Часть 57

В желудке урчало, ребёнок не ел уже почти шесть дней. Раз в день ему давали грязную воду, он её пил только при необходимости. Потому что её нужно пить, он слышал в детстве по телевизору, что человек может прожить без воды два дня. Не говоря, о том что он был маленьким мальчиком. Воды в нём было всяко меньше. Наручники на его запястьях сильно сдавливали нежную детскую кожу, на тыльной стороне руки уже образовались небольшие пролежни. Само тело сильно затекло от долгого лежания на жёсткой кровати, уже почти неделю. Из плюсов можно было отметить, тот факт что синяки уже не так сильно болели. Возможно, они уже пожелтели и благополучно проходили, мальчик не мог точно сказать. Мальчика звали Данила, ему было двенадцать лет, и его наказали. Он был хорошим, наказали его плохие люди за хорошее дело, Данила точно знал. Папа Данилы был военный, а Мама учительницей. Его родители, были самые лучшие люди в мире. Папа самый умный и смелый, а мама самая красивая и добрая. Их не было уже два года, два года, как их сыну Даниле жилось очень тяжко на земле. Он уже устал, два года мучений - это слишком много для ребёнка. И только воспоминания о родителях, как будто овеянные золотым ореолом, помогали ему жить. В животе опять заурчало. Мальчик зажмурил глаза, хотелось плакать от несправедливости, но слезы не шли, они давно уже иссякли. От голода мальчик вспомнил мамины домашние котлетки и пирожки с мясом. Он давно не ел мяса, года два как. В последний раз это было, когда родители были ещё живы. В детском доме их кормили в основном пшёнкой, водой и чёрствым хлебом. Еда была невкусной, но дети боялись жаловаться и высказывать что-либо. За непослушание могли побить или посадить в тёмную комнату, как Данилу. От голода у мальчика сильно заныло в животе. Эта была знакомая боль, сверлящая и сосущая, внутри желудка. Чтобы хотя бы немного уменьшить чувство сводящего с ума голода, мальчик раскусил до крови нижнюю губу. Языком он почувствовал солёную жидкость с металлическим вкусом. Обычно это помогало, чувство боли занимало более высокое положение в иерархии по сравнению с чувством голода. Поэтому оно уступало первому. Так Данилу учил отец. Данилу наказали за то, что он спас девочку. Девочку звали Катя, она была старше Данилы на два года. Они встретились на второй неделе после того, как мальчика привезли в детский дом. Девочка сама подошла к нему, когда он сидел на ступеньке во дворе, после драки с местным задирой. Как его учил отец, когда его начинали дразнить, он хорошо помнил его слова и сразу дал отпор хулигану. Затем он потащил обидчика во двор. Воспитатели ничего не предприняли, притворяясь, что не видят детской потасовки. Теперь ребёнок, сидя в позе победителя, вытирал кровавую юшку. Он смотрел вниз, когда она подошла. Поэтому его взгляд сначала уперся в старые и поношенные, но чистые детские туфли. Задумчивый ребёнок поднял взгляд, чтобы посмотреть на владелицу туфель. А затем, увидев её, обомлел на несколько секунд. Перед ним стояла, казалось, самая красивая девочка в мире, сердце мальчика забилось с удвоенной силой, ладошки стали влажными, а ноги тяжёлыми и ватными. Дыхание парня перехватило, и он просто молча смотрел на девочку, пока она первой не заговорила с ним: — Привет, Данила! Тебя же так зовут? Я Катя. Ты не помнишь меня? Мы пару раз уже встречались на площадке. — сказав это она замолкла и ждала взаимной реплики со стороны Данилы. — О, привет, Катя… Конечно, помню тебя. Да меня зовут Данила. Рад снова тебя видеть. — Слегка тараторя, нервно проговорил мальчик. — Рада, что ты меня помнишь! Кстати, как у тебя дела? Я узнала что ты недавно был в драке с хулиганом. Ты ничего не сломал? Обидно, что он тебя начал задирать. — Хлопая своими длинными ресницами, и смотря на него своими чудесными зелёными глазами, она подсела к Даниле. — Да, немного приключилось… Но, слава Богу, я в порядке. Ничего серьезного не случилось. — Оторопев он начал водить своими плечами, и потирать ладонями шею. Он чувствовал её близость, но отодвигаться от нее он не собирался. — Ты такой смелый мальчик, Данила! Мне нравится, как ты смог защитить себя. Ты настоящий герой, правда! Жаль что не все, мальчики такие смелые как ты. — сказала Катя восхищённым тоном. — Спасибо, Катя… Но это было просто… Я просто не хотел, чтобы он дальше себя так вёл, вот и всё. — сказал Данила, слегка успокоившись и судорожно пытаясь поддержать беседу. Хотя сторонний наблюдатель мог видеть, что необходимости в этом не было. Девочка была сильно заинтересована в Даниле. Просто в силу своей неопытности, и наивности, мальчик этого не видел. — Ты не только храбрый, но и очень скромный. Мне это очень нравится. — Очень нежно, и с тихим придыханием сказала Катя. — Я… Я просто делал то, что казалось правильным. Ничего особенного. Все так делают. — смущённо проговорил мальчик. — Нет не все. Я видела, как ты дерзко отстаивал свою позицию. Мне очень нравится, как ты проявляешь себя. Правда — Нет, Катя, я даже не знаю, что сказать… Ты говоришь такие хорошие