Часть 19

— Может, лучше я? — Дима взглянул на бутылку в руках друга. — Кто чаще с передозами сталкивается, я или ты? — Бузе. — Его здесь нет пока что, поэтому доверься мне. Клади на пол и проверяй пульс. Ганджа положил Софию на пол и прощупал пульс в области шеи. Очень тихий, медленный. Приоткрыл её глаза. Радужки почти нет, прекрасные карие глаза превратились в огромные чёрные зрачки с красными белками. — Просил же, в пределах разумного, — склонился над телом супруги и взял её руку, прижимая к своим губам. — Дим, рано для таких действий. Держи её. Ящер сел рядом, открыл бутылку воды и стал поливать лицо девушки, закрывая нос, чтобы в него не попало. Сначала никаких изменений не было, сердце билось всё также медленно, а зрачки оставались большими, но через минуту Янцевич начала хрипеть, выплёвывает воду, попавшую в рот. — Вот теперь можно ехать в офис, — слегка улыбнулся Виталий, приподнимая голову Сони, — Держи, я за Славой. И Игоря домой отправлю. Дмитрий кивнул и положил голову Софии к себе на колени. Она пыталась открыть глаза, но они закрывались обратно под собственной тяжестью. — Ты никогда даже сигарету в руки не возьмёшь, поняла? Чтобы ещё раз мне пришлось тебя откачивать, — с растерянностью и злостью шептал парень прямо над её ухом.       Ему было тяжело сдерживать себя, одновременно хотелось и кричать и крушить всё вокруг, и разреветься как мальчик, который сильно поссорился с мамой.       В комнату вбежал Игорь и сразу упал к ногам дочери. — Я смог смириться со многим, но за это буду тебя ненавидеть до конца жизни. Из-за тебя она подсела и могла умереть, причём уже давно. — Знаю, Дим, знаю. Полтора года назад я был на твоём месте. Я всё прекрасно знаю и понимаю. — Тогда почему ты ничего не сделал? Почему ты не мог отправить её в больницу? — перешёл на крик, — Признай, что тебе было плевать, что ты не хотел брать на себя ответственность! — Не ори. Она обещала мне, что завяжет. Несколько месяцев всё было нормально, но она сорвалась и сбежала из дома. — Хватит. Если бы хотел, ты бы помог ей. Теперь это моя ответственность. Уезжай отсюда и разбирайся с документами, мы поедем за визой на следующей неделе. В комнату вернулся Ядрихинский, после него ещё несколько парней. — Бери на руки и поехали, Саша ждёт нас там.

~~~

      Ганджа проходит в медпункт и сразу же кладёт Софию на кровать. Снимает платье и укрывает одеялом. — Такая красивая, платье, причёска. Торт, как так-то? — с грустью сказал Смирнов, подошедший сзади. — Саш, я не знаю. Она ушла играть, сначала я следил, потом послал Славу, когда вся эта компания решила уйти в другую комнату. — Неужели не знал, что она подсаженная? Бузе поставил капельницу и сел на диванчик напротив. Дмитрий сел рядом. — Знал. Один косяк на двоих курим. И о том, что кокос пробовала, знаю. Но не думал, что такое произойдёт. — Значит, скрывала что-то. Даже я не могу так резко всё в себя закинуть. Дима взглянул на друга с недоверием. Уж кто-кто, а Александр точно мог сделать такое даже не задумываясь. — Не смотри на меня так. Не могу. А если делаю, значит знаю, что будет после. В помещение прошёл Ящер с бутылкой виски и стаканами. Поставил всё на стол и подвинул его к дивану, сам же сел на стул напротив друзей. — С заключением брака, Димон. Очень хорошее начало, — разлил алкоголь по стаканам и поднял вверх свой. — Уже что-ли? — удивился Саша. — Да. Сегодня днём, — взял стакан правой рукой, дабы продемонстрировать кольцо, — Игорь кольца подарил, как подарок на свадьбу. — Виталь, ты пока не собираешься? А то я как-то неуютно среди вас себя чувствую, — усмехнулся.       Парни выпили пол бутылки и начали расходиться. Виталий уехал первым. Ганджа молчал, готовился рассказать другу о переезде и снятии с себя титула главаря. Он будто пытался взглянуть в будущее, чтобы увидеть Смирнова в нём. Но он был мертв. В могиле, в белой рубашке с каплями крови, босиком, с синяками на руках и шее, следами уколов. — Саш, сколько ты ещё продержишься? — Лет 7, не больше. Не хочу в следующий век, нет там ничего хорошего, — затянулся сигаретой, выпуская дым в ноги, — Я знаю, что вы переезжаете, мать сказала. — Я постараюсь вернуться. Хотя бы за день до твоей смерти. — Не успеешь. Да и не надо. Только землёй засыпь хорошо, чтобы не холодно было. — Рано, Саш, рано ещё. — Я лет на 5 уже опоздал. Она ждёт. — Она бы не хотела этого. — Хотела. — И Миша ждёт? — Ждёт. Оба ждут. А я всё тут сижу. — Саш, 7 лет, прошу тебя. Я не смогу вернуться раньше. Даже Серёжа не справится, он сам давно отказался. — Я обещаю. Только раньше не возвращайся, с собой заберу, — выпил остатки коньяка из стакана и встал, отряхивая брюки, — К утру придёт в себя. Серёжа тоже утром заедет. — Спасибо, Саш. — Следи лучше. Не становись мной, тяжело это.       Вышел молча, не прощаясь. В комнате резко стало темнее, запахло сыростью. Был кто-то третий, но не живой. Прекрасная девушка в джинсовом костюме и шлемом для езды на мотоцикле. На улице зашумел красный Ява, выпущенный в 1986 году. «Мы ждём его, но ещё рано.» — прозвучало в голове. Или в комнате. Это лишь галлюцинации от усталости и стресса. Парень сел на пол около кровати и закрыл глаза. Заснул до утра.

