в иной позиции.       Мужчина снова и снова самым простым способом заявлял свои права на эту женщину. И сильнее всего его горячило её наслаждение. Да, именно так всё и должно быть, только на ласки Снейпа Гермиона могла так ярко откликаться, подлаживаясь под каждое его движение, каждый его стон. Прекрасно было осознавать, что кроме Снейпа никто не был нужен этой красавице, что её волнует сама мысль о близости с ним.       Эмпатия и умение чувствовать чужие мысли и настроение заставляли волшебника переживать каждый оргазм Гермионы. Ощущать её нежность, восторг и страсть от того, что именно он занимается с ней любовью. Это воспламеняло кровь гораздо мощнее, чем любой афродизиак.       Когда под утро утомлённая девушка заснула, небольшая комната в их автодоме была полна запахом секса, а Снейп всё ещё не спал, он устало гладил кудри жены и думал.       «Ты родилась 19 сентября 1979 года, милая. Именно тогда…»       19 сентября 1979 года был самый чёрный день для Северуса Снейпа, в этот день состоялась свадьба Лили Эванс и Джеймса Поттера.       Сириус Блэк, второй супруг Лили, на этом магловском венчании в церкви был шафером, а в Министерстве магии во время регистрации тройственного брачного союза вся эта фарисейская нарочитость была отброшена. В их магическом брачном контракте всё было названо своими именами. Снейп тогда метался в отчаянии, он до последнего момента не мог поверить в то, что Лили правильно понимает, что делает.       На самом деле тогда ничего не понимал именно он, Снейп. Он совсем не знал настоящей Лили, вряд ли сегодняшний Снейп смог бы полюбить подлинную мисс Эванс. В тот день Лили ушла из его жизни навсегда, чтобы уступить место той, которая в этот день родилась и была предназначена для него судьбой.       Предназначение…       Именно поэтому юная Гермиона полюбила сложного человека Северуса Снейпа и без раздумий стала спасать его жизнь, несмотря ни на что. Именно поэтому с нею Северус мог открыто говорить о самых сокровенных вещах, и она понимала все его сомнения и тревоги. Снейп тоже именно поэтому понимает все движения её души и готов беречь эту девушку от всего мира. Он совсем не помешан на потомстве, но одна мысль о детях, рождённых ему Гермионой, согревает сердце.       Даже их секс можно назвать только близостью или любовью именно по этой причине: у них идеальная совместимость. Именно из-за предназначения друг другу они оба ликантропы, судьба позаботилась свести их даже в этом. Их странный брак был предначертан, карты судьбы, как говорят волшебники.       Что такое предназначение, судьба, идеальная совместимость, предрасположенность, любовь? Или же это просто зависимость…       Сложившаяся пара волков не расстаётся до конца жизни, а после смерти партнёра волк не ищет иной пары. Но волки — это животные, а они с Гермионой не совсем волки.       Магический брак у волшебников нерасторжим, и детей супруги могут родить только друг от друга. Подобный брак, увы, совсем не предполагает взаимную любовь, а взаимную верность хранит магия ценой жизни супруга-изменщика. Но нормальные и благожелательно настроенные супруги легко могут найти общий язык и создать вполне счастливую семью. Возможна ли в подобной семье любовь друг к другу?       Снейп считал, что в их семье всё идёт именно к этому, но если Гермиона с момента рождения предназначена для него, это плохо или хорошо? Такое, увы, можно узнать только на практике.