вещи обо мне, и мне становится не по себе. — Не стоит смущаться, Данила. Я просто говорю правду. Ты отличаешься от других парней. Такой робости, смелости и порядочности, я не видела, ни в одном мальчишке. Я рада что мы познакомились, и будет здорово если мы будем дальше дружить. — сказав это, Катя мило улыбнулась. — Я тоже Катя… Это очень приятно слышать от тебя. Я… Я тоже очень рад нашей встрече, и буду рад нашей дружбе. — робко улыбнулся в ответ Данила. — Давай продолжим общаться и проводить время вместе. Я уверена, что будет здорово. Только… только не теряйся, хорошо? — впервые за время из диалога, тон Кати стал каким-то странным и неуверенным. Тогда Данила не обратил на это внимание, и очень зря. — Да, конечно, я… я не против, Катя. Куда я денусь, отсюда, хах, — неловко пошутил мальчик. — Смешно, ты смешной. Я рада что ты не против, Данила! Надеюсь, мы будем лучшими друзьями. Данила и Катя смотрели друг на друга, и в их глазах отражается, взаимное восхищение и внезапно обнаружившаяся между ними симпатия. Катя нравилась Даниле, и за два года своей жизни в новом месте, их дружба укреплялась и медленно перерастала в нечто прекрасное. Она была его лучиком света в это тяжелое время. Катя все эти два года поддерживала его, ничего не требуя взамен. Благодаря ей время, проведенное в этом месте, не было таким угнетающим. И все было бы хорошо, если бы не одно «но». Другие люди также начали замечать трансформацию Кати. И если Данила легко пресекал домогательства своих ровесников, то вот внимание директора детского дома он не мог отвести. Опасения Данилы не были безосновательными. Все обитатели детского дома знали о темных делах, в которые вовлекался их директор. Коррупционные схемы, были лишь малой частью его тёмных делишек. Он отнимал квартиры у совершеннолетних «выпускников», участвовал в торговле наркотиками, использовал детей в качестве бесплатной рабочей силы, и самое отвратительное, принуждал их к проституции. Директор проституировал девочек, воспитанниц детского дома… Данила очень волновался за свою подругу. Он очень сильно привязался к ней за эти два года. Но его усилия было недостаточно, он не мог её уберечь. Катю не оставил вниманием директор. В один из дней она исчезла. Данила знал, что произошло. Он знал, куда ее отвели. В детском доме, было особое крыло для таких дел, обычно все происходило вечером. Поэтому мальчик не придумал ничего лучшего, чем скрытно пробраться в это место и спасти свою подругу. В назначенное время он проник туда и начал ее искать. Через несколько минут отчаянного поиска он нашел Катю в спальне. Он выбил дверь и вытащил ее оттуда. Слава богу, они не успели осквернить ее. Но им не удалось убежать, их сразу же поймали. Бандиты-помощники директора, схватили парня и начали избивать его, а его подругу увели куда-то. Теперь он лежал в этой комнате избитый и униженный, не зная, что будет с ним и с его подругой. Наверное, Катю уже увезли далеко-далеко, а его самого убьют. Парня охватывали обида и гнев, он злился на себя и свою беспомощность, на директора, который должен был защищать детей, а не гнусно их использовать, на страну, которая не смогла защитить их. Пока мальчик обдумывал эти мрачные мысли, в коридоре вдруг послышался топот множества ног, треск деревянных дверей, грохот и голоса людей. Шум не прекращался, пока не достиг его дверей. Через мгновение послышался звон ключей, и дверь раскрылась. Свет ослепил глаза Данилы, который уже привык за эту неделю к абсолютной темноте. Он ожидал увидеть кого угодно, вплоть до конкурентов директора в опасном бизнесе, но каково было его удивление, когда он увидел на пороге военных. Они были вооружены новейшими автоматами «Марита» и полностью бронированы. Всю эту группу возглавлял худощавый капитан в необычной шинели, напоминающей офицера царских времен. Особенно заметной была фуражка с минималистичным изображением двуглавого орла посредине. Офицер приказал выводить мальчика. Когда Данилу, поддерживаемый солдатами, вышел в коридор, ему открылась картина, которая не могла не разжечь в нем надежду. Участники вооруженной банды, лежали побитые и связанные вдоль коридора, а рядом с ними находились солдаты и множество людей в форме. Там даже были журналисты, ведущие прямую трансляцию. Мальчика передали медикам, те накрыв его необычным серебристым одеялом вывели наружу. Во дворе детского дома, было ещё больше военных и других взрослых. Его проводили в сторону группки детей, которым оказывалась необходимая медицинская и психологическая помощь. Там же он нашёл Катю, она была цела, им повезло. Директор после того инцидента побоялся сразу ещё кому-то её продавать. Дети были спасены. А высшие правоохранительные чины и спецслужбы, раскрыли целую тайную ячейку торговцев детьми. И всё благодаря крупной перестановке в системе приютов и детских домов, новый указ президента, расшевелил это болото и раскрыл нарывы которые не заметили в первые дни чисток. И это новая сеть торговцев, вывела Федеральные власти на след нового внутреннего врага.