~~~

      Дверь в комнату открывается, проходит Сергей. Дима всё ещё спал, сидя на полу. София также была без сознания, ещё не приходила в себя. Кошаташян подошёл к другу и слегка потряс его за плечо. Второй тут же проснулся, не издав ни единого звука, и встал. Молча пожали руки и пошли наверх, в кабинет. — Ты как вообще? — Могло быть и хуже. — Ещё 2 часа и сможете ехать домой. Только сам за руль не садись, не хватало ещё в аварию попасть. Ганджа кивнул. — Как Таня? — Хорошо. Через 3 месяца родителями станем наконец. — Так быстро время пролетело. — Я смотрю, вы его тоже зря не теряли. Свадьбы не будет? — Нет. Просто расписались и к родителям съездили. Ну а потом сам видишь, что произошло. — Да всё нормально будет. Иди давай, следи. Завтра сбор будет? — Нет. Я позвоню.       Айро забрал некоторые свои вещи, которые оставил перед полётом к матери, похлопал Дмитрия по спине и ушёл. Второй, в свою очередь, взял маленькую бутылку коньяка и вернулся к Соне. Сел на диван и открыл алкоголь. Стакан ему не понадобился, выпил немного из горла и поставил на стол. Пришло резкое осознание своих действий. За всё время он ни разу не переживал и не паниковал, что совершенно не свойственно ему в данной ситуации. Полное безразличие даже к Софии. Стало страшно. Остыл? Разлюбил? Или всё было лишь шуткой мозга? Парень боялся такого исхода событий, старался об этом не думать. Но страх был сильнее. Неужели все чувства, слова и жесты были обманом? После разговора прошлым утром что-то поменялось, но он не понял, что именно. Не могли же так резко пропасть чувства из-за обычного разговора? Это ведь даже была не ссора. — Дим, — тихо прозвучал голос девушки. Ганджа сорвался с места, сел на колени перед кроватью и стал целовать руку супруги. Это было не безразличие. А боязнь показать свои эмоции перед другими. — Сонь, прости. Прости, что не уследил. Я даже подумать не мог. — Это мне нужно извиняться. Я не знаю, что на меня нашло. Будто демон вселился. Прости, — коснулась его головы и привстала, — Прости дуру. Крепко обнял Янцевич. Она заплакала. — Не плачь, Сонь, пожалуйста. Всё хорошо. Главное, что ты жива.

~~~

      Спустя несколько часов пара наконец попала домой. Соня плохо стояла на ногах, голова гудела, а руки тряслись, как никогда раньше. Дмитрий довёл её до постели и уложил спать, поставив на прикроватную тумбочку бутылку с водой. Очень скоро в квартире настала тишина. Дима пил чай на кухне, крутил очередной косяк, который скурит через несколько минут, и смотрел на облака, плывущие по небу. Намечается дождь или гроза. Так хочется просто погулять под каплями, летящими с неба, и чувствовать запах травы и асфальта.       Звонок в дверь. Парень зажал в зубах тлеющую самокрутку и поспешил открывать, чтобы София не проснулась от громкого звука. — Проходи, — пропустил в квартиру Игоря, — Соня спит, к ней не пущу, уж прости. — Не претендую. Прошли на кухню. Ганджа сел на подоконник и поставил рядом с собой пепельницу и чай. Янцевич присел за стол. — Чай будешь? — Нет, спасибо, я на пару минут. Завтра все документы будут готовы, привезти или сам заберёшь? — Сам. Могу на работу к тебе, если хочешь, — усмехнулся и сделал глоток чая. — Нет уж, такого счастья мне не надо. С пяти вечера буду дома. — Ладно, в 7 заеду. Из спальни послышался голос. — Дим. Дмитрий тушит косяк и идёт в комнату. Девушка стояла у окна, опираясь на стену, и держалась за голову. — Сонь, что случилось? Зачем встала? — Тошнит и душно. — Пошли, под душем посидишь. Для таблеток рано ещё, выйдут всё равно, — подошёл к Соне и аккуратно подхватил её на руки, — Ты очень горячая. Отнёс её в ванную комнату и посадил под прохладный душ. Поцеловал в лоб. — Я сейчас приду. Не засыпай. Отправил Игоря домой, взял чай и вернулся к супруге. Взял её за руку, сев около ванны, и стал смотреть в глаза. — Плохо. Очень плохо, Дим. — Потерпи. Я не могу сейчас ничего сделать, нужно просто ждать. Только не засыпай сейчас.       Из глаз Софии покатились еле заметные слёзы, сливающиеся с водой из душа. Уже давно пожалела о своих действиях. Когда-то её организм с трудом справился с передозировкой одного вида наркотиков, а сейчас он борется с тремя разными и более тяжёлыми. — Остыла. Поднимайся, обратно в кровать отнесу. — Мокрую? — Волосы сейчас в полотенце замотаю, одежду сниму, остальное одеяло впитает. Не заболеешь. Девушка медленно встала и стала раздеваться, но почти сразу остановилась, так как потеряла равновесие и упала в руки парня. — Давай лучше я, — поставил её на пол.       Спустя несколько минут Соня лежала в постели и смотрела в окно, пока Ганджа сидел рядом и поглаживал её по плечу.