Глава 1. Ссора | ♠️

      — Придурок! Ну и подавись своим транспортиром! — крикнул вслед своему королю Фандер, запуская предмет в дверь.

***

Морисон не делал ничего плохого. Абсолютно ничего. Его просто в очередной раз не услышали, не поняли его действительных целей и мотивов. Всё произошло слишком быстро в моменте…

18:32

Пиковый король сейчас отдыхал в своей комнате от привычной ему домашней суеты, откинувшись на спинку мягкого, уютного кресла; но идиллию решил нарушить Альёс, что без стука вошёл в комнату и сразу же начал вытворять что-то необычное: рассматривать стены, полки, двери, самого Морисона.       — Что ты делаешь?.. — наконец спросил хозяин помещения, возвращаясь в исходное положение и непонятно косясь на младшего.       — Слу-у-ушай… — закатил глаза червовый, — а давай спор? Эти слова Морисон воспринял немного не так, как планировал то инициатор. Не ожидал он, что получит в свой адрес подобное предложение, но, подумав, всё-таки осмелился прошептать.       — Ну, не знаю. Если это не опасно для жизни. То…       — Ну вот и замечательно! Спорим ты не принесёшь транспортир Фандера сюда? — перебил радостный Альёс короля, складывая руки на груди и широко улыбаясь. В розовых глазах блестела чистая, неподдельная надежда, позволившая расцвести изнутри. Король же наоборот побледнел. Это оказалось лучше того, что он мог себе придумать, но хуже, чем большинство других идей, которые когда-либо к нему поступали. Всё же, по логике, Морисон его король, а значит имеет право на то, чтобы пойти и попросить эту вещь ненадолго. Просто одолжить по-дружески в конце концов. После длительной и очень напряжённой паузы, король наконец-то отмер.       — М, на что спорим-то?.. — недоверчиво посмотрев на валета, спросил Морисон.       — На деньги можно! — воскликнул червовый, —Я уверен, что у тебя ничего не получится! — подошёл к выходу из комнаты Альёс, обернувшись лицом к тому. Деньги младшему сейчас явно не помешали бы, а если считать то, что валет продуманный «игрок» — сделка ему на руку.       — Я попробую… Спорим! — всё также тихо, но уверенно, прошептал пиковый, смотря вслед французу, который после этих слов удалился в сторону лестницы.

***

Внутри будто выросла огромная глыба, что не давала оторваться от кресла и пойти к валету. Страх. Странный, непонятный, колотящий где-то слева и похожий больше на явное опасение и даже виновность. В глубине души Морисон не желал что-либо просить у Фандера: очень уж специфично пиковый валет относится к тому, что кто-то трогает его вещи даже с разрешения. Но всё же белоснежный несёт ответственность за свои слова, потому с огромным трудом оторвался от нагретого часами места и поплёлся к Фандеру.

***

Раздался стук в дверь. Валет чуть со стула не рухнул, когда услышал позади себя шум. Тело вздрогнуло из-за громкого, резкого звука, что, казалось, прозвучал еще сильнее в его ушах, отбивая по перепонкам. Он поспешил обернуться:       — Альёс? Если это снова ты… — зло проговорил источнику звука меломан, но как только он заметил там не энергичного француза, а своего короля собственной персоной, то сразу изменился в лице. — о, привет, Морисон. Понимание того, что в комнате кто-то старший по рангу, кто-то вышестоящий, заставило снизить тон на более спокойный и убрать все резкие движения. Морисон уже привык к такому отношению, поэтому даже не обратил особого внимания, к тому же понял, что валет так выразился не специально. Через мгновение он продолжил:       — Привет… Слушай, а…— наставник прошёл глубже в комнату, оборвав предложение. Язык начал заплетаться, в горле образовался ком, который мешал глотнуть или что-то проговорить нормально. Всё-таки «участвовать в споре с лучшим спорщиком» было не самой лучшей идеей, потому Морисон и не знал, куда себя деть. Валет же спокойно, уже по привычке, наблюдал на королём, слегка прищуривая глаза. Тот часто зависал, когда ему надо было сказать что-то серьёзное или попросить помощи, и Фандер просто принял это как порой напрягающий факт.       — Ну всё, Морисон. Слышишь меня? Не нужно так утруждаться по каждому поводу. — наконец заговорил младший по колоде, вставая со стула. Тот стоял, подобно фонарному столбу, не отвечая и никак не реагируя на слова одномастника. Ещё около пяти минут Морисон всматривался в одну точку, выискивая в своей голове правильные, подходящие и не резкие слова.       — Мне нужен твой транспортир… Не мог бы ты одолжить его? — после столь долгого ступора спрашивает король, опуская голову вниз, делая руками символичный жест, как бы демонстрируя реальную необходимость в сëм инструменте. По-началу Фандера охватило некое непонимание. Мол, зачем его королю — личности, которая далеко не увлекается архитектурой, — понадобилась данная вещь? Но…потом до него всё же дошло. Физиономия тогда сразу преобразилась.       — Ах, Морисон, нет! Я знаю, что ты от Альёса пришёл! Могу даже угадать, что он там тебе наплёл, пока уговаривал! — засмеялся валет, убирая транспортир в чехол с остальными линейками и циркулями.       — Фандер, пожалуйста. Он мне просто спор предложил… Мне нужно понимаешь?..— умолял король, выговаривая каждое словечко с неумолимой мягкостью, стараясь не задеть чувства валета.       — Нет. Морисон, иди займись чем-нибудь стоящим. Тем более спор — детское развлечение, которое не несёт в себе смысла. А ты неправильно поступил, что согласился, — начал читать нотации старшему Фандер, пересчитывая пальцы на руках и закатывая глаза, демонстрируя так называемое «знание жизни».       — Не тебе меня учить и не тебе решать что мне делать. Я думаю, что говорю понятно для твоих ещё юных ушей и мозга… Если я заключил спор, то это было сделано осознанно, и абсолютно не важно: по-детски или нет, — безэмоционально ответил наставник, покидая пределы комнаты, осматривая напоследок валета холодным взглядом. Было уже все равно.

***

Дверь захлопнулась. Тут же транспортир ударил об неё падая на пол и трескаясь. Точно также треснуло и всё внутри пикового короля, когда он услышал от собственного валета слова «Придурок» и «Подавись»… Кажется, не этого он хотел от их встречи. Совсем не этого. Осознание того, что Фандер может на самом деле считать его таковым, отныне не даст покоя еще очень долгое время. Сердце пронзило раскалённой иглой, заставляющей сейчас же потечь слезам из бирюзовых глаз. Морисон не хочет быть плохим, не хочет, в особенности для собственного валета. Однако эта скребущая душу печаль, стекающаяся по его щекам, внушает обратное. И ее крик ныне слишком силён, чтобы продолжать стоять здесь, у той самой двери. Остается только уйти прочь, скрыться в любом другом уголочке дома, но только не здесь, нет. Думается, что в этой комнате рады ему теперь не будут. …